Отпуск-это...

За пару часов до заката корабль «Месть» был пришвартован в тихой бухте небольшого острова. Почти сразу подготовленная шлюпка была спущена на воду и отчалила от корабля. - Надеюсь, Иззи не будет сильно измываться над ребятами, - с беспокойством в голосе проронил Стид, в последний раз махнув рукой своей команде, которую Хэндс уже разгонял по кораблю с пинками и криками. Тич молча продолжил налегать на весла. Чистая, прозрачная вода плескалась за бортиком, и Стид уже представил, как хорошо будет утром поплескаться на берегу. - Может, наконец, расскажешь, что это за остров? - Ну, в море случаются такие моменты, когда один из членов команды может как-то провинится или ему надо выпустить пар. Порезал там кого, или, может, капитан совсем озверел. Тогда команда отправляет такого пирата на этот остров. Он перебесится, остынет немного, потом его забирают. - Погоди, я слышал, что таких пиратов оставляют без еды и воды на любой попавшейся отмели. - Зверство какое, это же верная смерть! – возмутился Черная Борода. – Это что, так про пиратов говорят в вашем «светском обществе»? Боюсь представить, какие ужасы еще про нас рассказывают. Я и сам частенько зависал на подобных островах. Вроде даже на этом сплел себе хороший такой гамак. Уже в закатных лучах они вытянули лодку на белый песок отмели, подхватили пару корзин с едой и вещами и углубились в береговую линию. Стид шел, как привязанный, за Эдом, боясь потерять его из виду. И вот, после пятнадцатиминутной ходьбы через тропические заросли и папоротник, они, видимо, вышли на другое побережье острова. Там у самой воды были видны мостки, которые уходили в развернувшуюся перед глазами малюсенькую бухточку. На самом краю таких мостков была расположена площадка, а на ней стояло небольшое бунгало. От увиденного Стид даже замер на месте. - Нравится? – улыбнулся Эдвард. - Это потрясающе! - Пойдем скорее, надо костер развести. Уже позже, когда бутылка вина была выпита, - а после и крепкий, душистый чай, - и новая история при свете горящего костра была прочитана, когда пламя утихло и остались одни угли, оба капитана направились в бунгало. Ткани, которые служили стенами с двух сторон, слегка колыхались на морском бризе. Под настилом вода билась об сваи, на которых то стояло. Эдвард натянул второй гамак для Стида, а сам привычно опустился в свой, тут же блаженно вытягиваясь во весь рост. Боннет долго сопел и, тихо ругаясь, кажется, даже раз чуть не выпал из гамака, но наконец наступила тишина. - Эд, ты спишь? - Нет, - раздалось среди плеска воды и криков ночной живности на берегу. - И много таких островов в распоряжении пиратов? - Не знаю... С десяток, наверное. Когда находишься в море из месяца в месяц, а-то и из года в год, на одном и том же корабле среди одних и тех же лиц, нужно такое место, где можешь снова найти себя. Почувствовать возможность слышать только свой голос. Отдохнуть телом и душой. - Так это и есть отпуск! – Стид все-таки свалился с гамака, но тут же подскочил на ноги и кинулся к пирату. – Эд, это то, что я пытался тебе объяснить! Черная Борода долго молчал, а потом разразился громким хохотом. Стид хотел сперва обидеться, но пират так упоительно смеялся, что он тоже начал похихикивать и вскоре залился звенящим смехом. Стид проснулся на рассвете. Утренняя прохлада обдавала свежестью, но в гамаке было тепло. Способствовало этому еще и то, что Стид был дополнительно укрыт темно-красным халатом. Он сел в гамаке и потянулся. Особо он не привык спать не на кровати, но, к своему удивлению, он прилично выспался. Эдвард нашелся тут же – он сидел за бунгало, спустив ноги в воду, и наблюдал, как солнце медленно поднимается из-за горизонта. - Утро доброе. - Доброе. Стид присел рядом. Вода была теплой, даже какой-то пар слегка висел в свежем воздухе. - Как спалось? – повернул лицо Эд. В это мгновение он казался каким-то умиротворенным, вечно напряженная складка между бровей разгладилась. - Уже