Сказка о добром молодце Олеге, сыне солдатском, да о Сергее, потомственном ведуне.

А тем временем сосватали Олегу красу-девицу из соседней деревушки. Хороша невеста, любо-дорого смотреть: коса длиннющая, толстенная, формы пышные, бёдра широкие, приданое богатое - сразу видно, мастерица на все руки и в хозяйстве хороша. Сидят сватушки, жениха с невестою нахваливают, пьют да закусывают за скорую свадебку. Да только сидит жених ни живой, ни мёртвый: ни разу на невесту не взглянул, ни капли в рот не положил, ни одного гостя улыбкой не одарил - всё сидит, да о молодце светлом думу думает. Уж никак Серёжа покидать его головушку не хочет, только с каждым днём крепче в мыслях заседает, словно корни пустил. Так Олег сидел, пока не огляделся вокруг. Родители на улицу вышли, дабы двор поглядеть получше, да и сваты за ними поспешили, а невеста рядом сидеть осталась, на посуду харчей накладывает да приговаривает: "Кушай, Олеженька, не стесняйся, милый". Уж не лезут угощения боле, да обидеть страшно, вдруг опосля женитьбы ласковая и приветливая девчушка припомнит все обиды да в сварливую бабу обратиться. Ел Олег, ел, пока суженая с лавки как ошпаренная не скочила. Стоит, смотрит на молодца, ухмыляется хитро да не моргает. Уж не помнил, какого цвета были невестины глаза, да только таких ярко-вощаных ни у кого ранее не видывал. Девка медленно тянется к молодцу да приговаривает: "Пойдём укромное местечко покажу, коли по нраву придется, спрячемся там от всех до полуночи" И ведь даже слова девка вставить не даёт, тянет за рубашку, из хаты выпроваживает, силком на сеновал толкает. Бросает Олега на сено да на него наваливается, всё рубаху стянуть старается. - Что ж ты делаешь, бесстыжая? Да разве ж можно до свадьбы-то? Молвит Олег, что об стенку горох мечет, не слышит его девка, словно умалишённая да заколдованная кем-то. Сколько ни пытался вырваться из плена девичьего наш молодец, сколько ни взывал окаянную к совести, не пустила его девка на волю, пока дела свои постыдные не закончила. Встал доброй молодец, отряхнулся, оделся, посмотрел на невесту свою названную да приглядывается: глаза, что ярким пламенем в хате горели, сейчас были зелены как травушка молоденькая. По спине холодок пробежал, коли чёрт с ним шутит, беречься надо, не пойдёт он больше на поводу у срамницы, как бы та не старалась околдовать его. Сидит ворон на крыше, наблюдает, как Олег со всех ног дом невестин покидает. Видит пернатый, что боле в эту хату не ступит нога молодца. И поделом! Коли обмануть колдуна могучего решили, там наказание нести страшное будут сватушки. В следующий раз Птица Олега навещает в полночь опосля смотрин. Садится на окно, гладит крылом по волосам смоляным да думает, когда бы лучше выкрасть первенца вояки. Коли раньше восемнадцати годков его утащить, от своего сыночка прятать придётся, а коли после дня рождения долгожданного, таки и не успеть можно, женят молодца на бесстыжей девице. Думал ворон, думал, да и решил: выкрадет он сына сватов своих названных аккурат под рассвет дня Рода, на рассвете и обручит кровиночку свою с молодцем обещанным. Пролетает неделя ястребом быстрым, да сбирается колдун на дело тайное. Обходит старого отца, выходит из терема да бежит в деревню что есть сил. Подходит к окошку, из которого горница Олега виднеется, да заговор мощный читает, окропляя капельками зелья волшебного лоб суженого своего: - Кто зельё моё пригубит, тот дом родной забудет, кого любил - разлюбит. Глядит на молодца, а сердце радуется, уж замуж невтерпёж. Прибрать бы милого к рукам, упрятать от бед великих да от людей завистливых, а только обряд до конца довести надо, дабы зелье в полную силу свою действовать стало. Воротился ведун домой, обходя отца своего, да под одеялом схоронился. Ещё две ночи к милому убегать придётся. На вторую ночь на цыпочках проходит Серёжа мимо старика, выбегает из терема да к деревушке спешит. Смотрит в окно жениха своего да нарадоваться не может, уж больно по сердцу пришёл сын солдатский, не жить уж боле колдуну без богатыря любимого. Растрогался рыжеволосый от дум своих навеянных да заговор читать принялся, окропляя Олега по груди раскрытой: - Кто зелье моё пригубит, тот дом родной забудет, кого любил - разлюбит. Только молвить закончил, просыпается милый да со страхом в окно глядит: - Ты чего забыл здесь, окаянный? - Я уж тебя проведать решил, да только будить тебя не хотел, сон твой не сберёг. - А коли зашёл, так чего-то да хотел ты от меня? - Ничего-то от тебя, яхонтовый мой, не утаишь! Сыграй со мной в жмурки, коли не боишься. - Запросто! Вышел наружу добрый молодец, снял с себя рубаху, завязал глаза, колдун закружил его в разны стороны да утекать принялся. Много ли, мало ли, а всё таки решил Серёжа сдаться Олегу. Стал посреди чистого поля, зажмурил глазоньки да ручки вытянул, в объятья водящего падать собрался. Лишь только поймал его богатырь, стянул ведун с него повязку, посмотрел в глаза да утонул в них. - Чую, здорово ты умаялся. Отпей водицы моей, утоли жажду проклятую. Олег без страха взял бутыль, да разом и осушил её. Только руку с сосудом протянул ведуну, понял, что голова кругом идёт. Сгрёб спасителя своего в объятия, дабы с ног не свалиться да шептать начал то, о чём молчать ему было велено: - Уж завтра утром ранёхонько поведут меня обручать. Запрячет матушка в другую деревушку, да ведь и не свидимся с тобой мы боле. А ты уж голову мою не покидаешь всё то время, что знакомы с тобою, только о тебе думаю да мечтаю. Слушает его Серёжа, да ушам своим не верит. Приворот не должен был подействовать раньше завтрашнего зарева. Неуж-то зря он голубчика травил? Неуж-то сын солдатский чувства нежные хранил к нему? Прижался колдун к молодцу сильнее да пущать не желает боле. - Коли так, давай убежит от всех? Я сокрою тебя от любой беды, я спасу тебя от любой хвори, я беречь тебя буду как зеницу ока, только соглашайся бежать со мной. Отнимает Олег Серёжу от своих объятий, смотрит в глаза ясные да к губам мягким припадает. Вот только сейчас он понял, лобзать колдуна гораздо приятнее, нежели любую другую красавицу. У голубка его и губы слаще, и объятья крепче. - Завтра на рассвете свидимся на перекрёстке. Убежим, куда глаза глядят. Ты уж только не обмани меня, али боле не свидимся никогда. На том и расстались молодцы. Да только переступил Серёжа порог отчего дома, увидал отца разгневанного. Понял старик, что сын его ослушался да в ярость впал, не ждал он предательства сыновьего. Сидит, смотрит глазами яркими да приговаривает: - Коли за нос водить меня вздумал, из горницы своей не выйдешь до свадьбы, так и знай! Удумал ночью в деревню шастать, на людей глазеть! А ежели ты там любимую нашёл да сбежать с дурой удумал, так и знай, сживу я её со свету, как только имя-то узнаю! Вот тебе моё последнее отцовское слово! Докончив гневаться на сына, запер ворон на засов детину непутёвую, а сам стал ждать следующего утра, дабы привести жениха обещанного