Причудливое очарование

      Сентябрь, 1993 г.       — Малдер? Во что, черт возьми, ты одет?       Дана Скалли прождала напарника в аэропорту у металлоискателей больше часа. Она уже начала думать, что он вообще не появится, т.к. очевидно, что новое задание пришлось ему не по душе. Это был не X-File, и он ясно дал понять, что его не радует перспектива тратить время на старое зависшее дело, да еще и под прикрытием. Но они ничего не могли поделать: его вызвали, и они должны были следовать приказу.       Каким бы бунтарем она его ни считала, она и представить себе не могла, что он появится в таком виде: рубашка, обычно чистая и опрятная, сегодня была измята, пара пуговиц была расстегнута, галстука не было. Последнее, возможно, было больше плюсом, потому что галстуки он выбирал катастрофические. Выглаженные брюки, сшитые на заказ, тоже исчезли, вместо них были темные джинсы. Малдер дополнил наряд темными очками, кожаной курткой… и браслетом и титановым кольцом? С трехдневной щетиной он казался немного старше и Дана на секунду задумалась, как сексуально он будет выглядеть через пару лет.       Она немедленно отбросила эту мысль, которая моментально отозвалась теплом где-то внизу живота, сейчас было не время, не о том надо думать на задании рядом с Фоксом Малдером в таком виде. К черту Итана и их такое нелепое и неожиданное расставание. Она думала, что оставила свое увлечение мужчинами постарше, когда начала встречаться с Итаном, но, видимо, ее подсознание никто об этом не предупредил, что не предвещало ничего хорошего в ее ситуации.       — Я богемный писатель под 40, нужно же соответствовать образу, — наконец ответил Малдер, как будто это было совершенно очевидно, и прошел мимо нее к стойке регистрации.       — Я пожалею, что не выбрала папку для новобрачных, верно? — полушутя ответила Дана и направилась за ним.       — Во всех возможных отношениях, — ухмыльнулся Малдер, оборачиваясь к ней одновременно сдвинув очки к носу и шевеля бровями.       Да, это будет трудное задание. Дана закатила глаза и ускорилась, обгоняя его.       — Неважно, давай поторопимся, мы уже опаздываем.       — Не сердись на меня, Скалли, это все Генри Муди, избалованный и безответственный писатель, он и не такое вытворяет...       ******       Малдер провел весь полет, внимательно изучая свои старые записи. Он разрабатывал этот профиль более трех лет назад, и это была не лучшая его работа. Тогда он был еще новичком в отделе насильственных преступлений, и то дело с самого начала зашло в тупик. Они так и не поймали убийцу: он остановился после пары смертей, больше о нем никогда не слышали.       Какого же было удивление Малдера, когда на прошлой неделе его вызвали к начальству. Парень, отрезающий языки из Южной Каролины вернулся, и они хотели, чтобы Малдер нашел его. Первой идеей оперативной группы было назначить ему какого-нибудь местного агента в качестве партнера, но Малдер отказался. Либо он работает на этим делом со Скалли, либо не работает вообще. Достаточно было уже того, что ему навязали дело, не относящееся к X-Files, так что он совершенно не желал работать с новым человеком. Ему потребовались месяцы (хотя иногда казалось, что больше года), чтобы привыкнуть к маленькому рыжему мозгу, разносящему в пух и прах все его теории, но он должен был признать, что ему нравится ее присутствие.       Обычно она ошибалась со своим скептицизмом и наполненными наукой теориями, но они помогали ему раскрывать дела, так что они оба оставались в выигрыше. Она все еще была такой зеленой и наивной, и Малдеру все еще было трудно доверять ей на 100%, но он видел ее потенциал и то, каким крутым агентом она была. Дана Скалли поможет ему быстро поймать плохого парня и они сразу же вернутся к их маленьким зеленым человечкам.       Малдер продолжал листать документы и добрался до описания их поддельных личностей. Местные правоохранительные органы сократили свои поиски до Салуды, маленького городка на западе штата. Но как они ни старались, им не удалось найти следы убийцы.       