Уже утром мы снова чужие люди

Сознание того, что чудесное было рядом с нами, приходит слишком поздно. Эндрю Миньярд никогда не верил в сожаление. Это пустая эмоция. Что сделано, то сделано, и не стоит усомняться в своём решении, напрягая себя попытками что-либо исправить. Он не сожалел, когда решил оставить Нила Джостена. Не сожалел, когда тот появился на пороге его квартиры в Денвере просто, чтобы спросить: «Между нами действительно всё кончено? Да или нет?» Не сожалел, когда вместе с кусками своей души и остатками воздуха выдохнул тихое: «Да». И соответственно, не сожалел, когда в его руку вложили тёплую связку ключей — один от Мазератти, другой от дома в Колумбии. Сожаление — это удел слабых, не так ли? Что ж, раз это удел слабых, то Миньярд оказался законченным слабаком. Эндрю самолично исполосовал своё сердце, оставив открытые раны. Его решением по ликвидации данного изъяна стало — наклеить на сломанный орган вереницу ментальных пластырей. Они продержались всего полтора года, ровно до тех пор, пока одна ситуация не сорвала эти пластыри вместе с кусками прогнившей плоти.

----------- ✶ -----------

Я чувствую, моя голова в тумане, тумане, тумане. Я зависим, ставлю на повтор, играю, играю. Так, как этого хочешь ты. Иди так далеко, насколько можешь, чтобы добиться чего-то. Капитан команды Бостонских Львов торжественно представил на пресс-конференции просто незаменимую находку для своей команды — талантливого нападающего из университета Пальметто Нила Абрама Джостена. Вспышки прожекторов и щелчки множества камер, как обычно, вводили Нила в ступор. Его старый, но вполне себе живой, костюм для публичных выступлений стал просто неприлично велик, так что Элисон в срочном порядке руководила его передвижениями по какому-то новомодному бутику в поисках подходящего варианта. Иссиня-чёрный цвет пиджака идеально подчёркивал ледяную глубину его глаз и компенсировал «рыжий пиздец» у него на голове. Костюм и правда был хорош, но он, как и большинство вещей вокруг, был чем-то новым, переломным, пугающим. Нил мог бы окончательно растеряться, но «безумно полезный» совет Дениаса перед началом конференции вызывал тихое удовлетворение и намёк на улыбку. — Хей, расслабься, Фокс. Это как посылать репортёров к херам, только немного официальнее, — высокий брюнет наклонился к самому уху Джостена и шёпотом закончил предложение, — в крайнем случае просто представь, что все они голые. Напряжение, как рукой снимет. — Придурок, — это ребячество не должно было сработать, но оно сработало. Нил почувствовал себя лучше. Он сам ещё не до конца понял, как такой скучный и односторонний человек, как он, смог привлечь внимание такой яркой личности, как Дениас Ортис. Но рыжий был в команде только второй месяц, а уже считался почётным членом спортивной семьи. Большинство его партнёров поддерживали с ним мягкий нейтралитет, некая часть питала к нему исключительно тёплые эмоции, а Дениас сумел подменить всех его минувших опекунов вместе взятых. Нил боялся подпускать к себе новых людей, не после того как… Опустим этот момент. Парень просто не хотел давать человеку заряженный пистолет и гадать — выстрелит он или нет? Один раз уже выстрелили. Только вот Дениас отчаянно пытался подружиться с таинственным новичком. Терпел его хмурость и замкнутость, неизменно предлагал свою помощь. И по итогу, надёжная, крепкая оболочка бывшего 10-го номера сначала дала трещину, а вскоре рухнула к чертям. — Ты справился на отлично. Ни один репортёр не пострадал. — Зато мысленно я пожелал, как минимум троим из них, вечность гореть в аду. — Какой же ты всё-таки милашка. Они ехали в бывалом Ниссане Дениаса, ибо Джостен совершенно точно не доверял подозрительным таксистам. Светофоры и уличные фонари проносились один за другим, и общая атмосфера поездки поражала своей лёгкостью и комфортом. Новая квартира в Бостоне казалась Нилу слишком огромной, пустой и угловатой. Было непривычно спать на широкой кровати в одиночестве, непривычно заваривать утренний кофе всего на одну персону, не привычно открывать для себя всё новые и новые возможности Фейстайма чисто ради того, чтобы Кевин мог капать ему на мозги новыми тактиками тренировок и отрывками из своей жизни с Аароном, стабильно пару раз в неделю. Но не привычно не значит плохо, не так ли? — Как насчёт чашечки брусничного чая? — Ортис откинул с лица тёмную волнистую прядь с обесцвеченным, жёлтым концом, — если ты конечно не забыл, как пользоваться электрическим чайником. — Фу, он омерзителен. И нет, мне не нужна моральная поддержка в связи с завтрашним матчем. Я в порядке. — Угу, говори себе это почаще и, если повезёт, то когда-нибудь ты сам в это поверишь. Раз не нужна моральная, то как насчёт оральной? — Почему только при мне ты рушишь свой потрясающий образ беспрекословного натурала? Дениас беспечно пожал плечами. — У тебя смешная реакция. Так что, я могу остаться? — Да… Оставайся.

