Злоключения Карба, рыцаря без тормозов

- Григорий Григорьевич! Вы арестованы! - За что? - За оскорбление автомобильных марок, за исповедование культа Москвича, который является ересью от Ижизма. Кроме того вы совершали нецензурную брань и акты многочисленного вандализма. Приговор будет зачитан немедленно, у нас нет времени марать бумагу! - Какого чё... - Вы приговариваетесь к пятнадцати суткам расстрела на костре через повешение. После этого вы будете направлены на пожизненную каторгу в царство Аида! Холодный пот прошиб Григория Григорьевича и он вскочил с кровати. Вообще-то его редко называли по полному имени-отчеству. Для своих он был ГэГэ (так он подписывался, двумя корявыми буквами) или чаще Карбом. Второе прозвище он получил за то,что в его квартире, на видном месте стоял отполированный до блеска карбюратор ДААЗ. Стоит сказать, что хозяин этого самого карбюратора с головой ударился в москвичизм. Один Москвич у него уже был... Сложно избежать соблазна, когда с детства крутишься около гаражей, когда две ноздри жадно вдыхают бензин, а ручонки тянутся в рулю. Но Карб уже не мог остановиться, появился второй Москвич и третий, четвёртый и пятый... Машины заполонили весь двор. Это была не только жажда владения, но сущая необходимость - чтобы заставить ездить один Москвич нужно было минимум два донора! Суровая реальность с хулиганами и злобными соседями не позволила Карбу в полной мере наслаждаться жизнью. Пришлось отослать часть машин на деревню к бабушке и оставить трёх любимцев - Сенежа, Пухлю и Безмоторного Джо. И полный прицеп запчастей к ним. Сенеж был Москвичом модели 2140, нежно-голубого цвета. Злопыхатели звали эту чудесную машину Голубым Унитазом и пытались доказать что Карб менял на ней кузов. Карб не сознавался, планируя унести эту тайну с собой в могилу. Машинка была хоть куда - хоть в лес по дрова, хоть на любительское ралли. На нём Карб традиционно принимал делегации друзей-москвичистов и угощал их крепкими напитками из мини-бара, который прятался под водительским сиденьем. Пухля был древним экземпляром из 1960-х, кажется что нынешний район Москвы строился прямо вокруг него, пока автомобиль врастал в асфальт и покрывался мхом. За эти годы его первый хозяин успел прокатиться в гробу до кладбища, а наследников не осталось. Что уж говорить о документах? А Безмоторный Джо был самым обыкновенным педальным Москвичом (разве что флаг Конфедератов на капоте выделял его среди прочих). Нынешний владелец мог залезть в педальник, разве что проявив чудеса акробатики и предварительно сев на месячную диету. Карб души не чаял в своих подопечных, чем неизменно огорчал жену. Супруге как и всякой женщине, хотелось от своего седовласого героя некоторых привилегий. Однако вместо поцелуев и прочих ласк муженёк падал в постель и вырубался, распространяя вокруг тяжёлый аромат бензина и машинного масла. Жёнушка-то у него неплохая была, варила отменные борщи и держала в узде двух оглоедов-школьников, которые народились сами собой, а теперь тупили в Майнкрафт и выносили мозг учителям. Ну и родителям тоже - "купи то, купи сё!" Итак, маститый москвичист проснулся после знатного кошмара. Он тут же напряг свой воспаленный мозг, пытаясь вспомнить, что же вчера было. Что ж, для трезвости ума стоило вымыть рожу ледяной водой и сделать лёгкую зарядку. Впрочем ни красотой, ни физподготовкой Карб не отличался - староват был, на лицо суров, косматые седые волосы падали на плечи, как у Бабы-Яги. Но кулак тяжёлый, как кастет. Не раз уже приходилось начищать им рожи. Но руки были ещё и золотые, а не из задницы. Недаром основной заработок приносил ремонт автомобилей и всякой электроники. А если удавалось его не пропить, так и вовсе лепота. В гудящую голову тихонько, бочком, возвращались мысли. "Чинил Москвич. Ездил с Лейбой на снос гаражей...все запчасти уже спёрли до нас. Чинил Москвич, потом приехал домой. Наорал на Ленку - ушла, зараза, забрав детей и вылив всё спиртное в унитаз. Чинил Москвич. Поехал в магазин за водкой. Напился снова. Чинил Москвич...