Поворот не туда

Гарри открыл глаза. Он лежал в душевой, облокатившись на стенку, а вода небольшой струйкой лилась ему на грудь. Свет не горел, только яркие лучи из-под дверного зазора давали понять, сейчас утро. Из-за двери доносился жуткий храп. Гарри, собрав волю в кулак, вылез из душа. Он чуть не поскользнулся на бутылке, которая валялась на полу. Балансируя на плитке мокрыми ступнями он не без труда нащупал дверную ручку. За дверью оказался совершенно новый мир: в коридоре валялись вещи, но мусорной свалки больше не было. Среди них лежали его трусы, полотенце, чуть дальше он нашел рубашку со штанами. Гарри вытерся, начав медленно собирать одежду, попутно её натягивая. На кухонном диване расположилась огромная туша. Она напоминала тюленя, развалившегося на камне. Эта самая туша издавала утробный древний звук, сотрясающий дом. Кухня тоже подверглась уборке, как и спальня. Он слегка осмотрелся, на месте горы посуды осталась лишь чистая белая раковина. Гарри думал, что её цвет коричневый или тинно-зеленый, но никак не белый. Бутылки были сложены в белый полиэтиленовый пакет, заботливо выставленный рядом с входной дверью. Одним словом, свинарник Гарри стал похож на дом. Он вновь вернулся к тюленю, начал расталкивать его. — Ох, да, ммм, доброе утро, Гарри, — Крэбб потянулся. — Ты тут прибрался? — Гарри искал чашку. — Да, это того, у тебя грязно было прям сильно. Ты, это, не обижайся, но я такого никогда не видел, решил тут палочкой раз-два-и готово. — Спасибо, — выдавил из себя Гарри. Он легко нашел чистую чашку, абсолютно все блестели, будто их только что вытащили из набора. Гарри налил воды. — Что мы делали? — Ну, мы нюхали, эм, пили, вот в этих последовательностях. Письмо писали, да. — Письмо? — Гарри отпил из кружки. — Да, жене твоей бывшей, вот. Гарри вспотел. — Ты помнишь, какие именно слова мы писали? — его сердце заколотилось сильнее. — Честно, я был не лучше твоего, вот, ну про сожаления, дикий патронус, льва. Дааа, — протянул он. — Мне кажется, письмо будет трудно понять, ну, на трезвяк, хах. «Надо решить проблему с Малфоем», — вспомнил Гарри. — Слушай, Винсент, какой сегодня день? — что-то подсказывало ему о затяжном запое. — Так, надо подумать. Ну в первый день ты сказал, что у тебя день рождения. Я, эм, был польщен, единственный твой гость. Потом, мы, эм, да, — он усиленно вспоминал. — Вспомнил, ходили куда-то, покупали алкоголь. Я точно не уверен, возможно, сейчас третье августа? — Винсент почесал голову. — Мда, — разочарованно произнес Гарри. — Слушай, мне сегодня нужно по делам. Может как-нибудь пересечемся? — Конечно, да, я эм, свой адрес оставлю, вот сову пошли, если захочешь зависнуть. — Слушай, а телефон у тебя есть? — Телефон, эм, нет, это что такое? Гарри подошел к тумбе, вынул белый смартфон. — Вот такая штука, мне кузен подарил, удобнее совы. Он дал телефон Винсенту, тот внимательно его разглядывал, тыкая в экран. — Хах, забавная штука, не, я таким не пользуюсь, — он поднялся с дивана. «Эх, мир магии порой такой неудобный», — Гарри вздохнул. — Ладно давай собираться, — на прощание Винсент обнял Гарри. Дорога в министерство оказалась приятной: сухие улицы, цветущие растения, редкое Лондонское солнце, согревающее кожу, казалось, погода ему благоволит. Весь путь прошел даже слишком хорошо пока он не оказался у заветной двери, ведущей в карцер. Гарри постучал. — Войдите! — крикнули из-за двери. Большая решетка делила комнату пополам. Массивная кровать, маленькая кухня и книжный шкаф стояли на стороне Драко и, как понял Гарри, Блейза Забини. С другой стояли трое сотрудников безопасности. — Стульчика не будет? — спросил Гарри. — В Азкабане насидишься, Поттер, — Малфой ухмыльнулся. Гарри встал у клетки, грозно посмотрев на Драко. Малфой лишь показал ему средний палец. — Вы о чем-то хотели поговорить с моим