Таким образом, оперативная группа решила, что постоянное наблюдение под прикрытием будет лучшим решением, чтобы не вызывать подозрений. Как только Малдер утвердил кандидатуру Скалли, им предположили роли молодоженов, на что Малдер не смог сдержать улыбки. Когда же Скалли узнала, что Малдер изначально был в паре с другим агентом мужского пола, она решительно отвергла эту легенду.       — Сэр, я полагаю, вы планировали послать агентов не как гей-пару, — перебила она помощника директора Скиннера, остальные агенты молча ахнули. Это было одно из секретных оружий Даны Скалли: она могла лишить дара речи любого. Она выглядела воспитанной маленькой леди, но была самым свирепым агентом, которого Малдер когда-либо видел.       — Агент Скалли, мы полагаем, что привлечение вас открывает для нас новые перспективы и дает возможность рассмотреть легенду для прикрытия под другим углом...       — А я думаю, что смогу отработать не хуже, используя оригинальную историю агента Уокера, — закончила она разговор, взяв с середины стола для совещаний отброшенную ранее папку с описанием личности и принялась изучать ее.       Малдер был единственным, кто улыбался: Дана Скалли определенно знала, как заставить замолчать комнату, полную властных мужиков.       Вот как они закончили на том, что выдавали себя за писателя, пытающегося поймать утраченное вдохновение, и его редакционного агента, которая будет следовать за ним повсюду. Это дало бы им повод рыскать по городу, задавать вопросы, быть любопытными, а она могла бы приходить и уходить всякий раз, когда им нужны были бы консультации.       ******       Приземлившись в Колумбии и встретившись с местными властями для брифинга, они направились в Салуду. Агентам предстояло провести в дороге около часа и Скалли решила еще раз проверить материалы дела. Она уже не единожды их изучила, но настроения для светской беседы не было, поэтому она подумала, что будет лучше занять свое время чем-нибудь полезным.       Заметки Малдера по делу 1990-го года были действительно тщательными, на языке так и вертелся комментарий, что его отчеты в настоящее время даже близко не были такими же. Малдер ненавидел писать отчеты и был более чем счастлив спихнуть на нее большую часть этой работы, даже если она сокращала его сумасшедшие теории до сноски.       «Отрезанные языки Южной Каролины» было делом о двойном убийстве, которое осталось нераскрытым только потому, что убийства были быстрыми и прекратились после двух случаев. Прошло три года, прежде чем дело всплыло на прошлой неделе.       Первой жертвой был профессор литературы из Ваффордского колледжа, который был найден мертвым в своем кабинете. Ему отрезали язык и оставили истекать кровью до смерти в течение выходных. Убийство произошло сразу после выпускных экзаменов, поэтому Малдер предположил в своём профиле, что убийца был 19-летним первокурсником, чьи оценки были не так хороши, как ожидалось.       Поскольку учебный год закончился, а никаких следов студента найти не удалось, дело осталось не раскрытым.       Примерно шесть месяцев спустя аналогичная смерть произошла в театре Warehouse в Гринвилле, примерно в 30 милях от первого убийства в Спартанбурге. Директора театра постигла та же участь.       Больше никаких смертей не было до августа 1993 года, когда владелец художественной галереи был убит в своем доме на окраине Салуды. Только теперь убийца стал более ожесточенным: он не только вырезал жертве язык, но и исполосовал руки глубокими порезами.       Заметив интерес убийцы к мужчинам творческих профессий, ФБР решило, что Малдеру стоит выдать себя за писателя.       — Итак, мы должны искать молодых мужчин двадцати с небольшим лет, образованных, интересующихся искусством, — Скалли громко закрыла папку и положила ее на заднее сиденье.       — И еще они хранят отрезанные языки в морозильной камере, — добавил Малдер с притворной серьезностью, но затем хитро улыбнулся и добавил — очередная рассчлененка, Скалли, хороший повод сходить на свидание, а?       Дана громко вздохнула и постаралась не злиться — он все еще дулся на нее за то, что она пошла на свидание, в то время как он все выходные пробегал за той дикаркой из Джерси, и не упускал возможности подколоть ее. Но не ее вина, что она хотела иметь личную жизнь больше, чем он.       — А что, если это женщина? — выпалила она, желая подначить напарника.       — Это не соответствует профилю, ты вообще описание читала?       — Но что если профиль составлен неверно? — Скалли осознала сказанное, только когда слова слетели с ее губ.       — Скалли, а вот это уже больно! — он притворно изобразил сердечный приступ и нахмурил брови.       Она просто хотела подразнить его, но почему-то эта идея начала обретать смысл в ее голове.       — Я имею в виду, да, это не обычно, но это не означает, что это невозможно. Разве не это ты всегда говоришь мне с X-Files       — Слишком много деталей против этого, Скалли. Женщины – серийные убийцы встречаются гораздо реже. Они остаются на том же месте, менее агрессивны внешне, склонны к использованию яда и имеют прочные отношения с убитым человеком. Это совершенно другой случай.       — Ты когда-нибудь думал о любовной связи? — предположила Скалли, на что Малдер насмешливо покачал головой.       — Скалли, если я в чем-то и уверен, так это в том, что убийца — молодой человек лет двадцати с небольшим, все жертвы — мужчины старше 40 лет.       — И что?       — Кроме того, первая жертва была счастлива в браке. Зачем молодой девушке связываться со взрослым женатым мужчиной? Вокруг нее должны быть тысячи парней ее возраста, заинтересованных в общении с ней, это не имеет смысла.       «Если бы ты только знал…» — Скалли помнила, что однажды она сама была в таком же положении. Она могла бы сделать это, она почти разрушила чужую семью. Но она вовремя пришла в себя и решила, что это не та жизнь, которой она хочет жить. Конечно, Дана была влюблена в Дэниела, но она не могла быть разлучницей, не хотела жить с этим бременем. Каким бы умным, отзывчивым и красивым он ни был, это того не стоило.       — Я просто говорю тебе, что это правдоподобно и мы должны это проверить, — Дана снова схватила папку, чтобы тщательно изучить записи по первой жертве в свете новой идеи.       Стэнфорд Крейн, 45 лет, женат, двое детей. Он был найден истекающим кровью в понедельник утром. Предполагалось, что он уехал на симпозиум на выходные, поэтому его жена не поднимала панику в течение 48 часов, хотя и признала странным отсутствие его звонков за это время. Дана задавалась вопросом, сколько раз он мог притвориться, что уезжает на выходные, чтобы остаться со своей молодой любовницей. Она пролистала бумаги, чтобы найти фотографию парня. Да, он был хорош собой, определенно тот тип, который ее бы заинтересовал. Но Малдеру не нужно было об этом знать. Не то чтобы она стыдилась этого, или все-таки немного стыдилась.       ******       Вскоре после этого они наконец достигли места назначения. Это был тихий двухэтажный дом за пределами города, так как они должны были быть близко к городу, но находясь как-бы в уединении, не привлекая лишнего внимания. Они вошли в дом, оставили свои сумки у двери и принялись осматривать помещение. Дом был не слишком большим: просторный первый этаж с гостиной и небольшой кухней, на втором этаже спальня и комната для гостей.       Когда они вошли в главную спальню, Малдер мгновенно прыгнул на большую кровать.       — Итак, ты предпочитаешь спать на правой или левой стороне кровати?       Если бы взглядом можно было убивать, Малдер был бы уже труп.       — Я просто шучу! — сказал он и быстро добавил, садясь. — Я знаю, что ты спишь справа.       Он не мог остановиться, было слишком весело подначивать её.       — И откуда ты это знаешь? —Итак, она заинтригована, значит его догадка была верна, а он любил быть правым.       — Да брось, Скалли, я следователь и профайлер. Хороший профайлер! — добавил Малдер.       — И ты думаешь, что уже все понял, не так ли? — она отошла от кровати, сняла туфли и села в кресло у окна.       — Не полностью, но я почти уверен. Я просто обращаю внимание на детали, — он снова немного расслабился, откидываясь к изголовью. — Ты всегда оставляешь пистолет на тумбочке справа, также я видел твою обувь с этой стороны. И ты чаще разминаешь правое плечо, а не левое. Так что это было легко понять, — он снова сел, чтобы посмотреть ей в лицо — если только ты не предпочитаешь быть большой ложкой. — ухмыльнулся он и тут же пожалел о сказанном. Это должен был быть забавный комментарий, но вероятно еще слишком рано шутить о ее бывшем парне: «Малдер, ты идиот» — Прости, я не хотел ...       — Все в порядке, ты прав, так что …       Внезапно раздался звонок в дверь.       — Спасен колоколом! — сказал Малдер, выходя из комнаты.       Открыв дверь, он увидел тех, кого называют городским приветственным комитетом. На крыльце стояли полдюжины улыбающихся женщин с маленькими корзинками в руках, наполненными кексами, фруктами и другими гостинцами. Как они оказались тут так скоро? В маленьких городах новости разлетаются быстро, догадался агент.       — Добрый день, мистер Муди, добро пожаловать в Салуду – сказала одна из женщин, предлагая свою корзину, полную печенья.       Остальные позади нее тоже пробормотали приветствия и сунули ему свои корзинки. Малдер изо всех сил пытался справиться с ними самостоятельно, но после того, как схватил третью корзинку, взмолил о помощи.       — Карен, ты не могла бы спуститься? — прокричал он продолжая улыбаться дамам, толпящимся вокруг крыльца и пытавшихся заглянуть внутрь. Как только он произнёс «имя» Скалли, он заметил как лица женщин погрустнели.       — Есть миссис Муди? — прошептала одна из низ слишком громко.       — Нам сказали, что он холост, - услышал он еще один голос.       — Это Карен Чарльз, мой агент. Карен, познакомься с прекрасными дамами Салуды, — поправился он, когда появилась Скалли, передавая ей корзины, которые он держал, чтобы взять остальные.       — Приятно познакомиться, — Скалли быстро кивнула им и направилась на кухню. — Генри, разве ты не приглашаешь их войти?       — Хм, ты уверена? — Малдер на мгновение отвернулся от дам и посмотрел на Скалли, задаваясь вопросом, была ли это просто вежливая фраза или она всерьёз. Скалли тем временем вернулась за остальными корзинами.       — Генри, разве не поэтому мы… ты приехал сюда? Познакомиться с новыми людьми, поискать идеи для своей новой книги? — ответила она нарочито громко. Малдер не понимал, что она пыталась сделать? Это была не их целевая аудитория… О, ну, она упрямо продвигала свою идею о женщине-убийце.       — Ты права. Дамы, пожалуйста, простите мою грубость, я провел долгий день в дороге и, должно быть, оставил где-то в чемодане свои манеры, — показательно извинился он, полностью открывая дверь и провожая женщин в гостиную. — Могу я предложить вам чай со льдом?       Он направился на кухню, толкая Скалли перед собой.       — Не смей оставлять меня наедине со всеми этими девицами, — прошептал он ей на ухо, проходя дальше на кухню.       — Да ладно, я тут буду только мешать, они пришли посмотреть на тебя. Собери всю свою галантность, навыки профилировщика и вытряси из этих барышень все сплетни. — Малдер не мог поверить, что она это серьезно.       С этими словами она вытолкала его из кухни. Он не был готов стать центром внимания полудюжины женщин.       Они сели вокруг и оставили ему место в середине дивана. Молодая блондинка похлопала по сиденью, приглашая его присоединиться к ним, и Малдер внутренне похлопал себя по плечу: «Ты можешь сделать это, чувак».       После того, как Скалли помогла принести напитки, она поднялась наверх и исчезла до конца вечера. Время от времени Малдер видел, как она выглядывает из-за перил с лукавой улыбкой. Он заставит ее заплатить за это.       *****       Через несколько часов Малдеру наконец удалось выставить гостей из дома, пообещав, что он пригласит их в другой раз и прочтет им один из своих романов. Скалли очень нравилось наблюдать за его растерянностью в компании этих барышень. Однако взгляд, который он бросал ей, каждый раз когда она выглядывала, чтобы посмотреть, как у него дела, давал понять, что он без колебаний отомстит ей в ближайшее время. Но она и не возражала. Оно того стоило.       После того, как гостьи ушли, они разложили вещи и поужинали. В конце концов, это было похоже на любое другое задание, только с комфортным жильем вместо дерьмовой комнаты в мотеле. И хотя она больше любила оживленные городские квартиры нежели тихие дома на окраине города, она не жаловалась.       В доме было довольно тепло, а милые дамы рассказали Малдеру, как ему повезло приехать сейчас, когда схлынула волна июльской жары, с температурой выше 100 ° F в течение более 20 дней. Дана не возражала против жаркой погоды, но это казалось слишком.       