Закон притяжения. Сближение сердец.

— Ааааа! Мы проспали! — именно с такими криками бегали по спальне девочки, пока Гермиона с Амелиндой самозабвенно обсуждали темы первых занятий. Привычные к ранним подъемам в школу со звонком будильника, они и в волшебном мире не расстались с этим замечательным, но порой ненавистным предметом. Зато остальные четыре обитательницы комнаты со вкусом придавались панике. То тут, то там летали чьи-то галстуки, носки, расчёски и заколки. Найти что-то в творившемся бедламе было просто невозможно. Одна надежда была на то, что у мальчиков дела обстояли не лучше. А значит их точно дождутся. Тем временем Бандит, не выдержав в очередной раз пролетевшей над ним юбки, решил переместиться в более безопасное место. Поэтому сейчас, вальяжно развалившись на одеяле, взирал на происходящее с долей презрения. Весь этот шум и суматоха тревожили его королевский покой, мешая возлежать на кровати хозяйки. Хотя активные почесыпания и поглаживания немного смиряли книзла с окружающей действительностью, но не надолго. — Вы не видели мою сумку? — с маниакальным блеском в глазах рылась в чемодане Лаванда — Кажется, я забыла дома все перья, — сокрушалась Парвати. — Может, прогулять в первый день не такая уж и плохая идея, — задумчиво бормотала Фей, в который раз пытаясь завязать галстук. — Давай, я тебе помогу, — встала с кровати Гермиона. В отличие от Амелинды она была свободна от рабского гнета кота. А тем временем его хозяйка, надёжно придавленая собственным же питомцем, размышляла. Может, не зря тогда профессор Снейп сокрушался, что змея и то безопаснее и полезнее будет. — У вас ещё десять минут и мы уходим без вас, — сказала, появившаяся на секунду в дверном проёме, Анджелина Джонсон, которую подослал к младшекурсницам медленно закипающий от негодования Перси. «Опоздания не приемлемы!» — любил повторять он при каждом удобном случае. Кажется однокурсники всё же оказались организованнее и спустились в гостиную первыми. Девочки забегали по комнате с удвоенной силой и спустя обозначенные десять минут бурча и возмущаясь спустились вниз. У выхода из башни первокурсников ждал злой и расстроенный Перси Уизли, успевший уже с утра поспорить с близнецами. — Все собрались? — пыхтя от возмущения, но стараясь выглядеть серьезно и солидно, спросил Перси. Малыши огляделись и, не обнаружив пропажи активно, закивали. Первый курс факультета Гриффиндор был в сборе. — Тогда за мной и не отставать! — предупредил староста и стремительно вышел через рамку портрета. Серые коридоры, похожие один на другой, мелькали перед глазами Амелинды. Первые минут пять она ещё пыталась запомнить дорогу, но в итоге бросила это дело, окончательно запутавшись в поворотах. Рядом шла Гермиона, неразборчиво бурча себе под нос. Гарри вовсю вертел головой, с любопытством осматривая старинный замок. Рон с пеной у рта доказывал что-то Дину Томасу, размахивая руками. Перешептывались в конце колонны первокурсников Парвати с Лавандой. Среди ребят царила идиллия и предвкушение чего-то волшебного. Тем временем между профессором Снейпом и Дамблдором состоялся весьма странный разговор. — Альбус, зачем вы это сделали? — Что сделал? — недоуменно подняв брови спросил директор. — Вы и сами все прекрасно знаете! — возмутился Снейп. — Мальчик мой, я стар, мне позволительны маленькие шалости, — развел руками директор и довольно притопывая ногой отвернулся от Северуса, давая понять, что не намерен дальше продолжать беседу. Вынужденный сесть за стол через несколько кресел от Дамблдора профессор зельеварения медленно закипал от негодования. «Год обещает быть ужасным» — подумал Северус. Амелинда в это момент была абсолютно солидарна с профессором. Ведь её попытки поздороваться с недавними приятелями оказались безуспешны. Нотта за столом не было, Блейз самозабвенно читал очередную книгу по ядам, заедая её спагетти, а Драко упорно игнорировал девочку с того самого момента, как их взгляды столкнулись сегодня в большом зале. Первая пара была совместная со слизерином и Мэл надеялась, что сможет все же поговорить с ребятами перед её началом. Особенно её расстроило поведение Драко, ведь они так хорошо общались летом и в поезде, а теперь… В подземельях, куда они спустили сразу после завтрака, было очень холодно. Не смотря на то, что за окном только вступала в свои права осень, холодные каменные стены замка были абсолютно ледяными. Из рта то и дело вырывались клубы пара, стоило кому-нибудь начать разговаривать. Дверь в кабинет была закрыта, оба факультета стояли по разные стороны перекидываясь презрительными