jael

      Юн Хва приехал после пар в назначенное место. Это была фотостудия с естественно обставленным антуражем. За панорамными окнами еще было светло, рядом с ними стояли кожаные диванчики приятного бежевого цвета, похожего на кофейную пенку, круглый стол и стулья вокруг него в стиле хай-тэк. От разглядывания мебели парня отвлекли, позвав по имени. Красивая женщина, оказавшаяся организатором всего действа и по совместительству заместителем того самого мужчины, с которым парень заключил контракт. Юн Хва поклонился и хотел было завязать разговор, но женщина не позволила. Она сразу отправила парня прихорашиваться, и чтобы его переодели в нужный наряд.       Парень вел себя тихо и послушно. Здесь царила атмосфера, отличная от той, что была в студии Сун Мина. Все такие деловые, разговаривали друг с другом исключительно по делу. Но все-таки когда Юн Хва уже с припудренным лицом подошел к стилистам, они не удержались от болтовни с ним:       — Так это ты тот самый Сон Юн Хва? Ай, и тоже красавчик... Какая будет сумасшедшая композиция, согласись? — мужчина и женщина, уже приступившие к переодеванию парня, говорили между собой. Юн Хва пока не понимал, о чем речь.       — Какое нежное лицо... Видно, что даже щетина не растет. Сколько тебе лет, малыш? — Юн Хва ответил женщине, и она заметно удивилась, — Я думала меньше. Очень юно выглядишь...       — Ты и Вень Ян будете смотреться вместе просто великолепно...       Что за Вень Ян? У него будет парная фотосессия с какой-то китайской девушкой? Звучит, конечно, интересно. Жаль, что парня не предупредили. Кто это — Вень Ян? Наверное, она красивая, раз они так говорят о ней. Юн Хва, размышляя об этом, не успел заметить, как его одели. Его вдруг подвели к зеркалу, чтобы он и сам смог, видимо, выразить восторг насчет своего внешнего вида. Он понял это по лицам стилистов, стоящих по обе стороны от него и смотрящих вместе с ним на его отражение.       Юн Хва принялся разглядывать себя. Обтягивающая кофта с сильно длинным рукавом, прячущим запястья, серо-голубого цвета. Свободные брюки со стрелками, на белоснежном ремне, цвет брюк практически такой же, как у кофты. На шее повязан бледно-синий платок, прячущий вырез под ней. В руку ему всучили еще и пиджак, но велели не надевать, а просто держать при себе. Ему, в принципе, понравился его вид, но он никогда бы не надел такое в своей реальной жизни.       — А вот и Вень Ян, — с восторгом произнесла женщина стилист, нежно поворачивая голову Юн Хва ладонью в нужную сторону. Парень стал искать глазами соблазнительную китаянку, но найти такую ему не удавалось, — посмотри же. Как он божественно красив, просто с ума сойти...       Юн Хва распахнул глаза от осознания. Это не девушка, а парень!.. Наконец, он смог поймать глазами кого-то такого, о ком могла идти речь, и не поверил самому себе. Вень Яном оказался высокий юноша с крепким телосложением. Но первое, что парень в нем заметил — это осветленные до цвета жемчужного блонда волосы, собранные в тугой короткий хвостик на затылке. Юн Хва нервно сглотнул, встретившись глазами с этим Вень Яном. Тот, видимо, тоже уже знал о том, что им предстоит работать вместе, потому как подмигнул Юн Хва своим карим узким вытянутым глазом.       Парень тут же отвернулся. Он ощутил, что ему становится мало воздуха, и его рука невольно потянулась к платку на шее. Хотелось содрать его и выкинуть к чертям, но вместо этого он лишь нервно его поправил. Юн Хва не мог смотреть на этого юношу. Уж слишком сильно он был похож на Зенью... буквально от и до. И рост, и прическа... Отличало только то, что Зенья был не таким подкачанным. Это хоть немного позволяло Юн Хва абстрагироваться и осознавать, что это другой человек. Конечно, он другой. Никто не прекрасен для Юн Хва так же, как Зенья. Зен. Его Зен...       — Ну привет, Хва, — подошедший Вень Ян внезапно заговорил с парнем, одним только обращением к нему заставляя его сердце упасть в пятки. Так его называет лишь один человек. И Вень Ян совсем не тот, который имеет на это право, — Меня можешь тоже называть просто Ян. Ты же в курсе, что мы сегодня снимаемся вместе?       