Тяжело быть детективом

Порядки в школе были строгие, ученики подобрались такие, что не только пальца в рот не клади, но и кошелька на скамейке не оставляй. Луффи сразу оказался в числе первых, но не первым. По некоторым предметам он успевал лучше всех. К примеру, он лучше всех убегал от полицейских, лучше всех дрался, даже плавал быстрее других. Да! Он плавал! Не шёл ко дну, как топор, а плавал! К тому же из Луффи получился отличный вор. Земные уроки Нами давали о себе знать. Испытания по воровству проводились в специальной комнате, где стояло чучело, увешанное колокольчиками. Сам похожий на чучело, месье де Покетт, который преподавал искусство карманных краж, сказал, что во всех воровских шайках испокон веку так учат начинающих воришек. А один знающий карманник по имени Диккенс целый роман сочинил об этом. Если ты вытащишь у чучела кошелек и ни один колокольчик не звякнет, считай, что тебе обеспечен компот и добавка за ужином. Но если хоть один колокольчик зазвенит, значит, оставаться тебе сегодня без сладкого. Да к тому же тебя еще и выпорют. Луффи, в отличие от его друзей-омег ни разу не пороли, хотя по их словам это все равно было не очень больно. С первого раза Луффи свистнул кошелёк у чучела без единого шороха. Со стороны даже казалось, что он просто прошёл мимо. А вот когда начался урок мучения животных и надо было наступать на муравейник, отрывать у кошек хвосты, бить палкой собак и обламывать козе рога, то Луффи исчез. Джимми, который с первого дня его не выносил, хотя бы потому, что тот ему не давал, сразу наябедничал Милой Маре. Та побежала к Санджару, и они решили — вот тут-то мы Конки-Донки Луси и накажем как следует! Искать преступника не пришлось. Нахальный Конки-Донки Луси сидел в школьном кафе, перед ним стояли десять порций мороженого, и он их преспокойно уплетал. — Это еще что такое?! — завопила Милая Маари. — Идет урок по мучительству, на котором мы проверяем нервную систему наших учеников, дети получают удовольствие, а ты дезертируешь? Ты что, не хочешь кошкам хвосты отрывать? Тебе что, не нравится муравейники вытаптывать? Не любишь у бабочек крылья оттяпывать? Да мы тебя самого, как бабочку, затопчем! Кто тебе разрешил территорию покидать? Так кричала Милая Маари. А Санджар только посмеивался и наблюдал. Луффи подождал, пока Маари выдохнется, и спокойно сказал: — А я не дурак. Зачем время на пустяки тратить? — Как так на пустяки?! — возмутилась Милая Мила и хотела было схватить Луффи за ухо, но Санджар что-то заподозрил. — Погоди! — сказал он. — Пускай выскажется! Луффи не стал высказываться. Он просто показал пальцем направо, и они увидели, как по улице несется преподаватель мучительства Скорпон Матвеич, закованный в четыре бронежилета, потому что он страшно боится животных, которых мучит. — Где он? — кричал он. — Где этот подлюка?! Саджару стало совсем интересно. — И в чем же как бы дело, коллега? — спросил он. — Он... он... он вытащил у меня кошелек! Он меня ограбил! Я его сейчас собственными руками растерзаю! И эта громада в бронежилетах кинулась на Луффи. Даже Милая Маари, подобрав юбки, с визгом кинулась прочь из кафе, а Луффи пришлось совершить сальто и отпрыгнуть далеко в сторону. Он ловко взлетел на стойку и оттуда кинул Скорпону Матвеичу вышитый крестиком кошелек. — Я оттуда только на мороженое взял, — сказал он. — Как ты посмел? — спросил Санджар. — Меня так научили, — ответил Монки д. — Вы как учили? Воруй всегда, воруй везде — вот лозунг нашей школы! — А кошкам хвосты рвать тебе как бы не хочется? — Скучно, — ответил Луффи. — Пустое занятие. — А воровать не пустое? — Воровать — выгоду получать, — ответил Конки-Донки Луси. — Ну, теперь можно я его убью? — дождался своей очереди толстый Скорпон. — И не мечтай, — отрезал Добрец. — Он — мой самый любимый ученик. — Ты с ума сошел, коллега! — взвизгнула Милая Маари. — Он же ведет себя не по правилам! Он же начальство не уважает! — Вот именно это меня и забавляет, — ответил Добрец. — Дурачков у нас как бы много. А талантов раз-два и обчелся, понимаешь! Тем более он заинтересовал боса. — Он повернулся к Луффи и закончил так: — А сейчас на полусогнутых беги в класс, там начинается урок драки до первой крови. И учти, никто тебе пощады давать не будет. Луффи спрыгнул со стойки и пошёл к выходу. У