Желание

      Старая кладбищенская церковь высилась впереди на фоне опускающегося за горизонт солнца.       Я обходил ограды могил, скамеечки, кустарник, кучу мусора, состоящего в основном из искусственных венков, пластикового мусора и гнилых досок, раздражаясь, что препятствия замедляли. На фото покойных, которые кое-где уцелели на памятниках, не смотрел, словно боясь осуждения.       Моя цель была одновременно безумна и притягательна. Я собирался призвать Дьявола.       Мистика давно притягивала меня. Образы демонов будоражили воображение. Будили похоть. Я вечерами смотрел эротические аниме и хентайные рисунки с демонами и людьми, предаваясь онанизму.       Увлечение оккультизмом только подогревало интерес к теме. Я мечтал стать экзорцистом, чернокнижником, шаманом, демонологом — кем угодно — только бы соприкоснуться с вожделенными образами лично.       Несколько дней назад случайно удалось купить в одной лавке, торгующей оккультной ерундой, ритуал вызова Сатаны. Сначала отнесся скептически, а затем под уверения старушки-продавщицы в подлинности, решил все же взять, чтобы изучить дома подробнее, да и бабушке будет копейка к пенсии. Лист был на латыни и сильно потрепанный, будто вырван из древней книги. Я пробил содержимое в Интернете, но не нашел ничего похожего. На другой стороне листа был список ингредиентов для ритуала. Так соблазнило, что решил провести. Не получится — ничего не потеряю. Если же случится чудо — исполню порочную вожделенную мечту.       Я поудобнее перехватил рюкзак, перепрыгивая через расколовшееся от времени надгробие. Чуть не подвернул ногу и сбавил темп. Куда торопиться? Вся ночь впереди!       Заброшенная церковь была уже в паре десятков метров. В инструкции говорилось, что нужна пещера или старинное здание рядом с погостом. А про эту церквушку знал давно, когда приезжал в деревню к бабушке. Но деревня с десяток лет уже стоит заброшенная.       Родители мои были крещеными, но в церковь не ходили и бога считали не более, чем мифом. Баба Лера — мать отца — в молодости верующей не была, сказывалось советское воспитание, хотя по праздникам посещала местный храм с подружками, а вот в старость на религии совершенно переклинило. Я ее серьезно не воспринимал, девятый десяток уже, но после увлечения оккультизмом во многих ее речах начал видеть смысл. Особенно тема бесовства из ее уст звучала интересно. Я бы и с бесами переспал, если сам Сатана мной побрезгует. Дико хочется с нечеловеческим существом ночь провести.       Подойдя к полуразрушенной церквушке, я толкнул приоткрытую створку двери, белая краска на которой сильно облупилась. Дверь скрипнула, пропуская внутрь.       В стеклах цветные витражи, изображающих каких-то святых. Многие стеклышки были выбиты, и в проемы просачивался мягкий летний ветер. На стенах не осталось ни одной иконы — либо забрали священнослужители, покидая церковь, либо их попросту украли, зато роспись сохранилась почти полностью. Правда, потускнела и местами потемнела от сырости. В помещении не осталось ничего ценного, даже простой деревянный крест, что когда-то возвышался у противоположной стены, был сломан, и сейчас лежал вершиной ко мне, словно перевернутый. Крыша в правом углу прохудилась, и сквозь перекрестия балок, виднелось небо в алых отблесках заката, словно в потеках крови. Сам не знаю, почему на ум пришло такое сравнение.       Сбросил рюкзак с плеча, и осторожно положил его на пол, чтобы склянка с кровью в нем не разбилась.       Помещение завалено мусором — обломки досок, прошлогодние листья, бутылки из-под пива.       Я далеко не первый, кто побывал здесь.       Взглянул на наручные часы: половина одиннадцатого вечера.       Стоило наскоро очистить пол, а то ритуал планировался на полночь.       Интересно, зачем так важен фактор времени?       Ладно, попробуем сделать все по инструкции.       Я принялся за разборку мусора. Знал бы, что его будет много — захватил бы из дома швабру. Было бы забавно, если бы я с ней в автобусе два часа ехал. Все дачники с лопатами, да с корзинками, а я со шваброй!       Хохотнул, отбрасывая к стене обломок скамейки.       Выпрямился и отряхнул друг о друга ладони, осмотрел дело рук своих.       