Юн Хва мгновенно натянул маску безразличия, которая появлялась у него в моменты, когда ему казалось, что кто-то проявляет к нему чрезмерное внимание. Даже при общении с Сун Мином он отчасти ее использовал, постоянно огрызаясь и пытаясь ему нахамить. Так он думал, что Сун Мин перестанет выражать к нему симпатию. Юн Хва не брал в расчет наличие у мужчины жизненной мудрости, ведь тот сразу понял, отчего парень так себя ведет.       — В курсе, — парень одарил Вень Яна несколько снисходительным взглядом, и тут же отвернулся обратно к зеркалу. Он рассматривал свое лицо, надеясь, что Вень Яна оттолкнет его якобы повышенное самолюбие. Но юноша, казалось, вовсе не проявил к этому интерес. Он многозначительно посмотрел на стилистов, и они, смущенно поджав губы, сделали вид, что начали увлеченный разговор друг с другом и ушли прочь.       — Думаю, нам нужно получше познакомиться, чтобы на съемках мы были расслаблены, — Вень Ян сократил расстояние между ними, становясь прямо позади него и глядя в зеркало над его головой, — смотри, как хорошо сочетаются наши образы. Как две противоположности... которые обязаны притягиваться.       Юн Хва вновь сглотнул. Именно так он все время думал о них с Зеньей. Этот Ян... он будто все знал. Или и впрямь был слишком похож на возлюбленного Юн Хва. Что это за ужасное стечение обстоятельств, которое заставляет парня сходить с ума об собственных чувств? Вень Ян помешал его мыслям, снова заговаривая:       — А ты не очень разговорчивый, да?       — Не люблю пустую болтовню.       — Ах, вот как? Тогда о чем ты хочешь поговорить? — Вень Ян загородил Юн Хва вид на самого себя своим большим телом. Юн Хва сначала уперся взглядом в его сильную грудь, но все же из вежливости поднял глаза. Он смог разглядеть лицо Яна вблизи, и это дало ему понимание, что ничерта он не похож на Зенью, — Кино, музыка, книги? Что тебе нравится, а что — не очень? Можем зацепиться за общую тему, а дальше разговор пойдет сам, как по маслу.       — Не думаю, что у нас есть что-то общее...       — Ты так недавно присоединился к модельному бизнесу, а уже такой высокомерный. Откуда такое мнение о самом себе? — Вень Ян улыбался уголками губ, но Юн Хва понимал, что за этой эмоцией кроется нечто более глубокое. Юноша был, очевидно, недоволен таким отношением к себе. А Юн Хва не хотел заработать проблем...       — Ну что ты. Я, наоборот, считаю всех вокруг высокомерными. Здесь все друг другу фальшиво улыбаются, и пытаются дружить, только если видят в этом выгоду.       — Говоришь так, будто уже хлебнул дерьма.       — Я не уверен, но... кажется, я сейчас как раз на пути к этому, — Юн Хва дернул уголком губ.       — Надеюсь, ты говоришь не о знакомстве со мной, — вставленное вовремя замечание Вень Яна вызвало полноценную улыбку на лице Юн Хва. Юноша и сам уверенно заулыбался, наконец, чувствуя себя расслабленным. Парень все же быстро сдался, показывая свою истинную натуру, — Видишь? Не все, кто изначально кажутся говнюками, такими и оказываются в итоге.       — Насчет тебя я не буду спешить с такими выводами, — и все равно Юн Хва не позволил себе любезного высказывания насчет Вень Яна. Но тот даже так не перестал улыбаться. Ему показалось, что парень был человеком, с которым, наконец, можно много о чем поговорить в открытую. Вень Ян часто страдал от скуки на съемках. Модели, с которыми его ставили в пару, почти всегда оказывались пустышками, что любили потрепаться только о моде и вечеринках.       — Хва, ты куришь? Я жесть как хочу покурить, — Вень Ян увидел кивок в ответ, и они без разрешения подошли к диванам, предназначенным для съемок. Юноша вытащил пачку сигарет из кармана и тут же услышал безумный крик женщины организаторши. Она пригрозила ему, что выкинет его сейчас же вон из студии, если он посмеет закурить. Вень Ян тихо цокнул:       — Дайте мне нормально познакомиться с парнем. Вы что, хотите получить отвратные снимки? Где мы с ним будем картонно улыбаться, потому что нихрена друг о друге не знаем?       — Ты слишком много себе позволяешь, Вень Ян! — Юн Хва пристально следил за ситуацией. Пока женщина читала морали, парень уже получил свою сигарету и зажал ее в губах. Чиркнула зажигалка, и молодые люди стали прикуривать от одного язычка пламени одновременно. И тогда, неожиданно для них обоих, их озарило вспышкой фотоаппарата.       — Ребята, вы такие живые! — послышался голос фотографа, — Пожалуйста, не обращайте на меня внимания, просто общайтесь.       Юн Хва и Вень Ян обменялись взглядами, пожали плечами и принялись почти молча курить. Для них это уже был своеобразный диалог, который могли бы понять только курящие люди. В такие моменты люди могут сблизиться сильнее, чем при бессмысленной болтовне о своей жизни. Юн Хва в какой-то момент даже расслабленно откинулся на спинку дивана, и Ян, увидев это, едва заметно улыбнулся. Он смог расположить парня к себе. Снимки должны получиться отличные... а там, может, Юн Хва согласится углубить знакомство.       — Ну и что ты думаешь? В итоге оказалось, что я был не единственным ее парнем, — ребята сидели за столом и оживленно беседовали, вернее, Вень Ян рассказывал Юн Хва историю о своих прошлых отношениях, — нашла она себе нового парня в Сувоне, и решила, что сообщать мне об этом не стоит.       — Да уж, глупо получилось… — Юн Хва, спустя минут пятнадцать от начала их разговора, наконец, перестал обращать внимание на щелчки затвора фотоаппарата. Они с Вень Яном сидели друг напротив друга и просто общались. Единственное, что их попросили сделать, это почти незаметно касаться рук друг друга. Юн Хва не мог игнорировать ощущения, передающиеся на подушечки его пальцев от чужих теплых, приятно сухих рук.       Вень Ян оказался милым парнем, с которым, возможно, ему даже удалось бы подружиться. Юн Хва пока не был уверен, нужно ли ему это, или просто этот человек представился ему хорошим парнем ради удачных кадров.       — Со мной недавно произошла тоже не очень приятная ситуация, — Юн Хва отчего-то захотел поделиться с юношей своей историей, считая, что так они смогут сблизиться еще, — Мой бывший парень слил мои интимки, и их увидела вся группа, в которой я учился.       — Какой кошмар, Хва, — реакцию Вень Яна не пришлось долго ждать. На секунду он даже сжал пальцы парня чуть крепче, но все, что видел на лице Юн Хва — мягкая улыбка. Парень успел пережить это неприятное происшествие. Его больше волновало то, что случилось после, но об этом он уже решил не рассказывать…       — Ребят, не хочу отвлекать, — заговорил фотограф, — но… можно, пожалуйста, побольше физического взаимодействия?       Оба они непонимающе посмотрели на фотографа, и поэтому мужчине пришлось описать свои желания более детально:       — Ну, например… Юн Хва, подойди, пожалуйста, к Яну со спины и положил руки ему на плечи, — фотограф дождался, когда просьба будет исполнена, но Юн Хва встал, как солдатик и не знал, как себя вести, — Ну ты совсем как неродной, Юн Хва. Будь поразвязнее. Мы все были впечатлены твоими снимками для рекламы помад…       — О да, я тоже, — Ян не мог не вставить слово, — Ты был таким горячим на тех снимках. Я каждый раз засматривался, когда они попадались мне на глаза… А сегодня ты выглядишь скромно, как мой младший братец. Давай, соблазни меня!..       — Пошел ты… — Юн Хва дал слабый подзатыльник Яну, но тут же наклонился, чтобы расслабленно положить локти на плечи юноши, мышцы на которых, к тому же, были отчетливо выражены из-за его прекрасной физической формы. Юн Хва склонил голову так, что Ян, повернув лишь немного свою, мог встретиться с парнем взглядом.       — Ну вот, уже лучше, — Вень Ян на миг дотянулся до ладоней парня своими и прикоснулся, чем заставил того заметно смутиться, — не думай ни о чем. Как я уже сказал, парни меня не интересуют. Тебе нечего бояться.       Юн Хва до сих пор не был уверен в правдивости этих слов, но ему ничего не оставалось, как безоговорочно верить юноше. Пиджак парня уже давно одиноко висел на спинке свободного стула, пока он сам всячески крутился рядом с Вень Яном. Тот все время шутил и смеялся, разряжая этим обстановку.       