Ты мой кислород

***

      Время снова летело невероятно быстро. Прошло около недели после тех событий, когда Марка отправили в кому. До сих пор не нашли и намëка о том, кто являлся преступником, кто избил молодого человека. Идеальное преступление, в котором не было найдено почти никаких улик кроме записи с камеры, где увидели мужчину крепкого телосложения. Только вот всë лицо абсолютно было закрыто, даже глаз не видать. В это время, как сообщалось по новостям, обсуждение велось того, какой срок может грозить Марку за всë, что он делал до этого. Домогательства неоднократные, в том числе и до несовершеннолетних, угрозы, шантаж, преследования, подкуп полиции, найденные доказательства всех этих действий. Из его жизни открывались всë новые и новые подробности, от которых уже тошно становилось. Слишком паршивый человек для того, чтобы существовать. Его не за что оправдывать, никакого «сложного детства» и травм детских, из-за которых бы он мог начать себя так вести. Да и если бы присутствовали они, то какой смысл преступление оправдывать и вмешательство в личное пространство девушек? Сколько уже раз люди пересматривали своë мнение о нëм, а точнее, как перчатки его меняли. Лицемеры и не более. В итоге всë же большинство сказали, что он заслужил минимум огромнейшего штрафа и максимум срока. Честно, Саша надеялась, что в скором времени новости затихнуть и единственную, которую она увидет о Кондратюке будет о том, что его за решотку посадили и не стали жалеть по причине покушения на его жизнь или того, что большинство совершëнного им — старые ситуации.       Чтобы отвлечь себя от этих всех статей и вопросов как в чате еë канала, так и в других соцсетях, где свободно писали комментарии, Трусова пришла в гости к Ане, которая была дома не одна, но неловкости уже не присутствовало у Александры перед родителями еë девушки. Всë же они каждый раз встречают еë, как полноправного члена семьи. Только вот, когда она зашла в комнату к Щербаковой, то не ожидала увидеть ту же картину, что и около месяца назад. В очередной раз Аннушка зачитывалась учебниками, прорешивала варианты ЕГЭ и просматривала видео-разборы различных заданий, что зеленоглазая заметила, посмотрев в сторону экрана ноутбука, около которого валялось всë, что только можно. Единственное, что в комнате не напрягало голову от потока информации об экзамене — это кошка Анны, которая лежала на полу и спала мирно. Аня не удивилась присутствию Саши, когда повернулась и заметила еë, ибо сама же её к себе позвала и забылась, зачитавшись материалами, которые она себе распечатала. Фигуристки быстро обнялись, поприветствовавшись. — Опять ты готовишься. Тебе не кажется, что сейчас самое время отдыхать? Лето началось только вот, — спросила Трусова. — Я понимаю. Просто на носу уже ЕГЭ, вот и волнуюсь, — смешок выдала Анна. — Ужас. Кто только придумал экзамены летом проводить, — возмутилась Александра.       Всë же Аня решила, что сегодня, пока Саня рядом, она отвлечëтся, ибо при гостье да и ещё какой неприлично сидеть заниматься своими делами. Щербакова тут же встала со стула и присела на кровать, куда уже приземлиться успела Саша, которая залезла туда, как к себе. Не удивительно, на этом месте когда-то произошло достаточно событий, чтобы привыкнуть к этой обстановке и почувствовать себя, как дома. Тут же неожиданно проснулась Мафия и, увидев свою хозяйку с Трусовой, посмотрела сначала на кареглазую, а потом на рыжеволосую. Питомцу взбрело в голову запрыгнуть на кровать и лечь между девушками. Фигуристки мысленно обе согласились с тем, что эта мадам была ревнивицей или собственницей точно. Пока Саша пялилась на довольную своими действиями кошку, Аня успела подтянуться, от чего сразу же издала недовольный звук и согнулась в спине. Кажется, был хруст в позвоночнике. — Что такое? Спина болит? — отвлеклась Александра от любования кошкой. — Можно и так сказать. Прямо держать спину надо, а не получается. Ох… — сказала Аня и издала стон от того, что позвоночник ныл. — Массаж не помогает? Я рельсы шпалы умею делать, — предложила Саша. — Помогает. Мне лучше плечи размять бы, — говорила Анюта.       