Деньги не главное

— Добрый день, Катя, спасибо, что согласились со мной встретиться, — прямо перед Пушкаревой сидела женщина, от которой хотелось бежать со всех ног. Меньше этой особы Катерина хотела бы видеть только одного человека: Киру Воропаеву. Однако сейчас в кабинете Юлианы находилась не бывшая невеста Жданова, а Валерия Изотова. Ох, кому как не Кате помнить, как Андрей бегал от этой… модели. Она бы предпочла вовсе забыть о ее существовании. Но судьба распорядилась иначе, и вот, пришлось согласиться на эту встречу. — Конечно, Валерия. Мне действительно интересно, какова причина нашей встречи. — На самом деле, их даже две, — мило улыбнулась Изотова. — Но не буду вас томить ожиданием. Первая причина касается одной из клиенток вашего агентства. Да, Марина Пороховщикова. Уверена, вам будет интересно узнать о ней побольше. Я очень уважаю Юлиану, но на мой взгляд, она слишком доверяет людям. Уверяю вас, вы с ней сели в лужу, когда согласились заключить контракт с госпожой Пороховщиковой. — Это серьезное обвинение. Что не так? — Она представилась вам как дочь Василия Пороховщикова, владельца нефтеперегонных заводов и другого обширного бизнеса в Тюмени? — Да, а это не так? — Не так. Она — не та, за кого себя выдает. — Вы можете это доказать? — Да, потому что Марину Пороховщикову я знаю лично. Мы с ней учились вместе в школе. А с этой дамой я только недавно познакомилась. Сначала я думала — просто однофамилица, потом она стала рассказывать якобы о своей жизни. Я еще могла понять, что она не узнала меня, я ведь с тех пор очень изменилась внешне и даже имя сменила, когда в Москву приехала. Но в процессе общения я специально несколько раз затрагивала темы, которые у нас когда-то были общими, но не услышала и намека на узнавание. Тогда я рискнула и связалась с самой Мариной, в том числе и по скайпу. И успешно с ней поговорила. Она у себя дома, в Тюмени, замужем, двое детей. Выглядит прилично. Счастлива, чему я очень рада. Карьера модели ей вообще не нужна, с таким-то отцом и мужем. — Так… — Катя покачала головой, пытаясь осмыслить услышанное, — то есть вы думаете, что эта Марина, которая у нас, она — аферистка и не заплатит нам за работу? — Думаю, не просто не заплатит, а может причинить еще какой-то вред. У Юлианы, как бы странно это ни звучало, есть конкуренты на рынке рекламных услуг. — Да, вы правы. Спасибо за предупреждение. Мы узнаем, кто она и что ей нужно. Не хотелось бы нарваться на скандал, агентству это совсем не нужно. И Мишу жалко, она ему понравилась… — И перехожу ко второму вопросу, — улыбнулась Валерия. — Собственно, он тоже связан с этой же дамой. На самом деле, Михаил ей не нравится. А она — ему. Его цель — вы, Катя, а ее — Николай Зорькин. Так что у вас за спиной зреет целый заговор. — Не поняла… — Сейчас поймете, — усмехнулась Изотова. — В ее плане будете задействованы не только вы. Марина позавчера отправила Викторию в магазин, за какой-то ерундой. Ей, как оказалось, надо было откровенно поговорить со мной. Она уже продумала и мое участие в этом заговоре по разбиванию романтических пар. Зная о моем прошлом в Зималетто, вы ведь понимаете, как я могла бы ей помочь. — Андрей? — упавшим голосом прошептала Катя. — Да, по ее плану, я должна была соблазнить его. И предложи она мне сделать это недели три назад, я бы согласилась не раздумывая. — А теперь что-то изменилось? — Мне это все не нужно, Катя. Точно не такой ценой. Сейчас у меня есть состоятельный кавалер, и я не хочу с ним рвать. Он, конечно, не был бы помехой, если бы я не была уверена, что вас, в отличие от Киры, Андрей по-настоящему любит. Так что не волнуйтесь, мне Жданов уже не нужен. Хотя, повторюсь, недели три назад я бы руками и ногами уцепилась за предложение этой Марины. — Спасибо, Валерия, — тихо произнесла Катя. Голос сел от волнения. Изотова понимающе кивнула ей. Но вдруг Пушкарева встрепенулась: — Подождите, а как же Вика?.. Она не задействована, получается?       И тут же сама ответила на свой вопрос. — А, понятно. Воропаев. Это она могла услышать из наших разговоров. И как эта Марина собирается выйти на Александра Юрьевича? — Этого она мне не сказала, — рассмеялась Валерия, — интересно… а я не знала, что господин Воропаев неравнодушен к Виктории. Спасибо, буду знать. Да, тут пазл и сходится. Оцените ее великодушие: она всех собралась осчастливить! — Да… грамотный план, — печально вздохнула Катя. — Спасибо вам, Валерия.       Катя с трудом сдерживалась от истерики. Вероятно, Изотова прекрасно понимала ее состояние, поэтому поспешила свернуть разговор. — Ну так вот, я не стала сразу отказываться, но по другой причине: не исключаю, что в случае моего прямого отказала Марина захочет встретиться с Кирой Юрьевной. — У Киры Юрьевны все неплохо с Малиновским… — Я очень за нее рада. Но знаете, я уверена, что она до сих пор страдает по Андрею, так что правильный вброс на старые дрожжи… — Понятно. И снова спасибо, что поделились информацией. Интересно, а как эта предприимчивая Марина собирается осуществлять свой план? Она не говорила? — А она уже начала, по ее словам. Не спрашивайте как, этого я не знаю. Это все, что я вам хотела сказать, Катя, спасибо, что уделили мне время. — Это вам спасибо, — нашла в себе силы вежливо улыбнуться Катя на прощание. Что делать и надо ли что-то делать, она пока не знала…       В конце концов она решила пока никому ничего не говорить. Проверить — правдива ли информация от Изотовой. Только как это сделать — не представляла. Но в любом случае, все можно было отложить до возвращения Юлианы.

