Убогая

Во всем виноват Эйнштейн. В 1905 году он заявил, что абсолютного покоя нет, и с тех пор его действительно нет. Стивен Ликок

      Её звали Кей.       Кей Накахара.       Об этом мало кто знал. Беспричудная девчонка, пришедшая впервые в класс, когда минула уже целая учебная неделя, привлекала к себе много внимания, но мало кто стремился с ней познакомиться. Все только шептались, бросая весьма красноречивые взгляды на новенькую, которая, не обращая ни на кого внимания, спокойно что-то рисовала в скетчбуке. Некоторые старшеклассницы позволяли себе пошлый юмор, после которого обязательно посмеивались, не забывая про себя отпустить парочку шуток в этом же роде про своих «подруг». Несмотря на то, что параллель 2-С являлась классом факультета общего образования, некоторые ученики в нём тоже недоумевали, как такая, как Накахара, поступила к ним.       Однако Ниджику такая ерунда не волновала. Будучи девушкой любопытной, общительной и достаточно проницательной, Ай сразу смекнула о спокойствии и рассудительности новой одноклассницы, что подкупило её — от жизни в террариуме «2-С» она подустала за год. На одной из перемен Ниджика повернулась к сидящей за ней Накахаре и завела разговор.       — Привет!       Кей оторвалась от своего незаконченного «шедевра» и подняла глаза. Ай Ниджика была довольно миловидной девушкой со среднем телосложением — не «пышная», но и худой её нельзя назвать. Да и не надо. Ростом чуть выше самой Накахары, с золотыми глазами и длинными пшеничными волосами. Вот только её чёлка переливалась всеми цветами радуги. Кей даже сперва подумала, что она крашенная, но позже узнала о причуде старшеклассницы «цветной газ» и поменяла мнение. Квирк Ниджики позволял ей выделять семь видов ядовитых газов, каждый из которых имел свой цвет и действие на живые организма. К сожалению, такая способность не могла помочь Ай победить роботов на вступительном экзамена на геройский факультет, и поэтому она поступила в класс общего образования.       Накахара улыбнулась в ответ на идентичную мимику девушки.       — Привет.       Глаза Ай заблестели. Ей понравилась доброжелательность новенькой.       — Я Ниджика. Ай Ниджика, — она протянула ладошку. — Будем знакомы.       Кей пожала предложенную руку.       — Кей Накахара. Очень приятно, Ниджика-сан.       — Взаимно, — Ай кивнула. — И давай без этого «-сан», ладно? Я чувствую себя старухой.       — Хорошо, — ответила Кей, усмехнувшись. — Прекрасная причина перейти на «ты».       — Я тоже так считаю.       Ниджика не была сильно навязчивой, но общительной — это да. А её и не останавливают. Она мягко спрашивала об интересах Накахары, её предпочтениях, причинах перевода. Кей на всё спокойно отвечала — ей понравилась Ай. Она не касалась темы причуды, не лезла в сильно личную жизнь навроде семьи. Ответы на вопросы, которые Накахара давать не хотела, девушка не выпытывала, а понимающе переходила к другой теме. Блондинка даже похвалила рисунки Кей, хоть и тактично заметила, что новенькая начала рисовать сравнительно недавно. А после получения информации о том, что её практика длится всего три месяца, хвала Ниджики только увеличилась.       Накахара поинтересовалась у новой знакомой, кто этот парень у окна на последней парте четвёртого ряда (девушки же дислоцировались на третьей и четвёртой парте первого ряда), который так хмуро и устало и в то же время безэмоционально смотрит на них всё это время. Ай мельком взглянула на одноклассника и пояснила, что это Хитоши Шинсо — её друг. На вопрос новенькой «только ли друг?», Ниджика многозначительно усмехнулась и, посмотрев в сторону Шинсо, мило улыбнулась и махнула ему рукой. Хитоши никак на это не отреагировал, и только стал «залипать» в телефон.       Время первого «звоночка» пришлось на тот перерыв, когда класс 2-С обедал. Пока Ай самозабвенно рассказывала про уроки современной литературы, которые она так сильно любила, Кей бросала задумчивые взгляды в сторону Хитоши, а тот их спокойно игнорировал. Едва после звонка на перемену сенсей позволил ученикам идти есть, Шинсо подошёл к своей подруге и замер в ожидании, пока она найдёт в сумке свой телефон, попутно приглашая новенькую идти с ними. Сейчас парень шёл в двух шагах от блондинки, двигаясь одновременно с ней. Он напомнил Накахаре солдата или телохранителя — стену, за которой к Ниджике никому не пробиться, пока та сама не пожелает.       