Изумруд во мгле

      — Ты что, тупая? Сколько раз тебе повторять?! — гневный женский голос кричит на грани. В ответ доносятся лишь всхлипы маленькой девочки.       — Дрянь! — хлесткая пощечина.       — Мамочка, не надо!       — Живо! Поднимайся и все убирай, я сказала! — голос женщины срывается. — Поднимайся!

***

      — Поднимайся! — безэмоциональный мужской голос возвращает в реальность, — без лишних движений.       Я открываю глаза и понимаю, что лежу на земле и смотрю на розовое рассветное небо. Надо мной стоит капитан Леви, обнажив меч. Блестящая сталь зависла в миллиметре от моего лица, кажется, что я даже могу ощутить слабый запах металла и то, как он холодит кожу. Я опускаю глаза и вижу, как дыхание оставляет испарину на идеальной глади клинка, делая его на мгновение матовым. Это настолько завораживает, что я не могу отвести взгляд.       — Ты оглохла? Поднимайся. — Леви смотрит, не моргая, тяжелый взгляд серых глаз не дает мне даже двинуться с места, не то, что встать. Капитан говорит спокойно и тихо, но его тон действует сильнее самого звонкого крика.       — Леви, убери оружие, оно пока что ни к чему, — чуть позади капитана стоит широкоплечий мужчина с пшеничными волосами, уложенными в идеальную прическу. Командор Эрвин Смит. Взгляд его голубых глаз останавливается на мне. Их синева теплее серых гранитов, но всё же мужчина сосредоточен и серьезен. Густые широкие брови сведены к переносице.       Капитан убрал меч от моего лица, всё так же не сводя холодных глаз. Ладонь осталась на рукояти, мышцы напряжены. Ему понадобится меньше секунды, чтобы вернуть острие к моему телу. Порыв ветра зашумел в кронах деревьев, срывая листву с ветвей.       — Рядовая, как тебя зовут? — спокойно спросил блондин.       — Меня зовут Ханна Келлер, — неловко поднимаюсь с земли и отряхиваюсь, голова все еще кружится. — Я — член отряда специальных операций под командованием капитана Леви, — после моих слов взгляд капитана стал мрачнее.       Секунды растягиваются в вечность. Я стою напротив двоих вооруженных мужчин и единственное, что чувствую — это горечь, потому что не смогу увидеть полюбившихся персонажей, не познакомлюсь с этим страшным, но увлекательным миром. Но, с другой стороны, я чувствую облегчение от понимания, что это может быть мой конец здесь. Причём не самый худший.       Меня от капитана и Эрвина Смита отделяет всего полшага на полигоне. Два немигающих взгляда серьезных мужчин устремлены в одну сжимающуюся с каждой секундой растерянную точку. Порыв прохладного ветра поднимает пыль с травы тренировочного поля, и я понимаю, что деваться мне больше некуда. Они всё поняли. Так не смотрят на вернувшегося к жизни сослуживца. Так смотрят на предателей и дезертиров, меня считают чужой.       — Всё верно, — нарушил молчание Смит, — внешне ты действительно Ханна Келлер. Но на этом приятные новости заканчиваются. Капитан Леви знает каждого из своих солдат. Ханна Келлер — скромная и тихая личность, но от природы хороший боец с врожденными боевыми рефлексами, и даже перед лицом смерти она выдает рефлекторную защитную реакцию, отсутствие которой сегодня подтвердилось.       От его слов мое сердце пропустило удар. Так это была проверка? Они всё поняли еще раньше, а провал на полигоне лишь утвердил их подозрения? Я слушаю спокойную речь командира и чувствую, как мой пульс учащается. Нервно сглатываю, стараясь сделать это как можно незаметнее, но для них я как на ладони. Внезапно захотелось закрыться от них, будто я обнажена.       — В тебе же, — продолжил, как ни в чем не бывало, Эрвин, — и это подтверждает капитан Леви, нет ни единого качества, которые принадлежали Ханне Келлер. Что вы можете сказать об этом? — внезапно перейдя на «вы», закончил командир.       И снова повисло гнетущее молчание.       «Думай, думай, думай», — судорожно заставляю себя мыслить быстрее, — «я не из вашего мира, я совершенно другой человек, душа которого оказалась в разведчице Ханне. Ха! Что за абсурд? Никто в здравом уме в это не поверит. В лучшем случае после таких речей отправят в госпиталь, в худшем — казнят. Что же делать?»       — Отвечай, — холодной острой иглой проткнул воздушный шар моих мыслей голос капитана. Его ладонь лишь крепче охватила рукоять меча.       — Я, к-кхм, — начинаю, запинаясь. В горле резко пересохло. Перевожу встревоженный взгляд с капитана на Смита в надежде на то, что, может, хотя бы он убьет меня не сразу. — Командор, после ранения я потеряла память и не помнила ни себя, ни своих товарищей, — я говорю немного смелее, решив, что буду врать до последнего и настаивать на версии с амнезией.       «Если ты сама поверишь в свою ложь — сможешь убедить и их тоже», — в голове мелькнула мысль, которая придала мне уверенности. Терять уже нечего.       — Сейчас память на лица и сослуживцев ко мне вернулась. Частично я помню себя и свою жизнь. Но навыки владения УПМ и оружием ко мне пока не вернулись. И я не помню, какой по характеру была раньше. Сейчас я говорю искренне и открыто всё, что знаю. Может быть, такие качества были во мне и ранее, но спали до травмы. Больше мне сказать нечего. — Закончила я порывисто, на повышенном тоне, взволнованно дыша.       На полигоне снова повисла тишина. Постепенно первые лучи солнца начали освещать остывшую за ночь землю. Я часто вдыхаю воздух, пропитанный запахом трав, как в последний раз, но не могу надышаться. Понимаю, что мои слова звучали не убедительно, понимаю, что должна сказать что-то еще, но к горлу поступает только комок слез и волнения.       Я продолжаю смотреть на командира в надежде, что он вынесет какое-либо утешительное решение. Невысокий черный силуэт рядом с ним источает холод такой силы, что страшно даже повернуться. Пауза затягивается.       — Что ж… — размеренно начал Смит, — надеюсь, вы понимаете, что у нас нет оснований доверять вам. Мы подозреваем, что вы — потенциальный шпион, и мы должны предпринять соответствующие меры…       Тихий вздох вырвался из моей груди раньше, чем я могла остановить себя, плечо нервно дернулось. Лязг металла рассеял пелену страха — капитан Леви неполностью обнажил меч, среагировав на мельчайшее движение моего тела.       — Сейчас вы подвергнетесь процедуре досмотра, — уточнил командир, — согласно досье специалист проверит особые приметы, по которым можно отличить тело Ханны Келлер, проведет диагностику личностных качеств и вынесет свое квалифицированное решение. Если всё пройдет как надо — будем решать, что нам делать с вами дальше. Если нет — с вами будет разбираться королевская полиция. — Эрвин Смит легко развернулся в сторону штаба. — Если у вас не осталось вопросов — следуйте за нами.       Скрывать мне нечего, тело Ханны Келлер не подверглось изменениям. Мы с ней абсолютно похожи. А вот язык мне лучше держать за зубами. Поэтому, молча кивнув, я проследовала за Смитом. За спиной раздался металлический звук, заставивший неприятно поежиться — это капитан Леви вложил меч в ножны и пошел следом, завершая нашу напряженную процессию.

