пешком до(ведешь ты меня) вилледора

***

Искать своего парня по всему кораблю, наполненному враждебными к тебе миротворцами, довольно рискованно, но Хакон любил искать приключения на свою задницу. Или на бёдра, или на что вполне изящно выпирает из его тела. Если бы не затрещавшая на поясе рация, парень бы точно потерялся в этом лабиринте из одинаковых коридоров. Не мешало бы указатели или хотя бы таблички повесить. Какой-то кошмарный военный музей, в котором можно умереть от голода, заблудившись в его обшарпанных стенах.       — Хакон, привет, надеюсь, что ты сейчас активно разыскиваешь своего парня, потому что он у меня.       — Ну наконец-то, спасибо, Айтор. Я скоро буду. Хакон облегчённо вздохнул и ускоренным шагом направился к «служебной квартире» миротворца. После пятнадцати минут поисков и трёх опрошенных военных он добрался до цели. В помещении было полутемно из-за нескольких перегоревших уф-ламп, но всё равно можно было разглядеть тех, кто был внутри. Айтор сидел, держа ровно спину, а Эйден, привалившись к его плечу головой, полулежал на узком диване. В крови парня вскипела ревность, но она сразу утихла, когда он напомнил себе, что мужчины просто друзья и не больше.       — Как я понял из его пьяных бредней — вы поругались. Давно уже не разговариваете?       — Недели две, так точно. Оба накосячили, но хоть я и пытался с ним встретиться, он всё отказывал.       — Мда, тяжёлый случай, — миротворец придержал сползающего на пол пилигрима, чтобы продолжить нормально диалог. Хакон пристально и недовольно на него посмотрел, что мужчина сразу же убрал руки.       — Я полез в толпу кусак, чтобы притащить одну штуку для Софи, а он, в свою очередь, попёрся один на территорию ренегатов… Два сапога пара… Бегун опустился на одно колено, чтобы перехватить взгляд любимых голубых глаз, но Эйден поджал губы и немного отвернулся. Всё ещё считал, что поступок парня был глупее, чем его собственный. Он всё же опытнее, старше и сильнее, так что до конца винить себя он не мог. Они тогда даже не поговорили нормально. Просто наорали друг на друга и разошлись по своим убежищам. Прямо как супруги, прожившие вместе много лет и ругающиеся из-за каждой мелочи. Нужно было сесть, вылизать раны и всё обсудить. Разложить каждый косяк по полочкам и извиниться. Может даже стукнуть для острастки, чтобы больше мозги не чудили. Айтор молча наблюдал за мыслительной деятельностью Хакона. Он хотел бы им помочь, но в глубине души понимал, что сейчас лезть не стоило. Не в его случае подсказывать, как вести себя в отношениях. Развод с женой — не лучший пример для подражания. Хотя мужчина уже встречался с одним человеком, предпочитая не разглашать его имени. Не в их ситуации так точно. Хакон сам принял решение. Даже не пришлось ему как-то подсказывать. В очередной раз миротворец подметил, что парень довольно сообразительный, хоть и раздражающе активный. Его излишний оптимизм и ехидство в сторону начальства вояки даже выводил из себя. К сожалению или нет пилигрим бы точно не позволил им даже провести спарринг.       — Эйден, прости меня. Я здорово накосячил, когда полез с одним топором туда. Больше такого прокола точно не допущу, будешь перед каждым выходом проверять снаряжение и слова не скажу, — бегун прервался, когда заметил, наконец, заинтересованнаый взгляд от Эйдена, — Вот только ты тоже… Ты мог погибнуть на вражеской зоне, и я бы даже тело забрать бы не смог. Парень неожиданно для себя самого всхлипнул и сжал дрожащей ладонью колено пилигрима. Слишком уж ясно в голове предстала картинка этой не произошедшей смерти. Эйден будто очнулся ото сна и практически полностью протрезвел. Айтор встал, давая мужчине опуститься на пол, и отошел подальше, чтобы не мешать ставшему уже интимному разговору. Он явно был лишним в собственной квартире. Хотя миротворец догадывался, чем всё закончится, когда пускал внутрь пилигрима с початой бутылкой, непонятно какого пойла.       — Тише тише, я идиот, я долбанный идиот раз довёл тебя до слёз. Прости меня, я не поставил тебя на своё место, не понимая, как ты боишься моей смерти. Без отряда миротворцев или тебя больше туда ни ногой. Эйден дал рукам Хакона, обвить себя за талию, чтобы прижать его к себе как можно ближе. Бегун растерял остатки боевого настроя и спрятал заплаканное лицо в недрах чужой кофты. Хотя по его расслабленной спине было видно, что он рад и спокоен. Айтор тихо кашлянул, напоминая о своём существовании, и пришлось покинуть гостеприимную квартиру. Напоследок он прописал им по щелбану и, вернувшись к себе, наконец, связался со своим партнёром. Ему определённо нужно разгрузиться после такого стресса.