Blossom

Нейтан действительно вернулся на следующий день. И после. И ещё. Он не мог перестать возвращаться на тот самый пляж, где он встретил Юдзуру. Самую настоящую русалку. Нейтан со временем, на самом деле даже слишком быстро, перестал бояться нападения, потому что, ну... Как? Юдзуру при дальнейшем общении оказался насколько булкой, насколько это было возможно. А об уже зажившей ноге Нейтан успел забыть. Помогли водоросли и осознание того, что боль ему причинили случайно. Юдзуру хоть и был очевидно опасным существом, но агрессивным точно не являлся. К тому же, он не раз успел сказать, как рад, что Нейтан пришёл снова, ведь Юдзуру очень переживал из-за того, что мог случайно навредить, и очень хотел извиниться. В первые встречи Нейтан был поражен его красотой (он всё ещё поражён), но характер Юдзуру оказался ещё лучше. Честно говоря, он был просто нормальным. Человеческим. Юдзуру был интересным. Он был смешливым, милым, достаточно вежливым, при этом довольно дотошным и даже в каком-то смысле раздражающим, а ещё намного более громким, чем можно было бы ожидать от морского существа, но Нейтан только закатывал глаза, наслаждаясь этим. Юдзуру похож на его друзей, он похож на него самого. Большую часть времени они говорили. Два или три часа пролетали незаметно за обсуждением какой-нибудь ерунды или же за спорами о какой-нибудь ерунде. Русалка оказалась очень любопытной. Нейтану было совершенно не сложно отвечать на миллиарды вопросов о людях, но в то же время сам он стеснялся задавать свои. Казалось бы, это и была его цель, когда он шёл на этот пляж второй раз, он надеялся встретить русалку снова, узнать... Да всё узнать. А в итоге о русалках они почти не говорят, больше о людях. Не потому что Юдзуру избегал этой темы, возможно, он ждал, чтобы его расспросили, но Нейтан этого не делал, потому что ждал, что ему расскажут. На самом деле он просто не хотел давить и не хотел наглеть. Он решил просто наслаждаться компанией необычного знакомого, пока есть такая возможность, и довольствоваться той информацией, которую получал по желанию Юдзуру. Тот всё же сам иногда упоминал некоторые вещи из своей рутины. Конечно, сразу стало очевидно, что Юдзуру не один такой, что он не какая-нибудь ошибка природы или жуткий эксперимент, что русалок действительно много. Нейтан узнал, что они иногда общаются с людьми. Очень редко и с большой осторожностью. Оказалось, что Юдзуру достаточно поразительно много знает о людях, потому что и раньше общался с ними, но также выяснилось, что это было действительно давно, поэтому его интересовало, как много изменилось в мире людей, как много он не знает. Некоторые вопросы были неожиданными для Нейтана. Юдзуру почему-то очень просил объяснить, как работают беспроводные наушники. Нейтан не мог, потому что сам не знал, а ещё потому что был в шоке, что Юдзуру вообще знает, что это такое. Надо сказать, что Нейтану в целом было немного неловко от того, как много русалки знают о людях. Словно это было предметом их изучения, но делать то же с собой они не позволяли. Может быть, и поэтому Нейтан решил не задавать слишком много вопросов, может быть, он боялся пересечь черту, если она вообще была, конечно. Несколько раз Юдзуру говорил о чём-то повседневно-личном. Он упоминал свою маму и друзей, но чаще всего делал это так, что ни за что нельзя было подумать, что речь идёт о русалках. Если бы его слова были сообщениями от далёкого интернет-друга, едва ли можно было бы заподозрить, что пишет их не человек. Это были фразы из разряда: "Однажды Шома получил Айфоном по затылку". Нейтан предположил, что загадочное "Шома" вероятнее всего являлось именем друга или, может быть, брата. Очевидно, что этот Шома - тоже русалка, хотя из формулировки этого понять было нельзя. Мало ли, каким образом так случилось, что кому-то прилетел телефон в голову. Совершенно не обязательно уточнять, что его принесло сильным течением, после того, как кто-то его уронил. Бывали и очень даже конкретные упоминания русалочьих особенностей жизни. Однажды Нейтан упомянул, что любит бегать и вообще заниматься спортом, а Юдзуру в ответ похвастался, что может плыть быстрее всех, и из-за этого многие другие русалки хотят, чтобы он стал их парой. После этого весь Юдзуру стал розовее, он замолчал, словно от стыда или смущения. Подумал ли он, что сказал слишком много в тот момент? Нейтан