***

      Крики Александра в коридоре они услышали одновременно, каждый из своего кабинета, и поспешили выглянуть. Президент кричал на Ярослава, который за каким-то лядом зашел в их крыло. — Где тебя носит в рабочее время? Может, тебя тоже надо штрафовать, как секретарш? — Александр Юрьевич, я… — Быстро ко мне в кабинет, — увидев удивленные лица сестры и Романа, Воропаев быстро понизил голос и стремительно покинул коридор директорского крыла. Рома вопросительно кивнул, мол, чего? Ветров горестно вздохнул, махнул рукой и пошел вслед за Воропаевым. — Ром, что это было? — на всякий случай спросила Кира. — А я знаю? Чего твоему брату от Ярика понадобилось так срочно? — Так, мне это не нравится, — и Кира решительно вышла из кабинета, направившись в холл. Роман задумчиво посмотрел ей вслед и тоже пошел. Однако на выходе из коридора столкнулся с Шурой. — Ой, Роман Дмитриевич… простите… — Да ничего, Шурочка, все в порядке. Может, вы знаете, почему Александр свет Юрьевич сегодня такой сердитый? — А… а я не знаю. К нему какой-то человек приходил… — Что за человек? — Без понятия. Надо у Амуры спросить.       Роман пошел собирать информацию. Но Амура назвала имя, отчество и фамилию приходившего к Саше странного мужика в плаще, который все время крутил в руках кубик Рубика. Оставалось одно: идти к Воропаеву и выяснять самостоятельно.       К тому времени, как Роман подошел к кабинету президента, тот орал уже на Киру. Секретарша развела руками, мол, не в курсе, что такое. — Мне надо работать, Кира. Почему ты не можешь этого понять? Мне некогда говорить о ерунде. Все в порядке, иди к себе! — Прямо как Жданов в старое доброе время его президентства, — с тихой усмешкой прокомментировал Роман. — И тоже ведь на Киру орал, мерзавец!       Ему показалось, что на каменном лице секретарши мелькнуло что-то наподобие улыбки. Да, показалось.       Дверь резко распахнулась, Кира в раздражении вышла из кабинета и покачала головой. — Да и так все было слышно, — понимающе сказал Роман. — Думаешь, есть смысл мне сходить? — Попробуй. Пусть и на тебя покричит, — слабо усмехнулась она.       Так и вышло: покричал и отправил работать. Позже Малиновский зашел к Ветрову, и тот сообщил, что приходил к Александру не кто-нибудь, а курьер из казино. — Ага, то есть процесс пошел уже? — сообразил Роман. — Значит, пора скидываться? — Думаю, да, с учетом того, что Хмелин уже сделал свой ход… Только бы согласился Воропаев на наш вариант, ведь, сами знаете… может на дыбы встать. — Ну не идиот же он? — Конечно, нет. Но мало ли…       Роман позвонил Андрею, тот — Коле. После недолгого совещания было решено, что все же осведомленность Жданова и Малиновского Александру демонстрировать не следует. Так что Коля пойдет «на дело» сам. Когда будет готов.       Коля оказался готов сразу. Они с Викторией как раз успели съездить и подать заявление в ЗАГС, когда ему позвонил брат. — Вик, подбросишь меня до Зималетто? — Ты же вроде был там сегодня? — удивилась Вика. — А я думала, мы сходим куда-нибудь, посидим, отметим… — Дела непредвиденные возникли. Очень важные. Андрей просит зайти. А ты, может, пока к Кате в офис съездишь? А я потом туда сразу, давай? И отметим? — Ну ладно, — вздохнула она, — а ты надолго? — Не знаю… — Так, может, я с тобой? — Соскучилась по Зималетто? — усмехнулся Зорькин. — Вот еще! — возмутилась она. — Да ты прав, не пойду я туда. Там Воропаев… — Ну да, а я как раз к нему, в том числе. — Опять по отчету, что ли? — Ну да, по нему, — вздохнул Зорькин. Какое-то время они молчали, потом Вика сменила тему. — Слушай, а я вот до сих пор привыкнуть не могу, что вы с Андреем братья. — Да и сам не могу привыкнуть, если честно, — отозвался Коля. — Хотя, наверное, все же привык. К нему, как к другу. Но как-то реально считать его братом… наверное, не сразу получится. — Так хорошо