и забыл, как это - спать на земле, а не при качке. - Скучаешь за этим? Стид задумался. - Мне кажется, что нет, – В ответ пират похлопал его по плечу. И они продолжили смотреть на восход солнца. В груди Боннета тоже медленно зрело чувство покоя, и пока он не мог понять, что именно влияло на это. Возможно, особая тишина этого острова, где больше нет других людей и некому донимать его своими проблемами. Возможно, то, что он на время покинул свой корабль и ему не надо было в чужих глазах соответствовать какому-то статусу. Возможно, мир в его душу приносил тот, кто сидел буквально на расстоянии вытянутой руки. Этот с виду маскулинный и жестокий человек открывался для него, Стида, с какой-то другой стороны. Показывал себя более чутким и чувственным. Если такой прославленный пират тоже нуждается в смене социального статуса для своего душевного покоя, то и самому Стиду подобный отдых может помочь прийти в уравновешенное состояние. Завтракал Черная Борода как-то торопливо. - Мы куда-то спешим? - Да, сегодня надо успеть перебрать и пополнить запасы. - Какие запасы? - Запасы на этом острове. Вскоре Стид узнал, что на такие острова отправляют без воды и еды лишь по той причине, что все и так тут имеется. В специальных сухих схронах можно было найти пищу долгого хранения, выпивку, табак, даже чистую одежду и теплые вещи. Каждый, кто останавливался на этом острове, должен был пополнить запасы склада, обменяв испорченные продукты на более свежие. Поэтому первую половину дня они провели в тесном подобии погреба. Он уходил глубоко под землю, но был хорошо укреплен и даже в каких-то местах пропитан смолой, чтобы вода не подходила под припасы. Работая вместе, сталкиваясь локтями, телами, они проверили все полки, убирая заплесневевшие продукты и решая, чем они смогут заменить, если часть припасов со своего корабля оставят здесь. Они чихали от пыли и обливались потом. Но тем сладостнее было наконец окунуться в нагретую до температуры парного молока прибрежную воду. После долгого обеда за приятной беседой, Эдвард отправился на «Месть», чтобы перевезти на остров с корабля новые припасы. И, когда он вернулся, они снова спустились в погреб, чтобы разместить все принесенное. - Когда ты уплыл, я вдруг испугался. - Почему? – спросил Эд, глядя сверху-вниз, потому что в этот момент спускал Боннету в погреб корзину с сухофруктами. - Я подумал, что ты можешь оставить меня одного на этом острове. Черная Борода в два прыжка оказался перед Стидом и грозно надвинулся. Стид попытался отступить, но уперся спиной в стеллажи, корзина в руках его скрипнула, зажатая между двух тел. - Ты думаешь, что я могу тебя предать? - Не ты, команда. Не делай удивленные глаза, я прекрасно знаю, что они были бы только рады уйти под твое руководство. Они уже не раз задумывались свергнуть меня. - Но ведь не сделали это, – Эд забрал корзину. - Поверь мне, когда команда хочет низвергнуть капитана, они это делают без долгих обсуждений. В лице пирата промелькнуло что-то такое, от чего он развернулся спиной к собеседнику. Странный порыв толкнул Стида вперед, он обнял пирата со спины за плечи, уткнулся лицом ему в волосы. - Спасибо, что вернулся. Обещаю, друг мой, что бы ни случилось, я никогда тебя не брошу! Какое-то время спина пирата оставалась твердой, словно вырезанной из камня. Стид к тому времени опомнился и отпрянул. Пират все так и стоял с корзиной в руках и словно не дышал. Совсем смутившись, Боннет извинился и выскочил из погреба. Весь остаток дня он намерено избегал Черную Бороду. Уже на закате тот нашел его в созерцании своего корабля на фоне заката. - Ты можешь доверять своей команде, - без предисловий начал Тич. Он как-то осторожно сел рядом на песок, вытягивая ногу и разминая колено. – Это славные ребята, пусть немного и странные. Если хочешь, я могу научить тебя не только, как быть пиратом, но и как управлять командой. - Только если не так, как это делает Иззи, а-то я