И Феникс Взлетит

Сидя в позе лотоса с закрытыми глазами, Вэй Ин очистил свой разум от каких-либо мыслей, полностью сосредоточившись над самосовершенствованием. Ему как можно быстрее надо взрастить золотое ядро, ведь время летит со скоростью света, а гениальность идет из детства. Прошло три часа, Вэй Ин ни разу не сбился и даже не шелохнулся, благодаря терпимости, все его тело стало покрываться небесно-голубым светом, каемки которой были алыми, похожими на кровь. В даньтяне стало появляться маленькое пятнышко с размером зерна, оно было слабым и то пропадало, то появлялось снова. Вэй Ин покрылся потом, сжал челюсть и продолжил медитировать дальше, хотя силы уже были на исходе, но надо продержаться хотя бы еще час, чтобы зерно будущего золотого ядра полностью закрепилось в его даньтяне. Через полчаса небесно-голубой свет с алой каемочкой стал чуть ярче, а само пятно перестало исчезать и обрело форму маленького шарика, слегка светящимся желтым цветом. А через час упорного медитирования, шарик стал напоминать форму грецкого ореха, слабо светящимся уже слегка золотистым цветом, что означало что будущее вместилище золотого ядра — готово. Вэй Ин тяжело выдохнул и разжал челюсть, поморщившись от неприятного хруста с правой стороны. Он вытер пот на лбу и попробовал встать, но ноги затекли и болели, пришлось минут десять разминать затекшие мышцы, и только после этого Усянь смог подняться. Бегло осмотрев практически пустую комнату, он увидел на комоде рядом с кроватью поднос с фруктами и чаем, разорвав бинты на лице, Вэй Ин быстро съел легкую еду и почувствовал приятную тяжесть в животе, на душе сразу же стало хорошо и приятно. Усянь улегся на кровать и попытался уснуть, но неожиданно его потревожил стук в дверь. С тяжелым вздохом Вэй Ину пришлось встать и подойти к двери, открывать не хотелось, в принципе видеть сейчас тоже никого не хотелось, он слишком устал от взращивания сосуда для золотого ядра, да и это тело было слишком слабым, удивительно что у него вообще все получилось с первого раза. Деваться было некуда, на дворе уже около одиннадцати часов дня, поэтому пришлось открыть дверь и застыть как вкопанный. Вэй Ин знал что этот день настанет, рано или поздно, но настанет, правда к нему он не был готов морально, слишком свежа та боль потери любимой и драгоценной шицзе. Цзян Яньли смотрела на него с доброй улыбкой и нежным взглядом, ее глаза блестели интересом и нетерпением познакомиться с новым братиком, ее сердце трепетало от волнения, а в животе скрутилось в узел непонятными эмоциями. Увидев Вэй Усяня Цзян Яньли почему-то стало горько, сердце заныло и в ее глазах появились слезы, неожиданно для самой себя она заплакала. Вэй Ин был в шоке, он весь дрожал, а увидев слезы шицзе осел на пол, широко открытым глазом смотря на плачущую деву, в друг его голова закружилась и он стал задыхаться, в глазу потемнело, а в голове появились фантомные крики шицзе и то, как она умирает от меча в сердце, предназначенное ему, Вэй Усяню. Вэй Ин почувствовал как изо рта полилась кровь, он согнулся в небольшом поклоне и закашлялся кровью, пачкая пол и свою одежду, он не мог дышать, глаз ничего не видел, а в голове раз за разом проносились самые страшные воспоминания. В его мозгу что-то щелкнуло, отчего Вэй Ин истошно закричал, по всему телу разлилась неимоверная боль и направилась в самое сердце, Усянь не выдержал и отключился. Цзян Яньли от этой картины вскрикнула и стала звать на помощь, к ней быстро подбежали перепуганные служанки и увидели Вэй Усяня лежащим на полу, он был весь в крови, а лицо напоминало мертвеца. Одна из них, что пошустрее, быстро побежала докладывать Цзян Фэнмяню, другая побежала за успокоительным для Цзян Яньли, которая вся побелела и чуть ли не упала в обморок. Третья подбежала к мальчику, но резко остановилась, не зная что ей