Серебряный Принц, или Одиночество - это поправимо

Глава 52

      — Какого хрена вы творите?!       Грейд. Определил я, услышав ненавистный голос. Вот скажите, он когда-нибудь спит? Спит? О чём это я… мысли спутались. Нет, если он будет спать, то с Рином. Пусть лучше хоть иногда отсюда уходит домой! Ха, а я, оказывается, малость соображаю! Это радует.       — А ты не видишь? — раздражённо огрызнулся Айр, — От страха его лечу.       Заместитель шефа будто не слышал, и продолжал орать:       — Кто вам позволил пить на работе, я вас спрашиваю!       — Все с клиентами пьют, так что не начинай.       — Поддерживать беседу с клиентом — это одно, но кто разрешал прямо с утра нажираться!       — Ты еще не всё знаешь! — Опасно пошатнувшись, я встрял в разговор, мне сейчас море по колено! — Ик! Мы пьём за счёт заведения, вот!       Айр мучительно скривился, издав едва слышный стон. Я что-то не то сказал?       — Да как вы посмели! Пьянь подзаборная! — предельно возмутился Грейд, и напустился на официанта, — А Вам кто разрешил бесплатно наливать!       — Рин с пол рюмки коньяка не обеднеет. — Айр удержал меня за плечи, предотвратив неминуемое падение. — И не трогай человека, он после работы, устал. Если тебе необходимо с кем-то поругаться — я весь твой. Только чуть позже. Нам репетировать нужно.       — Рети-пети-тепировать, — добросовестно попытался выговорить я, — Да ну, на фиг! В общем, мы на тренировке, понял?       — Да какая, к чертям собачьим, тренировка! Не парьте мне мозги! Как в таком состоянии можно что-то делать, ты же на ногах не стоишь!       — Хочешь посмотреть? Ик! Тогда я иду пер-де-одеваться. Любуйся! — Неуклюже взмахнув рукой, я потерял равновесие и снова чуть не свалился на пол.       — Эк тебя с одного глотка развезло, — Айр быстро подхватил меня под руку. — Пойдём-ка, немного посидишь и отойдёшь.       Не знаю, по-моему, я уснул по дороге на сцену, как до неё добрался — напрочь не помню. Когда пришёл в себя, рядом сидел грустный Айр, а моя голова покоилась у него на коленях.       — Очухался? Горе луковое. Вставай. — Он помог мне подняться с пола. — Ну, как ты?       — Де Гр-рейд? — Нужно заметить, что задавать вопросы заплетающимся языком, очень непросто. Ох, японский городовой, долго же меня не отпускает. Странно, откуда появилась дурная привычка отвечать вопросом на вопрос? Ах да, это я у Айра нахватался, он сам всегда делает так. Попытка сфокусировать на нём взгляд ни к чему не привела, у меня пока плохо получалось, зато Рыжиков стало двое.       — П-почему тебя с-слишком много? — Внезапная догадка здорово меня развеселила. — Тушите све-ет! Ай-ры размножа-аются! И когда т-только успел? А к-куда делась эта с-сука?       — Да стой ты спокойно! — Слабую попытку самостоятельно идти, довольно грубо пресекли на корню. В самом деле, чего он на меня взъелся? Вот доверяй после этого друзьям!       — Ик! — Эпично выразив крайнее возмущение, неуважительным отношением к своей пошатывающейся персоне, я перевёл захмелевший взгляд в зал. Там еще кипела работа. Значит, отключился я не больше, чем на пятнадцать минут. Всё, в жизни никогда пить не буду! Потом прислушался к себе. В голове лёгкость, я полон сил, кажется, горы свернул бы, если б смог до них дотянуться.       — А ну, пошли! — Мне уже наплевать, что на нас смотрят.       — Куда ты! Стой!       — Хочу взлететь! — Высоко подпрыгнув, я повис на шесте, отбиваясь левой задней конечностью от назойливого Айра. Что он делает, я же грохнусь!       — Если сильно хочется, я тебе помогу — пну так, что лететь будешь дальше, чем видишь! Слезай, сейчас же! — Вниз меня всё-таки стянули. — Потренировались, называется! Возвращаемся в комнату, ляжешь спать!       — Не-а, — победно помахал я перед веснушчатым носом указательным пальцем, — Ни-фи-га! Нас Зитр ждёт! Во как!       — Ну, что теперь с тобой делать, пьянь болотная!       — А я ведь предупреждал, что пить мне нельзя! Ты меня слушал? Нет. Зачем тогда спрашиваешь? — Я обхватил руками пилон, съехал на доски сцены, и уютно свернулся вокруг него калачиком. Устроился разомлевшим котом, намереваясь дрыхнуть самым бессовестным образом. — Спать буду здесь! Не будить, не кантовать, при пожа-а-ре (это я от души зевнул), выносить в первую ощ-щередь!       — Да какое — спать! С ума сошёл! Встань немедленно, дождёшься, что случайный доброхот снова вызовет Грейда!       Айр сбросил на пол не до конца расстегнутые чехлы, и устроил меня на освободившихся стульях.       — Сиди тихо.       — Ты куда! Не хочу, чтобы меня бросали! — Я нахально повис на его плече.       — Отцепись, на нас смотрят! — Айр безуспешно пытался оторвать от себя мои руки. Ага, щазз.       — Буду орать! — Я честно предупредил. Пусть делает, что хочет, но от себя — я его не отпущу.       — Мм! — протяжно застонал Рыжик в пол, сгибаясь от безнадежности, — Что б я еще хоть раз, что-то крепче газировки тебе налил?! Да лучше сходу самому повеситься!       — Ути-пути, какие мы нежные! — Я фамильярно похлопал его по щеке. — Не ной. Так куда мы сейчас? — бегло посмотрел по сторонам, и попытался вернуться к нему окосевшим взглядом. Айр воспользовался моментом, что я отвлёкся, отцепил меня и быстро отскочил подальше.       — Кому сказал — тихо сиди, пьяный дурак, если не хочешь снова повидаться с Грейдом!       Я размазал кулачками хмельные слёзы по щекам, как же обидно — он меня бро-оси-ил!       — О Господи-и! — На этот раз Айр сам меня обнял. — Ну, что мне с тобой делать! Я же только дока хотел привести!       — П-щли вм-сте!       — Да куда с тобой идти, ты же на ногах не держишься!       Вдруг я почувствовал, что кто-то подхватил мою персону на руки.       — Вот скажите, вы когда-нибудь угомонитесь? Меня Грейд разыскал. Почему я должен всё время претензии к вашему поведению выслушивать?       — До-ок, — на моих губах расплылась глупая счастливая улыбка, — Как хорошо, что Вы пришли-и.       — По уколам соскучился? Не вопрос, мигом организуем.       В затуманенный алкоголем мозг молнией врезались воспоминания о последних экзекуциях — и меня по-настоящему передёрнуло.       — Ой, нет! — я вовремя успел возразить, — Не хочу больше никаких уколов!       — Будешь себя плохо вести, — док всё-таки устроил меня на стуле, — Обязательно отыщу специально для тебя, что-нибудь поболючее.       — Не надо!       — Не надо, говоришь? Кто тебя просил нажираться?       — Да это пойло — одна сплошная палёнка! Даром, что стоит, как с вагонами паровоз! Ик!       — И где ты только таких слов набрался? Айр, держи эту пьянь!       — З-зачем? Я с-сам м-могу.       — Сиди уже, чучело в перьях! — Док открыл саквояж и вынул оттуда маленькую затемнённую бутылочку.       Недоуменно оглядев себя со всех сторон, я громко расхохотался.       — А вот и в-врёте! Нет на мне н-никаких перьев! Ик!       — Сейчас в одно место вставлю — и будут. — Это уже Айр пригрозил, хорошенько приложив меня о спинку стула. — Тихо сиди, сказал, и не вякай!       — Сам виноват, что я такой!       — Попроси воды, начнём его отпаивать. — Док уверенно меня перехватил, и Айр торопливо сбежал в зал по ступенькам. Он вскоре вернулся, протянув Диру полный стакан.       — Чем кормить собираетесь? — Я старательно рассматривал этикетку, пока док отвинчивал синюю пробочку. Естественно, у меня ничего не получилось, потому как вредные буквы устроили дружный заплыв в разные стороны.       — Ты своё уже выкушал, пришло время запить. — Одна капля чего-то страшно вонючего упала в стакан, и его поднесли к моим губам. — Пей!       — Фу-у! — Недовольно скривился я от мерзкого запаха, и подозрительно покосился на предложенную воду. — Это что?       — Лекарство. Пей давай.       — М. М, — я упрямо сжал губы, — Ме му-му! (не буду), — кому смешно — сами попробуйте поговорить с закрытым ртом и увидите, что у вас получится.       — Не хочешь?       Я быстро-быстро закивал в знак того, что меня почти правильно поняли. Какая разница, не буду или не хочу, смысл-то один и тот же?       — Разве тебя кто-то спрашивает? Надрался — теперь глотай! Глотай, иначе хуже будет, позову Грейда и попрошу тебя держать, зажму нос и буду вливать, пока не захлебнешься. Ну, что решил? Помощника шефа звать, или по-хорошему выпьешь как взрослый мальчик и мы без пугала обойдёмся?       — Ты глянь на него — еще, поганец, упрямится! — Айр дал мне лёгкую затрещину. Я пьяно всхлипнул. Почему сегодня все норовят меня по одному и тому же месту стукнуть, я что — боксёрская груша или мальчик для битья?       — Пей до дна, пей до дна, — настойчиво приговаривал он, когда я всё же отважился проглотить противную жидкость. Бе-е! Что-то запах подозрительно знакомый. Так это ж…       — Вы зачем меня нашатырём напоили?! Я от него буду рыгать!       — Не будешь. — Невозмутимо успокоил меня доктор, забирая из рук, опустевшую стеклянную емкость. — А теперь — как себя чувствуешь?       — Ой! По-моему, действительно протрезвел. Спасибо. — Я недоуменно поморгал, не веря в поразительное чудо. Туман, заволакивающий зрение и сознание, мгновенно испарился. — Как же быстро я в себя пришёл!       — То-то же, будешь меня слушать — долго проживёшь. Всё, Айр, можете тренироваться.       — Вы на репетиции останетесь? — Не знаю почему, мне неудержимо захотелось сделать для него что-нибудь приятное, наверное, таким способом выказать свою благодарность и загладить вину.       — Нет, Малыш, лучше я на празднике посмотрю вместе с Митром, но за приглашение — спасибо.       — Одевайся! — Айр бросил мне чехол с костюмом.       — Разогреваться не будем? — Я на лету поймал тяжёлый непрозрачный пакет, едва не выпустив его из рук, и поспешно уложил вместо себя на стуле.       — Обойдёшься. Ты для сугреву уже принял на грудь, с тебя хватит.       Я вообще-то совсем о другом разогреве говорил. Раз Айр делает вид, что не понял, поступим по его желанию. Кувыркаться на пилоне без предварительной подготовки и растяжки — мне не впервой.       — Знаешь, — удачно пришла ко мне в голову умная мысль, — Я тут подумал — хорошо, что зал полностью опустел и мы не начали тренироваться раньше. Иначе нарушили бы своё обещание.       — Какое обещание? — Айр честно пытался сообразить, но у него плохо получалось.       — Как это какое — забыл? Митр же просил, чтобы наше выступление для всех оставалось тайной.       — Да, верно. Я как-то выпустил из виду эту немаловажную деталь. В последнее время столько всего навалилось, что голова идёт кругом.       — Готов? — Под водопадом из перьев я расправил шлейф. За Айром по полу волочился точно такой же хвост.       — Сначала музыку включу, — Айр поспешил за кулисы.       — Раз… два… три! — вскоре разнёсся по залу его голос, и мы синхронно вышли на сцену.       Репетиция прошла на ура, без единого сбоя и повторов, как говорится — без сучка, без задоринки. Уставшие, но довольные, мы пошли к Зитру сдаваться.       — Ваше Высочество, костюм полож, где взял, и не забудь повесить его на вешалку. Слуг нет, поэтому сам в подсобку ножками топай и белы рученьки до крючка поднимай. — Стоило переступить порог, заявил мне художник, ловко расставляя на перекочевавшем из кладовки складном столе, баночки с красками. Ну конечно! Я, как обычно, во всем виноват! С какого хрена он ко мне цепляется, а Айр всегда ни при чём? Из нас двоих — рыжий явно не я, но почему-то всегда остаюсь крайним. Костюмы одинаковые, а ему этот зануда ни слова не сказал, вот что за несправедливость?!       — Мальчики, если нужно секретную комнату навестить — идите сейчас, потом такой возможности не будет. — Митр забрал у нас чехлы. — Давайте, я сам отнесу.       — Почему мы не сможем выйти в туалет? — Я опасливо оглянулся на Зитра, направляясь вместе с Айром в любезно предложенное помещение.       — Потому, олух, что пока ты болел, я ни разу тебя не разрисовывал, — злорадно ухмыльнулся художник, потирая лапки, как навозная муха, — И я намерен отыграться, за всю устроенную тобой нервотрёпку.       — Не слушай его, — великодушно успокоил меня Митр, вернувшись из подсобки, — Это уже генеральная репетиция, и до самого дня рождения Рина мы больше не будем вас сильно напрягать, а сегодня — пожалуйста, потерпите.       — Бегите, не задерживайтесь, — весело подмигнул нам Зитр, доставая палитру.       — Погоди-ка, сначала ими займусь я. И мне понадобится твоя помощь, — Митр перехватил руку с банкой, пока брат не успел краску налить. — Вы еще здесь? У нас не так много времени, поторопитесь.       — Условия не забыли? — строго спросил визажист, дождавшись нашего возвращения, — Открывать глаза — только когда я скажу, и не раньше.       — А то, что будет? — Я тут же получил ощутимый щелчок по носу. — Ай!       — Ну, ты уже понял? — невинно улыбнулся Митр, нарочито разглядывая свои наманикюренные ногти.       — Понял, понял, — обиженно потёр я пострадавшую часть лица. В который раз убеждаюсь — любопытство не порок, но подобное хобби всегда наказуемо, так нет! Вечно меня кто-то за язык тянет!       — Эй, а зачем голову мыть, я же вчера вечером купался!       — Не командуй, или снова по носу огребёшь, я лучше знаю, что нужно делать.       Пришлось замолчать и подчиниться, в конце концов Митру виднее.       Ну, что сказать, колдовали над нами долго. Не знаю как Айр — лично я подсматривать не рискнул, а то, чего доброго, схлопотал бы вдогонку по заднице. Подо мной внезапно развернулось кресло, руки и ноги оказались в тёплой воде. Понятно. Маникюр с педикюром. Значит, еще чуть-чуть и нами вплотную займётся Зитр. Я не ошибся, вскоре Митр осторожно потянул меня за запястья, чтобы не смазать лак.       — Глаза не открывать, я сам отведу тебя к тумбе.       — Что, и там нельзя?! — Я откровенно возмутился — нет, это ни в какие ворота не лезет! — У меня болят глаза, дайте хоть проморгаться! — и услышал недовольное:       — Ладно, только в стену смотри или в дверь, и не дай бог замечу, что ты в зеркало пялишься. Косоглазым на всю жизнь останешься, не советую сию теорию на практике проверять.       — Здоровьем рисковать не буду, — тихо буркнул я, и отчаянно заморгал. Глаза и правда сильно устали.       — Посмотри на меня. — Митр стал внимательно разглядывать моё лицо. — Тут нужно подправить. Ты уже отошёл? Тогда снова закрывай глаза и не подглядывай, — снова напомнил он. По моим щекам невесомой бабочкой запорхали кончики большой пушистой кисточки.       — Вот теперь — то, что надо. Зитр, принимай, а я буду заканчивать с Айром.       Меня аккуратненько поддерживая под локоток, подвели к тумбе.       — Ножку подними, Высочество. Умница. Теперь повернись немного. Всё, стоп! Так и стой.       — Щекотно! — непроизвольно дернулся я, когда почувствовал уже забытое прикосновение к рёбрам.       — Привыкай. Могу тебя успокоить — это только начало.