Площадку от крупного мусора в центре помещения очистил. А, что делать с мелким?..       Наплевав на чистоту джинсов, вытер ладони о бедра. Взгляд невольно уперся в метлу. Она лежала на полу, недалеко от того места, где я оставил рюкзак. Как же раньше не заметил?!       Подошел, нагнулся и поднял за черенок.       Деревянная, отполированная ладонями от частого использования, рукоять была крепкой, а вот прутья внизу заметно обтрепались, но это было лучше, чем мести пол руками или оставить все, как есть.       Я принялся за работу, очищая доски пола от пыли и мусора.       Должно быть, метла принадлежала церковному дворнику или кладбищенскому сторожу. Теперь не так уж и важно, главное сейчас она принадлежит мне.       Улыбнулся, заканчивая работу.       Какой же я молодец! А дома себя прибираться не заставишь. Вот что с людьми навязчивые желания делают и безумный стимул. Или мечты?..       Солнце полностью скрылось, и в церкви стало сумрачно.       Я отбросил метлу, снова вытер руки об себя и подошел к рюкзаку. Присел на корточки, покопавшись в его внешнем кармане, выудил фонарик, включил и посветил на часы: тридцать пять минут двенадцатого. Укладываюсь!       Вытащив из сумки кусок угля, мела, связку черных свечей, ритуальные камешки с рунами, баночку с кровью и распечатку с переводом инструкции ритуала, принялся с маниакальным рвением исполнять задуманное.       Начертить углем сложный рисунок было самым утомительным. Но рука вела линии уверенно, даже удивлялся точности, хотя до художника мне очень далеко. Далее обвести линии по центру мелом, что я и сделал, затем перерисовал с листа еще четыре символа земных стихий и дело было почти закончено.       На удивление, ни разу не ошибся. Наверное, незнакомая обстановка, темнота и жутковатая таинственность, охватившая меня, помогли сосредоточиться.       Отложил листы и начертил треугольник для себя. На миг появилось ощущение, что я уже не смогу остановиться, пока не закончу начатое. Но лишь посмеялся над догадкой.       Разложил руны в особом порядке, как указано на листе. Глубоко в сознании там, где хранится детская вера в Чудо, проснулась мысль о том, что задумка может получиться.       Почему-то сразу сделалось зябко. Я поежился, расставляя свечи вокруг импровизированного треугольника.       Теперь нужно вписать имена духов-защитников вне изображения, чтобы защитить себя от злых сил. Так-то не стал бы, когда хочется с вызываемым существом секса, но надо сделать все по инструкции.       Дважды допустил ошибки, которые приходилось исправлять, стирая написанное. К тому же мел принялся крошиться, а я взял с собой только один кусок. На миг появилось жутковатое подозрение, что добро в этом месте не шибко любят, раз их имена выводить выходит с трудом. Но с грехом пополам закончил рисунок своей защиты.       Поднялся. Ноги слегка затекли, пришлось размять, обойдя творение.       Взяв баночку с кровью — человеческой, как того требовал ритуал (кровь была моей), сбрызнул место предполагаемого вызова Сатаны.       Готово.       Отшвырнул пустую склянку в сторону. Она врезалась во что-то твердое и со звоном разбилась.       Посмотрел на часы, подсвечивая их фонариком.       Двадцать три пятьдесят одна.       Теперь остались последние штрихи: раздеться и прочитать заклинание.       Подошел к рюкзаку и стянул с себя ветровку. Как это возбуждающе, что нужно совершать ритуал обнаженным. В инструкции говорилось, чтобы никаких вещей за исключением нательного оберега на вызывающем не было. А также, что передавать или дарить Нечистому по его просьбе или без оной своего ничего нельзя, иначе с предложенной вещью Он заберет и твою душу. В принципе, не против ее отдать. Но не за просто так, конечно.       Снял с себя всё: раз того требует инструкция, значит буду ей следовать. Вещи положил на рюкзак.       Я довольно симпатичный, мне нравился вид своего тела. Хотя, если относиться критично, то стоило бы сбросить несколько кило. Сидение за компом портит фигуру.       Босиком стоять на прохладных и шероховатых досках неприятно. Но ничего не поделаешь. Из рюкзака достал оберег в виде белого камушка с необычным символом и повязал на шею. Бабушка не раз склоняла меня покреститься и распятие серебряное прикупила в подарок, я же вежливо отказался: я бы предпочел стать сатанистом, да друзей таких не было.       