делать, вдруг она все испортит и сделает только хуже? В итоге пока она колебалась, к комнате уже подбежал взволнованный Цзян Фэнмянь, а следом за ним с гордо поднятой головой и презрительно усмехаясь шла Юй Цзыюань, ее кольцо потрескивало фиолетовым и грозилось выпустить цзыдянь, показывая насколько сильно была недовольно хозяйка. — Что, что случилось? Начал было Цзян Фэнмянь, но резко осекся, увидев бессознательного Усяня и всего в крови. — Почему все стоят? Вызывайте целителя, быстро! Сейчас Цзян Фэнмянь выглядел так свирепо и зло, что служанка стоящая рядом с мальчиком быстро подорвалась и побежала за домашним врачом. Она молилась про себя всем небожителям, чтобы с мальчиком было все хорошо, иначе ей не сдобровать. Цзянь Фэнмянь на дрожащих ногах медленно подошел к сыну и, такими же дрожащими руками взял его на руки. Он подошел к кровати и аккуратно положил Усяня на постель, после повернулся к бледной Яньли и спросил: — Что здесь произошло? Цзян Яньли вздрогнула и побелела еще сильнее, она и сама не знала что только что произошло, ее сознание было как в тумане. — Я... Я хотела повидать нового братика, поэтому пришла сюда и постучала, Вэй Усянь открыл мне и его взгляд стал шокированным, а я сама... Мне самой стало на сердце больно и горько и, неожиданно для себя я... Я заплакала. И... Усянь как-то, я не знаю как, потому что мои глаза были в слезах, он оказался на полу и из его рта пошла кровь, а потом он стал кричать и... Упал. Цзян Яньли говорила тихо и нерешительно, она сжимала платок в руках и дрожала, весь ее вид говорил о том, что она сама ничего не понимает. — Что это за неподобающий вид для будущей госпожи! Почему ты мямлишь как какая-то слуга! Юй Цзыюань слушая речь своей дочери помрачнела еще больше, в ее сердце разливалась злость, раздражение и ненависть в сторону Вэй Усяня! Она хотела отпустить цзыдянь и прямо сейчас отхлыстать до смерти несносного мальчишку! Но пока Цзян Фэнмянь находится в доме, ей каким-то образом придется сдерживать свою ненависть и желание убить, избавиться от этого мусора, очистить свой дом и больше никогда не видеть и не слышать о Вэй Усяне. Яньли от жесткого голоса матери вся стушевалась и опустила голову, ей было обидно и печально слышать такие слова в свою сторону. Цзян Фэнмянь наблюдая за всей этой картиной стиснул зубы, сейчас он не хотел ругаться, тем более когда его сын находился в непонятном состоянии. — Моя госпожа, вам лучше уйти в свои покои, здесь я САМ разберусь. Лицо Юй Цзыюань стало чернее тучи, кольцо заискрилось с неимоверной силой, а губы расплылись в злой и кривой ухмылке: — Я что, теперь в собственном доме не могу находиться нигде, кроме своих покоев? Может, ты еще нашим детям запретишь высовываться из своих комнат, и все из-за этого оборванца?! Она всё-таки выпустила цзыдянь и хлестнула в сторону Цзян Фэнмяня, правда сделала так чтобы не попасть в него, а лежащего без сознания Вэй Усяня! Цзян Фэнмянь отбил хлыст своим мечом, в его крови забурлила ярость, ноздри раздулись как у свирепого быка, а вся его аура покрылась убийственным намерением, отчего Цзян Яньли стала задыхаться, а сама Юй Цзыюань напряглась и застыла, прямо как кролик перед удавом. — Довольно! Убирайся с этой комнаты немедленно! И чтобы твоей ноги здесь больше не было! Я тебя предупреждаю в первый и последний раз, попробуешь причинить вред моему сыну, я тебе это с рук не спущу, а теперь убирайся, пока я держу себя в руках! Юй Цзыюань чуть ли не задохнулась от гнева, но ей пришлось закрыть рот и разъярённой походкой выйти вон, со всей силы хлопая дверью ненавистной комнаты. Она еще покажет кто в этом доме хозяин! Цзян Фэнмянь попросил посидеть Цзян Яньли с Усянем, и до тех пор, пока не придет семейный доктор, он приказал слугам не беспокоить его и направился в свой кабинет, чтобы остыть и придти в себя.