В какой-то момент Юн Хва оказался сидящим на столе прямо перед Яном. Они были не слишком рядом и не слишком далеко друг от друга, но оба чувствовали, что для такого кадра все-таки не хватает близости.       — Я вот все думаю, глядя на тебя, Хва, и начинаю сомневаться в своей ориентации.       — Знаешь, насколько этот способ соблазнения считается банальным в ЛГБТ кругах? — Юн Хва тихо хихикнул, увидев расстроенное лицо юноши, — Ты, конечно, хорошенький, но ты не в моем вкусе.       — Но почему нет? Я высокий, красивый, даже немного накачанный…       — А главное, что скромный.       — Это мое самое главное качество, — они оба засмеялись, но Ян быстро прервал свое веселье, — Слушай, а ты в постели сверху или снизу?..       Юн Хва такой вопрос безумно смутил, но он постарался не подать виду. Вместо того, чтобы отнекиваться и строить из себя невинную овечку, он поднял ногу с пола и поставил носочек туфли на стул между ног Вень Яна. Носик туфли едва ощутимо прошелся по паху юноши, отчего у него все буквально сжалось.       — А ты как думаешь, Ян?.. — Юн Хва начал наклоняться ближе к чужому лицу. Ян, громко сглотнув, вдруг увидел перед собой будто бы другого человека. Опущенные ресницы сильно скрывали ранее невинный взгляд Юн Хва, превращая его в чуть-чуть пошлый. Юноша отчетливо видел, что парень закусил нижнюю губу изнутри, отчего его ротик немного исказился в непонятной эмоции.       — Ты сейчас хочешь показаться пассивом, который любит доминировать, — Ян резко подался вперед, чуть не врезаясь в лицо парня своим. Тот быстро успел отпрянуть назад, а на лице его ясно выразился испуг, — но все совсем не так. Я уверен, тебе нравится, когда тебя жестко имеют сзади, вбивая твое худое тельце в кровать...       Последние слова юноша шептал, так, чтобы услышать их могли только они двое. Лицо парня вспыхнуло алым огнем, но он все равно не отвел взгляда от Вень Яна. Они смотрели друг на друга в упор, но теперь Ян был медленным холодным удавом, а Юн Хва — замершей от страха пошевелиться мышкой. Если даже он просто моргнет, Вень Ян вцепится ему в шею и начнет обвивать его хрупкую плоть собой... Парни оба чувствовали это странное напряжение, возникшее на пару секунд.       — Что ж, думаю пора переодеться и посниматься отдельно, — фотограф вмешался, резко отвлекая своим голосом Вень Яна от Юн Хва. Парень, наконец, смог поморгать, смазывая слезной жидкостью свои защипавшие глаза. Вень Ян, криво улыбнувшись, покинул парня и отправился переодеваться. Юн Хва сразу почувствовал себя лучше. Вень Ян напряг его в конце беседы сильнее всего, сказав о его потаенных желаниях. Парень только из-за этого полностью осознал сейчас, как же сильно он хочет заняться любовью. Пока еще конкретно только с Зеньей, но расшевелить его чресла уже могла любая мысль о мужчине, не важно, каком...       Юн Хва и Вень Ян стояли у подножия высотного здания, в котором они только что были и снимались для новой коллекции одежды. Снова ребята молча курили. За сигаретой у них совсем не клеился разговор, но им было и так вполне комфортно.       — Как насчет встречи в неформальной обстановке? — Вень Ян кинул свою сигарету в бачок, Юн Хва тут же последовал его примеру. Парень даже и не знал, что ответить. Если он и согласится, то ради чего? Теперь Юн Хва уже был уверен почти на все сто, что юноша не ищет простого общения с ним. У него явно более подозрительные планы на встречу с ним.       — Мой парень будет против, — Юн Хва пожал плечом, кутаясь в осеннее пальтишко. Он даже не пожалел свою прическу и натянул шапку, оставленную ему Зеньей, — он очень ревнивый и не разрешает мне общаться с другими парнями.       — А врать-то ты не умеешь, Хва, — Ян с усмешкой слегка помотал головой, — Я готов поспорить на деньги, что либо у тебя вообще нет парня, либо ты отбился от его рук и он тебя никак не контролирует. Какой вариант ближе к правде?       Юн Хва не нашел, что ответить. Из-за этого Вень Ян с обидой во взгляде посмотрел на парня, но все равно улыбнулся:       — Раз уж ты отказываешься, значит, у тебя есть на это причина... Ну, бывай тогда. Может, когда-нибудь еще встретимся.       