дверей он обернулся и заметил: — Я тоже пощады давать не собираюсь. Санджар смеялся ему вслед своим мягким, добрым смехом мальчишки от которого кровь в жилах стыла. И Луффи понимал, что в этой школе ему надо бояться именно этого тихого вежливого младшего учителя. С остальными он легко справится. Но пока все шло как надо. Нами была бы им довольна. Рассуждая так, Луффи дошел до физкультурного зала. Там на небольшом ринге — помосте, обнесенном веревками, — по очереди дрались ученики школы подлецов. Драка была без правил, и чем хитрее ты одолеешь противника, тем больше компота тебе дадут за ужином. Луффи сначала стоял и смотрел, как дерутся другие ученики. Дрались они неумело. Драться они учились у себя в подъездах или в детском саду. В лучшем случае что-то подсмотрели в кино. Но, конечно, Луффи они были не соперники. К Мугиваре подошел Джимми. — Привет, — сказал он. — Ты чего с мучительства сбежал? Струсил? Тебя на подвиги не возьмут, учти. — Долбоеб ебучий, — вздохнул Луффи. — Ну кого это на подвиги берут? На подвиги люди сами ходят, и без разрешения. — Вот покажут тебе — без разрешения, еще пожалеешь, что такой нахальный вырос! — А наша школа для нахальных, — сказал Монки д. — А от пай-мальчика мне ничего не надо. Иди гуляй, кушай пирожок! — Да я тебе сейчас покажу! — Джимми кинулся на Луффи с кулаками, но он так ловко отскочил в сторону, что тот с размаху врезался в живот Милой Маари. Милая Маари пошатнулась, но не упала, а ударила крепким кулачком Джимми по затылку. Так ударила, что он грохнулся на землю. — Ах, — прошипел он, — извините меня, я нечаянно. — Это мы еще проверим, — сказала Милая Маари. Луффи довольный вернулся к рингу. Там двое из пяти ребят, которые досаждали омегам, Тео с лживым мальчишкой Сано возились посреди ринга. Оба устали и никак не могли сообразить, как бы победить противника. Судья — а на ринге был самый настоящий судья — скучал, а потом даже вынул из кармана журнал и принялся его читать. — Гони их с ринга! — приказал Санджар. Судья пинками согнал на пол драчунов. Тогда на ринг вылез Джимми и спросил: — Можно я этому Конки-Донки накостыляю? — А он омега! — крикнул Рин. — Омегам все-таки не стоит костылять. Милая Маари очень на него рассердилась. — Что же это получается? — спросила она. — Ты еще жалеть кого-то будешь? А ну — в угол, на горох! Если не перевоспитаешься, вылетишь из школы, с голоду помрешь под забором! И заруби себе на носу: если надо бить, то начинай с омег. Они слабее. Их легче бить, чтобы не получить сдачи. — Ну как, не боишься? — спросил у Луффи Санджар. Луффи посмотрел на него, как на последнего долбоеба с планеты долбоебов из города «Долбоеб» в долбоебском районе и ответил, покрутив пальцем у виска. — Ты че? Тупой? Ясен пень - не боюсь, — а потом ещё чуть подумал и добавил. —Только одно условие: если я его поколочу, мне будет награда. — Ну как? — Санджар обернулся к Милой Маари. — Пойдем навстречу ребенку? — Ох, не люблю я потакать хулиганам, — вздохнула Милая Маари. — Но что делать, если он - твой фаворит? Слово «фаворит» Луффи было знакомо, и очень уж ему не нравилось, что он им являлся. Мало ли, на что он там фаворит. И вообще, скорее всего он не только фаворит этого Санджара, а еще он возможно фаворит и какой-то рыбы покрупнее… Ну, усобственно это он выяснит потом, когда наконец-таки почешет свои кулаки о лицо одного настырного альфы, которому прямо невтерпёж. Луффи пролез под канатом на ринг. Джимми уже прыгал посреди ринга, как настоящий боксер, и махал кулаками перед носом. — А боксерские перчатки нам дадут? — крикнул он. — Обойдешься! — откликнулся Санджар. К рингу стали подходить другие ученики. Они еще не видели боя альфы с омегой. Джимми никто в школе не любил — уж очень он был вредный, но и Луффи тоже не жалели. Во всяком случае альфы его только хотели, а беты же просто считали его конкурентом в их деятельности. Омеги и Рин же были полностью на его стороне. Луффи решил, что будет колотить Джимми руками. Прям в ебало! Но для начала он с ним поиграет, ведь бой без правил. Поэтому, когда Джимми кинулся на него, махая кулаками, Луффи сделал маленький шажок в сторону и выставил вперед ногу. Как и следовало ожидать, Джимми потерял равновесие и рыбкой полетел к канатам. — Это нечестно! — завопил он, поднимаясь. Но все