We All Have The Same Heartbeat / У всех нас одинаковое сердцебиение

Лене потребовалось много месяцев, чтобы это понять. Между ними были нежные прикосновения, душевные разговоры по телефону, цветы и поздние вечерние ужины, а она просто не замечала этого. У неë не было времени об этом задумываться. А затем стало слишком поздно: она так глубоко встряла, что не знала, что делать, ей даже не к кому было обратиться. И это поразившее Лену осознание казалось до нелепого смешным, на самом деле. Лëгкое прикосновение пальцев к еë руке и улыбка, которая освещает весь еë мир, и вот оно. Еë сердце бешено колотится в груди, она втягивает в себя воздух, не отдавая себе отчëта в том, что еë легкие болят от нехватки кислорода. Прямо там, в еë кабинете, весь мир для неë перевернулся. Затем то, что стало для неë целым миром, исчезло; еë щëки всë ещë растягивала улыбка, когда Лена чуть ли не рухнула в кресло. Обед — просто салат в бумажном пакете, и это то, что стало причиной этого? Она сказала Джесс, что пойдëт домой. Лена не могла сосредоточиться на работе, ей было необходимо время. Ей нужно было… что-нибудь. Эта улыбка такая искренняя, настолько исполненная чувств. И эти глаза, в которых отражалась еë собственная улыбка. Ей нужно было сесть за руль. Поехать быстро и куда-то далеко, слушая музыку, которую она никогда не стала бы включать в помещении. Лена проскользнула в лифт и подошла к своему Vanquish. Она не особо себя баловала дорогими подарками, но автомобиль? На него Лена действительно потратилась. Детектор безопасности мигнул зелëным, и она также проверила капот, никогда не будучи слишком уверенной насчëт того, что машина не заминирована. Пролистав плейлист «ремиксов», Лена выехала на шоссе. «Я спрашиваю себя: Что я здесь делаю?» В ремиксах от Lucian всегда было достаточно басов. Лена не опускала окна, пока не добралась до пустыни. Пуленепробиваемые стëкла и шины для песка были не единственными вещами, которые она добавила к этой машине, но именно они сегодня имели значение. Лена съехала с дороги, чтобы избежать ограничивающих знаков, и рванула вперëд. — Слишком быстро может быть только тогда, когда с этим не справляются твои рефлексы. В былые времена еë не пугала скорость, с которой водил Лекс, потому что тогда она ему доверяла. Больше она не могла ему доверять. Никому не могла. Голубые глаза и очень нежные руки. Ни своим помощникам, ни швейцарам, никому. Лена увеличила скорость до двухсот миль в час, и с еë груди упал тяжкий груз. Теперь еë сердце бешено билось от адреналина, а не от чувства, которого она не замечала на протяжении семи месяцев. «Я не обратила внимания, с кем ты пришла; держу пари, ты ищешь чего-то нового…» Лена ощущала каждую песчинку, сталкивающуюся с лобовым стеклом… каждый удар басов в своих венах… Костяшки пальцев побелели от напряжëния на вцепившихся в руль руках, одна нога давила газ, другая зависла над педалью тормоза. Лене хотелось скорости, ощущения небытия, открытого перед ней. Она резко вывернула руль на скорости сто сорок три мили в час — большей, чем когда либо раньше, и почувствовала, как скользящие захваты ладоней снова встали на место. Она не перевернëтся, не опрокинется и ни за что не остановится. Машина оторвалась от земли почти на три секунды, все шины оказались в воздухе, и Лена не успела даже вдохнуть. Всë ещë чувствуя мелкую дрожь в руках, она осознавала свои ощущения, прежде чем разум сумел догнать чувства и понять происходящее. Шины наконец коснулись твëрдой поверхности, и всë осознание произошло на уровне рефлексов.

