Пушок в царстве Когтеклыка

      – Наконец-то мы на месте! – сказал Пушок, кодга друзья очутились у подвала. Котята стали стучаться в дверь.       – Откройте! – кричали они.       – Пароль Кусь-кусь! – наконец догадалась сказать Лапка.       – Девочка вернулась! – послышался радостный голос из подвала. Дверь отворилась.       – Ух ты! Вместе с ней и вся компания! – сказал предводитель восстания. – Как вам удалось выбраться из этой проклятой тюрьмы? Мне словно бы помогло какое-то волшебство! Я шёл по сияющей дороге прямо на свободу, и нет, я не сумасшедший!       – Всё хорошо, товарищ! – сказал Пушок. – Мы выбрались из тюрьмы точно так же, благодаря чудесной тетради.       – Значит, я выбрался благодаря вам! Как я вам благодарен, друзья!       – Правда, тетрадь была разорвана мерзким господином Царапкиным в клочья! – сказал Котти.       – Но мы все равно будем бороться! – сказал Пушок. – Мы должны окружить чертог Когтеклыка! Нам поможет великая сила рифмы!       – Это такая авантюра! – крикнул один из соратников. – Я не согласен! Я не верю в чудеса!       – Я тоже! – добавил другой. – Если ты сам не дашь себе освобождения, никто не даст!       – Так мы и освободим себя сами! – крикнул Пушок.       – Юнец дело говорит! – заявил предводитель. – Как бы то ни было, но я и они, казалось бы, навсегда обречённые на пожизненное заключение, сейчас стоят здесь перед вами!       – Просто доверься, прошу! – сказала Лапка, взяв за лапу одного из товарищей. – Доверься нам! – она посмотрела на него испытывающим взглядом и сжала его лапу еще сильней.       – Ладно! Я согласен! – ответил тот.       – И я согласен! – послышался ещё один ответ.       – И я! – вторили ему остальные.       Друзья вышли из подвала и направились к чертогу Когтеклыка. По пути к ним присоединялось всё больше и больше народу. Тогда Пушок взял рупор и стал кричать:       Ещё вчера я был спокоен,       Но теперь, когда страну терзает зверь,       Я не молчу! Я не доволен!       Ему бесчинства не позволим.       Мы на борьбу встаём теперь!       Тысячи голосов стали вторить Пушку: «Мы на борьбу встаём теперь!»       Пушок продолжал:       Тиран ликует и вопит,       А с ним его военный,       Но враг сломает все ж клыки.       Утихнет смех мгновенно.       Вставайте биться за свободу!       Разрушим тюрьмы и тогда       Увидим зарево восхода!       Корону отдадим народу       Мы в царстве счастья и труда!       Тиран ликует и вопит,       А с ним его военный,       Но враг сломает все ж клыки.       Утихнет смех мгновенно.       В чертоге все всполошились.       – Генерал-капитана Кусайкина ко мне! – прокричал Когтеклык Великий.       Капитан тут же явился к царю.       – Что это за завывания?! – стал гневно орать царь Когтеклык.       Тогда Кусайкин в страхе бухнулся на колени:       – Простите, ваша Когтистость! Умоляю! Дайте мне последний шанс! Я клянусь, я обещаю всех их заткнуть! – Кусайкин злился и чуть ли не плакал.       – Раздави их как гнильё! – прорычал царь. – Если ты этого не сделаешь, то я раздавлю тебя! Приказ! Распылять газ! Бить автоматами! Стрелять! Главного бандита с рупором арестовать, отвести на эшафот и публично снести ему голову! Да здравствует Кошачье Царство!       – Да здравствует царь! – в страхе ответил Кусайкин и поплёлся к казармам.       – Не опозорим царя нашего Когтеклыка и генерала Паштета! – крикнул Кусайкин солдатам. – Мы начинаем судьбоносное сражение! Родина зовет вас! Всё ради Родины! Да здравствует Родина! Мы должны заставить замолчать этот сброд! Не жалейте пуль! Покончить с дерзкими бандитами – это наш священный долг!       Капитан повел свои войска. Где-то уже раздались первые выстрелы.       – О, ваши пули попасть не смогут в нас! Победы! Победы! Победы близок час! – быстро прокричал Пушок в рупор.       Автоматы солдат отказали, и тогда капитан Кусайкин завопил:       – Воспользуйтесь другим концом автомата под названием «приклад»!       – И всё ваше оружие бессильным стало вдруг. Мы не отступим. В этой битве мы пересилили испуг!       – Проклятье! – прокричал капитан. – Проклятье! Почему автоматы стали такими тяжёлыми?! Этот Пушок! Теперь его можно обвинить не только в посягательстве на власть, но также и в колдовстве!       – Нужно кончить этот фарс! Царь отправится на Марс! Потускнеет лоск и шик! Убирайся, Когтеклык! – стал кричать Пушок. Толпа вторила ему. Рядом стояли Котти и Лапка. Они тоже громко выкрикивали стихи.       Внезапно из окна чертога вылетел Когтеклык с диким воплем:       – Я приказываю прекратить! Вы мятежники, и по моему приказу вас расстреляют! Я царь Когтеклык Великий!       – Кто? Кто? Гражданин Когтеклык?! Марсианин Когтеклык?! – спросил Пушок, заливаясь смехом. Народ также смеялся.       – В огонь твою шерсть! – заорал капитан Кусайкин. – Отступаем! Пора бежать! Мы проиграли!       