Александра сразу же подвинулась к старшей, стараясь не задеть кошку, чтобы за спину зайти к Анюте, которая ожидала от Саши чего-то, что помогло бы ей убрать в плечах боль, которая делала эту часть тела тяжëлой, будто мешающей. Рыжеволосая положила свои ладони Щербаковой на плечи и начала тихонько сначала мять их, слушая, как Аня довольно просит чуть выше и посильнее мять кожу напряжëнную. Чуть ближе к шее переместила ладошки Саня, принимаясь массировать отвердевшие мышцы. Как только она понимала, что боль в этой части ушла, она переходила на область чуть ниже, разминая плечики, которым нужно было, чтобы их помяли, как следует. По просьбе Ани, зеленоглазая взялась за область между лопатками. Она еле-еле притрагивалась к ней, боясь, что лишний раз не туда надавит. После слов старшей о том, что в этом месте можно и посильнее надавливать, фигуристка приобрела смелость и начала не менее сильно надавливать на те точки, в которых могла чувствоваться боль. Судила Саша сама по себе, вспоминая, где могло у неë что-то защемить, если она сидела в неудобной позе долго. Слушая Анину похвалу и благодарность, Трусова наконец прекратила, услышав от спортсменки, что этого достаточно. Александра продолжила сидеть сзади, захотев почему-то именно сейчас обнять Щербакову за талию, запустив руки свои вперëд. Аню это улыбнуло. Саша, увидев, что Аня совсем расслабилась, решила ту немного засмущать. Рыжеволосая неожиданно потянулась и поцеловала в щëку Анну, которая опешила от такого действия, но не стала возникать. Младшая полезла дальше, спускаясь с щеки на шею, от чего Аня начала смеяться, а когда дело дошло до зацеловывания всей шеи и плеч, то она чуток покраснела. — Ну Саааш. Щекотно, — смеялась Аннушка. — Поцеловать уже тебя нельзя? — отстранилась Александра. — Можно и нужно, — пробормотала Щербакова и оставила поцелуй на щеке у своей девушки.       Аня поцеловала в ответ Сашу, когда повернула свою голову. После этого, улыбнувшись широко, засмущавшись, Саша скрыла лицо в волосах и свалилась на кровать назад, продолжая довольно лежать. Тут к ней неожиданно подползла Мафия и запрыгнула ей на грудь. Приподнявшись на локтях, Трусова легла повыше на подушку. Девушка начала в ответ рассматривать лицо кошки, которая то принюхивалась к ней, то облизывалась, но не прекращала будто гипнотизировать фигуристку. Иногда Александра отвлекалась на Аню, из-за чего слышала недовольное мяуканье и по этой причине Саня начала болтать с кошкой, которая ей отвечала. Щербакова смотрела на эту картину и старалась не засмеяться, потому что такой разговорчивой она ещë не видела своего питомца. И самое забавное, что Саша болтала с ней так, будто понимала зверька. — У вас важные переговоры? — задала вопрос кареглазая. — Мы общаемся. Сейчас ещë спор начнëтся, кого ты больше любишь из нас, — продолжила смотреть на кота рыжеволосая, шутя.       