Закон притяжения. Сближение сердец.

Так странно было осознавать, что происходящее вокруг — настоящее. Вся магия, которая была лишь детскими сказками, все те странности, отталкивающие сверстников на самом деле были волшебным даром. Неужели теперь она будет своей? — Осталось зайти за ингредиентами, в книжный и за палочкой, — голос профессора вырвал Амелинду из задумчивого состояния. — Питомца брать будете? — Мам, а можно? — девочка просительно посмотрела на мать. — Думаю, если они разрешают брать питомца, то и жить ему будет где, — медленно проговорила Изабелла, — так что, если хочешь, можем зайти. Мистер Снейп, а вы что думаете? — У школы есть свои совы, так что писать письма семье вы сможете в любом случае, — нейтрально ответил профессор. — Тогда давай взглянем, может быть тебя там кто-то очень ждёт, — улыбнулась миссис О'Брайен. — Спасибо-о-о! — радостно обняла маму Мэл. Стоило только зайти в полутемное помещение, как их окружил шум из множества голосов. Уханье, карканье, тихое кваканье и мерно нарастающее мурчание. Дети с любопытством оглядывались, то и дело застывая у очередной клетки. Профессор смотрел на это весьма скептически, единственным полезным животным здесь, по его мнению, были змеи. Яд под рукой ещё никогда не бывал лишним. — Доброго дня! Ищите что-то конкретное? — откуда-то справа вышел худой мужчина лет шестидесяти. Темно-рыжие волосы с проседью торчали во все стороны, а из-за уха виднелось большое ярко-зелёное перо. Не успела Изабелла открыть рот, чтобы что-то ответить, как между ней и продавцом повисла огромная белая змея. Красноватые с черными щелочками зрачков глаза не мигая смотрели прямо на женщину. Раздвоенный язык с тихим шипением, словно пробуя воздух на вкус, мелькал перед глазами. Изабелла вздрогнула и резко сделала шаг назад, врезавшись в стоящего за её спиной Северуса. Но в тот момент это было не важно. Кровь стучала в висках, сердце ухнуло куда-то вниз и часто забилось. Совершить ещё хоть какое-нибудь движение было невозможно. Женщина замерла от страха. — Это Освальд, он здесь уже так долго, что даже обзавелся именем. Не бойтесь, обычно это очень спокойная змея. Да и его вид не кусается, просто душит свою добычу, — пожал плечами рыжеволосый мужчина. Слова владельца доносились словно через толщу воды. Где-то в глубине магазина смеялись дети, а Изабелла все никак не могла оторвать глаз от белоснежной змеи перед ней. Руки моментально похолодели, но за спиной ещё чувствовалось спасительное человеческое тепло. А потом наваждение спало. Чьи-то горячие руки мягко отстранили от себя, разрывая хрупкую связь. Спина профессора загородила обзор, став преградой между Изабеллой и змеёй. — Змеи прекрасные создания, но вы не могли бы на время его увести? Тем более здесь дети, а они не всегда, — мистер Снейп замялся, подбирая нужное, а главное корректное слово и продолжил, — не всегда бывают послушны и адекватны, особенно в общении с животными. Думаю, вы понимаете, о чем я. Окончание фразы было сказано весьма многозначительным и доверительным тоном. Мужчины переглянулись и, поманив Освальда пальцем, владелец магазина скрылся за стеллажами. Через пару минут вернулись довольные дети, на руках у Амелинды сладко посапывал пушистый пятнистый с дымчато-черным окрасом кот. — О, это хороший выбор, — вместо хозяина магазина за стойку встал молодой человек, отдаленно его напоминающий. — Вы знаете, что полукнизлы – потомки одних из самых умных магических кошек? Они обладают удивительной способностью чувствовать ложь и очень хорошо ориентируются на местности. Дети затихли, внимательно ловя каждое слово парня. Царивший в помещении полумрак добавлял его рассказу нотки загадочности. — Существует поверье, что хозяин книзла никогда не заблудится даже в самом темном лесу. Ваш полукнизл пока ещё молод и больше похож на крупного кота, но буквально через полгода должен начать входить в силу. Советую как можно больше времени проводить с ним рядом. От этого напрямую зависит скорость формирования связи между вами и фамильяром. — Я его никуда не отпущу! А лежанку на кровать поставим, — радостно воскликнула девочка. — Рядом, — веско уточнила миссис О'Брайен, пряча в глазах искры смеха. — Как скажешь, ма-ам, — кажется в этот момент девочка была согласна почти на всё. — Момент, сейчас все организуем, — сказал парень и в воздухе, слетая с полок, стали появляться пакеты с кормом всевозможных размеров, несколько клеток и большая корзина. Из магазина все вышли довольные. Северус, тем что магазин никто не разгромил. Изабелла была счастлива как можно дальше уйти от дружелюбного питона, а дети искренне радовались появлению ещё одного кота в доме. Питер с довольным и важным видом нес облегченную с помощью магии корзину. Правда, то и дело спотыкался об особо крупные и выпуклые камни мостовой. В эти моменты в ответ на тряску из корзины раздавалось тихое предупреждающее шипение. Кажется, кот оказался милашкой с характером. «Может лучше было купить гадюку?» — с сомнением поглядывая на Питера с котом, подумал Снейп. — «Почему-то мне кажется, что гриффиндорцы будут безопаснее этого пушистого наглеца...»