***

      До пункта назначения дошли в полной тишине. Только мерный стук форменных сапог, как часы, отмерял время до моего приговора. Командор Смит свернул направо, в коридор, заканчивающийся одиноким кабинетом, и постучал в дверь.       — Заходите уже! — воскликнул бодрый женский голос за дверью. — А, командор, это вы! Я как раз вас жду.       Высокая женщина с каштановыми волосами и странными очками на лице увлеченно заполняла какие-то таблицы. Но, завидев командира Смита, отложила бумаги и резко встала, поправив очки.       — Так-та-а-ак… — безумно улыбаясь, протянула женщина, приблизив свое лицо ко мне. — А вот и моя новая подопытная!       За спиной раздалось недовольное цоканье капитана. Женщина распрямилась и засмеялась, улыбка в одно мгновение перестала быть одержимой, а лицо стало добрым и приветливым.       — Шучу я! — громко сказала она, крепко хватая меня за плечо, чтобы утащить за собой в глубь кабинета. — Расслабься!       — Ханджи, сделай всё так, как мы договорились, — сказал Смит, — я буду ждать от тебя отчет.       — Будет сделано! Ну-с, начнем, — Зоэ закрыла дверь за уходящими мужчинами и повернулась к столу. — Ты пока раздевайся, — бросила она напоследок и с головой окунулась в коробку, полную разных папок с бумагами.       — Ханна Келлер… Ханна, — повторяя себе под нос, женщина быстро перебирала пальцами документы, — Ханна… Так… Вот! — её лицо на миг посветлело. — А, нет, хм…       — Раздеваться полностью? — уточнила на всякий случай.       — Ханна… А? Что? — растеряно моргнула Ханджи, выныривая из своих мыслей. — Верх снимай полностью. Бельё ниже пояса, так и быть, можешь оставить. В этом нет необходимости. Хотя что я там не видела! Ха! А, вот ты где! — просияв, закончила она и достала из коробки папку, на которой было написано «Ханна Келлер». Полное досье.       Не теряя ни минуты, Ханджи открыла документы и начала шуршать листами, изучая страницы.       Раздевшись и сложив одежду на пустующее кресло возле стола, я встала и уперла руки в бока.       — Готово.       Ханджи тут же оторвала взгляд от бумаг.       — Хо-хо! А Леви-то был прав! Ты прямо сама на себя не похожа. Прежняя Ханна даже в душе от всех прикрывалась. Хотя… — она встала из-за стола, — комплексовать не из-за чего.       Многозначительно подняв бровь, она осмотрела меня с головы до ног.       — Так, ладно, с комплиментами на сегодня хватит. Встань напротив окна, чтобы я лучше видела тебя. Сейчас будем тебя досматривать, — хлопнув в ладоши, Ханджи положила на стол бланк, карандаш и портной сантиметр.       Осмотр длился около получаса. Для начала Ханджи отметила все особые приметы, которые принадлежали сугубо Ханне. Среди них был тонкий шрам внизу живота, справа — у меня он остался после операции по удалению аппендицита, а откуда он взялся у этой девушки? Интересное совпадение, но больше на моем теле не было никаких особых отметин. А вот у Ханны был второй шрам на спине, прямо по линии бюстгальтера. Ханджи измеряла длину каждого шрама и что-то заполняла в бланке, напевая себе под нос незамысловатую мелодию.       — А теперь произведем замеры! — бодро сказала она, прижимая неприятно холодную измерительную ленту к моему телу.