и настороженным взглядами. Привычные к тому, что напротив вражеский факультет, только что встретившиеся дети были не уверены, как им стоит себя вести, поэтому вокруг царила атмосфера настороженности и напряжения. Не прошло и дня как вокруг образовались маленькие группы из тех, кто был знаком до школы или просто совпал по интересам. Хотя были и одиночки, неловко мялся у стены Невилл, с независимым видом стояла у дверного проема Гермиона, судорожно листавшая учебник. Фей Данбар сидела на сумке у ступеней в подземелье и скучающим взглядом наблюдала за сокурсниками. А вот Гарри стоял в толпе мальчиков и чувствовал себя явно не в своей тарелке. Амелинда, рассеянно окинув взглядом гриффиндорцев, решительно махнула головой, словно прогоняя любые сомнения и направилась к противоположной стороне, которую оккупировал Слизерин. Сердце стучало где-то в ушах, стало жарко даже не смотря на царящий вокруг холод. Девочка очень волновалась, но мама всегда учила её, что любые недопонимания нужно разрешать сразу, пока они не стали частью привычной разрастающейся обиды. С каждым шагом в коридоре становилось все тише, стихали за спиной разговоры детей. Все, даже слизеринцы, недоуменно смотрели на девочку, осмелившуюся нарушить привычный порядок вещей. — Драко, нам нужно поговорить! — твердо заявила Амелинда, подходя к растерянному блондину. — С чего это вдруг? — отреагировала вместо него Пэнси, возмущенная, что Гриффиндорка вообще посмела подойти. — Тебя это не касается, — отмахнулась Мэл. — Чтооо? — Паркинсон ошалело хлопала глазами, мало кто смел её так грубо затыкать. Однако Амелинда, охваченная своими переживаниями, совершенно не обратила на это внимание. — С чего это я должен с тобой разговаривать? — надменно процедил Малфой, уже пришедший в себя после неожиданной выходки Мэл. — Как это почему? — отшатнулась девочка, она чувствовала как слезы обиды начинают жечь глаза. — А разве до приезда в Хогвартс тебе нужна была причина? Почему вы все стали такими отстраненным? Даже не здороваетесь… — Амелинда, не надо, — сзади к О’Брайен подошёл Гарри и положил руку на плечо. — Послушай своего гриффиндорского дружка и проваливай, — заявил Крэбб, стеной встав перед Малфоем. — Вы так жаждете изучать зельеварение, что решили подраться за первые парты ещё не входя в кабинет? — раздался из только что открывшейся двери голос профессора. — Минус десять очков гриффиндору, Поттер. — Что? — Гарри чуть не подпрыгнул от неожиданности и негодования, а вот Гермиону интересовал совершенно другой вопрос. — А разве можно уйти в минус? — А разве можно уйти в минус, сэр. — язвительно поправил Грейнджер профессор. — И да, мисс, у меня и вылететь из школы на первом занятии можно. — А вы уже хотите? — Северус приглашающе окинул взглядом первокурсников. — Если нет, тогда быстро все в класс. Малфой, О’Брайен, так уж и быть первая парта перед моим столом ваша. «Хоть здесь пар выпущу после этого старого маразматика», — довольно вздохнул в мыслях Снейп, закрывая дверь кабинета за малышами. — «Первая пара всегда самая впечатляющая». Профессор внимательно обвел взглядом аудиторию. Впечатленные его появлением дети притихли. Поэтому Северус, закончив перекличку, решил закрепить произведенный эффект и заинтересовать маленьких волшебников своим предметом. В свое время магия создания зелий заворожила профессора. Бесконечные комбинации ингредиентов, их взаимодействие и соединение увлекали, дарили ощущение спокойствия и контроля. — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал он. Профессор говорил почти шёпотом, но ученики отчётливо слышали каждое его слово. Как и МакГонагалл, Снейп обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс. И здесь, и на парах по трансфигурации, никто не отваживался перешёптываться или заниматься посторонними делами. — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил зельевар. — Однако, если вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Вы поймёте, что истинная магия творится не волшебной палочкой, она скрыта вокруг нас, во всем, что мы видим, что нас окружает. Каждый ингредиент особен по-своему и имеет уникальную и порой очень своенравную силу. Если вы будете слушать, я смогу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. — Северус внимательно всмотрелся в глаза сидящих в классе детей. Многие сидели завороженно слушая его слова, но нашлись и те, кто не придал должного значения происходящему, поэтому сделав выразительную паузу зельевар продолжил. — Но всё это возможно только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки. После