jael

      Юн Хва не заметил, как наступил день свидания с Зеньей. С самого утра он был, как на иголках. Проснулся очень радо, когда за окном еще было темно, и больше не смог уснуть. Встреча была назначена на десять часов, и Юн Хва не знал, куда себя деть в ожидании. Он весь дрожал от волнения, так что принял несколько успокоительных лекарств. К моменту, когда нужно было выходить из дома и ехать, он уже был в нормальном состоянии. Поездка предстояла не очень долгая — тюрьма находилась в окрестностях Сеула, где-то в сорока минутах езды от дома парня на общественном транспорте, и там еще минут десять пешком от остановки.              Парень с легким трепетом вошел в помещение, куда офицер открыл для него дверь. Как только Зенья увидел его, его глаза засветились от безмятежного счастья, губы невольно расплылись в улыбке. Юн Хва хотел было в порыве обнять его, но заметил, что тот снова в наручниках. Тогда он медленно подошел, а Зенья перекинул руки через его голову, чтобы прижать его к себе. Юн Хва ощутил, что готов вот-вот расплакаться, сжимаясь в маленький комочек в теплых объятиях любимого. Парень повернул голову и стал разглядывать лицо Зеньи. Они очень долго даже ничего не говорили, просто смотрели друг на друга и не могли насладиться, и вообще даже поверить в то, что снова встретились.       Зенья касался лицом его волос, сразу замечая, что парень отстриг остатки пепельных концов и улыбнулся. Так ему было намного лучше...       — Я скучал по твоему запаху... и по запаху сигарет, — Зенья с улыбкой выпустил парня из своих объятий, и они взялись за руки. Юн Хва перебирал в ладонях чужие холодные пальцы и разглядывал их же. Он будто хотел освежить в памяти каждую деталь во внешности любимого. Парень был сильно рад, что Зенью не постригли еще короче, чем он сделал это сам перед судом. Его маленький хвостик выглядел так забавно. Юн Хва вдруг дотянулся до него и стянул резинку, заставляя его короткие волосы распуститься.       Юн Хва улыбался. Зенья выглядел как-то невинно, когда концы его волос касались плеч. Юн Хва потянул его с собой к диванчику, и они сели рядом, не отпуская рук друг друга. Зенья так же, как парень, пытался как можно больше запомнить во внешности возлюбленного, чтобы этого хватило на следующие две недели.       — Как у тебя дела? — первым начал Юн Хва. Он уже мог судить по внешнему виду Зеньи, что все, более-менее, в порядке, но хотел это услышать от него самого.       — Нормально. Кормят, и ладно, — он улыбнулся, пытаясь этим подбодрить парня, — Хожу в зал. Иногда играем в настольные игры и не только. Жить можно.       Юн Хва с удовольствием слушал голос юноши, ласкающий ухо. Ему бы хотелось полностью раствориться в его рассказе, перестать существовать физически и остаться воздухом, который Зенья вдыхает перед тем, как что-нибудь сказать. Парень хлопал счастливыми глазами и кивал почти после каждого слова блондина.       — А я тебе привез свои книжки. Их проверят, а потом передадут тебе, — Юн Хва увидел молчаливую благодарность в чужих глазах. Зенья притянул его ладони к лицу, одну их них положил на свою щеку, а вторую начал целовать. Юн Хва снова чуть не расплакался от переизбытка чувств, но сдержался, сильно закусив нижнюю губу.       — А как твои дела? Как брат?       — Все хорошо, — парень улыбнулся, — Я немного подрабатываю, Нам Хён вот-вот закончит учебу и будет работать уже полный день. Он такой молодец...       — И ты тоже. Если бы не ты, то не знаю, что со мной было бы.       — Мне, наоборот, иногда кажется, что это я виноват в аварии... — Юн Хва вдруг нахмурился и опустил неуверенный взгляд. Зенья тут же повернул его лицо к себе пальцами, мотая головой:       — Нет, не говори так. Ты не причем. Это просто случайность.       Все-таки по щеке парня скатилась одинокая слеза, которую Зенья сразу поймал пальцем. Но Юн Хва кивнул и осторожно улыбнулся. Он почувствовал себя стыдливо, потому как чувствовал, что это Зенье сейчас нужна поддержка, а не ему. У него-то все более-менее хорошо, и он не сидит за решеткой.       — Если тебе будет нужно что-то еще, говори. Я привезу.       — Пока ничего не нужно. Главное, сам приезжай... — юноша поцеловал Юн Хва в лоб. Он знал, что офицеры наблюдают за их встречей от начала до конца, но ему было все равно. Он не мог отказаться от прикосновений к парню только из-за смущения. Да и ему не было стыдно за свои чувства к Юн Хва.       — Обязательно буду приезжать. Я чуть с ума не сошел, пока ждал эти две недели.       — Я тоже, — они оба усмехнулись, касаясь друг друга носами. Юн Хва жутко хотелось поцеловать юношу, но он смущался, подозревая, что за ними смотрят. Зенью это не остановило. Он притянул парня за подбородок к себе и прижался к его губам своими в затяжном, горьком поцелуе. Юн Хва еще и подсолил его своими слезами. Он не мог сдерживать их, зная, что скоро снова уедет, и они опять расстанутся на полмесяца. А ожидание встречи будет похоже на пытку, как для него, так и для Зеньи.       — Я тебя люблю, — шепнул блондин, не открывая глаз и отстраняясь на ничтожный миллиметр от чужих губ. Юн Хва заулыбался и хрипло ответил взаимностью, — Зная твою привычку попадать в неприятности, хочу сказать — береги себя там, снаружи.       — Почему это ты думаешь, что я попадаю в передряги?       — Отношения со мной — это уже большая передряга для тебя, Хва...       Юн Хва с усмешкой мотнул головой, прижимаясь лбом к плечу возлюбленного. Он, конечно же, не считал так. На секунду парень даже подумал, что все может оказаться совсем наоборот. Только бы Зенья никогда не пожалел о том, что решил с ним встречаться. Только бы он не расстался с ним. Пусть у них все будет хорошо, — молился Юн Хва про себя, глядя в медовые глаза юноши.       Они поболтали о всякой ерунде еще, пока время не закончилось. Расставаться вновь было тяжело и больно, но осознание того, что это не последняя их встреча, немного успокаивало. Все равно Юн Хва ехал домой в слезах. Закрыв глаза, он снова и снова прокручивал в голове все, что произошло между ними за эти два часа. Каждый взгляд, каждый вдох, прикосновение и улыбку он смаковал в памяти, смотрел на свои руки, которых только-только касался Зенья. Он обнимал себя этими руками, прижавшись виском к окну в автобусе. Снова в наушниках играла музыка, которую часто слушал Зенья у себя в комнате, или в машине. Юн Хва не мог избавиться от необходимости окружать себя им в каждой детали своей жизни.       — Извините, — Юн Хва сквозь музыку услышал чей-то голос. Он вытащил один наушник из уха и посмотрел на соседа по сиденью в автобусе. Это была какая-то девушка, с интересом рассматривающая его лицо. Парень слегка нахмурил брови, не понимая, что ей от него нужно.       — Это же... это вы, правда? — она приподняла в руках какой-то журнал. Юн Хва опустил на него глаза и увидел там свое лицо, блестящее от влаги, томное, пошлое, слишком грязное... Юн Хва даже передернуло, и девушка сочла это за положительный ответ на свой вопрос, — Боже мой... простите, если я вас беспокою этим, но я хочу сказать, что вы ужасно красивы на этом фото. И... и в жизни!       Она начала смущаться и теряться в словах. Парень не знал, благодарить ему девушку за комплимент или промолчать. Он буквально впервые столкнулся с такой ситуацией, когда кто-то узнал его по фото в рекламе. Девушка хотела сказать что-нибудь еще, но не знала, что. Она тоже в первый раз встретила лично кого-то, кого видела только на картинках раньше.       — А вы правда гей? — неожиданно шепнула она, наклоняясь к Юн Хва. Парень, распахнув глаза, так и не решился ей ничего ответить. Он увидел только, что автобус скоро подъедет к остановке, и вскочил на ноги:       — Извините, мне уже пора выходить, — он ловко протиснулся между девушкой и сиденьем перед ней, тут же стремительно покидая остановившийся автобус. Ему было плевать, что он выходит раньше на несколько остановок. Лишь бы сбежать от этого неловкого разговора... Юн Хва, выскочивший на улицу и пройдя метров пятьдесят, вдруг замедлил шаг. Как же ему было не по себе... Сколько это будет продолжаться? Долго еще его будут узнавать? А если реклама так распространится, что он больше не сможет спокойно выходить на улицу?       — Пиздец какой-то... — пробубнил Юн Хва, хватая зубами сигарету.       Юн Хва лежал в постели, читая лекции, когда Сун Мин позвонил ему на телефон. Парень быстро ответил, зная, что мужчина может потом ругаться, если он не возьмет трубку. Парень, отложив тетрадь, стал слушать, что ему скажут с другого конца.       — Здравствуй, Юн Хва. Не занят? — Сун Мин, кажется, спросил это у него впервые за все время. Парень отрицательно промычал, — Это славно. Хочу тебе кое-что сообщить.       Юн Хва сел на кровати, потому что так, кажется, было лучше слышно.       — Наша рекламная компания скоро сворачивается. Боюсь, что с этим продуктом фотосъемок больше не будет... — Юн Хва молча радовался, даже улыбка возникла на его лице. Наконец-то, скоро все это закончится, и он будет жить, как прежде! Но Сун Мин не дал ему радоваться долго, — Есть новое предложение. Один мой хороший друг тебя заметил и попросил твои контакты. Хочет видеть тебя моделью в своей новой коллекции.       — Я же тебе говорил, Сун Мин. Меня это не интересует...       — Просто дослушай, пожалуйста. Он... очень щедрый человек. Он готов был заплатить мне деньги даже просто за номер твоего телефона. Я, конечно, не дал, не спросив твоего разрешения. Подумай, как следует, — Сун Мин говорил настойчиво, но Юн Хва сидел и мотал головой, надеясь таким образом, в первую очередь, отговорить самого себя.       — Нет, не давай. Я больше не хочу нигде сниматься. Это не для меня.       — Юн Хва, золотце, не руби с плеча. У тебя появилась перспектива заработать кучу денег. Я бы не стал от нее отказываться слишком просто. Разве тебе что-то стоит попозировать на камеру и получить за это большие, а может даже огромные, деньги? За те же деньги придется работать годик-другой в уставшей кофейне.       — Прекрати, Сун Мин. Я же ясно выразился...       — Мне не хочется, чтобы твоя красота пропадала зря. Не разменивайся ею на мелочи. Попробуй себя. Я прошу тебя об этом от всей души, — Сун Мин был искренен в своих словах. Такая внешность оставалась незамеченной просто из-за того, что Юн Хва сам этого не хотел. Он всегда хотел спросить, много ли у Юн Хва друзей, но никогда этого не делал, прекрасно зная ответ. Очень сложно получать от окружающих искренность, владея ангельским лицом. Все тебе завидуют, все боятся с тобой сближаться...       — Разве у тебя нет никакой мечты, которую тебе хотелось бы исполнить? Купить что-то дорогое... — Сун Мин попытался мягко надавить, но попал прямо в открытую рану. Юн Хва тут же плотно закрыл глаза. Да, он хочет купить кое-что, что стоит недешево. Но стоит ли опять идти на поводу у Сун Мина ради этого? Вдруг он сможет заработать эти деньги и сам? Хотя, на фотосессии он тоже зарабатывает их сам. Только деньги кажутся какими-то легкими, и ощущаются, как что-то нереальное.       — Это точно просто фотосессия? Он не захочет, чтобы я... ну...       — Нет-нет, — Сун Мин даже усмехнулся. Парень задавал вопросы, значит, уже почти согласен, — этот мужчина предпочитает только женщин, так что тебе не о чем переживать.       — Ну... тогда хорошо. Я готов заработать денег.       Сун Мин молча обрадовался, проворачиваясь на 360 градусов в своем кресле. Тут же он решил, что стоит воспользоваться правильным моментом и затараторил:       — Кроме того, я хочу заранее тебе предложить место в моей следующей рекламной компании. Правда, она еще толком не разработана. Но я уже хочу видеть тебя в ней. Продажи на помаду с тобой обогнали все остальные оттенки из коллекции почти на сорок процентов, представляешь?       — М. Я в восторге, — без эмоций произнес Юн Хва, откидываясь на подушку на кровати.       — Я жалею, что не предложить тебе денежную долю от продаж. Получилось как-то нечестно.       — Все честно, Сун Мин. Ты помог мне, я — тебе. Об этом даже не переживай.       — Ты слишком добрый, золотой мой. Тебе стоит внимательнее относиться к окружающим. Светские личности могут попытаться воспользоваться твоим простодушием.       — Спасибо за заботу, конечно, но я не настолько глупый, каким ты меня представляешь.       — Я все время вспоминаю о том, что ты, не читая, подписал договор, — Сун Мин весело улыбнулся, Юн Хва даже не видя его, почувствовал это. У него чуть сжались челюсти от обиды, — Пожалуйста, больше никогда так не делай! Если будут сложности, можешь приносить договора в мой офис и разбирать с секретарем. Я буду только рад тебе помочь.       — Хорошо, я буду иметь в виду. Извини, мне нужно учить лекции...       — Так я передам твой номер? — Юн Хва нехотя согласился. Попрощавшись, они завершили разговор. Парень сначала раскинул руки на постели, а затем закрыл лицо ладонями. Опять фотосет... Он надеялся, что там не будет ничего сверхъестественного и придется попозировать так же, как это было в студии у Сун Мина. Не успел парень толком ни о чем подумать, как его телефон позвонил вновь. Он подумал, что это уже звонят договариваться с ним о сотрудничестве, поэтому ответил. Но он услышал там немного знакомый голос:       — Юн Хва? Это же Сон Юн Хва, да?       — Да, это я...       — О! Это я, Аими! Еле нашла твой номер, — на фоне ее голоса была слышна музыка, — Я очень хотела позвать тебя с собой на тусу. Джи Ин слилась и не может пойти, а мне нужна компания из знакомых людей. Пойдешь? Я угощаю.       — Извини, мне надо к учебе готовиться... — Юн Хва попытался так же быстро соскочить, но Аими была настойчива:       — Ну пожалуйста! Я не могу забыть, как ты на корпорате в конце вечера зажег! И хочу увидеть это еще раз, — чувствовалось, что Аими улыбался. Юн Хва замялся. Да, когда Сун Мин смог его немного расшевелить, было весело. Парень, выдохнув, приподнялся на одном локте:       — Только ненадолго! Мне завтра на пары.       — Какой прилежный ты студент, оказывается. Ладно уж! Я за тобой заеду, скинь адрес. Оденься красиво! Там будет много клевых парней, — девушка умудрилась смутить его одной фразой, но Юн Хва защитил себя, просто посмеявшись. Они прекратили разговор. Юн Хва сохранил ее номер и отправил сообщение со своим адресом. Пришлось бегло дочитывать лекцию и начать собираться.       Аими приехала на такси. Юн Хва забрался к ней в машину назад. Девушка тут же бегло осмотрела его и невольно улыбнулась:       — А ты всегда одеваешься во все черное? Хотя, тебе этот цвет реально к лицу, — Юн Хва, конечно же, не стал отвечать, что у него не такой обширный гардероб, чтобы все можно было хорошо сочетать. А идти на вечеринку просто в футболке и джинсах он не мог себе позволить, боясь, что будет выглядеть несоответствующе.       — Слушай, пока мы наедине, — Аими наклонилась к нему, и Юн Хва только в этот момент увидел у нее в руке банку то ли с пивом, то ли с энергетиком, — у тебя с Сун Мином... ну, какие-то мутки, да? Он так на тебя смотрит, как будто сожрать хочет, — девушка с ожиданием в глазах смотрела на парня, но он не оправдал ее надежд, лишь рассмеявшись.       — Нет конечно! У нас с ним ничего нет.       — Но ты же тоже чувствуешь, как он к тебе относится? Он хочет тебя, это сто процентов! — девушка сделала глоток из банки и тут же протянула ее парню, угощая его. Он не отказался. Это оказалось пиво.       — Честно, мне все равно, чего он хочет, — Юх Хва ни капли не врал, — у нас с ним ничего сейчас нет и не будет.       — Значит, уже было? — Аими, хитро улыбаясь, пригубила баночку с пивом, — Ну все ясно теперь. Я сразу поняла, что что-то такое вас связывает.       