***

Она сломала переднюю ось. Это бы не было проблемой, если бы у неё в багажнике лежала паяльная лампа. Лена фыркнула и провела пальцами по волосам. Было четыре часа дня, и она находилась… почти в трëхстах милях к юго-западу от города. Прекрасно. Лена, повернувшись, прислонилась спиной к боковой панели. Глупо. Одна нелепая ошибка, и вот она в этой ситуации. Чтобы вытащить машину из песков потребуется специальный эвакуатор, а добраться сюда займëт не менее двух или трëх часов. Солнце палило, как и в любой другой день. Лена снова фыркнула и вытерла пот, уже выступивший на лбу. По крайней мере, у неë была бутылка с водой и автомобиль с кондиционером. Всë, о чëм ей действительно нужно было беспокоиться, — это смущение из-за вождения по бездорожью на гоночном автомобиле Aston Martin. Дверь со щелчком закрылась, и Лена нажала кнопку зажигания. Ничего не произошло. Она нажала снова, практически с тем же результатом. Аккумулятор же не мог тоже пострадать? Лена вышла из машины и в отчаянии подняла крышку капота. Жар, поднимающийся от двигателя, соперничал с пустыней вокруг. Песок. Повсюду был песок. Должно быть, это случилось во время последнего приземления… нет, в момент поворота. Возможно, всë вместе. Лена покачала головой и захлопнула капот. Какой смысл пытаться что-то исправить? Она не могла найти проблему, пока аккумулятор засыпан песком, и не могла очистить двигатель от песка, поскольку машина была очень горячей. Лена зафиксировала дверь с пассажирской стороны в открытом положении и села, стараясь держаться как можно дальше от солнца. Было ужасно жарко. Чëрт. Зачем она это сделала? Просто задуматься? Почему недостаточно было обычной чашки чая? Почему еë в конечном итоге всегда успокаивала эта гонка? Ей нужно было позвонить в службу эвакуации. Лена активировала телефон, и еë пальцы зависли над цифрами набора номера. Она была одна. Да, у неë есть электрошокер, но тот, кто за ней приедет, может принести с собой всë что угодно. В багажнике лежала монтировка, но будет ли она сколько-нибудь полезной? Лена откинулась назад, закрыла глаза и стиснула зубы. Какая же идиотка. Через три часа на таком пекле она будет наполовину в бессознательном состоянии. Солнечная девушка улыбается: «Я всегда буду тебя защищать». Лена, моргнув, снова посмотрела на телефон. Она набрала номер, даже не обдумав свои действия. Это всë действие жары. Определëнно виновата жара. — Лена? — Привет, Кара. Я… сделала кое-что действительно глупое.

***

Супергëрл приземлилась рядом менее чем через пять минут после того, как Лена повесила трубку. Чему Лютор не удивилась. На этот раз она не стала принуждать блондинку к отговоркам (кофе… удивительно, что до сих пор об этом не знали все). — Привет. — Лена нерешительно помахала рукой и привстала со своего места. Супергëрл лишь нахмурилась, глядя на неë. — Я всë понимаю, я просто поехала покататься, чтобы проветрить голову. Всë было бы в порядке, если бы у меня была с собой паяльная лампа. Девушка в плаще покачала головой. — И она также помогла бы починить аккумулятор? Лена вздохнула и откинулась на спинку сиденья. — Тогда, по крайней мере, я могла бы всë это поджечь. За свои усилия Лена получила смешок и протянутую бутылку воды. Она изогнула губы в полуулыбке и кивнула в знак благодарности. — Итак… ты хочешь, чтобы я отнесла тебя и машину обратно? Лена никогда не вздыхала так много за один день. — Не знаю. Я приму любую помощь, которую ты готова оказать. Я могу вызвать грузовик, чтобы выбраться отсюда и вывезти ма… — Лена. — Лютор подняла взгляд, и эти голубые глаза смотрели прямо на неë. — Всë нормально. Где ты паркуешь машину у своего дома? Лена покачала головой и улыбнулась. В конце концов, может, всë будет хорошо.

***

— Я тебя не уроню! Но ты должна пристегнуться! Лена нахмурилась и крикнула в окно: — Ты что, смотришь сквозь мою одежду, Супергëрл? Машина качнулась, но Лютор не смогла сдержать смех, сорвавшийся с еë губ. Это было намного лучше, чем двести миль по земле. Ей стоит вложиться в реактивный самолëт.

***

Сотрудник гаража понял, что не стоит задавать лишних вопросов. Лена снова рассмеялась, когда, выйдя из машины, споткнулась и оказалась в очень знакомых объятиях. — Мне понравилось летать! — Она широко улыбнулась, еë сердцу на самом деле нужно было успокоиться. — Когда я не нахожусь в опасных для жизни обстоятельствах, это довольно приятно. Супергëрл снова нахмурилась, но на еë необычайно розовых губах появилась улыбка. — Ты была в обстоятельствах, угрожающих жизни. Лена отступила назад, захрустев кроссовками по цементу, и пожала плечами. — Просто ещë один день в качестве Лютора. — Супергëрл нахмурилась, еë лоб, как и всегда, прорезала морщинка. — Но спасибо, правда, без тебя этот день был бы ужасным. Это заставило героя улыбнуться и закатить глаза. — Да, что ж, только не стоит больше лихачить в пустыне, мисс Лютор. — На этот раз последовала ослепительная улыбка и порыв воздуха. У Лены перехватило дыхание, и красный плащ исчез за углом.

