Закон притяжения. Сближение сердец.

Большая, крупная муха медленно ползла по стеклу. Хорошо ей наверное? Летает, жужжит и ни о чем не думает. У неё нет уроков, правда и каникул нет, но зато крылья есть. Захочет — сразу улетит! Делов-то. Насекомое постоянно останавливалось и усердно потирало тонкие черные лапки. Почти любой ребенок после такого мог с уверенностью сказать, что муха замышляла как минимум заговор миниатюрного масштаба, а то и вовсе захват мира насекомоподобными пришельцами. Правда, фантазии на такое хватило бы только восьмилетнему мальчишке, увлекающемуся комиксами. Впрочем, Джейкоб Сайндерс был не сильно далек от этого возраста. Поэтому его мысли блуждали далеко от учебного класса, старых знакомых и классного руководителя. Как можно думать о математике, когда ещё немного и мир может погрузиться в немыслимы хаос? Вот и мальчишка был уверен — никак! Первый день осени вызывал непреодолимое желание схватить рюкзак и с веселым гиканьем умчаться на игровую площадку. Или сесть на велик веснушчатого Зака, а потом вместе скатиться с горки у пустыря. Да так, чтобы ветер свистел в ушах, со всей силы бил по лицу, не давая открыть глаз. Жаль лето закончилось… Джейкоб, а чаще просто Джейк, сидел на последней парте крайнего у окна ряда со скучающим интересом лениво оглядывал класс. Муха улетела, а значит спасение мира пришлось отложить. Какая жалость… Почти все его старые одноклассники были в сборе, хотя кое-кого и не хватало. Хиггенс переехал с родителями в Уилтшир, очкастая Шенна перевелась в школу-интернат, а Майк в этом году сменил класс. Кроме последнего он ни с кем из оставшихся не общался, так что и скучать по ним не было смысла. Пока Джейк предавался задумчивым рассуждениям, учитель представлял классу новенькую, которая будет учиться с этого года вместе с ними. Она скромно стояла у доски и нервно теребила темную прядь, ярко выделяющуюся на фоне светлых волос. Глаза девочки были полуприкрыты. На бледных щеках явственно проступал румянец. Но стоило только приглядеться внимательнее, как становился заметен любопытный блеск глаз, рассматривающих каждого с неподдельным интересом. И дрожащие кончики губ, готовые расплыться в предвкушающей улыбке. Кажется, несмотря на смущение, девочка с нетерпением ждала знакомства с новым классом. — По решению педсовета школы с этого года рассаживать по партам буду вас я. Никаких хочу или не хочу. После приезда проверки в школу в прошлом году стало ясно, что это только мешает вам учиться. Поэтому хочу вас поздравить, теперь болтать на уроках больше не выйдет, — радостно заключил мистер Дофлер, получив в ответ не менее грустный стон учеников. Пропустив большую часть слов учителя, Джейкоб очнулся только на этом объявлении. И надо сказать, был им до крайней степени возмущен. — Как так! Это несправедливо! — крикнул он подскакивая со стула. От ленивых мыслей не осталось и следа. Теперь он чувствовал себя как закипающий на плите у мамы чайник. Казалось, ещё немного и из носа и ушей у него повалит самый настоящий пар. Однако этого так и не происходило, что совершенно не уменьшало его возмущения. С соседних парт раздались вопли согласия. Надо отдать должное девочкам, в этот раз они были единодушны с одноклассниками в своем нежелании что-то менять. — Это не обсуждается, так что пожалуй начнем, — радостно хлопнув в ладоши объявил учитель. Его хорошее настроение совершенно не вписывалось в общую атмосферу угнетения, охватившую класс. — Милси, ты плохо видишь, поэтому остаешься за первой партой. Джена, уходишь за третью на место Ральфа, а он садится на твоё. Шон иди к Нелли, а Майлз к Бетани. Девочки, а вы можете садиться на их места. Возмущение в кабинете нарастало. Дети медленно копошились, всячески оттягивая неприятный момент. Но увы это не могло длиться вечность, так что в итоге все названные ребята расселись по своим местам, недовольно оглядывая новых соседей. Впрочем неприязнь была взаимна. — Пусть Амелинда, сядет рядом с Джейком, — сказал учитель, сосредоточенно водя пальцем по списку класса. — Так, вроде бы вы последние. Звонок прозвенел, так что можете расходиться на перемену. Следующей будет литература. Почти все повскакивали со своих места и стремительно выбежали из класса. Детям не терпелось обсудить произошедшее и поделиться своим возмущением с друзьями. Ещё и обсудить это с параллельными классами. Ведь у них, наверное, тоже были такие перестановки? Пока за стенами кабинета обсуждалось главное событие дня, в самом классе набирала обороты ссора между новенькой и её соседом. После пары подначек и подколок со стороны Чарли, Джейкоб оскорбленно заявил, что никогда в жизни не будет сидеть с какой-то мелкой девчонкой. Его бывший сосед был уверен, что это самый что ни на есть позор для любого уважающего себя мальчишки. Правда, где он понабрался таких мыслей, было неизвестно. Но Джейк, трепетно относящийся к своей репутации, на волне возмущения совершенно не мог рассуждать здраво. Наверное, именно поэтому он почти сразу же поддался на провокацию приятеля. — Ты не можешь здесь сидеть! — кричал вихрастый черноволосый мальчишка. Крылья носа от возмущения развевались как паруса у фрегата, шея покрылась красными пятнами, а карие глаза воинственно блестели. — Почему? — удивлённо и немного обиженно спросила девочка, поправляя выбившуюся из копны платиновых волос черную прядь. Она и