По выражению лица парня она убедилась, что права. Юн Хва, понимая, что ему нечего сказать в свое оправдание, решил поведать небольшую часть из своего прошлого девушке, которая и так обо всем догадалась:       — Это было уже давно и никак не связано с тем, что происходит сейчас.       — Значит, у него до сих пор не перегорели чувства к тебе. На твоем месте, я бы не стала игнорировать этот факт.       — Что ты имеешь в виду? — парень недоуменно смотрел, пока его снова угощали пивом. Теперь он уже сделал два глотка, сам того не замечая. Аими загадочно пожала плечом:       — Влюбленные мужчины бывают очень щедры, — Юн Хва поймал ее вкрадчивый взгляд. С ее словами он был согласен, ведь ему удалось прочувствовать это на своем опыте. Сун Мин, встречаясь с ним, одаривал его всем, чем только мог, — Может, стоит тебе к нему приглядеться? Поимеешь с него дорогих подарочков.       — Нет, я не могу. У меня... есть парень, — Юн Хва смущенно опустил глаза, слыша, как Аими протяжно охает. Ее эмоциональная чаша переполнилась, и она больше не могла сдержать радостного смеха. Этого она уж точно не ожидала, и это ее даже немного опечалило. Юн Хва мог воспользоваться своим положением и соблазнить не только Сун Мина, но и еще кого-нибудь даже побогаче. Девушка решила сообщить кое-что, по ее мнению, очень важное:       — Ну, не обязательно отрекаться от отношений, чтобы с кем-нибудь потусить. Вытянуть денежек, а потом разойтись, как в море корабли. И совсем не обязательно с кем-то спать, — Аими уверенно кивала, пытаясь убедить парня в том, что это действительно возможно, — Я сама так часто завожу отношения. Потом мне дарят что-то, что я хочу, и я бросаю этого неудачника. А он женат, например, и даже не может никому на меня пожаловаться.       Юн Хва немного задумался. Схема, конечно, странная и опасная. Нет, Юн Хва так поступать ни с кем не хотел. Он собирался отработать только новый контракт, чтобы приобрести автомобиль, и закончить со всей этой жизнью в стиле «шик» раз и навсегда. Всю дорогу дальше они с Аими молча попивали пиво из баночки, так что парень успел слегка раскрепоститься, когда они уже доехали.       Юн Хва присел за барную стойку, чтобы немного передохнуть от активных танцев. Он помахал кому-то ручкой, давая понять, что ему всего лишь нужно отдышаться, и он скоро вернется в ряды яростных танцоров. Когда он прижал к губам стакан виски со льдом, рядом с ним появилась Аими. В ее пальцах была зажата сигарета, и она продолжала танцевать, даже стоя здесь:       — У-ху! Юн Хва, не отлынивай!       Парень, сглотнув горький обжигающий напиток, слегка помотал головой:       — Подожди, а то у меня сердце остановится!.. — им приходилось говорить громче, чтобы перебивать музыку и их слова доходили до чужих ушей.       — Там один парнишка пытается у меня выклячить твой номерок весь вечер!..       — Да? Не давай! — Юн Хва весело улыбался, упиваясь собственной очаровательностью, — Если он сам лично ко мне не может подойти, то он мне неинтересен!       Они с девушкой рассмеялись друг другу в лицо. Аими обняла Юн Хва за шею и смачно поцеловала его в щеку, обдавая его запахом табака и алкоголя:       — Ты мне нравишься все больше и больше, мальчик! Я рада, что познакомилась с тобой!.. Бармен, налей нам две стопочки чего покрепче, — девушка небрежно обратилась к молодому парню за стойкой, и уже через несколько секунд получила то, о чем просила. Они с Юн Хва, звонко чокнувшись стопками, опрокинули их. Юн Хва чувствовал, что ему надо завязывать с алкоголем, иначе он не доберется до дома самостоятельно. Или вообще натворит каких-нибудь непоправимых дел, о которых будет жалеть наутро.       — Пойдем еще немного потанцуем, и по домам, — предложил сам Юн Хва, и Аими согласно кивнула на это. В обнимку под оглушающую музыку они поплелись снова в сторону толпы двигающихся в такт людей и быстро с ней смешались, но не теряли друг друга из виду. Юн Хва впервые за долгое время чувствовал такое расслабление во всем своем теле. Алкогольное опьянение позволяло ему не думать ни о чем грустном, ни о каких тяготах своей жизни. Он растворялся в музыке и своих движениях, с которыми из него будто выходил весь накопленный за долгое время негатив.       Парень резко поднял голову, и тут же уронил ее обратно на подушку от боли. Он крепко зажмурил веки, ощущая, что голова будто налита свинцом и ее просто невозможно поднять. Он приоткрыл один глаз и чуть-чуть осмотрелся. Ему было достаточно понимания того, что он спит в своей постели. Значит, домой он все-таки как-то добрался. Но как именно? Он совсем не помнил...       А который вообще час? Юн Хва нехотя дотянулся до тумбочки и нащупал на ней свой телефон, который обычно всегда туда и клал. Видимо, он был вполне в адекватном состоянии, раз уж все лежит на своих местах. Он все так же одним глазом посмотрел на экран телефона и разглядел время. 7:06. Проспал всего лишь на несколько минут. Биологические часы четко сработали и заставили его проснуться вовремя, в отличие от будильника, который он вообще не поставил накануне. Видимо, все-таки уснул раньше, чем успел сделать это.       Тут Нам Хён заглянул в его комнату.       — Проснулся все-таки? — парень тут же поморщился и прошел через всю комнату, чтобы открыть окно на проветривание, — Ну и перегарище, хён! Сколько ты выпил? А, в прочем, не пытайся вспомнить. Я вижу, что это будет бесполезно...       — Прости, Нам Хён...       — Перед собой извиняйся. Будешь весь день страдать, — Нам Хён присел на край кровати брата и грустно улыбнулся, приглаживая его волосы, — Пойдем, позавтракаешь. Сделаю тебе шипучку от похмелья, должно немного помочь.       Юн Хва и правда чувствовал себя ужасно и жалел о том, что выпил так много накануне. Он помнил начало вечера отчетливо, середину уже расплывчато, а конец вообще у него смазался в какое-то темное пятно, в которое провалились все воспоминания. Мельком он помнит, как садился в такси. Как вставлял ключ в дверь, входя. И больше ничего.       Когда он ехал на пары, то получил звонок от менеджера, видимо, того самого мужчины, о котором Сун Мин говорил. Он предложил ему встретиться сегодня, и они выбрали подходящее время. Юн Хва весь день на парах пронервничал, думая о ней. Отучившись, парень сразу же поехал в нужный офис, где его встретила менеджер, разговаривавшая с ним по телефону. Она сказала, что ее начальник готов прямо сейчас встретиться с парнем лично. Юн Хва не имел ничего против и вошел в кабинет.       Оказалось, что ее начальник — мужчина в приличном возрасте, очень добрый и улыбчивый, и Юн Хва зря дрожал, представляя встречу с ним. Он подал парню документы, которые тот теперь очень внимательно просматривал. Мужчину и это порадовало — парень показался ему сильно ответственным, и это не могло не радовать. Юн Хва, все пристально изучив, поставил аккуратную подпись и поднял голову, глядя на круглолицего мужчину:       — Могу я у вас поинтересоваться, почему вы захотели увидеть меня в своей рекламе?       — Мне понравилось, какой эффект ты производишь на молодежь. Сун Мин рассказал, что от тебя все в восторге — и девушки, и парни, которых ты смог подтолкнуть на смелость принять себя. В общем, он очень рекомендовал с тобой поработать...       — Порекомендовал, значит... — Юн Хва недовольно улыбнулся, кивая. Значит, мужчина его обманул, и это он был инициатором его сотрудничества с этим человеком, — что ж, больше вам спасибо, что прислушались к нему. Я вас не разочарую.       Юн Хва, учтиво поклонившись, попрощался с мужчиной и вышел из кабинета. Его улыбка тут же стерлась откровенным недовольством. Ох уж этот Сун Мин!.. Он всегда был таким — вел двойные игры, что-нибудь недоговаривал или вообще переворачивал ситуацию так, чтобы выставить себя в лучшем свете. Конечно, он не причинял сильного вреда этим кому-либо, но Юн Хва уже не в первый раз оказывался в ситуации, когда все оказывалось не так, как Сун Мин рассказывал ему изначально.       