Она оставила Малдера переключать каналы на телевизоре и поднялась наверх с мыслями о заслуженном отдыхе. Усталость от перелета, поездки на машине и жара сделали свое дело: вскоре она мирно заснула.       Она стояла в коридоре дома, очень похожего на тот, в котором они остановились. Свет нигде не горел, с того места, где она стояла, виднелись три двери и лестница в конце коридора. Еще она увидела довольно большой, освещенный слабым светом аквариум, в котором плавали пара оранжевых рыб вокруг зеленых растений и булькающим игрушечным НЛО. Она не смогла удержаться от смеха. Если бы у Малдера были бы рыбки, у него наверняка была бы такая игрушка. Дана постаралась держать эту мысль в голове, чтобы подарить ему такую фигурку когда-нибудь в будущем.       Она рассеянно вытирала пыль с картин на стене, когда кто-то позвал ее.       — Милая, быстрее, спускайся сюда!       Дана побежала вниз по лестнице и вошла большую гостиную, полную мебели. Пара диванов, журнальный и письменный стол? Она также увидела небольшую кухню слева от нее, объединенную с общим помещением. Это было странно.       Но ее глаза сосредоточились на маленькой рыжеволосой девочке, около года, которая довольно неуверенно стояла посреди комнаты. Внезапно она сделала пару неуклюжих шагов и упала в объятья высокого темноволосого мужчины, который сидел на корточках спиной к ней. Дана почувствовала щемящее чувство в груди и подступившие слезы радости, когда она двинулась к паре. Мечтала ли она о ребенке? Это было необычно.       — Ты видела это, Скалли? Лилиан только что сделала свои первые шаги! — сказал мужчина, обернувшись. Дана удивилась, увидев, как сильно он похож на Малдера, только значительно старше. У него даже была та же щетина, что и сегодня днем, но уже с проседью. Сон становился еще более странным.       — Брось, пап, это не так уж важно. Все дети делает это рано или поздно. — Тогда Дана впервые заметила подростка, сидящего на кресле. Хотя «растянувшегося» было бы лучшим определением того, как сидел этот темноволосый мальчик. Это был сын Малдера? Он действительно был похож на него, та же квадратная челюсть, и он был намного старше маленькой девочки, так что это имело смысл. Что Малдер делал со своим сыном у нее дома? И был ли это ее дом? Или все же его дом? И почему он назвал ее милой?       Голова закружилась и Скалли, наконец, проснулась в полнейшем смятении. Ей нужно было успокоиться. Это прикрытие влияло на нее совершенно нежелательным образом. Она еще плохо знала Малдера, но в одном была уверена: он точно не ее тип мужчины. Он чокнутый. Ну, может быть, это было немного грубо, Дана. Может быть, только немного… смешно.       Внезапно она услышала шум внизу и встала с кровати, все еще чувствуя легкое головокружение, схватила пистолет с тумбочки и выбежала. Войдя в гостиную, она обнаружила Малдера, выходящего из кухни.       — Господи, Малдер, ты меня напугал. Ты чего не спишь в такое время?       — Я мог бы спросить тебя о том же, — спокойно ответил он, делая глоток воды из стакана, который держал в руке.       Он стоял, прислонившись к кухонной двери, совершенно не обращая внимания на то, что на нем были только трусы. Дана всегда удивлялась этой его непосредственной манере поведения. Разве у него не было пижамы? Ей было трудно сфокусировать взгляд на его лице.       — Я, хм.., мне просто приснился сон, — она заставила себя выйти из дремотного состояния.       — Кошмар?       — Нет, просто… странный сон, — наконец ответила Скалли, задумавшись на секунду.       — Сексуальные фантазии? — Малдер спросил ухмыляясь. — Ты вон как вся раскраснелась, и щеки порозовели…       — Нет! — решительно ответила она, отворачиваясь — Это все проклятая жара, я возвращаюсь в постель. Постарайся не шуметь, ладно?       — Прости, Скалли. Сладких снов.       Она была уверена, он догадался, что она сказала не всю правду, и она забеспокоилась, что он может подумать, что ей действительно приснился сексуальный сон. Но почему ее это должно волновать? Это не было чем-то неправильным, не так ли? Возможно, это было бы уместнее, чем тот странный сон о том, что она была милой Малдера и имела двоих детей от него.