В церкви совсем стемнело. Я еще раз осветил фонариком узоры на полу: что-то было не так.       Ах, да! Зажечь свечи! Чуть не забыл самое главное.       Присел на корточки и вытащил из сумки зажигалку.       Разжег свечи. Они запылали ровно, лишь слегка подрагивая от еле уловимых сквозняков.       Теперь точно всё.       Наручные часы снял, но почему-то чувствовал, что по времени укладываюсь.       Свет свечей слабо разгонял тьму, наполнил помещение ощущением таинства. Луч фонарика стал казаться чужим и неуместным.       Я подошел к разбросанным на полу листам, нашел в них нужный с заклинанием вызова, затем взял прут из лозы дикого орешника — надеюсь, не ошибся — я не ботаник, — который должен был срезать утром с первыми лучами солнца. С первыми не получилось — я немного проспал, — но до полудня срезать успел. Кстати, нож, как и положено по инструкции, был новым. Пришлось купить, — в хозяйстве всё равно лишним не будет — и это и было его первое употребление.       Подошел к знакам на полу и, выдохнув, встал в треугольник.       Фонариком осветил черные буквы на листе, что оставил принтер, набрал в легкие воздуха и принялся читать заклинание на латыни. Дома потренировался про себя.       Получилось, на удивление, без запинок.       — Я — Владислав — заклинаю тебя… — на листе стояли скобочки, надо было вставить в них имя вызываемого духа — Сатана, именем… — в инструкции стояли скобки, в которых говорилось, что сюда надо вставить силу, которая должна будет заставить духа явиться, а кто сильнее дьявола? Только бог! — Бога! Явись же мне в виде… — опять скобки, в которых знак вопроса намекал, что я способен выбрать обличье духа. Но я же не знаю, как выглядит Сатана, так пусть будет… — во плоти! — выкрикнул я.       Ведь, если Он будет бестелесный, то как сможет заняться со мной любовью?       На одном выдохе закончил заклинание:       — Если же ты не явишься, то… — скобки, в коих вписано слово «угроза». Но чем же смогу угрожать такому могущественному созданию?! Вот же глупость написали, хотя… — Тогда я разуверюсь в твоем существовании! Итак, приди же и исполни волю мою!       Всё.       Как ни странно, эха от слов не было. Может, здесь акустика неправильная?..       Потом понял, что до сих пор сжимаю в руках фонарик и бумагу, и поспешно погасил его и, наклонившись, откатил подальше от себя, а лист принялся мять в пальцах, не зная, что с ним делать.       Без электрического света стало не по себе. Прут лозы, который поднял с пола, надо было держать в руке — про его функцию в инструкции не было сказано. Он дрожал перед лицом, и я перевернул его вниз.       Ничего не происходило. Тишина полная. Даже стрекот кузнечиков куда-то пропал. Видать, утомились, и спать легли. Мне тоже пора. Но нет — торчу, как дурак, не пойми где, с прутом в руке посреди старой церкви!       На миг захотелось рассмеяться над собственной глупостью, но не стал, чтобы не портить момент.       Появилась мысль покинуть треугольник… Но я сдержался. Сам не знаю почему, но я боялся это сделать. В инструкции говорилось, что из защитного треугольника нельзя выходить ни при каких обстоятельствах. Теперь до рассвета в нем торчать?!       Но почему-то заставить себя выйти не мог. Рациональность поборол какой-то древний, въевшийся в разум и тело страх, впитанный еще с молоком матери.       Я продолжал стоять, ожидая сам не зная, чего. Стало зябко, тело покрылось гусиной кожей. Может, не стоило раздеваться?..       Но ночь была теплой, да и холод, казалось… шел с пола.       Разве такое возможно?       Свечи горели ровно, но их свет внезапно потускнел.       Нет! Просто в церкви стало темнее. Ночь же на дворе, понятно, что темнее стало. Вот только успокоить себя не получалось. Что-то было не так.       Мысль о том, что со стороны я похожу на душевнобольного, скрылась в пучине сознания. Темнота и завораживающий блеск внезапно вытянувшихся на метр огоньков свечей заставили забыть обо всем.       Я был только здесь и сейчас, казалось сам растворился в окружающей темноте, стал частью творимого мной ритуала. Повинуясь порыву, вскинул руки и выкрикнул в центр пентаграммы:       — Приди же ко мне, Сатана, и исполни волю мою! Сейчас же!       