не знал, но был уверен, что яркие и такие мягкие на вид щёки русалки - самое прекрасное, что он когда-либо видел. Он так же отдал бы что угодно за возможность увидеть Юдзуру во всей его силе и скорости. Он мог бы просто взять и сделать это, никто ведь не запрещал ему плавать, это же чёртов пляж в конце-концов! Но почему-то даже спросить, можно ли ему в воду с Юдзуру казалось неловким. В общем, всей этой отрывочной информации было мало, у Нейтана она вызвала только больше вопросов, которые он, блин, не задавал. Культура русалок и их поведение в целом очень сильно интересовали Нейтана. Он понятия не имел, например, как ему реагировать на привычку Юдзуру называть его икринкой. Что это вообще значило? Что-то вроде "маленький" или "глупый"? Или нечто более нежное, как "малыш"? И почему вообще "икринка", неужели таким образом русалки и размножаются? И почему Юдзуру был так одержим тем, чтобы при встрече, расставании, или вообще просто так трепать Нейтана по голове? У людей так делают родственники, особенное старшие младшим, или друзья, или... Ближе. Кроме этого, Нейтану было невероятно интересно, есть ли у русалок свой собственный язык. В первую встречу Юдзуру, по его собственным словам, забыл весь английский, который знал. Но он знал японский и говорил на нём как носитель. Или он действительно был носителем? Это тот язык, на котором он говорил с детства? Или русалки учат языки людей? Это взрывало мозг Нейтана, но он предпочитал просто игнорировать свои же мысли. Возвращаясь к английскому языку, оказалось, что Юдзуру знал его лучше, чем можно было ожидать после его слов о забывании. С ним вполне можно было разговаривать о самых разных вещах. Хотя, Нейтану пришлось нелегко, потому что Юдзуру несколько раз просил его говорить медленнее. Нейтан всеми силами старался контролировать свой темп речи и не давать ей, как обычно, развиться до скорости какого-нибудь неплохого рэп-трека. Сам Юдзуру говорил медленно, очевидно, подбирая слова. Его акцент был достаточно сильным, он звучал, как японский, и это, конечно, мучило мозг Нейтана. На самом деле, он считал, что и акцент Юдзуру, и его голос звучат очаровательно. Голос был высоким, нежным, а ещё переполненным какими-то непонятными флиртующими интонациями, которые не давали Нейтану нормально дышать. Отдельным пунктом был смех Юдзуру. Когда он начинал хихикать над чем-то, что говорил Нейтан, у последнего в животе начинались пляски морских коньков, битвы чаек и так далее. Так или иначе, Нейтан надеялся и верил, что Юдзуру подпускает его всё ближе к себе. Это было правдой, но только её частью. На самом же деле Юдзуру так же медленно тянул Нейтана к себе.

***

- Я очень рад, что ты приходишь ко мне. Нейтан краснеет из-за этого. Этот диалог повторяется слишком часто. Так часто, что можно было бы уже привыкнуть. - Я рад, что ты, - он на секунду задумывается, - приплываешь. Разумеется, Юдзуру начинает хихикать. Он бьёт частью хвоста, которая остаётся в воде, и Нейтан попадает под небольшой дождь. В какой-то момент Нейтан перестал приходить к русалке Юдзуру и начал приходит просто к Юдзуру. Как уже было сказано, всякий страх давно ушёл, Нейтан не боялся Юдзуру. Он так же почти привык к его хвосту. Ну, то есть, не замечать его было невозможно, Нейтан всё ещё засматривался на него, да и Юдзуру не давал забыть, слишком часто устраивая ему водные процедуры, когда становился эмоциональным. Но сердце всё ещё колотилось как ненормальное. Нейтан на самом деле сначала верил, что это может быть каким-то колдовством, чарами. Но Юдзуру не был магом, он был нормальным творением природы. В нём не было ничего сверхъестественного, кроме его хвоста. Он не был человеком, но Нейтан реагировал на него как на человека. Сердце Нейтана реагировало. Оно сделало это раньше, чем он успел это осознать. А когда осознал, очевидно, было поздно. Юдзуру не было удобно разговаривать, долго удерживая свой торс на вытянутых руках, поэтому он предпочитал сидеть или лежать на песке. Чаще - второе. Разумеется, Нейтан ложился рядом, чтобы было удобнее. Это была такая огромная ошибка. Собственно, в один из тех моментов, когда они лежали рядом на ненормально близком расстоянии друг от друга и разговаривали, греясь на солнце, Нейтан всё понял. Он даже разозлиться не мог, это было просто смешно. Он за несколько дней умудрился по уши влюбиться в