***

Каре потребовалось всего двадцать три минуты, чтобы появиться у двери квартиры Лютор. Лена приняла душ и переоделась. Она могла бы договориться о том, чтобы механик пришëл завтра, а сегодня она включит кондиционер и забудет солнце пустыни. — Лена! Ты в порядке? — Появилась та же самая морщинка, и каждый раз Лена чуть ли не качала головой с улыбкой. — Да, спасибо, Супергëрл очень помогла и была понимающей. — Она усмехнулась, и Кара нахмурилась. — Хотя, думаю, что она раздевала меня взглядом. Было очень приятно наблюдать, как кровь прилила к лицу Кары. — Что? Она бы никогда… то есть… я не думаю, что она бы когда-либо сделала это! Почему? Почему ты так говоришь? Это и правда было слишком просто. — Она взглянула, чтобы проверить, что я пристëгнута, хотя в этот момент она в буквальном смысле держала машину. Для этого ей требовалось посмотреть сквозь меня. — Румянец Кары не исчезал, и Лена лишь усмехнулась. — Хочешь ненадолго остаться?

***

— Зачем ты туда поехала? Они практически свернулись калачиками на диване, лëжа близко, да, но не чересчур близко. Лена не была уверена, как Кара отнеслась бы к… этому. Она хмыкнула вместо ответа на вопрос и отвела взгляд от просмотра очередного диснеевского фильма. Кара их очень любила, а поскольку Лена в детстве не видела многих из них, девушки вместе смотрели один за другим. Эти фильмы были не такими уж плохими, особенно учитывая присутствие Кары, которая восхищалась ими. — Почему ты оказалась в пустыне? — Дэнверс повернулась к ней и наклонила голову. Лена прикусила нижнюю губу и пожала плечами. — Мне было нужно… — Она нахмурилась, затем переплела пальцы и вздохнула: — Мне нужно было подумать. — И у тебя это лучше всего получается, гоняя по пустыне? Недоверие в голосе Дэнверс заставило Лену рассмеяться. Рядом с Карой она часто смеялась. — Не знаю, но скорость каким-то образом помогает мне привести мысли в порядок. Кара кивнула, она, вероятно, понимала это лучше, чем кто-либо. — Это небезопасно, ты же понимаешь. — Да, но и борьба с инопланетными преступниками — тоже. — Лена изогнула бровь и чуть не поперхнулась водой. Это было не то, что она хотела сказать. — И… это не останавливает Супергëрл. Кара рядом с ней застыла. Лена чуть было не закатила глаза на своë поведение и способность сделать приятный вечер неловким. Кара очень натянуто рассмеялась и поправила очки. — О чëм… э, о чëм тебе нужно было подумать? Ах, да, гораздо лучше способность перевернуть вечер с ног на голову. Лена поморщилась и заëрзала на диване. Она не знала, что сказать. Что улыбка Кары озаряла еë светом, как ничто другое после того, что она испытывала в те первые несколько месяцев с Джеком? Что еë глаза невероятно чистого голубого оттенка, и это заставило Лену снова увлечься рисованием в графическом редакторе? Она бы попробовала, но ни в одной цветовой палитре не было голубого цвета, который мог бы конкурировать с глазами Кары. — Лена? Лютор резко подняла голову и чуть не отпрянула от того, как близко оказалась Кара. — Лена, ты уверена, что с тобой всë в порядке? — Кара придвинулась ещë ближе и, чëрт возьми, она, вероятно, слышала сердцебиение Лены. Что было проблемой. Говоря медицинским языком, Лена была близка к сердечному приступу. — Я… — Она сглотнула комок в горле. Боже, это было так же глупо, как и всë остальное сегодня. Лена вонзила ногти в ладони и попыталась вытащить себя из этого ужасного состояния. Ей нужно больше спать или лучше есть. Чем-то должна была объясняться столь нелепая ситуация. Голубые глаза немного приблизились, и из всех возможных мыслей в голове Лены на первый план вышло стихотворение. Я не твоя, не затерявшаяся в тебе, Не затерявшаяся, хотя я жажду этого, Раствориться в тебе, как свеча, зажжëнная в полдень, Растаять, как снежинка в море. Она не могла оторвать взгляд. В этом просто не было бы никакого смысла. Эта женщина звала еë, как скорость в турбодвигателе. Громко и стремительно, и Лена была настолько захвачена этим чувством, что никогда бы не нашла тормоза. Ты любишь меня, и я по-прежнему считаю тебя Прекрасным и ярким духом, И все же я жажду затеряться в тебе, Как свет теряется в свете. Пальцы Кары скользнули по еë запястью, вытеснив еë собственные. Два пальца легли на пульс Лены, и она оказалась не в состоянии дышать. Лютор знала, что еë губы приоткрыты, потому что она пыталась вдохнуть через рот; и она, вероятно, выглядела нелепо, но, господи боже, у Кары Дэнверс были самые красивые глаза, которые Лена когда-либо видела. О, погрузи меня глубоко в любовь — погаси Мои чувства, оставь меня глухой и слепой, Охваченной бурей твоей любви, Свечкой на порывистом ветру. — Лена? — Голос Кары прозвучал шëпотом, но это было подобно удару в грудь, и Лютор со вздохом откинулась назад. Однако она не отстранилась далеко: еë запястье оказалось в стальном захвате. — О чëм ты думала? Кара была так близко. Так близко… Лена не осознавала, что хотела, чтобы Кара была настолько близко. И всë же ей хотелось, чтобы Кара была ещë ближе — их разделял целый океан: секреты, профессиональная этика и целый ряд причин, которые она не могла вспомнить в данный момент. Не под таким взглядом Кары. — О тебе. И это были два слова, о которых Лена никогда не пожалеет. Ни в тот момент, когда они сорвались с еë губ, ни через тысячу лет после этого, потому что эти притягательные глаза закрылись, и Лена снова забыла, как дышать.

