Поле битвы

•••

 pov Валя

На часах было пять утра и как назло моим страхам, на улице начался сильнейший ливень. Нет, вы можете представить? Ливень зимой. А я теперь могу. Ветер был настолько сильным, что казалось, дом сейчас просто с корнями отлетит в сторону. В детстве, когда я была совсем маленькой девочкой, моя мама с сестрой ушли за продуктами, оставив меня одну дома. В тот час начался ураган, в нашем посёлке повсюду отключился свет, а время уже позднее было, в доме было страшно и темно. Я жутко перепугалась и залезла под кровать, просидела там около часа, пока мама с сестрой не вернулись. Помню как сейчас… Именно с этого момента появился страх темноты, громких звуков. Поэтому сейчас, я немедля встала с кровати и на цыпочках пошла в зал, стараясь делать все максимально тихо, но… — Валь… Что такое? — приподнявшись на локтях и лёжа на расправленном диване, тихо произнёс Саша, сонно смотря на девушку. — Черт, разбудила. — Грозы боишься? — Если честно, то да. Можно к тебе? — я даже и не поняла, как это вырвалось, с моих уст, но будто у него есть выбор отказать мне. — Там очень страшно одной… Так можно? — Конечно, котёнок, ложись. — он чуть подвинулся, а меня словно ножом порезали на мелкие кусочки. Так ко мне мог обращаться только он. — Спасибо. Залезая к нему, Саша тут же укрыл меня и пожелав сладких снов, продолжил смотреть свои сны, а вот мне, теперь уже не спалось. Было какое-то странное ощущение неясности. Знаю одно — сейчас всё так, как должно быть. Наверное. Обещаю, что забуду его и всё, что между нами было. Так будет правильнее. Но будет ли спокойнее и легче — другой вопрос. Ему, думаю да. Он расстанется со мной быстро, словно выкинул старые, порванные носки. А у меня ведь… Есть Стоун, в конце концов. Правда, я не знаю насколько всё затянется и не станет ли это игрой. В надеждах уснуть, я вошкалась как букашка. В зале было приоткрыто окно, из-за чего я начала немного дрожать. Сна так и не было ни в одном глазу. Заметив, что мне прохладно, Саша аккуратно притянул меня к себе и обнял, утыкаясь в шею. Эрогенная зона, блять, ну куда ты лезешь, мать вашу. Пытаясь дышать ровно и не думать о прошлом, о ночах с Егором, я просто пыталась уснуть, заставляла себя провалиться в сон, но вместо этого схватила сонный паралич. Ну, а что, провалится провалилась, а куда — не уточнялось. К двадцати годам пора бы научиться правильно формулировать свои желания, Валентина. Даже не хочу говорить о том, как чувствую себя сейчас. Огонёк в душе моей погас и будто жизнь идёт ко дну. Бывало ли с вами когда-нибудь так, что после пробуждения вы не можете пошевелиться? Пытаетесь изо всех сил, но тело не слушается. И вы боковым зрением замечаете человека, который подходит к вам, садится на грудь, и вот уже дышать становится невмоготу. Так вот это оно. Мои конечности онемели, так бывает, когда отсидишь ногу, но в тот момент онемение расползлось по всему телу. Я была твердой — жесткое неживое бревно из плоти, застрявшее между матрасом и одеялом. Не могла даже закричать, только слабый треск исходил откуда-то изнутри, если я напрягалась изо всех сил. Я пообещала самой себе оставаться спокойной, несмотря на то, что будет происходить. Я находилась в сознании и мыслила предельно ясно, попыталась вспомнить счастливые моменты в жизни, чтобы оттеснить растущую панику, но вместо этого, я видела лишь самые ужасные воспоминания. Паника охватывала меня все больше. Я пыталась закричать, но крик словно был глухим. Я попыталась успокоиться, понимая, что страх только усиливает и без того неприятные ощущения. Начала глубоко и медленно дышать, одновременно пытаясь прикусить язык или пошевелить пальцем ноги, так как эти действия часто выводили меня из паралича. Этого не случилось. Ситуация была бы не столь пугающей, если бы не девочка с выпученными глазами и болезненно худым телом, появившаяся на моем теле. Она медленно ползла по мне. На мгновение она исказилась, задергалась, а затем вновь приняла прежнюю форму. Ее слова напугали меня больше всего. Она знала, что я безуспешно пытаюсь избавиться от паралича и проснуться, поэтому прошептала: «Ты никогда не проснешься и будешь играть со мной вечно». Потом она добавила: «Похоже, он скоро придет за тобой». По ощущениям, все это длилось так долго, что я была близка к тому, чтобы заплакать и умереть прямо там, не просыпаясь.

•••

7:12

Булаткин к этому времени находился в аэропорту и старался не думать о недавно произошедших событиях, которые нанесли большой удар по нему. В голове творилась жуткая каша. Мозг отказывался принимать любую информацию. — Нужно стараться держать расстояние между мной и Валей. Тогда всё обойдётся. — выискивая обходные пути в этой истории, блондин рассказывал о своих планах Маше, которая уже нездорово косилась на него. — Ну что ты так смотришь? Видишь тут другой вариант? — Егор, вы всё равно будете пересекаться чаще, чем ты сливаешь бабки в казике в последнее время. Москва — не такой и большой город, если ты понимаешь, о чём я. — Да в пизду тебя, Маш, вот вечно ты… Поддержала блять. Хоть бы подыграла, что-ли. — поднявшись с места, он направился к выходу из зала ожидания, ближе к посадочному пути. — И вот знаешь, возмущает не предательство. Возмущает цена за которую тебя предали. — Иди уже!

