Bad Romance

Через пару дней Америка решил сделать задуманное, а именно – рассказать брату о своих отношениях. Канада хороший и всегда поддерживает Штаты. Он высокий, по телосложению похож на Россию, но до жути добрый и боится грозы. Он просто обязан порадоваться за брата. Когда Штаты пришёл к Кану, тот был один, без Украины. Это хорошо, не придётся ждать. — Тебе какао или кофе? — спросил Канада из кухни в то время, как его брат находился во второй её части, которая была отделена барной стойкой. — Чай, без сахара, — ответил янки. Лицо Канады вытянулось от удивления. — Чего?! Ты ж чай терпеть не можешь! — А теперь люблю. Особенно малиновый. — С каких это пор?! — Кан сел за стол напротив Америки. — С тех самых, когда влюбился... — В кого?.. — Russia... Теперь "кленовый" недоверчиво смотрел. «Ясно, это шутка,» – подумал он. — Смешно. Прекращай свои приколы. — Я люблю его. Это не шутка. — Мурика, я не идиот. — Я знаю это, поэтому и думал, что ты поверишь. Я серьёзно люблю его. — Хах, предположим, я верю. Но тогда вы встречаетесь дня два, не больше, ведь я видел, как вы в пятницу ругались, и до этого тоже, — ухмыльнулся Кан. — Это чтоб никто не догадался и не придирался к нам, да и не хотим мы смешивать политику с личной жизнью. А так мы встречаемся два года. — Два года? И как вы начали встречаться. Как ты его полюбил? — Это было во время трёхнедельного всенародного саммита ООН в Берлине. Мы тогда жили в соседних комнатах, часто виделись. — Америка, я тебе не верю. Чувства юмора у тебя нет. — Ну да, тебе с Украиной быть можно, а мне с Рашей нельзя. Враги же... — Штаты обиделся и сложил руки на груди. — Знаешь, я сейчас позвоню ему, наговорю всякой бредятины про его хоккеистов, он приедет бить мне моё прекрасное личико, и ты должен будешь его поцеловать. — Окей, — радостно согласился американец, понимая, что русский сможет остаться ненадолго. Как и говорил, Канада позвонил Федерации и наплёл всякой ерунды, хотя радовался: когда ещё он сможет вот так высказаться и остаться живым? А РФ, как и предполагалось, сказал, что уже выезжает, цитата, «бить ебало пиздоболу ебаному, которому сто́ит порощаться с роднёй». Пока Росс ехал, братья обсуждали другие не менее интересные темы, например, бейсбол и ненависть Америки к хоккею. Но долго говорить не пришлось, потому что они услышали, как кто-то чуть ли не выламывает входную дверь. Америка пошёл открывать дверь, а за ним и кленовый. — Канада, я тебе щас язык вырв... — сказал Россия, когда отворилась дверь, но тут же замолчал, увидев счастливое личико возлюбленного. — Канада не верит нам. Нужны доказательства, — игриво сказал США, за руку утягивая ничего не понимающего РФ в дом. Когда дверь закрылась, Америка, взяв лицо русского, поцеловал его. — Какого хуя?! — возмутился Кан. — Россия! — Что? Нельзя? — Ну, вы ж враги! — А вы с Украиной в политике даже не друзья. Что с того?! Щас ещё одно слово, и пизда тебе, — Росс стал подходить к канадцу, но янки пытался перекрывать собой брата. — Раш, не трогай его. — Ну да, пусть он твой брат, но пизды я ему дам и за хоккеистов, и за выпендрёжи. — Пойдёмте, чаю попьём и успокоимся, — предложил Штаты и повёл брата со своим возлюбленным в кухню, а затем вместе с Канадой стал готовить чай. — А... А как вы встречаетесь? Вас же никто ещё не засёк. — Очень редко, — с небольшой злобой ответил русский. — А ты серьёзно любишь Америку? — Серьёзней некуда. — А готов признаться всем? На собрании? — А любовь измеряется в том, готов ли ты к тому, чтобы тебя и твоего любимого человека чморили? — Н-нет. — Вот и всё. Я люблю его, он меня. Ты нам веришь. Больше никаких вопросов. — Kitty, не злись. — Я ещё не злился. Лучше я пойду, — Россия встал из-за стола, но Америка схватил его за руку. — No, останься, — жалобно сказал Штаты и посмотрел на брата, молча прося о помощи. — Да, Россия. Останься. Но никаких непотребств, — посмеялся Кан. — Нет, я не могу. Хотелось бы, но надо вещи собирать, ведь завтра я уезжаю в Брест, на учения. — Чёрт... И на сколько? — Две недели. — Опять. Мы только в офисе и видимся, а ты меня и этого лишаешь! — разозлился Америка. Он отошёл от стола, к ближайшему окну. — Я тоже этого не хочу, но мы воплощения. Лично я родился для этого. — Хах! Получается, если Кан не позвонил бы тебе, то ты слинял бы, не предупредив меня?! — Предупредил бы, но... — Ты прав! Нас никто не примет, но я не могу больше так! Лучше расстанемся! — Угомонись! Россия взял Америку за плечи и чуть потряс его. Канада, наблюдавший это, понял, что ошибался, ведь такое его брат сыграть не смог бы. Америке всегда плохо давались злоба, разочарование, грусть, гнев, тоска, именно поэтому янки и выбрал образ "улыбашки". — Оставь меня в покое! Я не хочу видеть тебя! — верещал Штаты, выбираясь из хватки русского и прячась за брата. — Выгони его! Канада! Россия стоял неподвижно. Он был очень зол. Если бы он испытывал такие эмоции по отношению к Америке года два назад, то США был бы мёртв. Но сейчас он любит этого идиота. Хотя нужно ещё разобраться, кто из них идиот. — Россия, иди. Ему плохо... — сказал канадец. — И сам понимаю, — рявкнул Федерация и направился к выходу. — Напишешь, когда месячные закончатся! РФ ушёл. Кан обернулся к брату. Тот стоял тихо, губы чуть дрожали, а из-под очков показалась слеза, затем вторая. — Мурика! Ну не плачь... — говорил кленовый, обняв Штаты. — Я верю вам. Извини. Всё из-за меня... — Н-ниче-го... — Вы помиритесь. Не переживай. — Но он... стесняется этого... Он точно не любит меня!.. — всхлипывая, сказал Америка. — Любит! Точно любит! Если б не любил, то мы бы на пару сейчас избитые были. Он тебя любит, просто он, наверное, не привык при всех выражать свои эмоции. У нас с Украиной тоже самое, — Кан усадил брата за стол, пододвигая к нему нетронутую до сих пор чашку чая. — Украина раньше стеснялся при мне что-либо говорить, а при других до сих пор не может сказать, что любит меня. Они так воспитаны. — "Воспитаны", — перекривлял Америка. — Ненавижу USSR! Скопытился давно, а всё равно пакостит мне! — Ну, ты хоть при России не оскорбляй Советский Союз. Иначе он тебя пришьёт, а не отошьёт, — усмехнулся Кан.