И Феникс Взлетит

Вэй Ин пришел в себя от боли по всему телу, было ощущение что он только что побывал в прошлом, когда его растерзали мертвецы. Содрогнувшись от тяжелых воспоминаний, Вэй Ин чуть ли не подскочил от страха, когда до него кто-то дотронулся. Оказывается, пока он пребывал в своих думах, рядом с ним сидела Цзян Яньли, на ее лице красовалась нежная улыбка, но ее глаза выражали грусть. Она взяла его за руку и слегка сжала ладонь, с целью успокоить и показать что все нормально, страшиться нечего. — А-Сянь, ты пробыл в беспамятстве четыре дня и мы все за тебя очень переживали. Голос Цзян Яньли был мягким и тихим, полным грусти, тоски и глубокими переживаниями. — Мне так жаль, что наша первая встреча закончилась столь печальным образом. Вэй Ину было больно видеть как его любимая шицзе страдает, он не мог смотреть на ее печальный вид и осознавать, что в ее настроение опять виноват он. — Цзе-Цзе, в этом нет твоей вины, просто стечение обстоятельств и триггер на женские слезы. На эти слова Цзян Яньли не нашла ответа, она лишь слабо улыбнулась и, спохватившись позвала слугу и попросила принести легкие закуски. Из-за того, что она была занята переживаниями и чувством вины, ее фирменный суп из лотосов и ребрышек совсем не получался, но она пообещала себе что как только Усянь придет в себя, она обязательно соберётся с силами и обрадует нового братика. — В следующий раз я обязательно накормлю тебя своим фирменным супом! Думая об этом, Цзян Яньли воодушевилась и ее настроение чуть улучшилось. — Уже не терпится попробовать! Вэй Ин буквально весь засиял и улыбнулся так ярко, что и сама Цзян Яньли стала смело улыбаться в ответ. Так они и провели время, смеясь и болтая о всяком, попутно перекусывая принесенными слугой всякими вкусностями. Позже в комнату зашел Цзян Фэнмянь, перед этим постучав. Под его глазами были глубокие темные тени, кожа выглядела неестественно для живого человека, и сам Фэнмянь выглядел так, как-будто долгое время не спал и не ел. Что, впрочем, не лишено смысла. Цзян Фэнмянь и правда не спал и почти не ел, он был так сильно напуган тем, что его сын не просыпается, звал самых лучших целителей в надежде на чудо, но все было без толку, они лишь пожимали плечами и говорили что с мальчиком все в порядке, он просто спит. Фэнмянь этого никак не мог понять, прогонял их взашей и звал новых, но все повторялось по кругу. Когда же ему недавно сообщали радостную новость о пробуждении Усяня, Цзян Фэнмянь буквально полетел к его покоям, он был так сильно взволнован, что даже не привел себя в порядок. — Ты в порядке? Ничего не болит?! Фэнмянь быстро подошел к Усяню и крепко обнял его, отчего мальчик чуть не задохнулся, но на его лице продолжала сиять улыбка. — Я в порядке, отец. Вэй Ин решил играть по-крупному, поэтому прямо перед шицзе назвал Цзян Фэнмяня отцом, отчего та широко раскрыла глаза и в шоке приоткрыла рот, намереваясь что-то сказать, но Фэнмянь наконец-то оторвавшись от сына ее опередил: — Яньли, Усянь мой сын, твой родной брат. Мужчина сказал эти шокирующие слова с бесстрастным лицом и сухим тоном, когда внутри него бушевала буря, но как глава он не смеет показывать свои истинные эмоции перед детьми. Цзян Яньли сидела возле Усяня, она смотрела на своего отца и не могла поверить своим ушам. Значит, матушка была права? Отец всё-таки изменял ей, и поэтому она все время такая злая. Она опустила голову, прикусила нижнюю губу и задумалась. Усянь рядом с ней грустно ухмыльнулся и посмотрел на дядю, если вслух он еще мог обращаться к нему как к отцу, то в мыслях пока не привых. — Ваши взрослые дела... Разбирайтесь в них сами, но я рада что А-Сянь мой родной брат, так никто не будет попрекать нас в неподобающих отношениях. Яньли была умной, спокойной, тихой и доброй. Она не винила Вэй Ина ни в чем, просто удивилась что ее отец, который всегда и во всём слушался матушку, всё-таки оказался мужчиной. — Шицзе! Я знал, что ты не возненавидишь меня! Усянь весь засиял и кинулся к