Один как в небе луна.

Девушка, которую отшвырнули зло посмотрела на Прайма, даже будучи влюбленной, она не могла себе простить это. — Оптимус. Ты говорил, что у тебя нет никого, ты солгал мне. — Нахмуренно произнесла девушка, но после продолжила — Между нами всё кончено. Девица подняла голову вверх, вновь обожгла Прайма холодным и осуждающим взглядом. Развернулась и поспешила уйти подальше от этого "инцидента" — Арси.. — Тихо позвал Прайм, посмотрев на сестру. — Не ищи себе оправдания, я никогда не думала, что ты так поступишь. Я разочаровалась в тебе. — Девушка развернулась и пошла в дом. Грудь парня то поднималась, то отпускалась пропускаю будто электрическую волну. Губы сжались в тоненькую ниточку, пальцы то сжимались, то отпускали. В глазах было всё смешано.             Страх потери близкого. Страх кружился в голове, слова плыли в глазах, а разочарование ещё несколько раз слышалось в ушах. Кажется он потерял равновесие и сейчас упадёт, все вдруг стало размытым. Он видел лишь землю под ногами и черные стены, они давят. Давящая атмосфера настигала его с новой силой. В горле застрял ком, который душил его и не хотел отпускать. Воздух будто переставал поступать в лёгкие и попросту оставался подальше от Оптимуса. Он начал задыхаться, боль изнутри жгла его всего. Будто человек горящий в пожаре. Он отчаянно пытался вздохнуть и не упасть здесь и сейчас, пытался поймать себя на мысли, что это был сон. Но кажется это была больше чем реальность. В самом эпицентре сердце разрывалось на осколки плоти, будто там режут ножом, будто там скребут кошки своими когтями. — К.. как я мог... Господи... Ч. Что я наделал.. — Шептал парень себе под нос. Кажется руки поднялись на уровне глаз, после переместились на голову и сжали волосы, будто готовясь вырвать их. Вырвать за ту боль, что он причинил ему. Мысли так и кружились в вальсе. От плохих до ужасных, бросая в дрожь. Тело дрожит, сознание отказывается принимать это всё. Руки податливо тянутся к карманам, начиная что-то искать. Телефон. Ему нужен телефон. — Черта вас с два! — Ругается парень, пытаясь вытащить телефон из карманов, вот только там его и не было. Сознание долго пыталось скрыть тот факт, что сотовый отсутствует в карманах и вовсе. Правда долго копошится ему не пришлось, ведь будто снарядом пробили по голове разряд тока. Он не здесь, не в кармане, его сотовый дома. Послав всё куда подальше парень смог оторвать ноги от земли, а казалось они приклеились. Рванув сквозь улицы, ища золотистого взглядом. Он знал, он должен найти его, должен остановить этот цирк и унять жгучую боль в их сердцах. К чему было это всё, он сам не знает, да и узнавать не собирается. Может он хотел найти другую, либо другого. Черта с два, Прайм помнил те шутки исходящие из рта любимого. Он помнит как тот обзывал того глупым. И теперь он понял настоящий смысл этих слов, он дурак.                               Дурак. Он нашел себе другую, напрочь позабыв о нём. Он нашёл другую, а что сейчас.. он бежит не оглядываясь только чтобы найти его, найти его малыша и больше никогда не делать больно... А точно ли это. Он помнит те бессмысленные обещание которые давал ему, помнит и чёрт побери! Это слишком наигранно, просто не справедливо. Зачем и для чего так поступать, с тем кого и так жизнь не мало потрепала. А он лишь усугубил положение, теперь носится как идиот по улицам пытаясь найти его. ********* — Вместе навсегда? — С лёгкой улыбкой спросил золотистый обнимая парня за шею. — Навсегда, с тобой навсегда. — Промурлыкал синеволосой обнимая младшего за талию. ******** Блять. Какой он идиот. — Зачем я искал другую, когда у меня был он. — Всё больше загонял себя в угол парень, злясь. Нет, он не злился на сестру, не злился на ту девушку, не злился на Би. Он злился.