клиентом, мистер Поттер? — лицо Забини искажала гримаса отвращения. — Да, вообщем, у нас с Драко… — Для вас, господин Малфой, — прервал его Блейз. Драко высокомерно смотрел на Гарри. «Ну-ну, тогда, в камере, ты смотрел на меня другими глазами», — он улыбнулся, хотя улыбка больше напоминала хищный оскал. — Я хотел принести свои извинения, господин Малфой. — Гарри с трудом выдавил из себя предложение. — Спасибо, не надо, забери их с собой в Азкабан, — Малфой потянулся. — Эм, я бы очень хотел уладить ситуацию между нами, любыми возможными способами, — продолжил Гарри. — О, дай подумать. Малфой встал со стула, обеими руками взялся за решетку. — Есть у меня одна идейка, — он оскалился. — Ты поедешь в Азкабан. Тебя там будут драть не только заключенные, хмм, — ненадолго задумался Драко. — Дементоры присунут тебе по самую душу. Как тебе, Поттер? «Господи, может ему врезать? Нет, плохая идея», — Гарри грустно взглянул на свои ноги. — Как я понимаю, разговор не имеет особого смысла, но я готов сотрудничать. — Пока-пока, Потти. — Драко засмеялся. Гарри вышел обратно в коридор. «Как я бесполезно трачу время, мог бы сейчас пить с Крэббом». Он двинулся к выходу, в атриуме его нагнал Блейз. — Мистер Поттер, постойте, — Забинни немного отдышался. — Фух, держите, — он протянул письмо. — Прочтете дома, ответ пришлете совой, — Блейз двинулся в сторону каминов. Дом после уборки стал достаточно приятным местом. Гарри не так воротила от своей жизни, когда он видел прибранный холл и кухню. Он плюхнулся на диван, дав своему телу расслабиться. Ещё раз посмотрев на комнату он подумал: «Может так выглядит новая жизнь?». Гарри открыл письмо. «Дорогой, господин Джеймс Поттер. Мой клиент высказал вам тонну призрения, да и я не особо отличился, но мы готовы к сделке с вами. Видите ли, мой клиент проходит по большому количеству дел, связанных с коллекционированием темных артефактов. Есть вероятность, что суд может вынести неверный приговор. Дабы этого не случилось нам нужна ваша помощь. Отправьте ответ, как можно скорее. Ваш Блейз Видоу Забини.» Гарри улыбнулся: «А день не так уж плох». Он сел за стол, взял ручку, подарок Дадли, написал, что согласен. Гарри приоткрыл дверь в спальню. На секунду его охватил страх, ведь он совсем забыл о сове? Кормушка оказалась полной, а клетка чистой. «Старина Крэбб постарался», — подумал Гарри. На лапке совы оказалась привязана бумажка, Гарри аккуратно поменял её на письмо Блейза, отправив сову по адресу. Телефон начал звонить. Гарри вытащил его из тумбы на экране красовалась надпись «Дадли кузен». — Привет, Дадс. — Привет, Гарри, ты не поверишь, — воодушевленно пыхтел Дадли. — Не поверю, — согласился Гарри. — Марк получил письмо, классно да? — Какое письмо? — Гарри уселся на диван. — Ну, из школы твоей, он теперь типа маг, мама на ушах стоит, все вроде, как рады. «Помниться, когда я его получил, вы были не очень рады», — подумал Гарри. — Ну, здорово. — Я к чему звоню, приглашаю тебя отметить, соберемся семьей. Давно не виделись. — У меня сейчас некоторые проблемы, — Гарри призадумался. — Когда планируете праздновать? — Эта суббота. «В субботу я буду либо в Азкабане, либо свободен, почему бы не отметить». — Да, я приду, Датс. — Прекрасно, буду ждать. Может захватишь ему какую-нибудь магическую штуку? — Конечно, пока. — Пока, — Гарри повесил трубку. Вот оно как бывает, ненавидящая его семья, теперь выращивает сына волшебника. Он открыл письмо с совы: «Джинни, я очень скучпаю, без тибя жизнь. Жизнь она, как патранус льфа, лев, животное. Помнишь белую голову, Джеймся, сын или Полумна. Я вфтебя люблю, помни, изминения реальности эта всего лишь экранция экранов. Твой дорогой Мерлин» Он порвал письмо, куски бумаги вылетели из его рук, нежно рассыпавшись на пол. «Хорошо, хоть не отправил», — Гарри улегся на диване, прикрыв глаза.