Голос не дрогнул и не сорвался. Эхо снова не было, словно слова уносятся из окружающей меня реальности куда-то еще. Помещение наполнилось тягучим ожиданием, казалось, даже воздух вокруг загустел.       Я опустил руки, посмотрел на прутик в правой руке… Вдруг кончик вспыхнул синим пламенем и на глазах ветвь рассыпалась пеплом… Даже отбросить не успел, но призрачный огонь не обжег пальцы!       Смотрел на пустые руки и не мог поверить в происходящее. Неужели, получилось?!       Свечи дрогнули. Я перевел на них взгляд. Золотистые язычки пламени изменили цвет на кроваво-алый.       Я поморгал, но это не было галлюцинацией. Стало жутко, и я обнял себя за плечи.       Тьма из окружающего пространства, вдруг, потянулась в центр звезды… Там стало настолько черно, что свет свечей будто таял внутри.       Пришло ощущение, что не один. Волосы на затылке невольно встали дыбом. А может, просто воздух так наэлектризовался?       «Зачем ты призвал меня, Владислав?» — раздался в голове бесполый голос.       Он точно принадлежал не мне!       — Ты Сатана? — пялясь перед собой, не до конца веря в произошедшее, переспросил я.       «Зачем ты призвал меня?» — снова переспросил гость.       — Я хочу секса с тобой! — озвучил мечту. — Или с твоими демонами! Подари мне такое наслаждение, которое не испытывал ни один человек!       Возможный подвох от Сатаны конкретизация желания должна уменьшить.       «А что ты дашь мне взамен?» — тут же, без паузы на раздумье, спросил Голос.       Интересно, Ему такие желания часто задают, что Он совсем не удивляется?       — Душу! — так же быстро ответил я.       «Твоя душа и так достанется мне»       — Почему это?! — искренне удивился я. — Потому что не крещенный?       «Нет. Суть в том, что ты воззвал ко мне, смертный. А я ответил»       — Погоди-погоди! Как это? Моя душа уже твоя по одному факту вызова?!       «Да. А ты думал я с людьми стану торговаться? Вы МНЕ будете ставить условия? Нет. Уже наличие содеянного отворачивает вас навечно от света»       В инструкции такого не говорилось! Это нечестно! Я не хочу расстаться с душой так легко! Теперь мне не видать неземных удовольствий? Надо срочно что-то придумать, пока Он не ушел, а я не остался ни с чем.       — А, вдруг, ты вот так дуришь меня? — усомнился я.       «Зачем? Если твой дух уже достанется мне»       — И я не получу за это никакой компенсации?! — поразился я.       «Нет. Ты умрешь в свой срок, и душа достанется мне»       Не нравился диалог. Может, это я с ума сошел и сейчас с собой говорю?..       — А вдруг, ты мне кажешься? Я же тебя даже не вижу!       «А ты смотри внимательно. Смотри! И увидишь меня таким, каким хочешь видеть»       — То есть, во плоти?..       Тьма внутри пентаграммы, вдруг, начала менять очертания, преобразовываясь в силуэт… Почти человеческий. Пара мгновений и передо мной стоял сам владыка Преисподней. Мужское мускулистое тело, рога, копыта, огромные крылья и горящие огнем глаза — один в один, как в моих эротических фантазиях! Его тело с оранжевым отливом кожи покрывали золотые узоры татуировок.       Сатана стоял передо мной обнаженным. Я невольно ощутил вожделение к Нему, ведь я гей, но предпочитаю обычно об этом не распространяться.       — Ты точно ТАК выглядишь? — подивился я, любуясь выходцем из Ада.       «Нет. У меня нет обличия в вашем смысле этого слова. Я такой, каким видят меня твои очи»       Шикарный образ родило мое подсознание. Даже глупо улыбнулся.       Огненные глаза, казалось, прожигали насквозь. Я ощутил предвкушение. Мой член невольно приподнялся.       — И что будет дальше? — растерянно спросил я Его, ожидая, что Он сделает первый шаг.       — Ничего. Будешь жить, как раньше, — ответил Он мне, как человек, вслух, а не мысленно. При этом в пасти блеснули клыки.       — А как же мое желание?! — Ваше Желание — лишь причина воззвать ко мне.       Неожиданный облом. Узнать, что Дьявол существует, стоять с Ним рядом и получить отказ! Немыслимо. После такого пропадет желание жить. Или он так все и задумал?       — Значит, ты желаешь вызвать страдания человека, не исполняя его желания? — спросил я.       Снисходительная улыбка:       — Какие-то я исполняю. По своему усмотрению.       