Парень, напоследок насладившись китайским акцентом юноши, помахал ему ладонью на прощание и мягко улыбнулся вслед. Уходя, Вень Ян снова стал казаться похожим на Зенью, и Юн Хва пришлось отмахнуться от своей фантазии. Когда там уже следующее свидание с Зеном? Казалось, парень не выдержит столько ждать, и быстрее сойдет с ума.       Даже приехав домой, парень никак не мог избавить себя от навязчивых мыслей о Яне. Он постоянно прокручивал в голове момент, как случайно задел его ширинку своей туфлей. Юн Хва в самом деле не планировал его касаться, лишь поставить ногу на стул. В итоге этот жест приобрел чрезмерный эротический подтекст, настолько, что Вень Ян даже попытался пригласить его на свидание. У Юн Хва, конечно, хватило воли отказаться, но на то, чтобы перестать об этом думать вовсе, ее уже не осталось.       Юн Хва забрался в постель в домашней одежде под тонкое одеяло, чтобы просто поваляться. Его успел утомить сегодняшний день, и хотелось отдохнуть от всего, занявшись простым бездельем. Но и это ему не удалось спокойно. Голова не отдыхала, постоянно заставляя парня думать о том, что случилось в студии. Юн Хва легко мог представить на месте Вень Яна Зенью, и это только усугубляло положение. Уже через пару минут попыток отогнать эти мысли, он почувствовал, что сильно возбужден. Что ж...       Нам Хён был в своей комнате и делал домашнее задание. Все равно Юн Хва запер дверь в свою спальню, побоявшись, что тот захочет прийти и поболтать, например. У них было негласное правило — запирать комнату только в одном случае. Для Юн Хва этот случай как раз настал. Юн Хва сразу взял с собой на кровать тюбик лубриканта и вещицу, которую он порой любил использовать, как игрушку. Вернувшись в постель, парень полностью обнажил нижнюю часть своего тела. Он чувствовал себя неловко перед самим собой, потому как занимался этим довольно редко.       Опустившись на лопатки, он прикрыл глаза. Пока еще сухими руками парень нежно коснулся своего горячего члена. Кожа на нем была словно бархатной, но при этом эластичной... Юн Хва, кажется, успел забыть, каков он наощупь. Он обхватил член пальцами под самой головкой, одним медленным движением обнажая ее наполовину. Свободная рука тут же увлажнила порозовевшую головку лубрикантом, не жалея его количества для ощущения полного комфорта. Мокрые пальцы продолжили скользить по стволу, теперь он касался себя двумя руками.       Чтобы не издать лишнего звука, Юн Хва закусил нижнюю губу. Он наполнял свою голову фантазиями о возлюбленном, вспоминал их первую и пока последнюю ночь, которая казалась долгой, но ее все равно было недостаточно. Парень позволял Зенье наполнит себя, и это случилось даже не один раз. Они занимались любовью, сладко засыпали и просыпались, чтобы заняться ею снова. Юн Хва не хотел упустить и малейшей минуты, которой можно было воспользоваться, чтобы почувствовать Зенью в себе.       Юн Хва, погрузившись в свои мысли, не заметил, как одна из ладоней спустилась в самый низ. Прохладные пальцы коснулись анального отверстия, и он не смог сдержать шумного вздоха. Подливая еще лубриканта на пальцы, он мягко ввел в себя средний палец. Тут же во всем теле он ощутил приятное тепло, которое почти пульсировало и разливалось по конечностям, оставаясь в них же. Юн Хва так же отчетливо чувствовал, что лицо его уже покраснело, но не собирался останавливаться. Прочувствовать себя самого было куда легче и понятнее, чем кого-то другого.       Через пару минут незамысловатых стимуляций, он неторопливо перевернулся на живот, чуть приподнимая расставленные бедра. На кровати рядом с собой парень нащупал флакон от крема для лица, который уже давно не использовался по прямому назначению. Флакон был удобной вытянутой формы, сужающийся кверху. Юн Хва не хватало духу купить себе нормальную игрушку, так что приходилось довольствоваться этой. Снова холодный лубрикант на коже, тут же нагревающийся от пылающего, мягко растягивающегося ануса.       