В один момент кошка слезла и пошла прочь из комнаты приоткрытой. Отряхнувшись от шерсти, Саша выдохнула и сделала вывод, что с кошками тоже болтать, оказывается, очень даже интересно. Аня, попросив подвинуться младшую, легла рядом с ней, чтобы составить компанию. Она снова почувствовала, как косточки заныли в спине. Кажется, резко приземляться нельзя. Тут же Саша захотела поговорить о том, что еë давно тревожило. — Анют, как думаешь, как мы дальше будем жить? — неожиданно спросила Александра. — Ты про будущее? Сложно предугадать. Я хотела кататься ещë пару лет, а потом буду работать там, куда душа ляжет. В спортивное пойду, скорее всего, — сказала шатенка. — Я, наверное, также. Мечты и цели остались, правда много их, разобраться надо. Надеюсь, я не зря рисую и английский учу, — молвила Александра. — И как? Хорошо дела продвигаются? Помощь не нужна? — интересовалась Аня. — Всë прекрасно, справляюсь сама прекрасно, но если что спрошу совета.       Саша думала о том, что через несколько лет ей может обязательно пригодится английский, который она достаточно плохо знала, за что себя ругала в момент, когда она находилась среди одних иностранцев и с нулевым практически зарядом на телефоне. Без переводчика еë максимум был клише разговор в стиле «привет, как дела, пока». Если душа лежит к тому, чтобы в будущем поехать куда-то, то и без языка никак. Что про идею стать дизайнером, то еë она рассматривает, как ту, что она поздно начнëт продвигать, когда закончит со спортом. Не всегда знаешь, чем может закончиться твоя деятельность основная и в какой момент это произойдëт. — Ань, знаешь, я ещë про нас в общем хотела спросить, — уточнила младшая. — О чëм именно спросить хочешь? — задала вопрос фигуристка. — Я думаю вот, что будет, когда мы станем старше? Не сможем же мы вечно скрываться, — размышляла зеленоглазая. — Пройдëт время и мы, может, совсем другими станем. Делать вид, что мы обычные коллеги будет нелегко. Сейчас я не готова, если честно, рассказать, — призналась Анюта. — Да я тоже как-то. Раньше казалось, что это не так уж и страшно — миру про отношения заявить, а теперь… — не могла подобрать слово Саня. — Всë изменилось? Я понимаю. Слишком много всего взвалилось на твои плечи за всë это время, — говорила Аннушка.       Сашу каждый раз сильно трогала, когда ей Аня говорила про это. Щербакова не занижала и не отрицала сложности моральной того, что пережила еë девушка, трудность принятия произошедшего, смирения и понимая, что такого она не заслужила. Сколько раз уже Анна трезво смотрела на ситуацию и сильнее остальных говорила, что то, что прожила Саша — не менее, чем незаслуженно ужасно. Ну а разве кто-то хотел бы подобное прожить и почувствовать? Анюта так об этом не думает, потому что не считает нужным желать кому-то такое прожить, враг ты или друг, девушка ты или парень. И при этом Трусова думала о том, что и Ане было нелегко, может у неё были не такие огромные проблемы, но и обесценивать ею прожитое нельзя. Быть девушкой, которая не смогла остановить весь кошмар, происходивший с твоим любимым человеком — не так-то просто. Разумом ты можешь понимать, что не было возможности и сил для того, чтобы повлиять на что-то, но и в тоже время сердце вину на себя насаждает, рассуждая о том, что ты могла бы поменять, если бы не боялась и рвалась вперëд больше. — На твои не меньше груза упало. Если так подумать, то мы без всяких происшествий провстречались месяц максимум, — вспоминала Саша обо всëм, что происходило с февраля. — Без скандалов и трудностей было бы нам легче, не спорю. Но они пока что прошли, можно успокоиться. Не жить же, думая, что завтра может произойти что-то ужасное обязательно, — говорила Анна. — Поэтому стоит ценить каждый момент, когда мы вместе, — усмехнулась на нервах рыжеволосая.       