получил капотом по башке и пошёл спать. Москвич мой Москвич! Кстати как там он, родимый?" Священный ритуал ремонта должен был быть проведён. Не зря Карб клялся на сервисной книжке и техпаспорте! Но Москвича не было и в помине! Карб тёр глаза, кусал себя за локти, дёргал свою шевелюру, однако машина так и не появилась. Маленькая белая лисичка, именуемая "песец" быстро прогнала белочку и зелёных чёртиков, заставив систематического алкоголика протрезветь абсолютно. Обойдя все окрестные дворы, Карб сходил за лупой и принялся досконально изучать место происшествия. Бинго! На асфальте была чёткая надпись "ПРИВЕТ ПАТЛАТЫЙ ТВОЯ РУХЛЯДЬ В ИЖЕВСКЕ ЗАБЕРИ ЕСЛИ СМОЖЕШЬ ТВОЙ ГОВНОЖЕЛАТЕЛЬ" Ижевск. От одного этого слова Карба передёрнуло. Он не хотел ехать в этот мерзкий город, Мекку потливых подростков, благодаря выпускавшимся там пиратским копиям Москвичей. Но репутация крутого мужика не могла быть подмочена. Сколько раз ему доводилось шугать хулиганов, сражаться с бюрократами из ГАИ, выживать без литра горючки в отдалённых деревнях. Что ему какая-то Удмуртия? Сенеж должен был вернуться домой, даже если для этого придётся разнести половину стольного града Ижевска... Но всё же стоило узнать, не хочет ли кто-нибудь отправиться вместе с ним. Бить морды в коллективе - это всегда весело! Карб стал звонить всем своим друзьям, предварительно попросив их держать рот на замке зажигания. Ему нужна была команда настоящих спецов по борьбе с маргиналами. Друзья-товарищи по-разному реагировали на пропажу машины и на предложение помочь в её поисках. "Ухнифига! Но у меня хомячок при смерти,прапрапрабабка заболела, а жена котят родила, понимаешь?" "Завтра мне ехать в Тьмутаракань, у деда Шизанутия покупать дефорсированный мотор! Не могу я в Ижевск рвануть.Никак! Но Москвич жалко!" "У меня неконтролируемые рвота и понос! Сижу с тазиком на унитазе" - таковы были ответы карбовских товарищей. А Лейба Вайтман оказался более сговорчив. -Лейба! Алё! У меня Сенеж угнали! В Ижевск! В трубке послышался интеллигентный кашель на фоне шума мотора Волги и песен Боярского. - Лейб Наумович! - Слышу-слышу! Здрав буди, приятель! Ты там не бухой? Грибы не лопал? - Нет! Мне нужна помощь! - А ты в курсе, что в Ижевске излучение? Без свинцовых трусов туда не сунешься! - Какое в задницу излучение? - Ижанитовое! Там эпидемия! - Ты издеваешься??? - Да нет же, это ж факт! - Это выдумки дегенератов с Пазнего Ижа! - Боюсь ихние адепты не врут. Карантин, маски... Но в принципе я готов с тобой поехать! Я за любой движ кроме голодовки! - Ну хоть ты в деле! Утром заеду за тобой, умная башка! Но заехать не пришлось. Запасной машины просто не было. Худеть до педальника или рисковать на Пухле без документов до первого поста. Ну уж дудки! Карб надел свою рокерскую косоворотку (ручной работы, как и личная балалайка!) и поехал на метро, хотя он терпеть его не мог. Как и весь общественный транспорт. Ведь и щеглу понятно что лучшее средство транспорта - автомобиль марки Москвич! Добравшись до дома приятеля Карб почуял неладное - ни одной машины из богатой коллекции Лейбы не было на месте. На память осталась только пыль да шинная крошка. Звонки в домофон и на телефон были безуспешны. "Мёртвые с косами стоят. И тишина-а-а!" - подумал Карб. Москвичист метался по всей округе, не веря в предательство друга. Лишь дохлые вороны и голуби под окнами напоминали о том, что здесь жил Вайтман, который развлекался стрельбой из пневматического автомата. Да, даже у этого интеллигентного человека (лысоватого и в очках, в пиджачке) имелись свои слабости. Голубей он не любил за обгаженные памятники, а вот чем ему посадили вороны, так и осталось загадкой. Может потому что казались умнее его? Карб так бы и ушёл,но внезапно его окликнула старуха, занявшая наблюдательный пост на ближайшей лавке - Чего милок носишься, да волоса на голове рвёшь? - Друг мой пропал что-то. В этом доме живёт. - А как кличут его? - Лейб Наумович Вайтман. Доктор наук! - Ах Лёва...