Юн Хва зарылся лицом в подушку и несдержанно простонал в нее. Флакон вошел наполовину, и парень замер. Форма игрушки и знание своего тела быстро позволила ему несколько раз упереться в простату, так что Юн Хва даже захотелось в туалет по-маленькому. Парень знал, что это ложное чувство, которому нужно отдаться, чтобы получить истинное удовольствие. Тогда он начал мягко толкать игрушку внутрь себя. С каждым ее проникновением его твердый член подергивался, то зависая в воздухе, то касаясь кровати головкой. Даже это мимолетное прикосновение к простыне казалось невыносимой стимуляцией, от которой уже хотелось кончить.       Юн Хва дернул бедрами, чтобы приподняться выше. Он не хотел заканчивать так быстро. Хотелось подольше почувствовать что-то в себе. Его тело начало подаваться навстречу собственной руке, и парню оставалось лишь крепче держать пальцами флакон, чтобы он не вошел слишком глубоко. Юн Хва снова охнул, проводя игрушкой по простате. Нервные сплетения были очень отзывчивы, видимо, из-за долгого воздержания. Парень снова погружал себя в фантазии, еще сильнее возбуждаясь то того, что Зенья мог бы поиметь его вот так, сзади. Вдалбливать его тело в кровать, как выразился Вень Ян... Это оказалось и впрямь возбуждающе.       Он представил, как Зенья хватает его за запястье и заводит ему руку за спину, не позволяя в лишний раз пошевелиться. Юн Хва упирается лицом в подушку, задыхаясь от собственного возбуждения. Большая нежная ладонь юноши ложится на его голову и опирается на нее, заставляя парня на несколько секунд потерять возможность вдохнуть воздуха в легкие. Зенья снова позволяет ему задышать, но тут же задает новую задачку. Когда его пальцы грубо сжимаются на волосах и оттягивают голову Юн Хва назад, он не может замолчать — ротик сам открывается из-за натяжения, а из горла вырываются низкие стоны. Пальцы на затылке сжимаются, и это больно, член скользит внутри его мокнущего тела, и это приятно...       Юн Хва успевает несколько раз скользнуть пальцами по члену перед оргазмом. Он с силой укусил подушку и зажмурился, голубые глаза невольно закатились от ощущения поглаживания пульсирующей внутри простаты. Уже через несколько секунд к уздечке под головкой невозможно было прикоснуться без щекотки. Ослабевшее тело тихо падает на кровать, и Юн Хва, наконец, может отдышаться. Парень не в силах сдержать улыбку — фантазии с Зеньей возбуждают слишком сильно, даже не давая мастурбировать долго. Юн Хва был готов сразу же уснуть от того, как его тело обмякло и разгорячилось, но, к сожалению, спать было нельзя. Нужно убрать за собой, да и вообще, ложиться спать было рано. У него еще было время почитать лекции, хотя этого ему уже совсем не хотелось...       Вернувшись после легкого душа в свою комнату, парень обнаружил на своем телефоне непрочитанное сообщение. Оказалось, что Сун Мин ему написал. Юн Хва без особого желания открыл смс. В нем было сказано «заеду за тобой завтра в 18:00». Что еще он удумал? И совсем не имеет значения, что у парня могут быть свои дела в это время?.. Юн Хва лишь цокнул. В этом был весь Сун Мин, противный старикан, на которого за это даже невозможно было злиться. Может быть, он просто хочет обсудить с Юн Хва предложение поработать в новой рекламе... кто знает. Парень ничего не ответил, но это не значило, что он отказывается.       Cун Мин был необыкновенно пунктуален. Юн Хва молча сел к нему в машину, подъехавшую слишком близко к подъезду. Парень нарочно много раз обернулся, пытаясь высмотреть, заметил ли кто-нибудь, в какую машину он сел:       — Благодаря тебе обо мне пойдут слухи среди соседей.       — Я думал, тебе все равно на такие мелочи, как мнение окружающих.       Парень не стал ничего отвечать, так как Сун Мин был абсолютно прав. Что подумают окружающие у него во дворе, ему было и впрямь все равно. Никого из соседей он все равно не знал, кроме тех, кто жил на одной лестничной клетке с ними. В одной из квартир жила молодая бездетная пара, в другой — пожилая с красивой кошечкой, которую Юн Хва однажды увидел, когда ее возили в клинику и он пересекся с ее хозяевами, выходя из своей квартиры. Что они подумают о Юн Хва, которого забирает какой-то мужик на машине? Да наплевать.       — Куда мы едем, Сун Мин? — парень лениво растянулся на заднем сидении, не замечая, что его волосы слегка касаются мужского плеча рядом. Юн Хва уставился глазами в телефон, так что его мало интересовало, что происходит вокруг. Он будто нарочно строил из себя капризного подростка в присутствии Сун Мина. Мужчина расценивал это исключительно как желание привлечь его внимание к себе. Он помнил, что Юн Хва довольно рано лишился отца, и, видимо, ему очень не хватило его внимания...       — Мне нужен новый костюм для предстоящего раута, — Сун Мин смотрел в телефон парня и видел только то, как стремительно там перелистываются видео, не понимая, как Юн Хва вообще может что-то так быстро разобрать, — Сначала посмотрим в магазинах. Если ничего не найдем, придется ехать в ателье...       — Это здорово, конечно. А я для этого зачем? — Юн Хва повернул голову и встретился с глазами мужчины. Было сложно разобрать его эмоции кверху ногами, но парень был почти уверен, что какая-то подозрительная хитринка промелькнула на чужом лице. Сун Мин, поняв, что ему сложно сдержать желание улыбнуться, выглянул в окно автомобиля:       — Мне же нужен человек, который оценит мой внешний вид.       — Мог бы взять с собой жену. Она, скорее всего, лучше разбирается в шмотках, — Юн Хва знал, что эта тема — больное место мужчины, но все равно не промолчал. Ему хотелось, наконец, услышать и понять, какие у Сун Мина отношения с этой женщиной. Когда-то давно он сказал парню, что развелся с ней, а через годик Юн Хва случайно увидел их совместное фото в интернет-новостях. Там даже говорилось, что они сошлись вновь...       — Мы почти не общаемся. И условно вместе мы только из-за детей. Она почти не спускается со второго этажа. Я практически не ужинаю дома, чтобы только она могла спокойно поесть на кухне, пока меня нет... — Юн Хва, выслушивая эту печальную историю, не мог не провести параллель с жизнью Зеньи. Поэтому следующий вопрос возник в его голове сам собой:       — Вы не ругаетесь?       — Нет, и... это самое печальное, — Сун Мин заметно поник. Разговор не приносил ему удовольствия, но он считал своим долгом поведать хотя бы малую часть того, что происходит в его жизни, — Если с тобой ругаются, значит, к тебе еще хотя бы что-то чувствуют. А если ссоры прекращаются... то это уже конец.       — Если тебе не хочется говорить об этом, можешь не продолжать, — Юн Хва приподнялся, его мягкая ладонь коснулась чужого колена. Он сразу же увидел добрую улыбку Сун Мина, и тот медленно помотал головой. Он хотел говорить. Ему было нужно говорить...       — Когда мы разошлись, по суду каждому из нас достался один ребенок. Это было самое ужасное время для моих детей. Они пока еще не могут друг без друга. Поэтому нам с ней пришлось съехаться снова... Но, право слово, Юн Хва... Я так устал от всего этого, — парень пристально смотрел в глаза мужчины, но тот упорно отводил взгляд, — Я часто думаю о том, что, может, будет лучше, если я оставлю их? Дети, хоть и маленькие, совсем не глупые и все видят.       Юн Хва совершенно случайно простой издевкой копнул слишком глубоко. Он не сомневался, что Сун Мин давно ждал подобного вопроса от кого-либо, и у него есть внутренняя необходимость поделиться своей болью, несмотря на то, что он кажется спокойным, волевым человеком.       — Прости, Сун Мин... Мне тяжело понять твои чувства, но мне и правда жаль, что задел тебя за живое. Хочешь банальный совет?       — Давай.       — Тебе было бы полезно сходить к психологу. Он поможет тебе разобраться в своих чувствах, — Юн Хва мило улыбнулся, и, наконец, получил расслабленную улыбку в ответ.       — Каждому из нас не помешало бы посетить пару приемов психолога… — Сун Мин довольно печально пробубнил, но Юн Хва, услышав это, согласно хмыкнул. Сун Мин, как всегда, изрек очередную мудрость. Именно за это парень упорно считал его стариком. Остаток пути они провели в молчании, каждый погруженный в свои собственные мысли.