***

«Семейство Олливандер — производители волшебных палочек с 382-го года до нашей эры» гласила вывеска над входом в старое здание, видавшее множество таких же как и Амелинда маленьких волшебников. Некогда позолоченные буквы на вывеске уже давно потеряли блеск, лишь порой загадочно переливаясь в случайных лучиках полуденного солнца. В пыльной витрине на выцветшей фиолетовой подушке лежит одинокая волшебная палочка. Лавка Олливандера сильно отличается от блестящих и искрящихся вывесок магазинов. Она не кричит, а лишь тихим голосом рассказывает свою историю о тайном волшебстве, что совершается в момент единения палочки и юного волшебника. Ведь эта связь никогда не была случайна. Стоило зайти в лавку, как дети притихли. Только их любопытные глаза сверкали в царившем полумраке от едва сдерживаемого любопытства. По центру стоял стул для посетителей, а все остальное пространство было заполнено многочисленными стеллажами с какими-то коробочками. В последний раз зазвенел колокольчик и дверь за мистером Снейпом закрылась с тихим щелчком. Откуда-то из глубины магазина раздался грохот. — Уже иду. Иду-иду, — суетливо отозвался старческий мужской голос. — О, как вас много! И что все за палочками? — загадочно улыбнулся старик и поправил сбившиеся на глаза волосы. Его длинные тонкие пальцы держали в руках палочку, как обычно художник держит кисть. Плавно и упруго, совершенно не так, как мистер Снейп. — Здравствуйте, мистер Олливандер. Нам нужна палочка для мисс О'Брайен, — сухо и четко ответил зельевар. Кажется, все свои силы он оставил в аптеке Мальпеппера, спасая его от очередного разрушения будущими первокурсниками. И как только Косая Аллея за столько лет ещё не была разрушена? — М-м-м, маленькой мисс нужна волшебная палочка, — задумчиво и с долей предвкушения сказал мистер Олливандер. Его острый взгляд оценивающе оглядывал сделавшую шаг вперед Амелинду. Вокруг суетливо летала лента, измеряя все до чего могла дотянуться. — Какой рукой вы держите перо? Правой? — раздался голос мастера из прохода между стеллажами. Оттуда то и дело слышался тихий горок бумаги и поднимались серебристые клубы пыли. — Перо? — тихо удивилась Мэл, — наверное, правой. — Так. Тогда это не пойдет, а вот эти давайте попробуем, — по воздуху за Олливандером поплыли несколько длинных серых с серебряной вязью коробок. — Орешник и сердечная жила дракона, упругая, девять и три четверти дюйма. Мэл с интересом и долей опасения протянула руку к волшебной палочке. Вспышка. Громкий хлопок и девочка отлетает спиной прямо в профессора зельеварения. — О! Какая интересная реакция, — с шальной улыбкой воскликнул Олливандер, с кряхтение поднимаясь из горы коробок, в которую имел счастье упасть. — Кажется, вы просто патологически с ней несовместимы, интере-е-есно. Тогда попробуйте вот эту. Боярышник и волос единорога, десять дюймов. Мэл с опасением посмотрела на палочку, затравленно оглянувшись на держащего её за плечи профессора. Однако Северус, которому основательно надоели влипающие в неприятности недопервокурсники, в ответ лишь молча подтолкнул её вперёд. Им ещё учебники покупать, затягивать ещё дальше с покупкой палочки, он считал непозволительной роскошью. — Не бойтесь мисс, она не кусается, — загадочно улыбаясь, обнадежил мастер. Стоило только Амелинде протянуть руку, как от палочки повеяло успокаивающим теплом. И девочка, чуть осмелев, сомкнула пальцы на рукояти. — А теперь взмахните ей, вот так, — мастер легко поднял палочку и из вазы, стоящей на тумбочке, вылетели