создание, которое считается несуществующим. Осознание внезапных чувств обожгло все тело и сознание, пока парень смотрел в глаза русалки, рассказывающей о чём-то, наверное, из своего мира. Своего мира. Другого. Они живут в буквально разных вселенных. Даже если они чем-то похожи, они всё равно разные. Очевидно, что всё, что чувствует Нейтан, не приведёт ни к чему, что не закончится в итоге слезами и разочарованием. Было бы лучше, если бы Нейтан продолжал бояться. Или если бы он продолжал восхищаться тем, как Юдзуру выглядел. Или если бы он продолжал интересоваться всей научной и культурной стороной. Но он влюбился. Его так сильно тянуло. Его тянуло даже то, что раньше пугало, тянули даже такие мелочи, как запах. Нейтан не мог понять, чем пахнет Юдзуру, это была смесь запаха моря, соли или йода, наверное, а ещё чего-то цветочного, что было довольно странно, в любом случае, Нейтан не мог точно распознать. Но ему хотелось. Ему хотелось запомнить каждую мелочь, сосчитать все родинки на сильном теле русалки, запомнить все странные шутки, которые он расскажет, чтобы потом плакать, ведь... Нейтан не имеет ни малейшего понятия, как ему смириться с тем, что лепестки сакуры начинают опадать. А это значит, что приближается дата его рейса, что скоро ему нужно будет возвращаться домой. - Покажи мне ещё фото, - Юдзуру хлопает длинными ресницами и делает такое выражение лица, что у Нейтана сводит все внутренности от сияния этих глаз. Как ему можно отказать? Он показывал ему фото, которые сделал за эти дни, показывал ему фото родного города, родного пляжа. Нейтан рассказывал, что живёт сейчас в Калифорнии и что очень любит путешествовать. Юдзуру тогда воодушевлённо закивал и сказал, что путешествует очень часто, но в подробности вдаваться не стал, только очень долго и внимательно рассматривая фото. Теперь Нейтан осмеливается показать тот самый снимок хвоста Юдзуру, на что русалка неожиданно надувается: - Но тут не видно меня! Может быть, сделаешь ещё фото? Нейтан не успевает кивнуть, как Юдзуру уже начинает принимать какую-то позу, забавно перекатываясь по песку в попытках справиться с тяжёлым хвостом, который на суше его совсем не слушается. Нейтан не удерживается и смеётся, надеясь, что Юдзуру это не обидит. Тот, когда замечает улыбку парня, улыбается сам. Нейтан отходит на пару метров, так, чтобы весь Юдзуру был в кадре. Они начинают эту странную фотосессию, и, хотя Юдзуру сначала пугается и часто моргает, позировать у него получается очень даже неплохо. "И где только это всё увидел? Журнал что ли кто-то в воду ёбнул?", - думает Нейтан, сжимая дрожащими руками камеру, когда видит, как Юдзуру подмигивает в кадр. У Нейтана продолжают дрожать руки, пока он делает новые фотографии, они дрожат, когда он показывает результат своей "модели". - Я хорошо выгляжу? Вопрос, который ставит в тупик, хотя ответ очевиден. - Да, ты хорошо выглядишь, - Нейтан очень надеется, что это звучит непринуждённо. - Поэтому ты тогда сделал фото? Нейтан не думает, что только это было причиной. - Я... Понимаешь, я не мог поверить в то, что увидел. Я думал, что ты человек, которому нужна помощь, потому подошёл. Я не ожидал увидеть у тебя хвост. Ты лежал, а я не мог перестать смотреть и уйти. Я сделал его фото, чтобы быть уверенным, что не сошёл с ума. Потом так долго рассматривал его... Ну, последнее, вероятно, было лишним. Юдзуру каким-то образом становится ещё веселее. - Тебе так нравится мой хвост? Нейтан не знает, как ему стоит ответить на этот вопрос. Он, честно говоря, уверен, что Юдзуру прекрасное знает, что ответ положительный. Он вздыхает и решает сказать, что думает. - Он восхитительный. Я типа никогда не видел ничего подобного. Я имею в виду, не потому что я никогда не видел такого хвоста, хотя это так, но он правда выглядит так красиво. Я сначала подумал, что это может быть какой-то костюм, и не мог поверить, что он настоящий. - Он настоящий! Ты можешь потрогать меня, если хочешь! Нейтан подвисает на несколько секунд, а потом гонит все неправильные мысли, которые переполняют его голову от формулировки, использованной Юдзуру. Очнись, Нейтан. Тебе просто предлагают потрогать хвост. Просто, чтобы убедиться, что хвост настоящий. Но зачем Юдзуру доказывать это? - Ну, я хочу, - сказав это, Нейтан понимает, как сильно у него пересохло в горле. Русалка снова хихикает и больше ничего не