На себя. Кажется ещё немного и он свернёт на шоссе, вылетит на дорогу словно пуля и останется там истекать кровью за тот грех, что совершил перед любимым. Остановившись парень, лихорадочно смотрел по сторонам пытаясь найти того кого искал. Люди, что проходили мимо кидали косые или непонимающие взгляды. Кажется кто-то пытался спросить «что случилось?» или «вы кого-то потеряли?», вот только Тим не слышал их. Он вообще ничего не слышал, кроме сердца которое отдавало звон в ушах. Такой же противный как вилкой по тарелки. Решив, что золотистый уже добрался до дома, он рванул. Рванул так, что земля под ногами вздрогнула. Парень бежал сквозь светофоры которые горели красным, ему было плевать. Главное чтобы он был в порядке, он не хочет терять его, не хочет. Хоть убейте и лучше самым жутким и страшным исходом. Пусть хоть сдохнет, но не простит за такую глупость. Глупость которая запросто может расставить точки в конце. Позади кричали водители и горожане, но Тим всё так же не слышал их, он слышал лишь своё сердце. Он слышал тот голос в голове, что обвинял самого себя. Он будто заяц загнанный в угол, если не успеет убрать эту грязь, что развёл, то его запросу порвут на клочья. ****** Золотистый шмыгнул носом и закрыл рот руками скатившись в ванной у стены. В горле застрял ком, слёзы хлынули так будто он всегда держал всё в себе, так будто выхода больше нет, будто это конец. Но ведь он не хотел такого конца. Разве он желал этого? Разве молился этому? Нет. Никогда и низачто. Он чувствовал как эта боль становится всё больше, будто пожирая его, но мучительно. Будто она издевается над ним, будто хочет чтобы он страдал. Руки тряслись так будто их пронзал ток, глаза начинали гореть, а в груди всё сжалось и не хотело отпускать этот поток. Эмоции всё больше настигали мальчишку, принося больше боли, больше страданий. Большее желание сдохнуть тут и сейчас накрыло с головой. Он здесь один, он всегда будет один. Он слишком устал, он устал быть сильным, быть тем кто сможет спасти. Устал от этих чуждых обещаний, устал от ненужных надежд, надежд которые разойдутся так же быстро как и появились. Он соврал ему, попросту взял и соврал. Он встречался с другой, он был с другой в этот день. Пока Би бегал и искал что-то особенное для него, для Оптимуса, для того кто запал в сердце. А тот даже и не позаботился об этом, хотя нет, подарок всё же есть! Слёзы и горечь вот тебе настоящий подарок. Нечего так? Правда же хороший! Его поглощала истерика, всё больше и больше. Желания испарялись, мечты разбивались будто тонкий хрусталь, а сердце осколками легло в могилу. Схватившись за голову он сжал волосы в кулак, будто готовясь вырвать их к чертям. Воздуха категорично не хватало, он задохнётся. Слёзы, что лили как из ведра, кажется не хотели останавливаться, а наоборот набирали обороты. С каждым всхлипом хотелось кричать, рвать всего себя, сжечь, испепелить. Просто чтобы не чувствовать эту боль, чтобы не чувствовать эту ложь. Сжимаясь всё сильнее в стену, он был готов закричать на всю глотку, он был готов порвать голосовые связки. Только чтобы это закончилось, чтобы этого не было, никогда не было. Он должен был винить его, но не себе. Вот только винит себя в этой ошибке, ошибке что доверился, что позволил расположиться рядом и принял. Принял его кем бы он не являлся, принял, но в замен получил эту прожигающую боль. Сердце рвалось на клочья. Поднявшись на ногах, что подкашивались