----------- ✶ -----------

Честно говоря, я боюсь. Моё отражение в зеркале мне незнакомо. За этой маской скрывается жалкая правда, Но я никогда не убегу. Темпами, сравнимыми со скоростью раненой чайки, пролетело три с половиной месяца. Первый матч Джостена в новом сезоне мог бы обернуться тотальным провалом, но этого не произошло. Небо не упало, ядро планеты не взорвалось, а парень забил целых четыре гола из общей победной копилки. Каждый последующий матч проходил ощутимо раскованнее предыдущего. У Львов без малейшего сомнения имелись все шансы пройти в полуфинал. Дениас Ортис. Нил упоминал, что первоначально он зарекомендовал себя, как надёжный старший брат, идеальная сиделка и крепостная стена? Обломитесь. Это оказался такой же проблемный ребёнок, как и сам Джостен. Тупейшие идеи, которыми тот не брезговал воспользоваться, безнадёжно приводили к падению множества проблем на его неугомонную задницу. И на задницу рыжего тоже, так как по негласному соглашению они теперь являлись лучшими друзьями. Денвер встретил Бостонских проходимцев холодным ветром и моросящим дождём. Им посчастливилось приехать за четыре дня до непосредственного начала матча, и теперь команду ждали долгие, царственные часы в пятизвёздочном отеле самого сердца города. Разумеется, Нил Джостен был в порядке. Он нисколько не переживал, не выгрызал себе ногти на руках вместе с тонкой кутикулой и не срывался на пробежку каждые несколько часов. Что вообще могло пойти не так? Почему его должно волновать то, что он всего лишь увидит Эндрю спустя полтора года холодного молчания? Столкнётся с ним в живую, в его синей амуниции команды Орлов. Получит отстранённый взгляд и чуть подрагивающий уголок тонких губ. Ничего страшного! Вечер незаметно опустился на многолюдный город, опутывая все уличные ландшафты багряными щупальцами заката. Ночь, грядущее утро, обед и наконец вечернее опробование игрового стадиона. Нилу всего лишь предстояло не слететь с катушек за какие-то там жалкие 22 часа. Дениас, как обычно, вломился в его роскошный номер, словно снег в апреле. — Срочный сбор! Надевай свои самые менее убогие шмотки, мы едем в клуб. Ага. Что-то как-то не ага. Шастать по клубам за пару дней до важного матча, определённо, не является хорошей идеей. Но когда Нил вообще начал разделять идеи Ортиса на плохие и хорошие? Все они были просто отборным шлаком. — Нахуя, а главное зачем? — Оу, — Нил был готов поклясться, что заметил, как собеседник смутился, — помнишь твоё гениальное воплощение совета от старого однокомандника? Ах, да. Точняк. Некоторое время назад Дениас страдал от тотального недотраха, и Нил, будучи потрясающим другом и боевым товарищем, прочитал все 1747 сообщений от Ники, чисто ради одного короткого вопроса: Где натурал с, вероятно, эстетичной внешностью может найти себе, желательно, здоровую девушку на одну ночь? ОМГ!!! НИЛ!!! Ты написал мне первым?! Я хочу знать абсолютно все новинки твоей жизни, НО, умоляю не говори, что ты попал под камаз и начал считать себя натуралом!!! ヽ(°□°)ノ Нет, Ники, я жив-здоров. Девушка нужна не мне, а моему другу. О-о-о-о, все вы так говорите. Попробуй воспользоваться магией Тиндера :)))))) Спасибо… Как там Эрик? Так, ну начнём издалека… Нил не стал пренебрегать разумным предложением и, одолжив чужой мобильник, справился с чертовски сложной закачкой данного приложения. Тогда это показалось ему хорошей идеей. Сейчас, стоя на парковке какого-то смутно-адекватного ночного клуба, он так не считает. — Фокс, ну а вдруг она серийная убийца? Или, в реальности, не милая брюнетка, а толстый, потный мужик Валентий? И в любом случае мне не помешает моральная поддержка, — Дениас мерил комнату широкими шагами, — сходи со мной проветриться. Голова Джостена реально сейчас была не к чёрту. Ну, ночной клуб, так ночной клуб. Что вообще может пойти наперекосяк?