Очень в духе Сатаны.       — А если мое желание не будет эгоистичным, и я, например, пожелаю… мир во всем мире! Исполнишь? — поинтересовался я, хотя сейчас на весь мир было совершенно фиолетово.       — Нет. Это ни в чьей власти. Никто не может изменить целый мир. Да это было бы скучно. Чем больше смертей, тем больше душ, — прорычал Он.       — А бог может исполнить такое желание?       — Да. Но не захочет. Иначе его идеи о покаянии за грехи потеряют смысл.       — А зачем бог создал мир, в котором люди страдают?       — Не он его создал. И ни один из нас. Есть силы более могущественные, чем мы. Но я не могу тебе о них поведать.       — Почему?       — Ты человек. Ты принадлежишь своему миру.       — А, если бы я не захотел ему принадлежать? Рассказал бы?       — Тебя так манят запретные знания?       Снова улыбка на его губах, теперь соблазнительная.       — Да, — почти не думая ответил я, представляя себя в объятиях Сатаны. Раз теперь у меня нет ни души, ни секса с Ним, то пусть хоть знания, да получу! Авось, пригодятся!       — Тогда… пойдем со мной! — Дьявол, приглашающе, протянул мне ладонь с острыми черными когтями.       Я замер в раздумье. Что-то прямо подмывало согласиться, но я ведь понятия не имел, что меня ждет.       — Ты зовешь меня в Ад?.. — решил уточнить.       — Не совсем. В обитель наслаждений! Все, как ты хочешь.       Сатана снова соблазнительно улыбнулся и расправил за спиной кожистые крылья.       — А что меня там ждет?       — Увидишь.       Ему всё-таки удалось меня заинтриговать.       — А я смогу вернуться?       — Есть условия. Но я потом их озвучу.       — Мне будет больно?       — Я не знаю, что ты почувствуешь. Переход у каждого свой.       Только сейчас до меня дошло, что я Ему очень нужен, иначе бы Он не стал со мной говорить.       — Ты хочешь забрать меня всего: и тело, и душу? — уточнил я.       — Ты же хотел получить вечность наслаждений! По-иному я не в силах осуществить твое желание.       — Если я пойду с тобой, то перестану быть человеком?       — Внешний вид в целом сохранить сможешь, но без изменений не останешься. Например, питаться и дышать тебе будет не нужно. В том смысле, что есть сейчас.       — А что меня будет окружать? Ведь рядом не будет ни моих друзей, ни знакомых… Только сейчас подумал о них.       — Не будет. Но ты получишь желаемое, — ответил Дьявол.       Внутри все возликовало.       — А можно получить секс от тебя сейчас? Хочу понять, на что променяю свою жизнь.       Сатана рассмеялся:       — Да. Но ведь тебе будет мало одного раза со мной.       Возбужденно сглатываю. А ведь так. Если понравится — захочу еще и еще. Что же делать? Бросить все и отправиться в неизвестный рай? Или остаться и выбрать одну ночь? Душу-то в любом случае уже потерял.       — Я не прихожу к людям дважды. Если откажешься — второго шанса не будет, — напомнил мне Сатана, ощутив мои сомнения. — Ты ведь хочешь получить неземное наслаждение?       — Хочу. Но из этого мира не готов пока уходить. Хотя, не спорю, твое предложение очень заманчиво. Можно как-то совместить это?       — Можно, — протянул Сатана. — Если пойдешь ко мне в услужение. Ты не сковал себя узами ни с одной Силой, а я мог бы дать тебе покровительство. Все что от тебя потребуется: выполнять иногда кое-какие вещи. А я буду приходить к тебе каждую ночь, чтобы утолить твою похоть.       — Согласен! — тут же выпалил я.       Такой вариант меня больше, чем устраивал.       — А после смерти я попаду в обитель наслаждений? — алчно спросил я. — Потом хотелось бы там побывать.       — Ты можешь попросить меня забрать тебя туда в любой момент, — смилостивился Сатана.       — Я счастлив! — широко улыбнулся я, ликуя, что все мои желания начинают исполняться в лучшем виде. — А много людей служат тебе?       — Не ты будешь первым, ни ты последним, — пространно ответил Дьявол, пристально глядя на меня. — С рассветом я уйду, но до первых лучей солнца — я твой. Так иди же ко мне, Владислав! Неси в мыслях мое имя!       Понял, что не устою. Был еще вариант: отказаться от всего и остаться в треугольнике, если Нечистый обманет. Но я готов был рискнуть и уже проиграл своей похоти.       