хлопали Луффи и поддерживали его. Только учителя — Милая Маари и Санджар — ни слова не сказали. Первая злобно и завистливо кусала ногти, а второй довольно улыбался. Тогда Джимми поднялся и снова кинулся на Луффи . К сожалению, он ничему не научился. Через пять секунд он опять лежал на животе, уткнувшись носом в пол. — Ах так?! — закричал он. — Ну, я тебе покажу! Он спрыгнул в зал, схватил деревянный табурет и со всего размаха ударил им об пол. Табурет рассыпался, и в руках у Джимми осталась деревянная ножка. Джимми замахнулся ножкой табурета и снова залез на ринг. Луффи его уже ждал. С такими мелкими хулиганами детективу галактического уровня разобраться, как два пальца об асфальт. Санджар вдруг сложил правую руку в кулак, а большой палец отставил и указал им вниз. Луффи удивился. Видно, Санджар подсмотрел в земном историческом фильме, что так делали зрители на боях гладиаторов в Древнем Риме. Когда один из гладиаторов падал на арену, то второй смотрел на трибуны. Если зрители показывали большим пальцем вниз, он вонзал в побежденного противника кинжал. А если вверх, то сохранял ему жизнь. А тут школьный учитель показывает омеге — добей его! Ничего себе, нравы в ШКОЛМЕРЗДЕТе! — Ну что ж, — сказал Луффи, — пришел твой последний час, хулиган-доносчик и ненасытный ебарь. Пришло время лишить тебя твоего достоинства. Он сел уже уставшему альфе на грудь, мило улыбнулся и спросил. — Ну так, кто же это тут всех детства лишает. — Не я! — пропищал Джимми. Лицо Луффи резко стало выражать вселенскую злобу на все сущее. Но через мгновенье он вновь мило улыбнулся и продолжил допрос. Но перед тем как спросить, Мугивара замахнулся и захуярил альфе прямо в самые шары. — А теперь честно… — Не й… йа… я… — Ястно, от тебя ничего не добьёшься. Луффи поднялся с чужой груди и отряхнул порванные шорты. — Нормально? — спросил он. Ведь был испорченным, злым мальчиком. — Нормально! — закричали зрители. И даже Милая Маари. Джимми уносили с ринга его недотоварищи. — И так будет с каждым, кто хоть попробует прикоснуться к моим подчиненным или попробует забрать их еду, уяснили?! — максимально грозно произнёс Мугивара. — Есть еще желающие честно сразиться с Кноки-Донки Луси? — спросил Санджар. Никто не вызывался. — Тряпки! — обозвал своих учеников младший учитель. — А тебе, Луси, полагается как бы наградное пирожное. Принести наградное пирожное! Он хлопнул в ладоши, и ухмыляющийся подлой улыбкой Скорпон Матвеич вошел в зал, неся перед собой тарелку, на которой лежало красивое пирожное. Он протянул тарелку Луффи. Тот подошёл к краю ринга и взяла тарелку. — Ешь! — закричал Санджар. Луффи почувствовал неладное. Пирожное явно было с каким-то гадким секретом. — Открой ро-о-отик! — пропела Милая Маари. Луффи внимательно посмотрел на пирожное и сразу же понял, в чем дело. Он легко перепрыгнул через канаты, в один прыжок добрался до Милой Маари и перевернул тарелку ей на голову. Да еще и нажал, чтобы пирожное раздавилось. Не забывайте, что Луффи должен был изображать ОЧЕНЬ ИСПОРЧЕННОГО МАЛЬЧИШКУ. Иначе бы его там просто бы вычислили. Но надо признать, что в ШКОЛМЕРЗДЕТЕ он хулиганил с удовольствием. Луффи отпрыгнул подальше, чтобы учителя не смогли его схватить, и все увидели, как из раздавленного пирожного выскочила целая стая тараканов. Тараканы побежали по волосам, щекам, плечам, груди, рукам и прочим членам тела Милой Маари. — Так вы кормите меня? — закричал Луффи. — Это шутка! — в ответ закричал Санджар. — Где твое чувство юмора, дорогой мой мальчик? — Это не шутки! — вопила Милая Маари. — Я тут всем головы поотрываю! При этом она прыгала, плакала, пищала, верещала и старалась сбросить с себя тараканов. — Ваше счастье, — крикнул Луффи от дверей, — что там были тараканы, а не скорпионы! — Догони его! — закричала Милая Маари Скорпону, и Луффи пришлось удирать. Он кинулся прочь из зала, пробежал через двор школы и влетел на кухню. Посреди кухни на табуретке сидел худой повар и поварешкой черпал из кастрюли суп. — Где выход? — закричал Луффи. — Не отвлекай, — ответил повар. Луффи выхватил у него кастрюлю и кинулся назад. Скорпон еле увернулся. Луффи успел нырнуть в подвал. Там его не нашли. К слову, кастрюлю он передал Рину, а тот в свою очередь пронёс ее в спальню для омег, где вся компания спокойно съела этот суп.