Александра поближе прижалась к своей даме сердца, повернувшись на бок. Она лбом дотронулась до головы Ани и потянулась рукой к ладони фигуристки, чтобы взять за руку девушку. Свои руки соединив в замочек, спортсменки ненадолго притихли, наслаждаясь тишиной. Это и есть «ценить каждый момент вместе». Каждое мгновение важно, когда вы вечно в небезопасном положении находитесь. Повернувшись на правый бок, Аня глазами встретилась с рыжеволосой. Она глядела в эти изумрудные очи и лишь думала о том, что хотела бы подольше побыть рядом с ними, ощущая их взгляд на себе. — Что будем делать, если о нас узнают? Есть же и очень шустрые личности, которые могут раскрыть карты, — интересовалась фигуристка. — Не знаю. Ответить правду? Не совсем безопасно. Солгать? Не всегда получится. По ситуации смотреть придëтся, — рассуждала старшая. — Не факт, что нас не примут. Времена другие, могут и вполне адекватно отреагировать, — подключилась к размышлениям Саня. — Но и нет вероятности большой, что нас поймут, — в противовес говорила Аня.       Хоть Саша и была из тех, кто за свою любовь готова горой стоять, кто рада будет полностью согласиться, я со всеми неприятными словами в свою сторону ради того, чтобы главное не прилетело Ане, но при этом она переняла одну черту Аннушки — скрытность. Любой в трезвом уме может понять, что если уж тебя раскрыли, то сначала стоит соврать, потому что скажи ты правду о том, что любишь девушек — тебя невзлюбят половина населения, которая наблюдала за тобой, половина консервативного населения, среди которого есть и влиятельные личности, которые могут подумать, что ты что-то «пропогандируешь». Хотя на деле ты просто любишь и говоришь, что точно также могут любить и другие. Мало ли что они вытворят. Могут и сделать выговор, назвать позором сборной, убрать оттуда. Не все могут отнестись нейтрально к тебе в такой ситуации. Но, честно, верить хотелось, что адекватность присутствует у старшего поколения хотя бы в мизерных количествах. — Я только в одном уверена, — проговорила Александра. — И в чëм же? — задала вопрос Щербакова. — Если у нас не будет возможности выкрутиться, я не буду оправдываться. Мои чувства — не то, чего я буду стыдиться. За любовь не извиняются, — девушка приблизилась к Ане.       Рыжеволосая, находясь в паре миллиметрах от своей девушки, глядела той в глаза и в один момент отвернулась, смеясь от неловкости такого контакта. Щербакова ладонь положила на щеку Александры и повернула еë к себе лицом. Трусова уже закрыла глаза, ожидая, что еë одарят поцелуем. Сама хотела его совершить и сама же теперь выпрашивает у той, кто к нему не готова была. Почувствовав в конечном итоге на своих устах губы Ани, рыжеволосая будто расплылась от счастья, ощущая, как бабочки в животе стали летать с одного угла на другой, как только Анюта начала сминать губы напротив своими розоватыми припухшими устами. Саша целовала в ответ, дотрагиваясь до волос старшей, притягивая еë чуть ближе к себе, чтобы углубить поцелуй. Если бы поцелуем можно было показать фразу «Я люблю тебя бесконечно сильно», то зеленоглазая бы точно была первой, кто справилась с данной задачей. Перебирая пальчиками тëмные локоны, Саша проводила ноготочками по коже головы Ани, вызывая у той мурашки приятные, от которых она получала какое-то спокойствие и умиротворение, когда Саша продолжала целовать еë нежно, трепетно, улыбаясь кончиками губ. Она слышала, как Аннушка довольно хихикала и ощущала, как та краснела и расслаблялась, чуть ли не готовясь свалиться на фигуристку. Отстранившись быстро от Щербаковой, Саша тут же крепко обняла еë за плечи, укладывая голову той на свою грудь. Кареглазая слышала учащëнное сердцебиение своей дамы сердца и улыбалась, устраиваясь поудобнее, закидывая свою ногу на ту, прикрывая глазки. Саша размышляла о том, как она сильно дорожит такими моментами, в которых бывает и речь не обязательна. Дорожит существованием рядом с Аней.