же, что у тебя есть семья, — сказала Вика с улыбкой. — Ты моя семья, Викки, — усмехнулся он. — Ну, Катька еще. А остальные… уже не так важно. — Да, я тоже от родителей как-то давно отделилась. Они были против моего брака, ну, я говорила уже. А вон все как вышло. — Кстати, о родителях. Я бы хотел уже познакомиться с твоими. Пора бы, как думаешь? — Нет, — резко сказала она, а ее лицо приняло ожесточенное и даже злое выражение. — Вик, ты чего? Ты с ними в ссоре? — Нет, — снова односложно ответила она. — Они будут против? — Нет. — Так, давай разберемся, — обеспокоенно сказал он, но она мотнула головой. — Ладно, сперва это дело, но потом мы обязательно поговорим на тему родителей, хорошо? — Коль, правда, я как-то не подумала об этом сразу… — она немного успокоилась. — Давай, ты действительно разберешься со своими делами в Зималетто, а потом я тебе все расскажу, хорошо? — Вика печально вздохнула. — Как скажешь, Викки…       Коле очень хотелось обнять и успокоить ее… но она была за рулем. Они подъехали на стоянку Зималетто и припарковались. — Вик, ну, я пойду? — вот теперь он обнял и поцеловал ее, и она вцепилась в него, как будто прощалась навсегда.  — Ну ты что? Что с тобой? — она дышала ему в шею так часто, как будто собиралась заплакать. — Ничего. Просто вспомнила… не важно. Давай, иди, Никки. Я в офис Юлианы поеду. — Вот и умница. Передавай Пушкаревой привет, хорошо? — Непременно, самый горячий и пламенный, — усмехнулась Виктория. Коля вышел из машины, и она сразу отъехала. Он помахал рукой и направился ко входу.       Но дойти не успел: увидел занимательную картинку. Воропаев стоял около своего внедорожника с весьма тоскливым видом, а рядом с ним суетился стремный мужичок в распахнутом плаще, который что-то держал в руках. Коля пригляделся: да, кубик Рубика. Значит, это тот самый курьер-коллектор, который испортил настроение Воропаеву и, вот, продолжает это делать. И Зорькин подумал, что ему опять повезло. Даже в здание заходить не придется.       Эти двое его не видели, зато он видел и слышал их прекрасно. — А я вот решил вам помочь, Александр Юрьевич, — тип вытащил листок из кармана, — вот тут указано, что у вас есть имущество, которое можно быстренько продать: квартирка, машинка, ценные документики… Уж очень не хочется моего босса расстраивать… — Босса расстраивать — последнее дело, — с этими словами Коля и явил себя народу. Впрочем, народ явления не оценил. — Николай Антонович, мне немного не до вас… — хмуро сказал Воропаев, смерив его нечитаемым взглядом. — Какие-то проблемы? — Никаких… — А вот напрасно вы так, Александр Юрьевич, — вставил тип с кубиком, — проблемки-то у вас есть. — Он охотно объяснил Коле то, что тот и так знал. — Должок за вашим другом, вот как. Или, может, вы за него отдадите? Тогда и проблемки — того-с, рассосутся? — Зорькин, иди отсюда! — процедил сквозь зубы Александр, но Коля сделал вид, что не услышал. — А почему нет? — он принял заинтересованный вид. — Сколько там он должен? — А вот, извольте взглянуть…       Перед глазами у Коли возникла копия расписки на сумму в сто тысяч долларов. Воропаев устало прислонился спиной к машине, поняв тщетность своих попыток скрыть от Зорькина правду. Но к его удивлению, тот и бровью не повел. — Всего-то? — усмехнулся Коля. — Надо было сразу ко мне обратиться, Александр Юрьевич. А вы, любезный, имеете полномочия принять сразу всю сумму? Или же нет? Если да, то мы сразу можем проехать в банк… — А вот это деловой разговор, — тут же приосанился коллектор. — В какой банк следует подъехать? — Ты уверен, что посчитал все нули в этой сумме? — снова влез Воропаев, впрочем, он так и стоял, не меняя положения. — Ну, я же финансовый директор, кому как не мне нули считать, — парировал Николай. — «Ллойд-банк», любезнейший. Кто-то подъедет из вашего… заведения? Разумеется, с расписками на