уже нашел третью пущенную с корабля бутылку с запиской. - И что пишут? – поинтересовался Эд. - Люциус описывает, как Иззи сегодня заставил всех стоять на рее и распевать песню «Какой хороший парень Иззи Хэндс». Думаю, это было весьма занятно. - Можно будет повторить, как вернемся. - Я тоже об этом подумал. Оба рассмеялись. - Ты сегодня назвал меня другом… - Это было весьма опрометчиво, - перебил Стид и зачастил. – Скорее мы больше коллеги, товарищи по оружию, наше пиратское братство…. - Ты еще говорил, что в отпуске можно забыть то, кем ты есть. Что я могу забыть о себе, как о Черной Бороде, как о капитане и пирате. Но больше я хотел бы забыть то, что ты мой друг. Сердце Боннета в миг сжалось от боли и рухнуло куда-то вниз. Отчаянье накатило приливной волной. Он силился что-то сказать, но Эдвард поймал его за руку и продолжил. - Я хочу стать для тебя незнакомцем, потому что друг не может сделать это. – Он прижался своими губами к губам Стида, отчаянно зажмурившись. Губы Стида дрогнули и осторожно раскрылись для поцелуя. Он схватился за плечи Эда, когда тот чуть отстранился, разрывая поцелуй, но только что бы заглянуть в ясные глаза цвета крепкого чая. - Готов и ты стать для меня незнакомцем на эту ночь? - Да, - робко улыбнулся Стид. Уже в сумерках они вернулись в бунгало, где вместо гамаков их ждала мягкая перина, которую они нашли там же в схроне. Особого количества одежды на них не было. Весь день Тич расхаживал в одних брюках, и Боннета он тоже заставил переодеться в более простую холщевую рубаху и бриджи, даже забрал у него чулки и обувь. Поэтому очень быстро они оказались совсем наги. Стид еще старался как-то стыдливо прикрыться, но ночь уже обрушилась на них, как и поцелуи Эда на него. - Я никогда… - Я знаю, я все сделаю сам. - Что это так пахнет? - Лавандовое масло. Дальше Стид помнил только сильные руки, только прикосновение кожи к коже, только неудержимые стоны – его или Эда? – только обжигающие поцелуи. Запах лаванды мешался с мускусным запахом Эдварда. Вкус его мешался с вкусом морской соли. Мир сузился на одном их маленьком бунгало, и казалось, что, если даже на море сейчас начнётся ураганный шторм, они этого не заметят. Оргазм захлестывал, как прибойная волна – неумолимо, без возможности отсрочить, избежать. Оставалось только окунуться в нее, задержав дыхание и на выдохе закричать. Дальше пришла только нега, нега, нега. Стид проснулся от легкого прикосновения к губам. Еще не открывая глаз, он потянулся, чтобы продлить поцелуй, но чужие губы исчезли. - Стид, - раздалось совсем близко, - вставай, нам надо уплывать. Боннет резко сел и уставился на Эда в его привычном виде. - Почему? Зачем это? – он потянул за рукав черной куртки. - Идет шторм. Я уже сплавал на корабль, отдал распоряжение готовить корабль к отплытию, я захватил твою одежду. Все уже готово. Стид начал озираться. И правда - все вещи были сложены, надо было только погрузить в шлюпку. Рядом лежал камзол и остальная одежда Боннета. - Ты ведь знал, - прищурился Стид. – Ты вчера весь день оглядывался на юг. Почему мне не сказал? - Это омрачило бы тебе вчерашний вечер. Я и так, как мог, оттягивал твое пробуждение. Но уже медлить нельзя. Но Стидом не надо было больше понукать, он и так уже спешно одевался, быстро оценив грозовое небо на горизонте. Уже на отмели возле лодки, когда они погрузили последние вещи, Эд поймал его за руку, заглядывая в глаза. - Стид, мы, пираты, всегда говорим: «Что было на острове, остается на острове». Ты меня понимаешь? - Тебе было плохо со мной? – оторопел Стид. - Нет! – Эдвард поймал его лицо в свои ладони. – Ты даже представить не можешь, как мне было чудесно с тобой. Но чувства, корабль и команда не совместимы между собой. Знаешь, чего я хочу? - Чего? - прошептал Боннет, смаргивая предательскую слезинку. - Снова встретиться и наконец познакомиться с вчерашнем незнакомцем. Стиг просиял и коснулся губами губ Эда. - Я тоже очень хочу!