Проси прощения

Я смотрел ему вслед, чувствуя себя опустошенным. Тяжелый груз вины никуда не делся, но к нему добавилось отвращение к самому себе и к ситуации в целом. Зеницу, в своей наивной и эгоистичной любви к Незуко, стал жертвой моих ошибок, как и она сама. Я не хотел причинять ему боль, но его нападки вынудили меня раскрыть карты, чтобы хоть как-то защитить себя и Незуко от его навязчивого внимания. Собравшись с силами, я решил, что должен поговорить с Незуко. Объяснить ей все, признаться в своих ошибках и попытаться заслужить ее прощение. Я понимал, что это будет непросто, но я был готов пройти через все испытания, чтобы восстановить наши отношения. Я нашел Незуко в саду, она сидела на скамейке и смотрела вдаль. Ее глаза были полны грусти и разочарования. Рядом с ней стояла коляска в которой спала её малышка. Я подошел к ней и сел рядом, взяв ее руку в свою. Она не отдернула ее, но и не посмотрела на меня. — Незуко, мне очень жаль, — проговорил я, стараясь говорить искренне. — Я знаю, что причинил тебе боль, и я готов сделать все, чтобы загладить свою вину. Я люблю тебя, Незуко, ты моя сестра, и я не хочу тебя терять. Незуко молчала, и это молчание давило на меня сильнее любых обвинений. Я чувствовал, как ее доверие ко мне рушится, словно карточный домик. Я осознавал, что мои слова сейчас ничего не значат, но я не мог молчать. Мне нужно было высказать все, что у меня на душе, чтобы хоть немного облегчить свою ношу. — Я знаю, что Зеницу любит тебя, — продолжил я, — и я понимаю, что он имеет право на свою любовь. Но я не мог позволить ему навязывать тебе свои чувства, зная, что это причиняет тебе страдания. Я хотел защитить тебя, даже если это означало причинить боль ему. Я действовал эгоистично, я знаю. Незуко, наконец, повернула голову в мою сторону. Ее взгляд был пронзительным и полным вопросов. Я видел в нем боль, разочарование и, возможно, немного надежды. Я знал, что это мой шанс. — Я не требую твоего прощения, — сказал я, глядя ей в глаза. — Я просто хочу, чтобы ты знала правду. Я люблю тебя, Незуко, и я всегда буду рядом, чтобы защитить тебя. Даже если ты никогда не сможешь простить меня, я буду продолжать любить тебя и заботиться о тебе издалека. Ее молчание было невыносимым. Казалось, каждая секунда тянулась вечностью, пока я ждал ее реакции. Я видел, как в ее глазах мелькают разные эмоции, словно бушующее море. Она обдумывала мои слова, взвешивая каждое из них. Я знал, что от ее ответа зависит наше будущее, и это давило на меня еще сильнее. — Ты не должен был решать за меня, — наконец прошептала она, ее голос был тихим и хрупким. — Ты не должен был вмешиваться в мои чувства. Зеницу — мой друг, и я ценю его заботу. Но это не значит, что ты имеешь право говорить ему, что я чувствую. Ее слова ранили меня, словно ножом. Я осознавал, что она права. Я перешел черту, решив, что знаю лучше, что для нее лучше. Мое желание защитить ее затмило здравый смысл, и я совершил ошибку. — Я знаю, — ответил я, опустив голову. — Я знаю, что поступил неправильно. Я просто… я боялся потерять тебя. Я боялся, что Зеницу сможет завоевать твое сердце, а я останусь ни с чем. Незуко подошла ко мне и нежно коснулась моей руки. Ее прикосновение было теплым и успокаивающим. Я поднял голову и встретился с ее взглядом. В ее глазах больше не было боли и разочарования, только сочувствие. — Я ценю твою искренность, — сказала она. — И я понимаю, что ты хотел, как лучше. Но в следующий раз, пожалуйста, доверься мне. Доверься моим чувствам. Я сама разберусь, кого мне любить и кого нет. —Раз уж всё раскрылось ты наверно должна знать, что Зеницу ко мне периодически пристает, а один раз привязал меня к стулу и сделал минет…-последние слова сказал совсем тихо Я замер, ожидая ее реакции. Мои слова повисли в воздухе, словно тяжелый груз. Я не знал, как она отреагирует на это признание. Боялся, что она отшатнется от меня с отвращением, но в то же время надеялся на ее понимание. Незуко долго молчала, глядя куда-то в сторону. Я видел, как напряжены ее плечи, как сжаты кулаки. Наконец, она повернулась ко мне, ее глаза были полны гнева. — Ты должен был сказать мне раньше! — воскликнула она, ее голос дрожал от ярости. — Почему ты молчал? Ты понимаешь, что он сделал? Это недопустимо! Я опустил голову, чувствуя себя виноватым и беспомощным. Я знал, что она права. Я должен был рассказать ей обо всем сразу, но я боялся ее реакции, боялся, что она не поверит мне. — Я знаю, Незуко, — пробормотал я. — Я знаю, что поступил неправильно. Я просто… я не хотел тебя беспокоить. Я думал, что смогу справиться с этим сам. Но я ошибался. Я должен был рассказать тебе. Я очень сожалею. Думаю, теперь ты понимаешь почему я не особо хотел подпускать его к тебе. — Ты должен был сказать мне! — повторила Незуко, ее голос стал тише, но гнев никуда не делся. — Я бы разобралась с ним. Никто не имеет права так поступать с тобой, тем более Зеницу. Я всегда считала его странным, но чтобы настолько… Я молчал, не зная, что ответить. В голове крутились обрывки мыслей, смешанные с чувством вины и облегчения. Облегчения от того, что все наконец-то высказано, и вины за то, что так долго скрывал правду. Я поднял глаза на Незуко и увидел в ее взгляде не только гнев, но и беспокойство. — Что ты собираешься делать? — спросила она, ее голос звучал мягче, чем прежде. — Ты расскажешь об этом кому-нибудь? Полиции, например. Я покачал головой. — Не думаю. Я просто хотел, чтобы ты знала правду. Чтобы понимала, почему я так себя вел. Я не хочу усугублять ситуацию, поднимать шум. Просто… Хочу, чтобы Зеницу больше не приближался к тебе и к моей племяннице. Незуко вздохнула и снова посмотрела на коляску. — Я понимаю. Я позабочусь об этом. Зеницу больше не посмеет к нам приблизиться. Обещаю. Только в следующий раз, пожалуйста, говори мне обо всем сразу. Хорошо? Мы семья, мы должны поддерживать друг друга.