всю сумму, но, наверное, излишне об этом напоминать… — Совершенно излишне. Так я звоню моему боссу? Он прямо сейчас сможет подъехать! — Дайте нам пару минут — посовещаться, — Воропаев, наконец, отлип от машины. Коллектор отвернулся, отошел на два шага и вновь достал кубик, завертел его в руках. — Зорькин, у меня один вопрос: как? — Что — как? — Как ты узнал? — А какая разница? — Ярослав сказал? — В некотором роде, — кивнул он. — Я заметил недостачу на эту сумму в его отчете, а потом одна знакомая Андрея сообщила, что накануне вы проигрались в казино. — Ясно… Ты правда дашь мне эти деньги? — Ну да, поэтому я сюда и ехал. О предложении Хмелина я тоже знаю, вот и не хотел допустить, чтобы вы его приняли. Не люблю тех, кто ведет нечестную игру. — А ты, стало быть, только за честную? — А вам какая разница? — Коля мотнул головой. — Поехали уже в банк. Просто оформлю беспроцентный кредит на вас — и все. — Так, — начал рассуждать Воропаев — простым спасибо я не отделаюсь, это понятно. Но это потом. В конце концов, ты — не казино, каждый день присылать курьеров не будешь… — Вообще не буду. — Поехали, садись, — кивнул Александр, приняв решение, и бросил коллектору, — через час, господин курьер, я подъеду в казино сам, с деньгами. Так будет проще.       Тип кивнул и удалился. Воропаев и Зорькин забрались в машину. — Точно готов дать сто тысяч? — еще раз утонил Александр. — Вы все правильно услышали. — Ладно, поехали. И кончай мне выкать. Не чужие уже… — Окей, — Коля пожал плечами. Он был рад, то не пришлось долго уговаривать Александра. Опасения Ветрова оказались напрасны: Воропаев — нормальный адекватный человек, просто попавший в непростую ситуацию. Тут у любого нервы сдадут.       Менеджер банка быстро сделал все нужные документы, и Воропаев оформил займ у «Никанзора», без процентов, как и договаривались. Деньги были переведены на его счет, и он сразу снял всю сумму. Потом они отправились в казино, где Александр выплатил весь долг, получив подлинники своих расписок. Эпопея с казино завершилась. — Нам надо поговорить, — сказал Александр Зорькину, демонстративно доставая зажигалку и уничтожая в пепельнице проклятые бумажки, — но не здесь. — Да, вот теперь можно и поговорить, — согласился Николай и строго сказал собеседнику, для острастки пригрозив пальцем, — только пообещай мне, что больше сюда не пойдешь, хорошо? — Коля, бл…! — вырвалось у Воропаева. Он не сдержал нервный смешок, уж больно несуразным было зрелище, когда Зорькин стращает его, Александра Воропаева, как школьника, получившего двойку за невыученный урок. — Ты еще скажи, что иначе лишишь меня сладкого! Ты вообще о чем думаешь? — О том, что все закончилось хорошо, конечно… — Коля недоуменно пожал плечами. Воропаев усмехнулся, качнув головой. — Тебе кто-нибудь говорил, что ты блаженный? — Нет, ты первый, — невозмутимо отозвался Зорькин. — Ботаником обзывали, недоразумением обзывали. А Катька не обзывалась, она только учебником по башке, в школьные годы. А, или вот фальшивым отчетом по физиономии, когда у вас в Зималетто работала… — Точно блаженный, — обреченно вздохнул Александр, подхватывая Зорькина за локоть. — Пошли отсюда. Обещаю — больше в казино ни ногой. — Вот и молодец, — важно и даже в какой-то мере покровительственно сказал Коля, но в этот момент запнулся и чуть не упал. Это выглядело более чем забавно, и маска благовоспитанного, снисходительного джентльмена на несколько мгновений слетела с его лица. Александр вовремя удержал его от падения и снова вздохнул: кажется, теперь он понимал, чем Зорькин так подкупает всех вокруг. Но сформулировать словами это неясное ощущение, вызывающее полный кавардак в душе и мыслях, пока не мог. Да и не хотел. Ему сейчас главное было — узнать, насколько приемлемой будет лично для него, Александра Воропаева, выставленная Колей за помощь цена.