Кусайкин стал спасаться бегством. Еле-еле удрав от толпы, он снял военную форму, прикрыв голову белой куфеей. На всякий случай капитан взял с собой палаш и поспешил отправиться в порт, чтобы сесть там на пароход. В порту как раз было много иностранцев из Левотигрии. Он блестяще смог слиться с толпой.       – Эй! А вы что здесь забыли?! – проорал Кусайкин, увидев, как к пароходу, одетые в драную одежду, волоча чемоданы, бегут адмирал Пираньев, держащий в лапах статуэтку кошки-русалки, и генерал военно-воздушных сил Котлетов. Из его чемодана на землю валились награды за штурм президентского дворца, ставшего царским чертогом.       – Вон отсюда, бесшёрстки! – крикнул он. – На пароходе не хватит места для нас троих!       – Закрой рот! – ответил Пираньев и выронил из лап статуэтку кошки-русалки. Она разбилась. – Ты просто жадный лоткочист! Понял?       – Что?! Сам ошипевший недошёрсток! Пошёл в мышеловку! – ответил ему капитан Кусайкин.       – Успокойтесь, мальчики! – крикнул Котлетов. – Я уже купил билеты для нас троих!       – Точнее, для нас двоих! – ответил Кусайкин, вырвал билеты у Котлетова и один из них разорвал.       – Ах ты, помойный кот! Все лотки ковриками из таких, как ты, бы выстелить! – заорал Котлетов и повалил Кусайкина на землю.       Пираньев стал орать:       – Ты что делаешь?! Нас могут заметить!       – Заткнись! – ответил Котлетов.       Это окончательно разозлило Пираньева, и он набросился на Котлетова. Завязалась драка.       – Это просто возмутительно! – послышался надменный голос супруги мистера Муркишерста.       – О, милая! Всё будет хорошо! – утешал её мистер Муркишерст, держа своей правой лапой её лапу, а левой – лапу мистера Кистона. – Плантация маленьких бесшёрстных рабов взбунтовалась, но они ничего не сделают нам!       Он переваливался с лапы на лапу, а сзади было видно носильщиков, что несли все их вещи в чемоданах и сумках.       У Сыркинса не было необходимости спешить на пароход. Он нагрузил всеми своими вещами личный дирижабль, не забыв прихватить с собой свой любимый позолоченный фотоаппарат.       – Ура! Мы победили! Теперь Когтеклык на Марсе и никогда оттуда не вернется! – прокричала Лапка и обняла Котти.       В это время в толпе как раз показались господин и госпожа Царапкины.       – Мама дорогая! – прокричал господин Царапкин и сел на пол. – Она собирается выходить замуж за лысого кота!       – Милый, не переживай! – плаксивым голосом завопила мама Лапки. – Могло бы быть хуже, если бы это был лев!       Предводитель рабочих подошёл к Царапкиным, положил лапу на плечо аристократа, и, улыбнувшись, сказал:       – Вам необязательно уезжать из страны. Моя мечта о построении метро в столице будет воплощена в жизнь, а вы, ребята, мне поможете! Будем копать туннель вместе!       Царапкин зарыдал, а его супруга стала вытирать ему слёзы.       – Да здравствует труд! – крикнул Пушок.       – Ура! – кричали Лапка и Котти.       – Лапка, привет, милая! – послышался знакомый голос.       – Дымка! – закричала Лапка и бросилась обнимать её. – Прости, что сбежала из дома! Я сделала это ради тебя и всего кошачьего народа!       – Котти! Родной!       – Мама! Мамочка! Наконец-то мы с тобой встретились.       Мама и сын обнялись.       – На каторге вспыхнуло восстание! – сказала мама Котти. – Так я и другие каторжане были освобождены, а потом мне сказали, что ты жив и сейчас находишься на площади у дворца. Как же я рада тебя видеть!       – Мама!       – Видимо, весть о нас дошла до всех уголков страны, – сказал Пушок Лапке. К ним подошли музыкант и продавец.       – Ура! – крикнул Котти.       – Ура! – вторил ему голос мистера Клыксона.       – Мама! Папа! Мы теперь вместе! – радостно воскликнул Котти.       Друзья стали веселиться и танцевать. На площадь вкатили рояль, а Дымка стала играть на нем. Пушку на мгновение стало грустно.       – Ну, что нахмурился, друг? – спросил его предводитель восстания.       – Эх, как жаль мне будет с вами расставаться, друзья! – сказал Пушок.       – Мы обязательно приедем к тебе! – сказала Лапка.       – И ты приезжай к нам! – добавил Котти.       – О, ужас! Мои родители! Они... Бедные мои родители! Как же они переживают сейчас, если уже окончательно не потеряли надежду, что смогут меня отыскать, – сказал Пушок.       – У меня есть друг водитель, – сказал предводитель восстания. – Он тебя отвезет. Через неделю мы устроим концерт в честь победы и хотим видеть тебя здесь. Приедешь, брат?       – Обязательно приеду! – радостно закричал Пушок и стал со всеми обниматься, а вечером к дому, где раньше висел портрет Когтеклыка, а теперь – яркий плакат победы, подъехала машина, два раза просигналив.       – Прощайте, друзья! Да здравствует победа! – прокричал Пушок и сел в машину. Автомобиль понес его в сторону родной Мурчании. Пушку хотелось смеяться и плакать. Это было непередаваемое чувство.