так волновалась из-за перевода, а теперь ещё и новый сосед почему-то так категорично настроен против неё. Будь на её месте кто-нибудь другой, то реакция могла быть самая разная — слезы, возмущение, меткий бросок учебника прямо в лоб. Но как и учила мама, Амелинда старалась решать конфликты словами. Поэтому совершенно с искренним желанием стремилась узнать причину такого недовольства. Ведь этот мальчик её даже не знает, почему тогда возмущается? — Ты странная, не хочу тебя видеть, — чуть с паузой ответил сосед по парте, нахмурив брови. — И вообще, у тебя волосы некрасивые! — И что же с ними не так? На себя посмотри, волосы как волосы. Послушнее твоего стога сена на голове будут, — сказала Мелинда, перекинув упомянутые через плечо. — Да как ты смеешь! Сказал не нравится — значит не нравится. Я тут первый учиться начал, так что уходи, — завопил Джейкоб, вскочив со стула. — Ещё чего, не нравится — терпи! А то сейчас сам от вредности побелеешь, — возмутилась девочка и отвернулась от соседа. Чтобы там не говорили, но терпеть такое было выше её сил. Какой же он зазнайка и болтун. Первый учится начал… Как будто она так хотела бросать прошлую школу. Выбора не было. Мама всегда относилась к ней как к взрослой девочке, поэтому по первой же просьбе объяснила причину. Так что Амелинда хотела отнестись к переводу со всей ответственностью и не добавлять проблем в итак не маленькую копилку семейства О`Брайен. — Раз так, тогда вот, — злобно хихикая, мальчик дёрнул Амелинду за волосы так сильно, что она чуть не ударилась головой о его стул. — Что молчишь? Сказать нечего? Амелинда, вытерев выступившие слезы, в упор, почти не моргая, смотрела на мальчишку. И тут его волос прямо на глазах стали выцветать, почти полностью повторяя цвет волос Мэл. — Ой, — испугалась она и, протерев глаза, ещё раз взглянула на соседа. — Что? Что случилось? — глаза Джейка округлились и он в панике стал шарить руками по голове. Волосы его от этого ещё больше стали дыбом, но вот цвет обратно не вернули. — К-кажется, ты теперь и правда как я, — едва выговаривая слова сквозь приступы хохота, ответила ему Амелинда. — А-а-а! — сосед резво подскочил со стула, да так, что он с грохотом свалился на пол, и побежал к зеркалу у умывальника в классе. — Нет, этого не может быть… Это ты сделала?! — Да как бы я смогла! — продолжая смеяться и утирать слезы, ответила Мэл и, разразившийся очередным приступом хохота, продолжила. — Очень милый цвет волос. Тебе идёт! — Да, я… Да, я теперь как ты-ы! — завыл мальчишка и схватил свои волосы пальцами, попытавшись спрятать в них свое лицо. Кажется, он так перепугался и удивился, что даже забыл про подначки Чарли. Надолго ли? — Ну что ты, не расстраивайся так, — подошла к нему Амелинда и медленно похлопала по плечу. — Фу, его девчонка жалеет, — раздался сзади тихий голос того самого Чарли. И тут произошло сразу несколько событий одновременно. Джейкоб, услышав слова одноклассника резко оттолкнул Амелинду. Та, в попытке удержаться, схватилась за рукав проходящей мимо дежурной по классу. Коробка с мелом и белыми от пыли щетками взмыла вверх. Где-то тихо захихикал Чарли, толкая в бок стоящего рядом одноклассника. Возможно, исход у этой череды случайностей мог быть совершенно иной, но именно в этот момент на шум в классе зашёл мистер Дофлер. — Что здесь происхо…, — с глухим хлопком прямо на голову мужчины приземлилась одна из щеток, а потом медленно сползла по затылку. Это был крах. Вокруг головы учителя медленно оседало меловое облако, превращая некогда черный костюм в грязно-серое нечто. Волосы, надо сказать, выглядели не лучше. Класс, готовый разразиться приступом смеха, затих. Дети во все глаза смотрели на мистера Дофлера, затаив дыхание в ожидании взрыва. — Вы. Оба. Апчхи! Остаётесь после. Пчхи! Уроков! — едва сдерживая злость, отчеканил каждое слово учитель и ещё раз громко чихнул. — Апчхи! — Кажется они влипли, — все так же тихо прокомментировал Чарли. Стоявшие рядом одноклассники, осуждающе покачав головой, поспешили занять свои места. В классе воцарилась напряжённая атмосфера. Испорченное настроение мистера Дофлера могло сулить им что угодно, вплоть для внеочередной самостоятельной работы. Впрочем, именно это и произошло. Вернувшись из учительской, мужчина коротким кивком подозвал к себе старосту. И вручив кипу бумаги с заданиями, велел начинать писать работу. А сам, подойдя к доске, размашистым почерком выводил на доске "Самостоятельная работа." Класс взвыл. А тем временем на задней парте состоялся разговор, ставший точкой отсчёта в жизни вихрастого мальчишки и светловолосой девочки. — Смотри, такое чувство как будто его маляр вместо забора покрасил, — толкнув локтем в бок Амелинду, тихо сказал Джейк. Девочка, сначала пытающаяся не обращать внимание на своего соседа, подняла глаза на мистера Дофлера. Неизвестно куда смотрел учитель, избавляясь от следов происшествия, но на его спине отчетливо виднелся длинный белый след. "А ведь и правда, как будто покрасили," — подумала Амелинда и едва заметно улыбнулась. — "Если представить по бокам ещё двух таких учителей, то из них можно было бы собрать заборчик." Спустя пару минут под аккомпанемент тихих смешков в классе двое детей на задней парте переговаривались с друг другом, весело хихикая. Ссора была забыта и даже угроза остаться после уроков была уже не такой уж и пугающей…