***

      Ровно через день фигуристки уже тренировались. Жаль, Ани не было, ибо она уходила в больницу проверять своë здоровье и физическое состояние. Пару дней отсутствия не приведут ни к чему ужасному, как подумала Анюта, тем более есть веская причина. Саша в это же время не прохлаждалась и даже не думала о том, чтобы расслабляться. В голову ей взбрело все силы истратить на льду, чтобы забыть обо всëм плохом. Истратив энергию, на рассуждения многочисленные обо всëм не останется духу. Рядом с ней недалеко каталась Загитова, которой стало интересно понаблюдать за тем, как рыжеволосая уже в пятый раз делала 4,5 оборота и приземлялась, чуть ли не падая. Аля лишь в голове думала о том, что Саша будто робот или киборг какой-то, которому плевать, сколько раз прыгнуть ради попытки, главное, чтобы появился шанс приблизиться к выполнению пятого оборота. Казалось, что зеленоглазую никак не угомонить, потому что стоило ей приземлить прыжок, как тут же она собиралась исполнять его по новой, не делая передышек. Поняв, что нужно посильнее разогнаться и приготовиться к более высокому прыжку, Саня набралась сил, набрала в лëгкие холодного воздуха и тут же укатила вдаль, а Алина за ней поехала, потому что подумала, то ей прилетит в случае, если она не уследит за Сашей, которую до больнички некому везти сейчас. — Саш, ты заход на пятерной собралась делать? — спросила Загитова, наблюдающая за Трусовой. — Допустим! — крикнула Саша, которая отъехала на пару метров.       Трусова ехала сосредоточенно и пыталась понять, как ей набрать силы для прыжка повыше. Она расслабила руки, напрягла ноги и начала подготавливаться к прыжку, который на видео начала записывать Аля, чтобы потом показать его кому-нибудь в случае, если у девушки почти получится. Веры в то, что ей с лëгкостью дастся пятерной, было немного, но Саша уверяла себя, что постарается приблизиться к цели. Она набирает скорость, готовится и наконец прыгает чуть выше обычного для себя. Первый оборот показался ей совершенно невесомым. Второй прошëл без каких-либо происшествий. Третий на половине пути был сделан, поэтому сердце начало сильнее биться у фигуристки. На четвëртом она могла почувствовать, как сердцебиение увеличивалось, а в глазах от нагрузки темнело, когда она почти касалась скользкой поверхности. Половина оборота за ним последовала, после которой рыжеволосая полностью потеряла равновесие, когда коснулась коньком об лëд.       Девушка услышала треск и от того, каким громким звук чудился ей, она пошатнулась и свалилась, успев поставить локти, чтобы не повредить ничего важнее. Тут же она поняла, что на одном локте будет синяк с царапинами, а на другом — полноценный шрам, из которого начинала немного течь кровь. Кости ныли, как и мышцы, об которые она шмякнулась. В таком положении она пролежала ещë некоторое время, чтобы восстановиться. При виде того, как Александра не могла встать, Алина сразу побежала, выключив запись, думая, что случилось что-то ужасное. В счастью, не так сильно пострадали руки, как по ощущению казалось. Саня спокойно встала и подъехала к тому месту, где она упала и от которого она отлетела. Поправив свои растрепавшиеся волосы, она приоткрыла рот от шока, а глаза стали размером с монетку, увидев, что случилось со льдом. В нëм образовалась дыра заметная и остался след глубокий от конька. Отломанная часть льда на два обломка поделилась, один из которых остался лежать в дыре, но шатался, давая понять, что пострадала поверхность холодная сильно. Заги глянула на коньки Саши, которые были в полном порядке, а потом на дыру. Запинаясь в речи, пытаясь объясниться, рыжеволосая так и не нашла оправдания. Алина, которая уже подумала, что им влетит от всех, кто ответственен за этот лëд, успела несколько раз впасть в ступор с вопросами «как?» и «зачем?» эта дырка была сотворена. — Ты чë сделала? — смотрела Аля на место, где образовалась дыра. — А, ну я… Того. Приземлилась, — прокомментировала рыжеволосая.       Загитова поняла, что просто так не оставит этот кадр и она обязана заснять эту картину. В голове всë ещë крутила мысль о том, каким образом это стряслось и догадок в итоге о силе приземления фигуристки не нашлось с учëтом, что запись этого прыжка была. Пришлось ехать за гаджетом, который оставили лежать одного по причине паники Алины прежней из-за состояния младшей. Укатив за телефоном, который недалеко лежал, Алина и не заметила, как Саша положила отломанный кусок катка на своë местечко, стоя рядом с ним, стараясь сделать невинный вид того, что ничего не случилось. Но Заги была не глупа и подъехала к тому же месту, поддела ногтями кусочек льда и взяла его в руки. Она сфотографировала руку на фоне дыры и отправила фото сразу же в чат фигуристок, чтобы они полюбовались на это после чего фигуристка открыла телеграм и принялась записывать кружочек под просьбы Саши о том, чтобы она не снимала еë косяк. Те, кто катались дальше, ещë не видели случившегося и не могли понять причины ржача спортсменок. — Ну Алин, ну не надо, — просила зеленоглазая, разрываясь от смеха. — Короче, вот мы начали прыгать. Угадайте чей это осколок льда, — сказала Загитова и показала в камеру находку. — Меня тут нет, — под нос себе пробормотала Александра, которая пыталась удержать смех. — Саш, ничего страшного, просто там дырка теперь, — с сарказмом произнесла спортсменка.       Трусова объехала за своим телефоном, чтобы посмотреть, не написали ли там чего-нибудь нового в чате после фотографии и кружочка Алины. Как оказалось, написали и достаточно много. Реагируют девочки быстро, где бы они все сейчас не находились.

