Гордая львица

      Агата, теперь уже Афифе, направлялась к султану. И снова думала, что это счастливая случайность. Завтра будет новая девушка или Махидевран, которая после последней ссоры теперь сидит и помалкивает.       Открыли двери и она вошла в покои. Сулейман был рад её видеть. Когда Афифе поклонилась, он поднял её за подбородок и поцеловал.       После султан провёл своей рукой по её щеке и улыбнулся. - Ты так быстро сбежала утром, Агата,- сказал, восхищаясь её глазами. - Я теперь Афифе. Ваша матушка дала мне это имя, - ответила девушка. - Оно тебе совсем не идёт, - признался Сулейман. - Для меня ты будешь Долунай. - Хорошо, - она улыбнулась, снова целуя его.       Утром Долунай подольше задержалась в покоях султана. Пришла она ближе к обеду. К ней тут же подошла Ярослава. - Слушай сюда, полячка! - грубо обратилась она. - Султан только мой! А ты игрушка на два дня! Уяснила?       Афифе кивнула, уходя. Ссориться с фавориткой, тем более беременной, себе дороже. Да и её позвала Валиде.       Долунай зашла в покои главной госпожи и поклонилась. Рядом с ней сидела Хатидже Султан, с интересом рассматривая вошедшую. - Валиде, султанша, - она поклонилась. - Приходи, Афифе, - кивнула Айше Хавса. - Госпожа, повелитель дал мне ещё одно имя - Долунай, - ответила девушка. - Вот как? Ну, ладно, видно сильно ты сыну моему понравилась, - хмыкнула Валиде Султан. - Я видела эту Ярославу, - поменяла тему госпожа. - она не достойна участи матери наследника. Поэтому когда родит, ребёнка я тебе отдам. - Но, госпожа... - Не спорь с моей матерью! Как она сказала так и будет, - вмешалась в спор Хатидже Султан. Долунай кивнула и опустила глаза.       Как бы там ни было, путь к вершине в гареме всегда лежал через рождение наследника. Афифе пусть и не желала власти, но Валиде настаивала. Этим вечером она обязана была вновь побывать у султана. Однако, сама девушка считала, что так она быстро наскучит султану да и проблемы с Махидевран ей ни к чему. Поэтому сегодня в покои пошла вымаливать прощение Гюльбахар.       Но всю следущую неделю Долунай провела с султаном на злость беременной Ярославе. К слову, она очень завидовала Афифе и даже желала ей смерти. Махидевран, которую, к счастью, простили, всё время витала в облаках и была не против новой наложницы.       Несколько месяцев спустя Сулейман пошёл в поход, оставив возлюбленную в столице. Афифе грустила, хотя не успела так сильно привязаться к падишаху, ведь в последнее время он много работал и она редко бывала в его покоях.       Валиде была не довольна, что Афифе всё ещё не беременна. Она пару раз отправляла её к лекарю, но та разочарованно просила подождать. Айше Хавса расстраивалась. Ей осталось ждать когда родит Ярослава и когда сын вернеться домой.       Однажды Махидевран подслушала разговор Валиде и Долунай. В её сердце засела обида, что госпожа променяла её, но она ничего не могла сделать - её только простили за прошую истерику.       Долунай же не видела ничего плохого в том, что она всё ещё не беременна. Она больше училась, практиковала турецкий, общалась с другими жителями дворца в поисках поддержки и дружбы. С Дае у неё получилось подружиться, а вот с Негяр - нет. Они как-то сразу не поладили. Может потому что калфа была тайно влюблена в султана.