Поле битвы

На следующий день после прилёта в Ростов, Егор с самого утра отшивался на чеке. В шоке были все. Впервые за, наверное, года два, он приехал на чек аж к самому утру, буквально через час после того, как открылась арена, на которой ему предстоит выступить. Девчата с команды абсолютно точно понимали — это она, что-то случилось. Кроме своего менеджера, парень ни с кем не делился данной историей о расставании, но другие участники его команды не идиоты — все прекрасно понимали причину его резкого увядания. О плохом состоянии говорят синяки под глазами, непохожие на те, что раньше, грустные сообщения в тг-канале и странные, порой, глупые мысли, которые он невольно произносит вслух. Он не может без неё существовать, Валя и Егор стали одним целым, которое не должно было так легко сломаться. Близился вечер, зал заполнялся людьми и их громкими голосами. В гримерке сидел Егор, а напротив стояла Маша, которая пыталась вывести его на хороший и спокойный лад, дабы не дать публики что-либо заподозрить. — Давай, родной, успокаивайся. Тебе на сцену через 15 минут. — протягивая ему воду и забирая из рук трубку кальяна, девушка снова возмутилась. — А потом сердце у него болит, панические атаки в гости заходят. Тебе же врач черным по-белому напечатал — за-пре-ще-но! Булаткин, я тебя вытаскивать опять не буду! Пиздуй за кулисы. Все нервы вымотал. — Какая резкая смена настроения. — иронично усмехнувшись, он все-таки взял у неё бутылку воды и отпил немного, прикрывая глаза. — 5 минут и приду. Только не ори как бешеная. — О боже. — хватаясь за голову, ей ничего не оставалось, кроме как действительно выйти. Дотягиваясь до стола с фуршетом, Егор взял свой телефон и разблокировав, залез в контакты, листая вниз. Найдя нужный контакт, блондин выбрал режим facetime и откинувшись на спинку дивана, всматривался в экран, в надежде на то, что она возьмёт трубку. «Ванилька🤍» — высвечивалось на дисплее с нудными и длительными гудками. Он не ходил себе места. — Черт, Валь, ну возьми трубку! — кинув телефон в стену, парень зарылся в свои волосы, сжимая их у самого основания и опустил голову. — Ненавижу этот год. Как же всё по-ублюдски. — поднявшись, Егор вышел из гримерки и направился к кулисам, всё ещё в ужасном расположении духа. Словами не передать, что он чувствует, когда лишь задумается о том, где его девочка. Одна в ванной? Или в обнимку с ним? От этой мысли становится тошно.

«На сердце очередной шрам от твоего предательства, милая. Но можешь не переживать за меня, рана затянется, а я снова буду жив»

 •••

— Давай напьёмся, разгромим всё в этой хате! Ты заберёшь все мои комплексы, а я твои, так мало места в этой комнате для нас двоих. В нас есть изъяны, но нам не до недостатков. Если я тебя достал — давай расстанемся, но завтра. Срываясь на крик, надрывая все голосовые связки, он выплескивал  накопившиеся эмоции, всю свою боль и непонимания в голове. Микрофонная стойка давно полетела в сторону, к чертям, чуть-ли не летит и остальная аппаратура, но он вовремя останавливается, тяжело выдыхая и поднимая взгляд в потолок. Чувствуя проницающую, колкую боль с левой стороны, он молча уходит со сцены, прося какого-то организатора вызвать скорую как можно скорее и отключить свет. К Егору тут же подлетает Маша с бутылкой воды и немного выливая себе на ладонь, смачивает ей лицо блондина, пока он поочерёдно растягивает пуговицы на своей рубашке. — Душно, воздуха не хватает и сердце, блять, я вообще не могу набрать кислорода в лёгкие… — накатывала паника. — Сука. — опуская голову вниз, парень прикрыл глаза, сильно зажмуриваясь. — Всё хорошо, дорогой, я здесь, скорую вызвали. Старайся вдыхать настолько глубоко, насколько можешь. Я тут, держись за меня, пожалуйста. — взяв его ладонь в свою руку, она обеспокоено сидела возле и каждые две минуты названивала скорой помощи, которая, судя по всему вообще не собиралась приезжать, аргументируя это огромным количеством вызовов. — Егор, нужно пересесть немного, ты сидишь прямо на лестнице возле самой сцены, тебя очень хорошо видно. — понимая какие последствия могут быть, она хотела поднять блондина, но он остановил её. — Я прошу тебя. Не думай об этом. Подумай о том, что будет, если мне нахуй откажет сердце, Маш! — сжимая ткань рубашки, он почти не мог терпеть невыносимую боль слева. — Сука! Мне страшно.