Яньли с обнимашками, когда как Цзян Фэнмянь стоял рядом с ними, наблюдая за этой картиной с доброй улыбкой и нежным взглядом. Всё-таки, Яньли определенно пошла в него. Мужчина от этих мыслей нахмурился, ведь Усянь еще не виделся с Цзян Чэном, вот он определённо весь пошел в Юй Цзыюань, такой же скверный характер, надменность и излишняя раздражительность. Хаааа. Ладно, с этим они будут разбираться позже. — Яньли, нам пора уходить, Усяню надо отдыхать и набираться сил. Вэй Ин услышав эти слова, внутри себя наконец-то расслабился, он чувствовал себя не особо хорошо, но перед шицзе не мог показать свою слабость, да и перед дядей тоже. Ему не хотелось отвечать на вопросы о том, что с ним происходит, поэтому Вэй Ин всячески отвлекал отца и дочь. — А-Сянь, я обязательно приду к тебе завтра, спи хорошенько и поправляйся. Цзян Яньли перед уходом поцеловала Вэй Ина в лоб и обняла, Цзян Фэнмянь последовал за ней и сказал что на сегодня целителей не будет, а после они ушли. Только после того, как дверь закрылась, Вэй Ин с облегченным стоном упал головой на подушку, дрожащими руками он дотронулся до даньтяня, закрыл глаза и попытался взглянуть внутрь себя. Но ничего не получилось, его силы были как кот наплакал, придется восстанавливаться неделю или же больше, Усянь вслух цокнул и недовольно вздохнул. Это тело слишком слабое, от того что он взращивал вместилище для золотого ядра, а после увидев шицзе и словив паническую атаку, он стал еще слабее. Плохо, очень плохо, ждать столько времени не хотелось, поэтому Усянь решил каждый день заниматься, но так, чтобы его тело сильно не напрягалось. Думая об этом, Вэй Ин и сам не заметил как уснул. 🐰🐰🐰 Юй Цзыюань сидела за туалетным столиком, ее спина была идеально ровной, подбородок приподнят, а глаза надменно смотрели на ее отражение в зеркале, она поглаживала кольцо с цзыдянем, при этом ухмылялась зло и многообещающе. — Цзян Фэнмянь, не вини меня за излишнюю жестокость, но я не дам этой твари занять место моего Цзян Чэна. Говоря эти слова, она смотрела в свои глаза в отражении зеркала: серые с оттенком фиолетового сейчас были практически темными, что говорило о настоящей ненависти, жестокости и беспощадности. Юй Цзыюань поклялась самой себе избавиться от безродного мальчишки, не дать тому вырасти и стать главой Юньмэн Цзян. — Иньчжу, Цзиньчжу. Личные служанки быстро вошли в ее покои, слегка поклонились и в таком положении остались стоять, они ждали приказа госпожи. — Следите за Вэй Усянем. При любой возможности, где не будет свидетелей, где угодно и когда угодно, вы должны избавиться от него. Чисто. Юй Цзыюань сверху вниз смотрела на своих личных служанок, которые были с ней сколько она себя помнит, женщина не стала никому другому приказывать избавиться от оборванца, потому что никому кроме своих вещей не могла доверять. Только эти две могли осуществить все ее приказы. Иньчжу и Цзиньчжу были идеально обучены лично ей, они знали буквально все и умели столько же были жестокими и бесчувственными. Юй Цзыюань воспитала их под себя, для себя, как себя. — Слушаемся, наша повелительница. Служанки были как близнецы, ходили в одинаковых вещах, говорили одновременно и, что самое важное, всей своей душой Иньчжу и Цзиньчжу были преданы своей хозяйке, своей повелительнице, королеве. Юй Цзыюань была для них как небожитель, чуть ли не богом. Девушки готовы были умереть за нее, даже если сама Юй Цзыюань прикажет им убить себя здесь и сейчас, они бы без проблем лишили себя жизни. Что уж говорить о каком-то мальчике. — Не щадить эту тварь, сделайте все так, чтобы Вэй Усяня никто не смог опознать или найти, пускай он умрет в муках. Цзыюань зло улыбалась, ей не терпелось избавиться от грязи в своём доме. Так же она задумалась о том, как бы ей избавиться и от Цзян Фэнмяня в придачу. Девушки упали на колени и глубоко поклонились, после не поднимая глаз быстро встали и исчезли с комнаты. Наконец успокоившись, Юй Цзыюань легла спать не зная, что подписала себе смертный приговор.