«льдовый шабаш»

Женя: Вы каким образом расхуярили лëд, извините? Даша: Хпхаххаха Майя: Ань, зря ты не пришла Там сейчас твоя девушка сделает дорогу препятствий Из льда при чëм Глядишь и новая дыра будет Ками: Главное, чтобы дыра не в голове появилась

Аня:

Пххахапха

Вернусь чуть позже

Это нужен своими глазами узреть

А если серьëзно, то как это произошло?

Ты вообще цела, жива?

Саша: Я в порядке, не волнуйся Оно само, я не при делах Алина: Ага, конечно Ань, у неë синячище размером с кулак на локте! Не верь ей! Держите видео *1 вложение* Саша: Ну Алин, ну зачем… Пипец Женя: Сань, ну ты и даëшь Почему всë самое интересное происходит, когда я отдыхаю?       Аня в это время пыталась незаметно отвечать на сообщения, говорить Саше, что нужно быть аккуратнее и беречь себя, пока она ждала вердикта врача, которому принесла она все обследования свои за день, с которыми она уже успела устать, потому что одно нужно делать на одном этаже, а другое на третьем вообще. Так и запутаться можно. Нервно сидя, Щербакова ногу на ногу свесила и ждала результатов после просмотра всех не лучших анализов, которые она подавала. Большинство из них не были ужасны настолько, как накручивала себя фигуристка, но об одном она не зря переживала. Этот долбаный позвоночник мучал еë и мучал, а спина в целом не прекращала тревожить еë. — Ну что можно сказать. Ваше состояние не улучшилось. Можно даже смело заявить, что есть ухудшения, — сделал вердикт врач. — Так и знала… — разочарованно кивнула Анна. — Были ли у вас какие-то падения или травмы за последнее время? — спрашивал мужчина. — На коньках пару раз падала. Резко выпрямляла спину ещë, это же тоже считается? На песок сваливались, но скорее я на бок падала. Сижу много в согнутом положении, — вспоминала она.       Щербакова вспоминала о том, как она во время отдыха любила завалиться на кровать с разгона, как она в воду ныряла и падала, не удержав равновесие, как к ней на спину залезала Усачëва, как подруги в шутку били еë по спине, как она падала во время первой тренировки после отдыха. Из-за количества ошибок на ней и сильного покалывающего нытья в спинном отделе она чуть не заплакала, но держалась и лишь к середине заявила, что сейчас она может вообще не встанет больше, если продолжит пытаться прыгать четверные идеально с чувством тяжести в больном месте. Столько всяких ошибок и проблем она сама сделала себе, не уследила за здоровьем. Ведь Аня ещë и не в первый раз сидела согнутой во время того, как наклонялась для прочтения материалов к столу, который был низок для неë. Единственные случаи, когда она нарушала осанку — это дома, где она и проводила большее количество времени сейчас. — В общем, не уследили вы за состоянием своим, хотя и соблюдали другие мои советы по улучшению состояния костей, — сделал вывод врач. — Верно. От этого состояние может стать ещё хуже? — спрашивала Щербакова. — Сильное приземление на больное место может вызвать осложнения, которые дадут вам ограничения в вашей деятельности. Чтобы сломать что-то это не знаю откуда прыгать вам надо, — что-то печатал на компьютере мужчина. — В худшем случае что может произойти? — для уточнения спросила Анюта. — Никаких сильных нагрузок не сможете сделать после восстановления длиной в около полгода, если прыгнете выше головы, — произнëс он легко.       В голове у Щербаковой начал появляться образ того, как она на тренировке решит спустя время, что чувствует себя намного лучше и уже может прыгать, как раньше. Она будто увидела перед глазами, как этот прыжок происходит, она неудачно падает и в итоге у неë ломаются кости. После этого она лишается возможности выступать навсегда, а прыгать и исполнять различные элементы тем более. В этот моменту у неë бы вся жизнь пронеслась перед глазами и она навечно бы забыла о своей будущей деятельности в виде тренера по фигурному катанию. Девушка представляет, как девочки расстраиваются, как семья плачет, как весь мир возмущается и негодует, как плачет Саша от мысли, что она не смогла остановить свою девушку и проверить, чтобы с ней ничего плохого не произошло. Меньше всего хотелось своими глазами узреть родительские и сестринские слëзы, их отчаяние. Не менее страшно было от осознания, какого будет Александре. Фигуристка же сразу начнëт себя хуже чувствовать, отчаится, загонится, потеряет связь с остальным миром и не сможет дать этому объяснения. Нет, нет, нет. — Спасибо, до свидания, — сказала Аня, поднимаясь со стула.       