В столовой они разместились за пустым столом, который практически принадлежал Ай и Хитоши. Иногда к этим двоим подсаживались и другие одноклассники или ученики UA разных параллелей. Так случилась и сейчас. Розовласая второгодка с факультета поддержки по имени Мэй Хатсуме была в хороших отношениях с Шинсо, через него познакомилась и с Ниджикой. Теперь они приходились друг другу неплохими приятельницами. Пока Хатсуме что-то рассказывала о своих доработках к супергеройскому костюму какого-то старшеклассника, Кей осмотрела полупустую столовую. Факт малочисленности людей заинтересовал девушку, и она спросила о причине такого положения дел у Ай.       Вместо блондинки, не сведущей в этом, ответил Шинсо:       — У параллелей А и В, которые обедают одновременно с нами, сегодня выездная тренировка в USJ. И факультет управления тоже куда-то уехал на практику.       — Так рано началась практика? — слегка удивлённо задалась вопросом Ай. — Всего вторая неделя обучения пошла.       Хитоши лишь пожал плечами.       — А ученик по фамилии Бакуго учится на нашей параллели, ведь так? — спросила Кей будто невзначай.       — Ну да, — с улыбкой ответила Мэй, занятая своим мясом кусияки и овощами. — Он в классе А.       После упоминания этого парня Ниджика не была столь же беспечна, как Хатсуме. Она чуть встревожено посмотрела сперва на Шинсо, переглянувшись с его задумчивыми глазами, а потом на Накахару. Кей поняла, что блондинка не лучшего мнения об упомянутом ею старшекласснике.       — От Бакуго стоит держаться подальше. Он груб и высокомерен, к тому же очень неприятен в общении. И он очень плохо относится… — девушка задумалась, попытавшись правильно подобрать нейтральную формулировку, — к таким, как ты.       — Беспричудным? — подняв брови, спокойно уточнила Кей.       — Слабым, — безапелляционно отозвался Шинсо, заметив, как неприятно Ниджике от того, что пришлось затронуть эту тему.       Мэй, переживав, наконец, один из кусков мяса, подала голос:       — Пусть он и последний негодяй, коим его считает наш ангелочек…       Она с улыбкой посмотрела на Ай.       — …но Бакуго бесконечно талантлив и невероятно умён. Он отважен, решителен и всегда жаждет только победы в своих сражениях — тренировочных и нет. И он не ненавидит слабых, как это могло показаться из-за слов Ниджики, а иначе бы не стал спасать попавших в беду мирных граждан. И у него есть цель, хорошая цель, хоть и немного эгоистичная.       — Ты так говоришь, будто влюблена в него, — хмыкнула Ай. Она-то была полностью противоположного мнения об этом блондине.       Глаза Мэй блеснули странным светом. Девушка подняла взгляд завораживающих по-кошачьи жёлтых глаз на Ниджику. Её улыбка была весьма многозначительной.       — Я им восхищаюсь — эта та истина, с которой ни мне, ни кому-либо ещё ничего не сделать. Такие, как Кацуки Бакуго, моя муза.       Ай фыркнула. Она не могла представить причины, по которой была бы способна хоть на мгновение восхититься парнем по имени Кацуки. Для неё он был чрезмерно вспыльчивым и резким, к тому же невероятно твердолобым.       — В любом случае, Накахара-чан, не пересекайся с ним. Лучше поберечься. Он безжалостен с теми, кого считает слабым.       — Говори всю правду, Ниджика-кун, — снова изрекала Хатсуме. — Он безжалостен с теми, кого считает слабым, если эти те бросают ему вызов.       Ай и Мэй ещё недолго пререкались, пока Кей задумалась над одним вопросом: а бросила ли она вызов Бакуго своими речами?       И если да, что же теперь будет?       Он забудет девушку, как неприятный сон, или же теперь не даст ей прохода своими издёвками?       Накахара решила, что первый вариант был бы предпочтительнее. Ей не хотелось лишних проблем. Жизнь ведь только кое-как устаканилась.