К тому же душу уже потерял… Или Он только сказал, что я ее потерял? Никаких изменений в себе пока не почувствовал.       Я смотрел в пылающие пламенем глаза Сатаны, и искал в них ответа. Он улыбнулся мне настолько соблазнительно, что мое тело вспыхнуло жаром. Его глаза так манили… Захотелось сделать шаг, выйти из охранительного круга.       Дьявол был прав, такой шанс бывает только раз в жизни. Разве много я потеряю? Семьей обзавестись не успел. Останутся только родители. Но у них есть моя младшая сестренка — так что не все для них так печально. А я буду счастлив, если исполню безумную мечту.       Заняться сексом с самим Сатаной — это же то, о чем я грезил столько времени!       Он протянул мне ладонь, почти касаясь когтями защитной незримой стены, обозначенной на полу белым мелом.       — Ты хочешь меня, верно? — снова спросил Он, торопя. На сей раз вопрос прозвучал не только вслух, но и в моих мыслях, охватывая разум изнутри.       Сердце в груди билось часто. Соблазн был слишком велик. Мне очень захотелось коснуться его руки, почувствовать, что Он не призрак и не плод моего воображения.       Я плюнул на осторожность и робко коснулся пальцами его ладони, словно боясь обжечься. Но она была теплой и мягкой, почти человеческой.       Боялся, что Он схватит меня за руку и утащит к себе, поэтому невольно напрягся, ожидая подвоха. Но Сатана даже не сжал мою ладонь, давая себя потрогать.       Я еще чувствовал, что могу убрать руку и отказаться… Но Дьявол выглядел таким мирным и соблазнительным, что я вложил ладонь в его, и сам сжал ее, давая согласие… на исполнение своего тайного желания.       Сатана сомкнул пальцы на моей ладони и одобрительно кивнул. Он держал мою руку в своей осторожно, почти ласково, а потом вежливо потянул меня к себе, предлагая выйти из защитного треугольника.       По руке потекло тепло от Владыки Ада, согревая меня, изгоняя сомнения и страхи, наполняя адской похотью.       Сделав шаг, я покинул защитный знак и ступил в Его пентаграмму.       Дьявол притянул меня к себе, завел мою руку за спину, прижимая к себе всем телом. Дал остро ощутить, что мы оба обнажены. Его тело было приятно горячим, но не обжигающим. Огонь в Его глазах снова принялся выжигать меня изнутри.       Я ощутил, что теперь полностью в Его власти и мне это нравится.       — Ты не убьешь меня? — почти равнодушно выдохнул я, мелькнувшее на задворках сознания опасение.       — Нет. Ты же хочешь овладеть моим телом. А я — твоим.       Словно всполохи пламени были Его слова. Они пронизывали меня насквозь, предлагали отдаться и забыть о сомнениях.       Сатана обнял меня, склонился и поцеловал. Я ответил на поцелуй. Его губы были сухие и горячие.       Его тело источало тепло, что передавалось мне, согревало, успокаивало, расслабляло. Захотелось забыть обо всем в его объятиях, подчиниться.       Мыслей о сопротивлении не было: Дьявол больше не казался мне чудовищем. Хотя пойти с Ним я боялся, но не нутром, а сознанием. Где-то еще билась мысль, что Он меня околдовал, что Он не настолько безобиден, как кажется. Но мне было уже все равно. Я хотел только получить фееричный оргазм.       Как же я Его хочу…       Мы страстно целовались. Он затек в мой рот длинным языком. Я чувствовал его острые клыки, когда касался их губами.       Веки потяжелели, по телу разливалась слабость, то ли усталость сказывалась, то ли Сатана пил мои силы.       — Давай, возьми меня, — прошептал я, соглашаясь на все. — Я согласен служить Тебе, — сказал уже громче и увереннее. Но произносимые слова казались мне чужими. Происходящее в дрожащем пламени свечей начало напоминать сюрреалистический сон. Как грустно, если это не будет реальностью, верно?       — Владислав, я принимаю тебя в ряды своих слуг! — провозгласил Сатана, а затем наклонился и поцеловал меня в лоб, как покойника. При этом я ощутил жжение на коже.       — А что должен сделать я, чтобы подтвердить… сделку? Разве, договор заключают не на бумаге? — поинтересовался я.       — Это формальность для тех смертных, кому она нужна. На деле достаточно словесного согласия. Но ты можешь сделать, и кое-что еще, — усмехнулся Он.       