говорит. Видимо, ждёт действий. Нейтан садится, пока Юдзуру продолжает лежать и смотреть на него. Сердце первого снова колотится. Всё, что ему нужно сделать - это протянуть руку. Это совсем не сложно. Да? "Пизда", - думает Нейтан и осторожно касается чещуек кончиками пальцев. Он не успевает осознать тактильные ощущения, как Юдзуру внезапно пищит: - Мне щекотно! Нейтан сначала одергивает руку, а потом возвращает её на место, но теперь использует всю ладонь. Это... Прохладно. Не так скользко, как думал Нейтан. Чешуйки оказываются немного более твёрдыми, чем он ожидал, но он не разочарован, потому что на ощупь они всё равно очень приятные. Он проводит рукой вдоль их направления и ощущает под ними мышцы. Становится ещё хуже от осознания, что его рука находится там, где у людей бедро. Но, видимо, для русалок это место не такое интимное, как для людей, ведь Юдзуру сам предложил потрогать и не останавливает Нейтана. С другой стороны, получается, что даже с чешуей хвост достаточно чувствительный, раз Юдзуру пожаловался на это. Это немного странно, но Нейтан успел привыкнуть игнорировать всё непонятное. - С ума сойти... - Тебе нравится? Нейтан готов возмутиться потому что думает, что это издёвка, и вскидывает голову. Но выражение лица Юдзуру... уязвимое? Словно он действительно хочет услышать, что Нейтану нравится его хвост. Поэтому он продолжал спрашивать, хорошо ли выглядит? В любом случае, Нейтан не считает, что русалка напрашивается на комплимент, его новый знакомый по-настоящему скромный, даже если старается чем-то хвастаться, но причина такого поведения всё же не была понятна. Ладно, возможно, что русалки просто ведут себя так всегда. Кокетливо. Ну, не заигрывает же Юдзуру! - Очень. И цвет. Ты выглядишь как цветочки. Я показывал тебе. - Тебе нравится розовый? - Юдзуру приподнимается сильнее, немного переворачиваясь на бок, и подпирает голову рукой. Нейтан наконец убирает свою с хвоста. - Ну, да. Хотя, думаю, все цвета хороши по-своему. - Мне красный нравится. Честно говоря, это удивляет Нейтана. Он скорее ожидал услышать, что синий или зелёный будет любимым цветом русалки. - Как футболка твоя. Мне нравится. О, чёрт. Нейтан в красной футболке. И он, разумеется, предпочитает игнорировать это, а также тот факт, что сам он сейчас, наверное, в очередной раз окрасился в любимый цвет Юдзуру. - Под водой не так много красного, да? - Ага. Повисает тишина. Это случается периодически, и тогда они просто лежат и смотрят в небо, но дело в том, что сейчас Нейтан не лежит, как обычно рядом с Юдзуру. Они смотрят друг на друга. Нейтан теряется, и его взгляд начинает бегать по лицу напротив, останавливается на двух маленьких родинках на левой щеке русалки, потом на кончике носа, потом на розовых губах. Нейтан, успокойся, пожалуйста. - Слушай, - он сглатывает и прячет глаза, надеясь, что Юдзуру не заметил его взгляд, или что он великодушно решит его не комментировать, - хочешь попробовать сделать фото? Это с одной стороны попытка избавится от неловкого молчания, а с другой стороны Нейтан видел, с каким интересом Юдзуру смотрел на его фотоаппарат. - О? Ты мне позволишь? Я бы очень хотел, я никогда этого не делал! - русалка начинает тараторить, сверкая глазами и проглатывая часть слов. - Это просто. Ты смотришь вот сюда, чтобы в кадре было то, что тебе нужно, а потом нажимаешь на эту кнопку. - Я понял! - Юдзуру улыбается, а Нейтан передаёт ему своё сокровище. Юдзуру слегка отползает к воде (не без труда) и по-человечески садится, чтобы навести камеру на Нейтана, который едва успевает принять хоть какую-то позу. А затем раздаётся щелчок. Русалка дёргается, видимо, снова испугавшись звука, и роняет фотоаппарат, который падает в так не вовремя накатившую волну. - Нейтан! Нейтан, прости меня! - Юдзуру тут же поднимает камеру дрожащими руками и так испуганно смотрит на Нейтана, что у того сжимается сердце. - Эй, не переживай! Это ерунда. Ты не виноват. - Я виноват! Я уронил! - глаза русалки блестят так, словно парень вот-вот заплачет. - Это неважно, я не злюсь на тебя, - Нейтан забирает фотоаппарат из рук русалки и откладывает его в сторону, на песок, а потом берёт в свои ладони чужие, - не переживай, ладно? Юдзуру тяжело дышит, смотрит Нейтану прямо в глаза, так, что сердце снова заходится, а в голове миллиард мыслей, и ни одна из них не об испорченной камере. Только о Юдзуру.