Ему хотелось бы, конечно, сейчас же посмотреть в глаза Сун Мина и вынудить его извиниться за ложь, но он решил, что это того не стоит. Мужчина ведь желал ему только добра, и именно поэтому так поступал. По крайней мере, Юн Хва надеялся именно на это. Скорее всего, Сун Мину не избежать рано или поздно разговора обо всем этом, но парень решил, что это может подождать.       Теперь Юн Хва был связан новым контрактом о сотрудничестве. Ему тут же передали график съемок, и он увидел, что его ожидают различные локации по всему городу. По времени все было просто отлично — не придется пропускать пары, чтобы успеть на съемки вовремя. Если Юн Хва все правильно понял, теперь он будет иметь дело с одеждой. В прочем, какая разница. Главное, чтобы заплатили. Он получит свои деньги и найдет обычную подработку. Эта игра и так уже затянулась...       — Вы слышали, что говорят про первую группу с третьего курса? — Юн Хва, сидящий в столовой, невольно услышал разговоры каких-то студентов за соседним столом. Он сразу же напряг слух, ведь речь шла про группу, в которой он изначально учился, до перевода в новую, — Парня, который там учился, вроде как посадили...       — Да ладно?! — за столом прошлась волна шока. Юн Хва даже перестал жевать и замер, слушая дальше, — А что случилось? Наверняка что-то про наркотики...       — Я не уверен, но... слышал, что он сбил своего одногруппника на машине.       — Нарочно?!       — А черт его знает. Это все, что я слышал.       — Но про кого речь? Что за парень? — Юн Хва невольно начинал злиться, слыша такую глупую заинтересованность людей в чужом грязном белье. Естественно, сам факт того, что Зенья сидит, не был таким секретом, который можно сохранить в тайне, но и обсуждать это вот так в открытую... Юн Хва этого не понимал.       — Может быть, знаете парня, который однажды вмазал Джон Хвану? — Юн Хва аж передернуло, когда он услышал это имя. Все моменты, и приятные и не очень, пронеслись в голове. Джон Хван, его бывший, хоть и недолго, парень, все еще учился в этом университете, и Юн Хва даже время от времени его видел мельком. Благо, Джон Хван делал вид, что они не знают друг друга. Это был лучший вариант развития их отношений после неприятного расставания.       — А-а, я знаю! Такой высокий, длинные светлые волосы... поняли, да?       — Ох, неужели он? — Юн Хва услышал, среди прочих, девичий голос, — Жаль, если это правда. Такой красавчик...       Юн Хва невольно усмехнулся. Это было первое высказывание, с которым он был безусловно согласен. Продолжат ли они обсуждение этой темы, или этого им будет достаточно? Юн Хва не хотел уходить до последнего, пока не услышит все, что может услышать.       — Красавчик? Да плевать. Он натуральный псих. Я не удивлюсь, если он и правда нарочно сбил его, — услышав это, Юн Хва невольно нахмурился. Теперь ему безумно хотелось покинуть столовую и не слышать больше ничего про Зенью. Ему стало неуютно от таких разговоров и страшно, что он не сможет себя сдержать и ляпнет что-нибудь в защиту возлюбленного.       Зенья — псих... Да, такое он слышал от окружающих слишком часто. Все так думали, и студенты, и даже преподаватели. Но сам Юн Хва не смог бы сказать того же про юношу. Все, что Зенья ему давал — это забота и приятное внимание к своей персоне. Он умел и слушать, и говорить. Все время угощал его, переживая, что Юн Хва мало ест. Зенья даже не смог разбудить его, когда его вырубило в доме юноши. Какой же он, после всего этого, псих? Единственное, с чем Юн Хва мог бы согласиться, это большие проблемы Зеньи с собственной агрессией. Не один раз парень видел, как юноша злится до тряски в теле, как пустеет его взгляд. Именно в таком состоянии он обычно и лез в драку. Да, с этим им еще придется разбираться.