этого дополнения царившая в кабинете тишина и правда стала абсолютной. Гермиона Грэйнджер нетерпеливо заёрзала на стуле — судя по её виду, девочке уже не терпелось доказать, что она совершенно точно не является частью стада болванов! Драко с Амелиндой, сидевшие перед профессором, несмотря на произошедшее перед уроком, удивлённо переглянулись. Они оба успели познакомиться с профессором до начала занятий и не ожидали от зельевара такого окончания его речи. — Он обычно не такой, — растерявшись озвучил мысли вслух Драко. — Ты же со мной не разговариваешь, — не удержавшись поддела соседа по парте Амелинда. — Тогда не отвечай, — надулся Малфой и показательно отвернулся от Мэл, громко скрипнув стулом, за что получил ускоряющий взгляд от Снейпа, никак не ожидавшего, что крестник будет шуметь на его занятии. «Расслабились? Ну ничего, сейчас вы у меня быстро возьмёте себя в руки,» — подумал Снейп и тут кабинет как будто озарили тысячи молний. Вопросы сыпались на ребят один за другими. — Поттер! Что получится, если я смешаю измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни? «Измельчённый корень чего с настойкой чего?» — хотел переспросить Гарри, но не решился. Он покосился на Рона, но тот, похоже, был не менее ошарашен вопросом. Зато Гермиона Грэйнджер явно знала ответ, и её рука взметнулась в воздух. — Не знаете? Тогда Уизли! В чём разница между волчьей отравой и клобуком монаха? — В названии, сэр? — робко попробовал предположить Рон. — Гениально, мистер Уизли! Минус пять баллов Гриффиндору, неправильно, — сказал Снейп и внутренне усмехнулся. — Мисс Грейнджер, ваша рука скоро взлетит под потолок. Сядьте, — строго сказал профессор, мысленно вздыхая: «Ребенок, зачем мне тебя спрашивать, если видно, что ты знаешь?» — Мистер Крэбб! Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать? — В магазине, — с готовностью ответил мальчик, самодовольно улыбаясь. Если бы Северус сейчас мог стать невидимым, то его рука обязательно бы встретилась с лицом, лишь бы глаза не видели этого гениального отвечающего. Это не курс, а разочарование какое-то… — Мистер Малфой, вы так активно отворачивались от своей соседки, может быть жаждете как и мисс Грейнджер ответить мне? Где вы будете искать безоаровый камень? — В желудке у козы, сэр, — ответил Драко во все глаза смотря на Снейпа, он всегда был с ним строгим, но сегодня кажется и вовсе без настроения. — Мисс О’Брайен, а какое основное назначение безоара? — Его используют как универсальное противоядие от большинства ядов, сэр, — ответила Амелинда, поймав на себе маниакально горящий взгляд Гермионы, которая кажется очень хотела ответить хотя бы на один вопрос. — Похоже, не всем в голову пришла идея почитать учебники, прежде чем приехать в школу, не так ли?! — Снейп многозначительно посмотрел на Гарри и Рона, а потом тяжело вздохнув разочаровано бросил быстрый взгляд на Крэбба и Гойла. Слицеринцы от внимания профессора сначала побледнели, а потом и вовсе позеленели, постепенно приближаясь по оттенку к факультетским галстукам. Гарри решительно поднял взгляд на профессора, пытаясь прочесть причину его такого поведения перед уроком и явно предвзятого отношения к Слизерину. Рядом обиженно фырчал Уизли. — Неужели он рассчитывал на то, что мы наизусть выучим «Тысячу волшебных растений и грибов» и остальные учебники? — шептал Рон на ухо Гарри, не в силах больше сдерживать свое возмущение. — Тишина! — рявкнул он, на мгновение повернувшись к Рону с Гарри. — А вам советую всем запомнить: из корня асфоделя и полыни приготавливают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти. Безоар, как правильно сказали — это камень, который извлекают из желудка козы, он является противоядием от большинства ядов. А волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, также известное как аконит. Поняли? Так, все записывайте то, что я сказал! Все поспешно схватились за перья и зашуршали пергаментом. Но тихий голос Снейпа перекрыл поднявшийся шум. — А вам, Малфой и О’Брайен, я советую оставить свои раздоры за пределами кабинета. Зелья не терпят невнимательности, последствия могут быть фатальны. На сегодня зелье готовите в паре. Сделав паузу, профессор прошёлся взад вперёд, как будто что-то обдумывая. — Так, придется вас слегка рассадить. Грейнджер, пересаживайтесь к Забини, Гринграсс можете сесть к Лонгботому. Паркинсон к Крэббу, Данбар к Нотту, а Гойл к Парвати. Остальные можете остаться на своих местах. Сейчас обсудим основные правила безопасности, которые, я надеюсь, вы будете неукоснительно соблюдать. Далее разберём состав и