***

      Заправляя рубашку в брюки, я выглядываю в окно кабинета. Солнце уже вовсю заливает поляну. Какая-то рыжая девушка разминается на траве, пока блондин что-то увлеченно ей рассказывает, указывая рукой куда-то вдаль. Похожи на Петру и Эрда. Кажется, оба в хорошем настроении. Это и правда был бы прекрасный день, если бы за моей спиной не скрипел по бумаге карандаш Ханджи, выцарапывая мой вердикт.       — Интересно… Твои биометрические данные и особые приметы полностью совпадают. Никаких подозрительных отклонений и несостыковок. Вот, — она протягивает мне исписанный лист, — это последнее. Ответь на все вопросы, и мы закончим.       На листах бумаги аккуратным почерком были прописаны разные вопросы, призванные раскрыть личность солдата как в бою, так и в личностно.       «Как быстро вы принимаете решение на экспедициях?»       «Можете ли вы отказать в просьбе своим сослуживцам?»       «Избегаете ли вы конфронтаций в свободное время?»       Под каждым вопросом требовалось указать цифру от 1 до 5, где 1 означало не согласие с формулировкой, а 5 — полное согласие.       — Что это? — решила уточнить я, — что-то вроде опроса?       — Да! — живо откликнулась Зоэ, — Сама придумала! Так легче понимать, кто из новобранцев на что годится, а кого и вовсе стоит отправить в гарнизон. Ты не отвлекайся, отвечай. Я потом подсчитаю значения и пойдем к Смиту. Кивнув, я принялась за вопросы.

***

      — Интересно… — протянула Ханджи, подсчитав результаты опроса. — Очень интересно… Ты отвечала честно? — она перевела на меня серьезный взгляд.       — Да, ответила так, как считаю сама, — подтвердила я, пытаясь заглянуть краем глаза в её лист с подсчетами. Она явно увидела там что-то интересное.       — Ха! Слушай, а тебя, видимо, хорошо головой приложило? — хохотнув, спросила Зоэ. — Ты не обижайся, я дважды пересчитала. Конечно, потом я тебя опрошу еще раз, но ошибки быть не может. Ты восьмой тип. А по твоим старым ответам, до амнезии, ты была вторым.       — Ханджи, могли бы вы пояснить, что это значит? — я начала немного беспокоиться.       — Тебе правда интересно?! — воодушевилась она, её карие глаза загорелись азартом. Я кивнула. — Ну, слушай. Я давно придумала этот опрос для того, чтобы нам было легче распределять новобранцев. Кто готов встать в авангард, кто и с кем поладит лучше, а кого рядом ставить не нужно.       Ханджи села за стол и закусила карандаш.       — Я смогла вычислить девять основных типов личности, — её взгляд ушел куда-то внутрь себя. — Хоть это и неидеальная теория, и засранцы-новобранцы иногда приукрашивают ответы, но это лучше, чем ничего.       Что-то наспех написав и дважды подчеркнув в бланке, Ханджи отправила его в мое досье и отложила карандаш.       — Так вот, тебя, как и всех, я тестировала несколько раз. Раньше у тебя всегда выходил ярко выраженный второй тип личности — короче говоря, девочка-стесняшка, настоящий альтруист, — она усмехнулась. — А сегодня… нет, ошибки быть не может… у тебя восьмой тип, без вариантов — боец, упертая. Хм…       — Я отвечала честно… — решила уточнить, лишь бы не проходить тест еще раз. Голову начинали сдавливать невидимые тиски — последствия «тренировки» с капитаном.       — Я и не сомневаюсь, — задумалась Зоэ. — Дело в том, что каждый тип личности имеет свою теневую сторону. И у тихонь скрытые качества — как раз демонстративность и подавленная упертость. Двойка и Восьмерка полярны друг другу. Ладно, больше тебе знать сейчас не надо, мой отчет готов, нас ждет Смит. Давай, чоп-чоп! Пойдем! — едва ли не вытолкнув меня из своего кабинета, Ханджи бодрым шагом последовала вглубь штаба.