Сатана положил ладони мне на плечи и надавил, заставляя опуститься на колени перед его пахом. Я послушался, верно расценив намек. Погладил его внушительных размеров член и взял в рот головку. С нежностью и страстью на которые был способен, принялся удовлетворять Его орально. Хотя при этом безумно возбудился сам.       Это все было несравнимо лучше, чем дурацкие картинки на мониторе!       Когда Он кончил мне в рот — именно к этому я и стремился — жадно проглотил его горьковатое семя. Еще раз лизнул его член языком и поднял голову.       Жар разлился по мне, мысли вынесло из головы, я был готов выполнить любой Его приказ. Только бы вечно испытывать тот уровень вожделения, который меня охватил.       Руками коснулся бедер владыки, чувствуя, как перекатываются под кожей мускулы, перевел ладонь на ягодицы и провел ею вверх до основания хвоста.       Он поднял меня вверх за плечи и принялся целовать настойчиво, хищно.       Ни за что бы не подумал, что стану на самом деле влюбляться с Сатаной!       Его горячий язык пробежал по моим ключицам и шее.       Кажется, огонь потек по венам. Пламя вожделения пробуждали прикосновения Искусителя, и я отдавался им полностью.       Слияние наших губ стало страстным, обжигающим. Он прижал меня к себе руками, правой провел по спине, царапая когтями кожу. Стон наслаждения подкатил к моему горлу.       Когда Он внезапно оборвал поцелуй, я с сожалением облизал губы, еще хранившие его приятно-горьковатый привкус.       Мое сердце гулко стучало в груди, а дыхание сделалось частым.       Поцелуи Владыки скатились на мою шею и грудь. Его длинный язык скользил по ребрам.       Я в блаженстве запрокинул голову, отдаваясь ему. Коснулся ладонями Его безволосой головы, провел пальцами по основанию мощных рогов и выше до самых кончиков. Мой фетиш удовлетворен полностью.       Сатана принялся опускаться, обнимая меня за плечи и увлекая за собой вниз на доски пола.       Я не сопротивлялся. Ничего не хотел, кроме как ощущать на себе его прикосновения, поцелуи и раствориться в наслаждении.       Как оказался лежащим на жестком полу, я не помнил. Лишь чувствовал Его над собой, видел в неверных отблесках пламени Его огромные темные крылья, раскинутые над нами, ощущал прикосновение горячего влажного языка к своему животу, паху, соскам. Его руки ласкали мои бока, спускались на бедра.       Я шумно и часто дышал. Тело наливалось жаром, он тек внутри, собираясь в паху. Когда ладонь Дьявола обхватила мой напрягшийся член, я не сдержал стон.       Его мягкие пальцы провели по бедру, предлагая мне раздвинуть ноги. Я поддался. Я находился в таком состоянии, что был готов на всё, только бы наслаждение, которое Он мне дарил никогда не прекращалось.       Сатана оказался прекраснее, чем я представлял в самых разнузданных фантазиях про рогатых демонов.       Его шероховатый язык ласкал мою промежность, скользил по внутренним сторонам бедер, затекал внутрь меня. Когда Его влажные губы обхватили мой переполненный возбуждением член, по телу прошла волна дрожи от предвкушения пика блаженства, и я закусил губу, провел ногтями по его крепким плечам, но кожа была слишком плотной, чтобы оставить ссадины.       Глотка Сатаны была приятно обжигающий, сладкая судорога прошла по телу, и я быстро кончил. Он проглотил моё семя и облизнулся. Волна огня пробежала вверх от паха по позвоночнику, выгибая мое тело, ударяя в мозг, выжигая последние мысли. Я запрокинул голову, не сдерживая счастливого стона.       Если бы Сатана сейчас приказал мне что-либо, я бы выполнил не раздумывая, дал бы согласие на что угодно! Но Он не приказывал и не просил ничего. Даже мою душу… Если она и, правда, уже не была у него.       Его губы снова накрыли мои, предлагая начать поцелуй. На сей раз я уже не медлил, сам приник к нему, и затек в его рот языком. Ощущал его острые клыки и это только сильнее возбуждало.       Ладонь Дьявола страстно погладила мне живот, снова спустилась в промежность, пальцы проехались меж ягодиц, когти Он предусмотрительно втянул, предлагая впустить Его внутрь.       Тело, охваченное негой, не сопротивлялось проникновению. Его палец скользнул внутрь меня, гладя кишку изнутри. С моих губ сорвался вздох, на миг, прерывая пьянящий поцелуй. Владыка Ада с загадочной улыбкой лизнул мою щеку длинным скользким языком, потом вновь приник к губам.       