вы в парах попробуете приготовить зелье. Оценка общая на двоих. Через час кабинет наполнил шум кипящей воды, перестук ножей и тихий шепот. Северус кружил по классу, шурша своей длинной чёрной мантией, и следил, как они взвешивают высушенные листья крапивы и толкут в ступках змеиные зубы. — Ты не так все делаешь, — шипел на напарницу Малфой. — Что, нашел причину для разговора? Не шипи, лучше покажи как правильно, — одернула его Мэл, в очередной раз напоминая о сказанных им словах. Как бы она не пыталась отстраниться от случившегося, вся эта ситуация её очень расстраивала. Малфой тяжело вздохнул. Препираться перед Снейпом ему не хотелось да и мальчик чувствовал себя немного виноватым перед Мэл за свою грубость. Мать бы не одобрила такое поведение, она всегда учила его уважать женщин, однако эта вражда. Как может он просто взять и продолжить их начавшуюся дружбу? Хотя напарничество у Снейпа точно будет веской причиной для перемирия. — Давай обсудим наше общение в следующий раз, хорошо? Не хочу взорваться, потому что мы что-то напутали, — попытался сгладить случившееся Драко. — Хорошо, — настороженно кивнула Амелинда, которую немного тревожили такие резкие перепады в общении. Но папа однажды сказал ей, что худой мир лучше доброй ссоры. И девочка склонна была верить его словам. — Отлично, тогда смотри, растирать надо по кругу и лучше по часовой стрелке, потому что это лечебное зелье, — начал шепотом объяснять Драко. Спустя час зелье было почти готово, осталось только пару раз помешать и можно было снимать его с огня. — Закончишь? — миролюбиво спросил Малфой О’Брайен, которая оказалась отличной напарницей и очень внимательной слушательницей. Кажется пары по зельеварению обещают быть приятными. — Давай! Нюансы есть, помимо тех, что в учебнике? — спросила Мэл, внимательно разглядывая бурлящую в котле жидкость. — Ещё бы, ни в коем случае не мешай против часовой стрелки, иначе зелье… Не успел Малфой договорить как раздался громкий взрыв, брызги зелья разлетелись бы во все стороны, однако профессор хищной тенью проскочил между парт и резким взмахом заставил их сжаться обратно. — … может взорваться, — закончил Малфой. — Вот тебе и показательный пример. — Да уж, я это теперь на всю жизнь запомню, — нервно расмеялась Мэл. Над котлом стоял весь взлохмаченный, измазанный в саже Симус Финниган, полусгоревший галстук безжизненной лежал на плече, мантия слегка дымилась, но стараниями профессора сам мальчик оказался цел. — Минус пятнадцать очков с Гриффиндора за вопиющие нарушение техники безопасности, невнимательность и незнание материала! Я что на доске написал? На завершающем этапе мешать строго по часовой стрелке! А вы как мешали мистер Финниган? — Против… — прохрипел Симус. — Вот именно, что против! Никакого здравого рассудка! — бушевал профессор. — Так, Томас, проводите своего однокурсника в больничное крыло. Пусть его осмотрит мадам Помфри, для его здоровья и нашей безопасности, — отдал указание профессор. — Я? — удивлённо спросил Дин Томас. — Вы мистер Томас, если вдруг мистер Финниган потеряет сознание, как мисс Браун, сможет дотащить его до Больничного крыла? — кажется у Северуса даже глаз задёргался от нелепости вопроса. Стоило только ребятам покинуть класс как профессор черным коршуном навис над Лавандой, буквально фантанируя едва сдерживаемой злостью. — Мисс Браун, почему вы не остановили своего сокурсника? — шипел Снейп. — Поздравляю, у вас и у него Тролль за эту работу. Передайте мистеру Финнигану, что к следующему занятию я жду от вас двоих индивидуальные эссе по технике безопасности. — Но профессор?! — воскликнула Лаванда. — Два эссе, вторая тема о возможных последствиях неправильного приготовления зелья от фурункулов! Ещё вопросы? — язвительно уточнил профессор. «Они, что даже взрывы всерьез не воспринимают? А если бы я не успел?» — возмущался Северус, ужасаясь царящим беспределом. — «А ведь я даже рассадил самых подозрительных учеников, которые с большей вероятностью мозги что-то испортить, с более ответственными студентами. Кажется Финнигана надо тоже включать в эти репрессии, кто бы мог подумать, что мальчишка взорвет котел...» — Нет, сэр, — поникла Браун. — Тогда у всех остальных есть десять минут, чтобы закончить зелье и поставить колбу мне на стол. И не забудьте подписать, я вам не профессор Трелони, гадать не буду! — припечатал Снейп возвращаясь к своему столу. К концу пары все вышли из класса притихшие и уставшие, медленно поднимаясь из подземелий на следующее занятие и тяжко вздыхая. На краткий миг дети забыли обо всем, даже о вражде.