Сказка о добром молодце Олеге, сыне солдатском, да о Сергее, потомственном ведуне.

Как ни пытался ведун отца своего задобрить да обхитрить, просидел он сутки в горнице своей, зарю провожая. Плачет горькими слезами, молит о помощи, да только никто его не слышит, батюшка по делам своим птичьим в лес ушёл, а засов отпереть никто не сможет. Как же теперь Олегу объяснить, что судьба разлучница сыграла с ними злую шутку? Как теперь ему сказать, что батюшка свирепый запер его, дабы встреча их не состоялась во век? Думал колдун, думал, пока не сморился от слёз нескончаемых, уснул на лавочке подле маленького окошечка, да сквозь сон суженого зовёт. Тем временем пришёл ворон за обещанным женихом для сына. Отворил двери, покружил по горнице, как в первый раз, да на печку уселся, уставился глазищами своими птичьими на хозяев да речь молвил: - Обманули вы меня, сватушки! Задурить старого ворона решили! А я же сказывал, что без того, что мне принадлежит, не уйду во век! Хотел я сына вашего пускать к вам по праздникам великим, навещал бы стариков детина, да коли так случилось, что женить вы его сегодня же решили, ни за что боле сына не увидите! Повалил дым чёрный, едкий, противный, как в тумане - ничего не видать. Только рассеялся туман, кинулись старики в горницу к сыночку своему да не нашли ни души живой: лишь кровать одинокая да рубашка сыновья на память. Просыпается Олег среди темной хаты, стены незнакомые, лавочки чужие. Казалось бы, вот только на перекрёстке стоял, любимого своего ждал, да раз, дым едкий, черный понёс его через реку, через лес да в чаще и бросил. Хотел было молодец кричать о помощи, да Птица сзади подошёл, крылом прикрыл уста его, успокаивает да шепчет: - Родился ты лишь по моему желанию, так всё время мне и принадлежал. В благодарность за жизнь свою отплатишь мне сполна. Метку свою диковинную видел, диву давался, думал, что особенный уродился. Да только метка эта птичья, клеймо на тебе стоит, быть тебе птичьим женихом. Сегодня же обручишься с сыном птичьим, колдуном могучим. Отворилась дверь, светом ранним озарило солнце горницу, а в нём видать ведуна любимого, сердцу родного. Только успел Олег понять, что вокруг него твориться, как тут же кинулся суженого своего будить: - Просыпайся, душа моя. Я уж боле не надеялся тебя увидеть! Продирает глаза колдун, да поверить им не может: - Неуж-то наяву тебя вижу? Прости меня, свет мой ясный! Батюшка как прознал, что ночью в деревушку твою наведался, так и запер меня здесь, уж чуть было руки на себя не наложил, от горя. - Уж боле никогда так не думай, душа моя! Я тебя во век не оставлю, покуда жив буду, клянусь беречь тебя от глаз чужих, а покуда мёртвый стану, вечною любовию готов тебе поклясться! - Да коли здесь ты, значит ты и есть жених мой, судьбою уготовленный? Обошёл Сергей молодца, задрал рубаху да диву даётся: - Метка птичья, точь в точь как моя! И как же раньше её я не заметил? Стоят молодые, обнимаются, а Птица смех скрывает: ведь судьба Серёжина раньше времени его нашла. Вот смеху-то наделали! Благословил ворон добрых молодцев да как и обещался, на рассвете обвенчал возлюбленных. Вот и сказочки конец, а кто слушал - молодец! Да могу ли я вот так оставить читателя в неведении да не поведать, что за секреты волчьи готовит нам история? Обручились Серёжа с Олегом в то же утро, жили не тужили, все дела вместе справляли, ночами всю нежность друг другу дарили. Много ли, мало ли жили они душа в душу, да только весна пришла, меж ними как кошка черна пробежала. Стал Серёжа к стволам бездушным супруга ревновать, а Олег, когда серчал, так и дома не ночевал, в лесу бродил, под кусточками спал. Раз на Ярилино утро приходит сердитый молодец домой, мириться с супругом желает, дверь отворяет да смотрит: княжич его названный стоит у печки теплой да на руках кулёчек маленький держит. Олег подходит ближе, смотрит - младенец в свёрточке лежит у мужа на руках. - Ты где ж взял сокровище такое? Меня всего ночь дома не было, а ты ребёнком разрешиться успел! - Не спал я сегодня, все глазоньки выплакал, тебя дожидаясь. Чу слышу - в дверь барабанят. Я глядь - на пороге золотце маленькое лежит, от холода да голода кричит страшно, а рядом береста подстелена. Уж я её для тебя оставил, а сам за божьим подарочком стал смотреть. Теперь-то ты не станешь от меня бегать в сердцах, нельзя родителям ссориться, Волче, - молвит Серёжа, да в плечо мужа целует, ластится словно лиса. - Коли так, давай тогда и имя вместе выбирать, раз растить счастье будем вдвоём, - притягивает Олег мужа за плечи, осторожно рук касаясь, целует в мягкие губы, младенца под головушку поддерживает да думает: "- Теперь-то всего в достатке есть, как в настоящей семье и полагается". Стоят молодые родители, милуются, воркуют над ребёнком, позабыв о бересте насовсем. Да и зачем читать? Никому они свою девочку отдавать не будут, коли недотёпы потеряли её случайно. Да и знать не хотят, от кого подарочек послали им. Не узнают они во век, что та девица, что невестой Олега быть могла, от ребёнка отрекаться вздумала, ибо на деревне слухи про неё недобры ходят. Одно они знают точно - доченька, их родная кровинушка никогда горя знать не будет, в тепле, любви да достатке жить станет с батюшкой, папенькой да дедом, а сами родители о ссорах позабудут, над дитём трястись станут да друг друга с каждым днём всё больше любить будут. С ребёночком в их дом спокойствие и понимание наведались да так и остались у супругов навечно жить.