Я обвил Его руками, провел ладонями по мускулистой спине.       Когда второй Его палец проник в меня и плавно задвигался, а затем и третий, я выгнулся, обвил любовника бедрами, предлагая не тянуть.       Дьявол оборвал скольжение наших губ и заглянул в глаза. Огонь в них завораживал и затягивал в саму бездну Ада. Я готов отправиться туда хоть сейчас!       — Бери меня, я твой, — зашептали мои губы. — Это все, чего я хочу. Наслаждения! Подари мне его и получишь самого преданного раба!       Сатана извлек из меня пальцы и провел ладонью по моему правому бедру, ягодице, прижимая мое тело к себе, дав ощутить промежностью Его твердый член.       — Ты теперь навечно принадлежишь мне! — изрек Он. — Как и твоя душа!       Я не был против, и только счастливо прошептал:       — Да.       Подчиняться Ему заводило. Быть может, я мазохист или Владыка Ада на меня так повлиял.       Он вошел в меня резко, на всю глубину. Я застонал от резкой боли и наслаждения, смешавшихся во мне воедино. Сатана заскользил сначала плавно, затем всё убыстряя темп. Каждое движение, каждый Его толчок внутри, разносил по телу испепеляющий жар. Возбуждение мое уже достигло пика. Я стонал в голос, зажмурившись, и запрокинув голову. Губы пересохли от частого дыхания, во рту было сухо. Плоть горела, еще немного и я превращусь в головешку! Это было бесподобно! У меня был секс с парнями… Был и с девушкой… но ТАКИХ ощущений не было ни с кем!       Когда Его тело вздрогнуло, извергая в мою сгорающую плоть, семя, показавшееся мне струями лавы, я почувствовал, как Его наслаждение — если он не имитировал оргазм — становится моим собственным. Как оно пробегает по каждой мышце, изгибает позвоночник, вырывается из тела с каждым выдохом-стоном, переходящим в вопль наслаждения.       Его когти в порыве страсти оцарапали мне бока и бедра. Но боль лишь усиливала адскую похоть, охватившую меня.       Теперь я понимал, что такое гореть заживо! Если в Его обители наслаждения ТАК, то я готов немедленно последовать за Ним!       Он плавно выскользнул из моего тела, и беззвучно дыша, навис надо мной. С Его губ сорвалась капля слюны, и приземлилась на мою часто вздымающуюся грудь, не в силах остудить ее.       Изнеможенное тело еще пылало в экстазе, дыхание из меня вырывалось с хрипом, со сладострастными стонами.       Я был абсолютно счастлив!       Я больше не обнимал Сатану, лишь поглаживал подушечками пальцев Его грудь, шею, подбородок, щеки, словно для того, чтобы удостовериться, что передо мной не призрак. Он поймал мои пальцы губами и принялся их обсасывать.       Когда возбуждение начало спадать, я почувствовал себя опустошенным, словно выпитым, но это ощущение было приятным. Я облизнул пересохшие губы.       Дьявол, выпустил мои пальцы, лизнул. Как большой кот, потерся о мою ладонь щекой, а затем, проведя руками вверх по моим бокам, усадил меня, словно тряпичную куклу к себе на колени, где я снова ощутил его твердый член.       На миг перед глазами всё поплыло, я схватился за плечо… «хозяина» — слово всплыло в мыслях само и стало естественным, — чтобы не упасть.       В дрожащем пламени свечей Дьявол был прекрасен. Сейчас Он мне виделся самым совершенным существом. Я даже ощутил, что люблю Его.       Владыка усмехнулся. Вдруг, оцарапал себе грудь когтями. Из раны выкатилась алая капля, оставляя темную дорожку на его коже.       Сатана притянул меня к себе, зарыл пальцы в волосы на затылке, сжав их и не давая отстраниться. Затем пригнул мою голову к своей груди, уткнув губами в порез.       — Лижи! — приказал Он, и глаза его сверкнули. — Глотай мою кровь.       Я послушался и провел языком по Его коже, стирая темные капли, что проступали из раны.       Кровь была слегка горьковатой, как и семя, но мне понравился вкус. С каждым глотком сила наполняла мое ослабевшее тело, а разум заволакивала пьянящая пелена.       Язык и горло приятно пожигало, словно я вкушал дорогое вино. Я был абсолютно счастлив чувствовать Сатану так близко.       Его ладони нежно ласкали меня, предлагая забыть обо всем, предлагая снова утонуть в пучине наслаждений. Испив его крови, я поцеловал Дьявола в губы, а потом отдался Ему еще раз. Пока рассвет не разлучил нас.