знаю его, из хорошей семьи, воспитанный.Только не повезло ему сегодня! Как говорил мой муж - фееричный абзац. - Почему? - Варила я значит суп...а Лёвушка как обычно зверушек отстреливал и бомжей. Санитар двора,молодец! А потом слышу - матерится как сапожник! Гляжу в окно - а там дракон здоровущий, чешуя как кошачьи шары блестит! И проглотил он все Лёвины машинки. А потом Лёву в зубы взял и уволок, когда тот попытался его остановить. - Едрить за ногу! Ты гонишь, старая! - Да вот те крест! Там на асфальте следы когтей! Карб пребывал в состоянии шока. А бабка смотрела на него совершенно серьёзно и мерно постукивала своей палкой по асфальту. - Олеговна! Ты чаво с этим голубым приятелем болтаешь? - раздался голос из окна, принадлежавший другой старушке. - Молчи, Повидлиха! Он рокер, а не из этих! - Знаю я твоих рокеров...волосатые черти-извращенцы! Прям как твой Коля! - Мой Коленька был голосом эпохи, только его не хотели слушать! То попсы навернут, то ещё чего. А ты безграмотная свинья! И твоя музыка не стоит моих ушей. - Ах ты престарелая дрянь! Сейчас ты узнаешь силу настоящей песни. Бабка в окне вытащила колонку из которой заорал знаменитый Стасик, король шансона и дамских сердец. "Всё для тебя, кокосы и бананы Для тебя, слоны и обезьяны..." Олеговна сплюнула, размахнулась палкой и метко пришибла колонку. Карб собрался с силами и вернулся домой, чтоб приготовиться к броску на Ижевск. Пудовая кувалда и банки вечного пюре были уложены в рюкзак. А ещё спички, литр чистого спирта, лекарства от головы и задницы. На улицу москвичист выходил под похоронный марш, но с улыбкой на лице. Он всем покажет! Если ехать на поезде - меньше риск привлечь внимание негодяев, которые только и ждут появления Карба перед их смартфонами, чтобы потом похабно ржать над его фотками в презренных соцсетях. Поезд медленно удалялся от Москвы. Перед ним была Россия, великая и ужасная. Из глубины веков и дремучих лесов звучали названия - Удомля и Шумерля, Вычегда и Рочегда, Исеть и Сысерть, Мещёра и Вишера. Где-то таился зловещий Сыктывкар и улыбчивая Воркута, которая приглашала на секретные урановые рудники. Поездка на поезде прошла почти без происшествий. Никто не вонял тухлыми яйцами, не включал орущих детей, не проливал кипяток на соседей. В вагоне ехали почти одни дембеля, которые развлекались на всю катушку и пытались затащить к себе в объятья какую-нибудь проводницу. А ещё хором горланили песни. Вот они денечки: зеленеют рощи, тополя, Набухают почки, и на дембель едут дембеля, Как весной повеет, то уже не спрятать, не унять. Дембельское время, дембельскую радость, ТВОЮ МАТЬ! - вот что пели они "О, блондиночка!" - воскликнули дембеля, когда увидели москвичиста со спины. "Глаза разуйте, дяди!" - ответил им Карб. Дембеля не стали сердиться и вышвыривать Карба в окно, а всего лишь кинули в него вонючим сапогом. Путешествие по российским железным дорогам закончилось внезапно - перед полустанком в лесной глуши состав встал. Тепловоз жидко испражнялся маслом и коптил как крематорий. Карб, когда-то отслуживший в железнодорожных войсках, пытался помочь в ремонте, но его гнали в три шеи тремя ногами. "Отойдите, гражданочка! Ах, вы гражданин? Тем более отойдите! Мы занимаемся серьёзными делами! Так, а где моё ружьё?" Пришлось топать до Ижевска на своих двоих, через поля и леса, закусывая по дороге пюрешкой "Глобус". Автобусам Карб не доверял, особенно белым Пазикам с занавесками. Ходили упорные слухи что на них разъезжает тайная организация, которая забирает москвичистов на опыты. Первое что удивило седовласого героя в ижевских краях - внезапная розовая трава, светящиеся цветы и маленькие лесные дракончики, резвившиеся на ветках деревьев. Карб разинул рот и тут же взглянул на недоеденную банку "Глобуса". Срок его годности истёк всего на двадцать лет и стало быть ижевские чудеса были самыми что ни на есть реальными....