***

— Знаешь, преследовать инопланетных преступников действительно небезопасно. Кара, растянувшаяся на кровати в помятой ночной рубашке Лютор, посмотрела на неë. Она выглядела как мечта, как сон, которых у Лены, вероятно, теперь будет много. Кара нахмурилась и фыркнула: — Я летала в космос, думаю, с этим я уж справлюсь. Глаза Лены широко распахнулись, и она моргнула. — Ты летала в космос? Кара втянула воздух и поморщилась. — Э-э… — Постой, постой, это на корабле или сама по себе? На тебе был шлем? Как ты дышала? — Лена села на кровати и прищурилась, глядя на Кару. — Я знаю, что у тебя ускоренная клеточная регенерация, но может ли она компенсировать гибель клеток из-за гипоксии? Ну да нет, как бы ты оставалась в сознании? Кара моргнула, перевернулась на спину и рассмеялась. Лена нахмурилась: еë вопросы были обоснованы. Если Кара может летать в космос, она могла бы поднимать ракеты через слои атмосферы и экономить огромное количество ракетного топлива для космических путешествий на дальние расстояния. Чëрт возьми, да она могла бы работать на Международной космической станции. Лена ударила по руке Кары, но это лишь заставило блондинку рассмеяться ещë сильнее. — Я вообще-то серьëзно! — Лена фыркнула, и Кара прикрыла рукой глаза. — Ты могла бы сделать много хорошего, если ты можешь летать в космос! Если это не слишком утомительно, конечно. Я не знаю, какое потребуется потребление калорий… правда, сколько в день тебе нужно есть? Кара вытерла с глаза слезу и улыбнулась. Сердце Лены пропустило удар. — Ты узнаëшь, что я пришелец, и твои первые мысли — о моëм потреблении калорий! Лена отстранилась и, пожав плечами, нахмурилась: — Ну… ты так ставишь вопрос… — Нет, Лена. — Кара села и потянулась к еë рукам. Она провела большими пальцами по изгибам пальцев Лютор, и та сглотнула. — Твои первые мысли не о том, что я могу быть опасна или как вытолкнуть меня с твоего предприятия. Лена моргнула. — Ну… честно говоря, ни одна из них не была моей первой мыслью о тебе. — О? Лена вздохнула и пожала плечами. — Говоря о тебе, я была уставшей от прессы, смешивающей с грязью имя Люторов. По большей части я просто устала от тебя и Кларка. — Кара усмехнулась, и Лена улыбнулась. — А говоря о Супергëрл, я хотела показать ей, что я другая. Что я не пойду по пути моего брата… или матери. Кара слегка сжала еë руки и, подняв одну ладонь, нежно поцеловала костяшки пальцев. — Знаешь, когда я только вытащила тебя из того вертолëта, я знала, что ты хорошая. — О. — Лена снова сглотнула, ощутив напряжение в груди: это было так давно. Тогда они даже не знали друг друга. В то время она ещë работала над устройством обнаружения пришельцев. Кара снова потëрла большими пальцами костяшки пальцев Лены. — Ты мне очень нравишься, Лена Лютор. Еë сердце зашлось в груди, и Кара тут же улыбнулась. Чëрт возьми. Как она должна была контролировать своë сердцебиение? Кара наклонялась вперëд, еë улыбка становилась всë шире, и Лена наблюдала, как эти губы придвигались всë ближе и ближе к ней. Она почувствовала лëгкое головокружение. Кара опустила голову, и глаза Лены закрылись как раз перед тем, как эта улыбка прижалась к еë собственной. Что ж… возможно, контроль над железом переоценëн. Сталь на самом деле намного лучше.