и были готовы вот-вот бросить хозяина на холодный кафель. Сделав несколько шагов в направлении зеркала, он посмотрел на свое отражение. Он видел там уже не того солнечного мальчишку, он видел там того кем никогда не хотел быть. Брошенным. Разбитым. Сломленным. Грудь снова пробила удар, руки сами поднялись вверх и... Брызги крови попали на лицо, зеркало разбилось в дребезги в руках остались мелкие осколки, что попали в кожу. Вот только вытаскивать он их не собирался, как и убирать все осколки. Лицо исказилось в одной эмоции, и кажется больше не менялось. Ноги перестали держать и он пошатнулся, вновь скатившись по стене. Он пытался уйти от этой боли, вжимая себя в угол, не желая больше выходить от туда. Но желая выйти из этого кошмара, и никогда не попадаться на эту уловку. Взгляд смотрел на осколки зеркала, он будто прикован. В порыве истерики, он схватил одно из осколков.. ******* Прайм залетел в подъезд как ошпаренный, и побежал по лестнице на нужный этаж. Добравшись до нужной двери, он подёргал за ручку и.. та оказалось открытой. Это сподвигло на такой же рывок, забежав в квартиру он осмотрелся ища взглядом Би. Вот только парнишки нигде не было, как вдруг он услышал всхлип в ванной комнате. Сознание долго не задерживалось и дало понять, что всё очень и очень плохо. Подбежав к двери он начал дёргать за ручку, которая оказалась закрытой. Паника начала давить на него. — Би, умоляю открой! Прошу тебя открой! — Прайм ждал ответа, но его не последовало. Грудь будто пробило пулей. — Би, умоляю открой. Открой эту чёртову дверь, иначе я снесу её! — Кричал Прайм пытаясь отпереть замок. И вновь тишина, она так давит на сознание. Просит о чем-то лучшем, но не тут-то было.. Тревога всё больше дала о себе знать и Прайм отошёл от двери, и выбил её с ноги. Взгляд парня начал бегать по комнате, и вот он увидел зеркало, что было разбито в дребезги. А у стены сидел он. Сидел его мальчик. В руках находился осколок, который сжимали. Через кулак струйкой стекали алые линии, запястья будто окрасились в красную краску. Вот только точно ли это краска... Синеволосый подлетел к золотистому вырвав из его руки осколок и откинув подальше к стиральной машинке, после быстро снял с себя кофту и укрыл ею Би, прижал того к себе. — Уходи. Уйди. Не делай мне больно, прошу перестань. Перестань! — Руки начали пытаться отталкнуть от себя массивное тело. — Би. Я.. я не хотел, я такой идиот. Идиот, идиот. Прошу не нужно ничего делать с собой из-за такой мрази как я. Хочешь я на колени встану, всё сделаю, всё, только вернись ко мне. Мне плохо без тебя, мне очень, очень плохо без тебя. Прошу прости меня, прости такого дебила. Я довёл тебя до такого, довёл своего малыша, своё солнце. — Шептал Прайм, прижимая к себе Би. Вдруг Би почувствовал что-то мокрое на своём плече, подняв взгляд он посмотрел на Прайма. Тот же прижимал к себе младшего, а по его щекам катились слёзы. Прайм, что... Плачет. Би с осторожностью подтянулся к Прайму и слизал слёзы, что текли по щекам, заставив Тима открыть глаза и посмотреть на Би. — Прости, прости меня.. — Так же шептал Оптимус. — Я.. я. — Заикался золотистый. — П.прощаю тебя. Эти слова будто стали бальзамом на душу обоих, будто внутри воцарилось спокойствие, не давая дальше распространиться той боли, что они испытали. Прижав ближе к себе младшего он улыбнулся, и уткнулся тому в волосы, больше не желая отпускать. Никогда не отпускать. Младший прикрыл глаза и прижался к массивному телу. И плевать он хотел на ту кровь, что стекала по запястьям. Он знает, что это не смертельно. Теперь в этом нет необходимости.