***

Кабинет Эрвина Смита.

      — … итак, подводя итог. У меня нет сомнений в том, что это Ханна Келлер, — продолжает свою речь Ханджи, сидя в соседнем от меня кресле, напротив командующего Смита.       Его кабинет просторный и светлый. Залитый солнцем, сейчас он походил на уютную библиотеку из какой-то сказки. Вдоль стен стояли шкафы, сверху до низу забитые книгами и свитками. Диван справа от стола казался очень мягким и удобным — так и хочется прикоснуться к подушкам. Но именно на нем сейчас, по-собственнически закинув руку на спинку, расположился капитан Леви, внимательно слушая отчет. Ощущать его взгляд за спиной было некомфортно, и от этого, хоть кабинет и располагал к открытости, хотелось скорее уйти вон.       — Таким образом я могу предположить, — Ханджи передала командору досье, — что травма, полученная Ханной на задании, каким-то образом открыла в ней до сегодняшнего дня спящие качества. Которые и раньше у неё были, но в зачаточном состоянии. У меня всё.       Командор Смит внимательно изучил досье, которое передала ему Зоэ, пробежался глазами по бланку с личностными характеристиками и, отложив бумаги, облокотился на спинку кресла, сцепив руки в замок.       — Спасибо за работу, Ханджи.       Капитан лишь махнула ему рукой в ответ, мол, ей не составило труда.       — Ханна, — обращаясь уже ко мне, продолжил командор, — у нас нет оснований полагать, что ты являешься шпионом. И физически, и согласно анализу Ханджи, даже по измененным личностным характеристикам, это действительно можешь быть ты. — Он утвердительно кивнул.       — Или не может быть кто-то другой, — внезапно располагающую речь Эрвина разрезала холодная сталь голоса капитана, отчего затылок как будто обдало кипятком.       — Тем не менее, не вижу смысла таить. Ты остаешься с нами, — подвел итог командор, и я тихо выдохнула, почувствовав расслабление во всем теле. Даже не догадывалась, в каком напряжении до этого момента были мои мышцы, словно готовые бить и бежать.       — Однако мы не можем доверять тебе полностью, надеюсь на твое понимание, — продолжил Смит. — Ожидаю от тебя подтверждения верности на деле. Есть какие-то вопросы?       — Командор, скажите, а как мне быть с моими навыками владения оружием? — спросила я, в конец расслабившись и почувствовав себя немного увереннее.       — С этим тебе поможет капитан Леви и твои товарищи по отряду. Если вопросов больше нет — Ханна, Ханджи, можете быть свободны.       Не видя смысла дальше расспрашивать командора, я быстрым шагом последовала за Зоэ, которая тут же понеслась в свой кабинет, говоря что-то про новый виток в исследованиях. Как только за мной закрылась дверь кабинета Эрвина Смита, я впервые за все утро вздохнула полной грудью.

***

      — Ну и зачем ты повесил её на меня? — едва за женщинами закрылась дверь, Леви встал с дивана и по-хозяйски облокотился на стол командора. — У меня бумажная работа, теперь еще с этой возиться.       — Мне казалось, она часть твоего отряда, — спокойно заметил Эрвин.       — Сейчас от неё толку не больше, чем от дохлого титана.       — Мне нужна пара глаз, которым я доверяю, — сказал Смит, протягивая Леви бланк из досье, на котором красовалась подчеркнутая дважды фраза «Кажется, что-то скрывает». — Присмотри за ней.