***

      Три месяца назад       Дверь за спиной так громко и неожиданно захлопнулась, что Кей вздрогнула от страха. Обернувшись, она испуганно посмотрела на высокого крепкого мужчину в военной форме. Араи виновато улыбнулся, почесав затылок бритой головы, и максимально тихо поставил свою ношу на пол — один единственный чемодан вещей, что был у Накахары.       Облегчённо выдохнув, Кей повернулась к молодой женщине, которая стояла в двух шагах от неё и переобувалась в тапочки для гостей, попутно снимая фуражку и поправляя тёмные волосы на чуть вспотевшей макушке.       — Разувайтесь, госпожа, чего Вы ждёте? — с улыбкой произнесла Павличенко, заметив взгляд девушки на себе. Кей тут же сняла свои зимние ботинки и стянула пальто, глазами спрашивая, куда его повесить.       Мира просила следовать за ней. Она прошла к левой зеркально стене, на деле оказавшейся дверью-купе, за которой располагалась гардеробная. Оставив здесь уличную обувь и верхнюю одежду, троица покинула комнату и прошла в квартиру.       Из прихожей попали в гостиную — она была просторной, но не громадной. Кей осмотрелась. В интерьере преобладали светлые цвета, в основном — серые: диванчики, потолок, занавески. Напротив дивана на стене висел телевизор, один из последних моделей крутой фирмы. Давно Кей такой в реальной жизни не видела…       Накахара подошла ближе, разглядев на технике сенсорную панель для включения.       — Вообще-то тайса не смотрит телевизор, — подала голос Павличенко, — предпочитает пользоваться ноутбуком. Но специально купила его для Вас, подумав о том, что для подростка TV — это важная часть жизни. Этот выбирал лично Ясуда.       Кей улыбнулась. Лень Рюу Ясуды была так знаменита, что в военных кругах над ним подшучивали не только в их части, но и за её пределами. Лестно было, что он сам занялся такой незначительной вещью, как телевизор для какой-то там старшеклассницы.       — Ну раз так, должно быть он лучший среди своих «сородичей».       Накахара улыбнулась, мысленно радуясь тому, что эта техника позволит ей смотреть любимые сериалы и программы по интернету во встроенном браузере. По крайней мере, на панели экрана непрерывно горел индикатор Wi-Fi.       В гостиной был выход на крытый балкон, который тянулся вдоль всей ширины первого этажа квартиры. Там, в правой половине, находился уголок для чаепитий со специализированной низкой мебелью, а в левой — высокие стулья, будто барные, с высоты которых можно было наблюдать через окно за тем, что творится на улице. Попасть на балкон можно было через круглый бездверный проём в стене, который на ночь закрывался занавесками.       Кухня по размеру равна гостиной. Здесь была установлена новейшая кухонная техника, которой, по наблюдению Кей и замечанию Миры, никто толком не пользовался. Обеденный стол лишь на четыре персоны стоял здесь же. Как сказала Павличенко, в большем размере этой мебели хозяйка квартиры не нуждалась, так как гостей почти никогда не принимала. Не считая членов своего личного отряда, конечно.       Вернулись в гостиную, продолжили «экскурсию». На первом этаже ещё располагалась ванная, туалет и комната тайсы, в которую Мира и Даичи строго-настрого запретили ходить старшекласснице без разрешения её владелицы.       Лестница на второй этаж располагалась в гостиной, рядом с выходом в прихожую. Поднявшись по ней, троица оказалась в ещё одной мини-«гостиной». В центре здесь располагалось котацу. С него на тёплые сезоны убирали футон, и тогда оно выглядело как обычный столик, вокруг которого лежали напольные кресла.       Неисследованными остались только три комнаты, куда можно было попасть из этой «гостиной». Мира бегло показала две из них — гостевые, — рассказав, что обычно в них при необходимости останавливаются члены специального отряда их тайсы, а потом повела в оставшуюся, сделанную специально для Кей.       Первое, что заметила Накахара, это обилие интерьерного декора здесь — во всех остальных помещениях квартиры его практически не было. Само жильё казалось каким-то необжитым, будто в него въехали три дня назад. Кей даже пометила у себя в голове, что его хозяйка помешана на чистоте, так что за этим придётся следить.       В её новой комнате были очень высокие потолки и много света за счёт больших стеклянных дверей размером практически во всю стену, которые вели на небольшой балкончик. Кровать была просто огромная, с пышным матрацем, застланная серым в чёрную полоску постельным бельём, больше подходящим для мальчика. И она занимала второе место в топе шикарных вещей в квартире после того телевизора в гостиной первого этажа. Ну а третье можно было отдать небольшому туалетному столику справа от постели, который стоял у квадратного зеркала. Ширина рамы этого зеркала была едва ли не в два раза больше роста Кей.       В стену напротив кровати был встроен шкаф с двумя отсеками — один с полками, другой для одежды, которая должна висеть на вешалках.       Рядом со шкафом находилась дверь, которая вела в личную ванную. Не такую большую, как внизу, но тоже очень милую. Здесь санузел был совмещённым, но Накахару это не смущало. Единственное, что её немного привело в уныние, это отсутствие душевой кабинки (которая на первом этаже, стоит заметить, есть), как и душа в принципе. Мыться можно было только в полной ванной. Кей прикинула, что если сядет в неё с целиком набранной водой, то уровень жидкости будет доходить ей едва ли не до шеи.       — Как Вам новый дом, маленькая госпожа? — спросил у девушек Даичи Араи, когда те вышли из комнаты Накахары.       Девушка молчала. Эмоции на её лицо было сложно прочитать, ведь оно будто окаменело. Араи и Павличенко обеспокоенно переглянулись, после чего последняя задала вопрос:       — Что-то не так? Вам не нравится?       Кей отмерла, а её лицо «оттаяло». Она улыбнулась, спешно качая головой в знак отрицания.       — Нет, конечно же нет. Очень нравится.       Её улыбка стала более расслабленной, а взгляд потеплел, когда старшеклассница обернулась и посмотрела через открытые двери в свою комнату.       — Мне нравится, как звучит слово «дом»…