Она забрала бумажки, в которых было расписано, что ей делать и что противопоказано, и ушла. Тут же, как только она вышла из кабинета, спортсменка начала набирать номер Саши, которая сейчас находится на тренировке и, если память не изменяет, отдыхает во время перерыва или хотя бы держит недалеко от себя телефон, имея возможность ответить на звонок. Начали идти гудки после того, как она набрала номер рыжеволосой. Не хотелось совсем еë разочаровывать, расстраивать, но и утаивать это невозможно. Родители-то узнают по бумажкам все подробности, увидят, а Саша и не разберëтся в этих медицинских терминах. Спустя несколько секунд, младшая ответила. — Саш, ты свободна? Можем поговорить? — первым делом задала вопрос старшая. — У меня перерыв, не переживай. Что-то случилось? Или просто так звонишь? — с хорошим настроением говорила Трусова. — Состояние спины ухудшилось. Прости, я не хотела тебя тревожить этим, но… Это кошмар какой-то, — начала волноваться Щербакова.       Тут же Трусова зависла на некоторое время. Она пыталась что-то в трубку сказать внятное, но не понимала, как выразить свои эмоции. Она же знает, что Аня не всë сказала, что есть больше подробностей о диагнозе, ещë факты должны быть о здоровье, как и полный вердикт врача. Даже так, Саша безумно переживала, потому что боялась, что сейчас произойти может что-то ещë более страшное. В любом случае, она решила поинтересоваться подробностями. — Только не переживай. Спасибо, что не скрываешь своë состояние. Насколько всë ужасно? — поинтересовалась Саша. — Не критично, но отказаться от множества четверных придëтся хотя бы на время. Я буду следить за тем, чтобы ничего не произошло плохого, — обещала Аня, читая в листе подробности еë физического состояния. — Фух. Камень с души упал. Пообещай себе в первую очередь, что не допустишь ухудшения, — говорила рыжеволосая.       Аня понимала, что если придëтся, то она прыгнет раньше положенного этот треклятый четверной, что она может нарушить обещание, но старалась саму себя уговорить в случае, если заставят, постоять против этого приказа, она себе говорит, что постарается не держать язык за зубами, что она ради самой себя и Саши, которая так сильно просит и надеется, что еë девушка не выберет путь самоубийцы и не станет ради кого-то ставить себя на второй план, потому что это не в еë духе. Трусова знает, какого это, когда ты забываешь о себе и не желает Ане того, чтобы она эту чёрту переняла у своей девушки, как было где-то в начале марта, в весенний слезливый денëк. — У меня ещë были цели на фигурку, так что я постараюсь сделать всë, чтобы продолжить кататься, — заявила Анюта. — Отлично. Восстанавливайся. Я ещё хочу посоревноваться с тобой, хех, — пошутила Саня. — Я тоже. Беречь себя пока что буду. Ладно, я домой пойду, потом созвонимся. — Пока. Хорошего тебе дня, коть, — попрощалась Трусова, повесив трубку.       Обе поняли, что Саша это сказала для того, чтобы разрядить обстановку, для того, чтобы они обе забылись о разговоре, который обеих заставил понервничать, усомниться в том, а правильно и хорошо ли они относятся к своему здоровью и телам обе. Трусова и Щербакова знали, что ещë встретятся у всех на глазах на публике на льду и станут соперницами обычными для зрителей, для поклонников, которые друг другу глотки рвут. Они обе понимают, что не смотря на сильнейшую искреннюю любовь и жертвенные действия по отношению к друг другу им нужно не поддаваться. «Любовь — не повод приуменьшать свои силы в спорте, не повод уступать» — так думали они обе, лишь пообещавшего себе обе, что не станут превращаться в врагом на льду. Соревноваться со своей половинкой второй — ещë больший азарт, чем раньше был. Наверное, только он будет держать их обеих в такие времена. Они понимаю, что пока что для фанатов будут полными противоположностями, которые сражаться наравне собираются. И что Аня, что Саша знают, что не променяют друг друга на медали, какой бы результат не случился. Могут быть только временные обиды и состояние, когда ты просто как обычный фигурист возмущаешься на себя и на весь мир по поводу того, что ты не смог достичь желаемого. Но будет ли это долго длиться?