серебристо-синие искры. Взмах. Внутри страх смешался с ожиданием чего-то такого же волшебного. Ничего. Абсолютного ничего не произошло. — Не переживайте, мисс. Просто это не ваша палочка. Она достаточно близка вам, почти как родная, но всё же будет слушаться вас только в экстремальных ситуациях. Так иногда бывает у детей с палочками их родителей. Необычно, что эта палочка так среагировала на маглорожденную волшебницу, — лицо Олливандера приобрело задумчивое выражение лица, казалось, что он почти полностью ушел в свои размышления. — А знаете что? Я знаю, какая палочка вам идеально подойдёт. Мужчина не стал никуда идти, просто взмахнул палочкой коротко сказав: «Акцио». С верхней полки стеллажа слетела серебристо-серая коробка с изумрудной вязью. Крышка мягко взмыла вверх, открыв взору тонкую с древесным узором рукоять. — Она такая красивая, — Амелинда завороженно смотрела на волшебную палочку, кончиками пальцев обводя узоры на её поверхности. — Почему она как живая? Теплые волны ощущались биением сердца, каждый вздох стал таким лёгким и тяжёлым одновременно. Казалось, ещё немного и разрозится гроза. — Потому что не волшебник выбирает палочку, а она выбирает его. Каждая из них, — мастер широким жестом обвел окружающее пространство, — особенная, живая и неповторимая. Даже если эти палочки сделаны из одно и того же вида дерева, с одинаковыми сердцевинами, они все равно уникальны. Ведь судьба и жизнь у каждого из них совершенно разная, так же, как и у людей. Под тихие слова мастера маленькую девочку и волшебную палочку окутало бледное свечение, всё сильнее и сильнее разгоравшееся, пока наконец оно не взорвалось россыпью серебряных искр. —Теперь она моя? — с восхищением и надеждой Амелинда смотрела то на мать с профессором, то на старого мастера. — Конечно, твоя, — довольно сощурился мастер. — Запомни. Это ива и волос единорога, девять и одна четверть дюйма. Такие палочки всегда выбирают тех, у кого большой потенциал, но кто осознает, что без стремления и старания даже самая могущественная сила теряет свой смысл. Они не склоны и порой даже не способны на Темные искусства, всегда верны своему хозяину, но требуют в ответ заботы. Если её не ценить, то сила подаренная волосом единорога иссякнет и умрёт. — Сколько с нас? — мистер Снейп как всегда был прямолинейн. Его уже давно не сильно волновали все эти сомнительные истории о выборе палочки. — Этого хватит? — профессор отсчитал несколько золотых монет и положил на прилавок. — Да, вполне, мистер Снейп, — с проницательной грустью посмотрел на него мастер. Ещё, когда он маленьким мальчиком пришел в эту лавку, Олливандер в какой-то степени предвидел его тяжёлую судьбу. «Как же жаль, что я не могу ничего изменить. Но, возможно, этот раз станет исключением?» — подумал мужчина. — Тогда мы пойдем, — холодно кивнул зельевар и направился к выходу. — Мисс О'Брайен, — окликнул девочку в дверях старый мастер. — Да, мистер Олливандер, — обернулась на зов Мэл. — В моей семье всегда существовала поговорка, что тем, кому суждена далекая дорога, быстрее будет с ивой, — тихо, но очень отчётливо сказал мужчина. — Просто помните это. В нужный момент понимание всегда приходит само. — Я поняла, мистер Олливандер! Не забуду, — серьезно кивнула Амелинда. В ее глазах горели отблески искр, вылетевших из волшебной палочки, мягко растворяясь где-то в глубине. Это было начало. Начало чего-то нового и неизвестного. Путь каждого человека особенный и эту девочку ждало на нем множество открытий и новых встреч…