----------- ✶ -----------

М-м-м, позови меня, линию перешагнув. Всё изменится, всё разрушится, Протягиваю руку за запертую дверь. Боль приветствует меня, я чувствую жажду. Эндрю выкинул обугленный бычок прямо в чуть приспущенное окно своей новой машины. Это была всего лишь третья сигарета за вечер. Для курильщика такое количество никотина — это совсем немного, правда? Только вот замес состоял в том, что Эндрю больше не курит. Он бросил ещё на третьем курсе университета. Проблема. Блядский Джостен и блядский грядущий матч. Обычная, официальная встреча не должна заставлять его чувствовать себя взволнованной школьницей, но она заставляла. Он знал, к огромному сожалению, он знал, чего ему стоит ожидать. Нил просто воспользуется своими отточенными навыками лжеца и правдоподобно сделает вид, что они абсолютно чужие люди. И Миньярд не имеет права жаловаться на это. Он сам оставил свою рыжую бестию, так что его не должен волновать тот факт, что Нил предпочтёт поддержать эту игру. Но тогда почему каждое мгновение до первого свистка буквально причиняет физическую боль и заставляет отслаиваться всё новые и новые чешуйки его самоконтроля? Профессиональный спортсмен должен щепетильно отслеживать свой режим сна и рацион питания. Ну, Эндрю и отслеживал. За последние два дня он проспал целых восемь минут, правда не вподряд, но и хуй с ним. А ещё он определённо ел в четверг. Сейчас было начало субботы. Ночные поездки имели такое полезное свойство, как разгрузка надоевшего потока мыслей и приведение расшатанной менталочки в своего рода порядок. Популярная радио волна наигрывала одну из самых известных песен Twisted Sister. В салоне пахло яблоками и табачным дымом. Эндрю пока ещё не успел придумать официальную причину своей ночной поездки, но всё больше склонялся к идее просто заехать в пределы круглосуточного супермаркета. Изначально, крики и маты множества сиплых голосов не вызвали у блондина должного интереса. Он только что проехал захудалый ночной клуб и проявление активности со стороны подвыпивших посетителей не казалось ему чем-то достойным внимания. Но потом сквозь тонированные окна до него донеслись обрывки омерзительной реплики: — Куда ты так спешишь, малыш? Не растрачивай свои силы понапрасну, нам ещё предстоит пустить тебя по кругу. Окей, ладно, хорошо, это уже было достойным предлогом притормозить. По правую сторону от машины раскинулся широкий тёмный пустырь, а шум бухих ублюдков раздавался откуда-то из-за кирпичной стены жилого дома. Секунда. Вторая. И вот на асфальтированную площадку вылетел какой-то тощий паренёк. Голубая рубашка с черепами очерчивала рельеф его проступающих мышц. Тёмные брюки обтягивали все нужные места и действительно могли заставить большинство из ныне живущих людей проглотить вязкую слюну. На голове раскинулось буйство рыжих кудрей, явно не удостоенное внимания расчёски. — Только крысы нападают на одного целой толпой, — выкрикнул рыжий мальчишка, и сердце Миньярда пропустило пару ударов. Этот голос, эта фигура, это умение влипать в неприятности буквально на пустом месте… Нил Джостен скользящей походкой отступал назад, пока на него надвигалась семёрка огромных амбалов. — Вот значит как? — выплюнул самый мразотный тип с чёрным, коротким кропом, — обижать нашего друга — это ты мастак, а столкнулся с последствиями, так сразу поджал хвост и в кусты? — Господа, если вам так охота присунуть куда-нибудь член, то воспользуйтесь услугами друг друга. Думаю, оргия удастся и без моего присутствия. — Ах ты мелкий… Договорить ублюдок не успел. Нил схватил зелёную бутылку из-под пива и со всей мочи долбанул ей об асфальт. Теперь в шрамированных пальцах оказался острый обрубок, который в настолько паршивой ситуации не смог бы особо помочь в качестве оружия. Джостен и сам это отлично понимал, но не сказать, что у него были широкие возможности выбора. Эндрю уже давно не пребывал в настолько глубоком замешательстве. Он действительно не знал, чего ему следует сделать. Вот он, человек, встречу с которым хотелось бы отложить на самую дальнюю полку. И теперь у Миньярда есть замечательная возможность сделать вид, что он не покидал своей квартиры этой беззвёздочной ночью, и забыть про существование Нила Джостена навсегда. Хах, повелись? Эндрю нажал на кнопку гудка, привлекая внимание рыжей катастрофы к своему авто. Тот нервно обернулся и, слава богу, он чисто физически не мог разглядеть Миньярда через поверхность тонированных окон. Короткий замах и бутылка полетела в голову главаря этой любезной компании. Нил повернулся на пятках и понёсся в сторону одинокой машины. Щелчок двери, порыв холодного ветра, и Джостен обессилено грохнулся на поверхность пассажирского сидения. — Пожалуйста, подбрось меня до ближайшего парка, я заплачу любые деньги. — Мне не нравится это слово, — хмуро ляпнул Миньярд, не подумав. Словно в замедленной съёмке рыжая голова повернулась в сторону собеседника. На смуглом лице промелькнула абсолютно вся палитра человеческих эмоций и по итогу остановилась на выражении глубокого отчаяния. — Пиздец, — парень уронил голову на приборную панель. В ответ Эндрю издал неразборчивый звук и ударил по газам.