Дороги домой

— Чтож… как там Франция? — Джесс перевернулась, так что теперь она лежала у него на груди. — Ты же знаешь, я был там по делам. Кроме того, я ни черта не знаю по-французски. Возможно, тебе следует дать мне пару занятий. Джесс рассмеялась, прижимаясь губами к его губам и опуская одну ногу между ног Демьяна. — Хочешь услышать свой первый урок? — Она прижалась к его уху, слегка прикусив мочку. — конечно. — Je t’aime. — прошептала она, заставив Демьяна вздрогнуть. Он опустил руки на ее талию, удерживая ее. — Жаль, что я уже знал это. — Он улыбнулся. — О да? — Джесс откинула голову назад, смеясь. — О да. Демьян потянулся к ее губам, руки последовали дальше по ее телу, прижимая их еще ближе друг к другу, как будто он хотел слить их во едино. — Слышал это от многих француженок? — Джесс вытерла струйку слюны с их губ, как только они оторвались друг от друга, жаждая еще одного вдоха. Она внезапно отодвинулась от него, так что теперь они не были переплетены. — Конечно, нет. Я люблю только тебя, Джесс. — Демьян нахмурил брови, ловя ее руки, прижимая их к своим губам, чтобы запечатлеть поцелуй на костяшках пальцев. — Только меня и никого другого? — Только тебя. Вечно и навсегда. — повторил он успокаивающе, наблюдая, как морщинки на ее лбу снова разглаживаются, — Единственная, кто так сильно поразил меня, что иногда меня пугает, как много я к тебе чувствую. Ты единственная, кто когда-либо будет в моем сердце. Единственная, ради кого оно бьется. — И никогда оно не будет биться ни для кого другого? — Джесс подняла брови. Демьян не знал, чего еще она ожидала. — Конечно, нет. — Он взял ее руку, прижал к своей груди прямо над сердцем, — Слышишь это? Это все твое. Для тебя и только для тебя. Джесс внезапно улыбнулась, и он почувствовал облегчение. Обычно Джесс не была ревнивой, поэтому было в новинку видеть ее такой обеспокоенной. — Боюсь, тебе придется научиться им делиться… Он не понял ни слова из того, что она говорила, поэтому просто растерянно моргнул. — Для нашего ребёнка. Демьян снова моргнул, переваривая услышанное. Его глаза внезапно расширились, рот открылся, но он был слишком поражен, чтобы что-то сказать. У него закружилась голова. — Ты…? Она кивнула, улыбаясь, слезы текли из ее глаз. Джесс обхватила его голову руками, вытирая его собственные слезы. — Да…да. — О, Джесс… Как.? — выдохнул Демьян, все еще слишком потрясенный, чтобы что-либо понять. Он положил обе руки на ее все еще плоский живот, — я думал, это невозможно. Я думал, мы не можем…? — Я тоже… — засмеялся он, широко улыбаясь, прижимая ее лоб к его и закрывая глаза. — Но видишь, все получилось… — О, любовь моя, я так счастлив, — выдохнул он, целуя ее снова и снова. Недоверчиво смеясь, его тело внезапно словно окуталось дымкой. Такое легкое и будто нереальное, — ты даже не представляешь, как я счастлив… Я обещаю тебе, я сделаю все, что в моих силах. Я дойду до Луны и обратно, если понадобится. Я сделаю мир лучше для вас двоих… Джесс просто погладила его по щеке, продолжая целовать его. — Мир уже становится лучше, когда я с тобой. Я уверена, что ты будешь прекрасным отцом. Демьян подавил всхлип, чтобы Джесс не услышала. То, что он рос без собственного отца, заставило его желать, чтобы рядом всегда был кто-то сильный, у кого он мог бы попросить совета или направления, иметь возможность обратиться к кому-то за помощью. — Я надеюсь, это девочка. Я всегда буду рядом с ней, когда бы она ни нуждалась во мне. Я надеюсь, что она такая же великолепная, как и ее мать. — Демьян… — Он увидел мокрые полосы на лице Джесс в слабом лунном свете. — Да, любовь моя? — Я люблю тебя. — Я тоже, любовь моя. Уже вас обоих.