«Держу на расстоянии. Но ты как будто магнит. Пытаюсь заткнуть свое сердце, но оно, сука, так громко кричит»

 •••

Весь полёт Егор спорил со своим менеджером о разных взглядах на жизнь. Он принимал, как её точку зрения, так и не отступался от своей. — Блять, ну как? Что я сделал? Выпустил трек с оскорблениями? Нет. Унизил как-то? Нет. Бил, может угрожал? Да нет же! Было дело, что повышал голос, но я был дико уставший и стоило мне прийти домой, как мне начинали трахать мозг с претензиями о том, почему же я блять на звонки не отвечаю во время концерта или записи трека. Хмммм, точно изменил! — будто выговор, блондин с огромной, эмоциональной интонацией, рассказывал всё Маше и делился внутренним ураганом. — Тише, дорогой, сбавь обороты. Она ещё совсем ребёнок, в отличие от тебя. Хотя и ты иногда… — тихо хихикнув, ей тут же прилетел легкий толчок от парня. — А что, не правда? Ой как иногда с тобой можно намучаться. Ладно, не об этом. Что я тебе скажу, Егор. Просто, по прилёту домой, вам нужно поговорить. Твоя задача — говорить спокойно, не повышая голоса, её — слушать. Я могу провести с ней, так сказать, психологическую беседу, но будет ли смысл от меня? — поворачиваясь к блондину, она заметила, что он смотрит куда-то в пустоту, без эмоций и кажется, даже не слушает её. — Егор? — легонько дотрагиваясь рукой до его плеча, Маша пыталась спустить его в реальность. — Извини. — мотнув головой, Егор поправил воротник на худаке. — Задумался. Спасибо, я тебя услышал. Но не думаю, что ещё можно что-то сделать. Всё кончено, ещё давно. У неё есть… Кхм, он. — с ужасной неприязнью произнёс парень. — Но я пиздец как её люблю. Знаешь, сюда идеально подходит «слеза». С тобой я не могу, и без тебя никак… — напевая строчку из своего старого трека, в его глазах больше не горел огонёк. Вся надежда, всё, что было — теперь потухло. Не верится, что это он. Маша смотрит на Егора и просто не верит, что когда-то, безумно счастливый, влюблённый, окрылённый парень, снова вернулся к сведению концов с концами. Она видела его горящие глаза, в действиях было видно, что ему хорошо, счастлив, влюблён — это видели все. Как Валя, во время того или иного закрытого мероприятия, всегда прижималась к Егору, лишь бы он был рядом, как заворожённо она смотрела на него, закусывая свои пухлые губки и облизывая их. Теперь остались только воспоминания, которые будут скрести, словно кошки на душе, раздирать сердце в кровь, делать больно настолько, что никто из них не сможет больше жить. Они будут существовать в этом мире как «кто-то», вокруг них продолжает крутиться жизнь, разные приплетенные романы, тысячи сплетен, дружеские тусовки. Всё это — лишь временное спасение на час, на два, может быть сутки. Полёт прошёл очень напряжённо. С момента, как закончился диалог — Егор не произнёс ни слова, даже не отвел взгляда от иллюминатора, и не сомкнул глаз на сон, который он теперь видит только в мечтах. Блондин полностью был поглощён в свои мысли и воспоминания, которые продолжали бить ключом, абсолютно лишив его возможности вздохнуть по новой и набраться хоть каких-то сил для этой жизни. Сегодня состоится очередной концерт, на котором ему просто нужно будет улыбаться. Поклонники, правда, не идиоты и чаще всего, все понимают, но он не мог так открыто показывать своё состояние, нужно смягчить углы. По прилёту в Ростов, Егор немедля заселился в ближайшую гостиницу. В этот раз ему было всё равно — одна звезда или пять. Отелю, что был заранее заготовлен, пришлось отказать по его просьбе, Маша спорить не стала, просто заселилась в номер на этаж ниже.

pov Егор

Ростов-на-Дону. Люблю этот город за самые тёплые воспоминания. Здесь я познакомился с её родителями, сестрой и маленькой племяшкой, которая весь вечер не слазила с меня, словно елочная игрушка. Помню, как после Дубаи мы прилетели к ней домой и нас встретили настолько тепло, что где-то в душе это всё ещё откликается. Валя и сама успела похозяйничать, приготовила просто самую вкусную рыбу в моей жизни, хотя утверждала, что не умеет, проказница. После этого дня, я, так скажем, очень часто упрашивал её приготовить именно рыбу и именно так, как в тот раз. Похвастаюсь — мне ни разу не отказали! Улыбка мартовского, наглого кота, всё решала. Моя девочка, я всё также не понимаю твоих действий, но буду очень скучать.