«Страх — это капкан. Он заставляет совершить ошибки, которые и приводят к тому, чего я больше всего боялся»

Маша оказалась права. Всё, что происходит сейчас — уже слито в интернет с громкими заголовками, вот же черт! • Егор Крид погиб на своём концерте • Егору Криду стало плохо на концерте в Ростове • Болезнь Егора Крида — что скрывалось годами? • Егора Крида увезли на скорой помощи с концерта. Ростов-на-Дону. • Паническая атака на концерте Крида — Егор, мне очень жаль, что всё так вышло. Я поговорю и мы сделаем всё возможное, чтобы этих новостей не было через пару часов. — Маша что-то говорила, но он не слышал. — Как себя чувствуешь? Подняться можешь?..

•••

Pov Валя

Сидя на кухне, к сожалению, НЕ у себя дома, я грызла печеньки, запивая их ромашковым чаем и попутно листала всякую всячину в телефоне. Казалось, что мои будни уже ничего не скрасит и даже не огорчит — хуже просто некуда. Но как же я ошибалась. Случайно нажав на какой-то аккаунт в «интересном», меня выкинуло на видео с концерта и чей это концерт, я поняла лишь по заголовку. — Егору Криду стало плохо на концерте… — сглатывая нервный комок в горле, я перевела взгляд на саму картину и еле заметно увидела на сцене его, читая то, что написано ниже. — Парень не выходит на сцену уже 20 минут, менеджер Мария не может привести Крида в состояние. — само видео было не очень четким, но того, что я увидела, было вполне достаточной причиной для моего срочного отъезда в Ростов. — Черт! — соскочив со стула, я ринулась бежать в комнату, попутно захватывая какие-то вещи из гостиной. Как хорошо, что Саша в душе, можно уехать незаметно. Достав свой рюкзак из, ещё не разобранного чемодана, я расправила его и начала закидывать то, что может пригодиться в этой внезапной поездке. Садясь в такси, я нервно листала ленту своего инстаграма, мониторила другие соц.сети и источники. Блять, ему стало плохо. Плохо на концерте именно сука, в Ростове. Там, где нет сейчас меня. Я не могу прижать его к своей груди, поцеловать. Даже через огромное расстояние, чувствую всю его боль. Дома у него тоже случались такие приступы и даже тогда, мне было очень сложно помочь ему. Всё, что мне  сейчас остаётся делать — молиться за его здоровье. Надеюсь, скорая, о которой писали СМИ — все-таки приехала. Ему нельзя сейчас быть одному, нельзя без врача, ну почему же всё так… — Можно как-то побыстрее ехать? В объезд? У меня нет времени, пожалуйста! — удивительно даже для себя, мой голос повысился на несколько тонов по обращению к водителю такси. — Девушка, вы же видите — пробки. Если ехать в объезд, по дворам, через другие улицы — будет не лучше. Везде заторы. Извините, я делаю все, что в моих руках. — пожав плечами, мужчина тяжело вздохнул. — Очень попрошу, попытайтесь быстрее. Это важно. Я была готова завыть. Как волк на луну. Почему мы сейчас находимся так далеко друг от друга? Мы клялись на мизинцах, что не расстанемся и никакой волной нас не смоет, но что произошло на деле. Я, как какая-то психопатка, просто испортила все. И он не промах, конечно, но… Короче, отправьте меня в психушку. Саша — он, чудесный молодой человек, заботливый. Но лишь друг. Не чувствую к нему того, что чувствует он. Это настолько не взаимно, что приходится играть в этот спектакль и главная актриса — я. Ебаный театр. Когда так хочется глубоко дышать — тебе тут же перекрывают этот воздух. Земля уходила из-под ног от осознания, что с Егором может случиться что-то более страшное. А если… Просто не успею? Черт, самолёт через 3 часа, а я стою среди Москвы, в какой-то пробке! Судьба, скажи, за что ты так со мной? Да, может я, порой, была неблагодарной эгоисткой, но ведь… Никто такого не заслуживает. Пока я летала в мыслях, машина заметно тронулась и, о боже, мы смогли развернуться и поехать по другому пути! Шансы на успех увеличиваются и казалось бы, всё идёт как надо, но зазвонил телефон. — Да ептвою. — на экране высвечивалось имя моего друга, который, видимо жить без меня уже не может, пришлось взять трубку. — Я перезвоню тебе, хорошо? Валь, куда ты уехала? Ты где? — в голосе Стоуна яро читалась нотка беспокойства. — Зай? Саш, потом тебе объясню, я еду в аэропорт. — мне вовсе не хотелось врать ему. Напиши в какой. Я еду. — даже не дождавшись моего ответа, он сбросил.

«Черт! Что обо мне подумают?»