супер - лучший вожатый!

Когда троице всё же выдают ключи и отпускают, Крейг идёт рядом с ними, пялясь в траву на дороге и пиная камушки, и это… Непривычно. Даже чересчур. Как для Кайла, привыкшего к постоянным подьебам и толчкам от Эрика, так и для Кенни, любящего скрасить тишину разговором с Лео. Пока тишину разбавляет лишь стук колесиков чемоданов о неровную дорогу. По пути им так же удаётся выяснить, что в третьем домике поселили Клайда, Токена и Джимми, а в пятом теперь можно найти Баттерса, Кевина и Твика. Кенни уныло плетётся рядом. Кажется, он чем то очень обеспокоен. Насчёт остальных домиков парни не уверены, так как не могли заметить, кто в них заходит, а вот первый и второй определённо принадлежат вожатым. Кайл видел, как Стэнли заходил в самый крайний. Не то, что бы он следил за своим вожатым, но… Ладно, хорошо. Может быть, и следил немного. Просто новый человек, просто вызывает интерес к себе. Ещё на построении им выдали форму, представляющую из себя голубые футболки, белые шорты и ленточки. Синие, с плохо опаленными краями. В то время, как многие попытались завязать их на шее, на пионерский манер, Стэн, кажется, повязал её на руку. Но Кайл не следил, неа. Не. Просто темноволосый парень вечно попадался на глаза. Глаза. Глаза. У него огромные мешки под глазами, и это сильно контрастирует с яркой улыбкой и стремлением к своей работе. Это удивляет. Все вместе заходят в домик и выдыхают с облегчением. После холода саус парка здешняя жара кажется невыносимой, а в домике прохладно и свежо. С одной стороны комнаты, слева от двери, стоит двухэтажная кровать, с другой — такая же кровать, только вместо нижнего яруса у неё стол. У входа стоит шкаф. Решив выбрать меньшее из зол, Кайл занимает ту кровать, что над столом, и обозначает своё присутствие чемоданами рядом. Кенни сразу же открывает окно, на что остальные пока не обращают внимание, а Крейг устало падает на единственную нижнюю кровать, которую выбрал для себя, и утыкается в телефон. Спустя пару минут слышится раздражённый вздох, и телефон оказывается лежащим на тумбочке. — Тут почти не ловит интернет. Теперь все трое вздыхают в унисон. Это было ожидаемо, но все равно очень неприятно. Кенни себе места не находит. То встанет к окну, то сядет рядом с Крейгом, насвистывая, то теребит лямку рюкзака. Наконец, он берёт свой пакет с формой и распаковывает её. Когда Маккормик бесстыдно начинает раздеваться, то Крейг вновь берет в руки телефон, а Кайл… Кайл прикрывает глаза ладошкой. Что ж. Молодец. Мило с твоей стороны. Кенни начинает смеяться, и что уж говорить о нём, когда даже Такер прыскает со смеху. Лицо Кайла приобретает багровый оттенок, едва не сливаясь с волосами. В этом плане он так же завидовал другу — тот не стеснялся ничего. Иногда даже казалось, что вообще ничего. Даже в начальных классах он был одним из тех мальчиков, кто в раздевалке мерялись «длиной» И, судя по его поведению, он продолжает так делать. Кенни наконец переодевается и встаёт перед зеркалом, приклеенным к шкафу. Он выглядит а этой форме… Неплохо. Окей, ладно, она ему идёт, подчёркивая красивый цвет глаз и за счёт мешковатости скрывая худобу. Только шорты сваливаются — Маккормик подтягивает их и затягивает на завязки. Ленточку пихает в карман. Даже при своей худобе и не особо высоком росте, Кеннета нельзя было называть нескладным. По крайней мере, плечи у него были широкими, а ступни и ладони — большими, и выглядело это даже ничего. Повертевшись немного перед зеркалом с самодовольной улыбкой, он забрался на свой ярус и грохнулся в кровать со стоном облегчения. Кайл недоверчиво покосился на свой пакет с формой. Было чувство, что она ему не будет идти и на пятнадцать процентов так же хорошо, как Кенни. Но он всегда равно начинает стягивать джинсы. Гоготнув из-под потолка, блондин рукой закрывает глаза, передразнивая Брофловски. Очевидно, что он все равно подглядывает, но… Но это Кенни, господи, ему можно. Напялив на себя одежду, Кайл так же подходит к зеркалу, и, о, господи. Это кошмар. В отличии от Маккормика, сам Кайл никогда не мог похвастаться широкими плечами, а потому футболка сейчас сползает с одного из них, оголяя ключицу. Про шорты и говорить нечего. Сползают хуже, чем с Кенни, что тут и завязочки сраные не помогут. В купе с высоким ростом, тонкое тело Кайла выглядит ещё комичнее. Растерянное выражение лица рыжего оказывается слишком смешным, и Такер, который, казалось, не отрывался от телефона, сдерживает улыбку. На верхнем ярусе парень продолжает хохотать. Кайл рычит, завязывая ленточку на запястье, и так же забирается на свой ярус, падая лицом в подушку и накрываясь простыней с головой. Ужасно. Смех стихает постепенно, но, судя по голосу, Кенни продолжает хихикать. — Боже, чувак. Ты можешь попросить поменять форму, наверное… В ответ только молчание. А потом, судя по звукам, начинает переодеваться Крейг. А потом слышны тихие смешки, шлепок по руке и обиженное бурчание. Наверное, в это лучше не вмешиваться. Кайл вспоминает, что их, вообще то, должны были позвать на обед к часу дня, и смотрит время. Без десяти минут. Тут же в дверь постучали. Через пару секунд она открылась, и в неё голову просунула Венди, улыбаясь. — Привет. Просто зашла напомнить про обед. Не опаздывайте. Подмигнув, она уходит и закрывает дверь. Кенни прокашлялся. — Она горяча. — Не начинай. — Крейг раздражённо вздыхает. — Нет, серьёзно, просто факт. Половину разговора Кайл пропускает, думая сейчас, почему то, не о горячей Тестабургер, а о втором вожатом. Обращает внимание на парней только тогда, когда ему задают вопрос. — А ты что думаешь? Запоздало реагируя, Брофловски поднимается, сгибаясь, что бы не удариться головой о потолок, и чешет плечо. — Такие мешки под глазами… Не высыпается, наверное. Кенни и Крейг переглядываются. — У Венди нет мешков под глазами…? — Венди? Когда до парня доходит, он хочет ругнуться, но дверь снова открывается. Появляется второй вожатый. — Извините, там… Там обед начинается. Придите хотя бы в первый раз, иначе нам дадут нагоняй, ребята. — он виновато улыбается и уходит. Кайл начинает спускаться, удивляясь своей удаче и тому, как легко все забыли его конфуз. Крейг быстро перескакивает на другую тему. — Ты реально пойдёшь? Разве тебе есть дело? — Я не хочу, что бы им попало. Подразумевая под «Им», скорее, всего одного человека, он выходит из домика и увязывается за остальными запоздалыми подростками. Среди них Кевин, Эрик и Твик. Картман, завидев Кайла, начинает смеяться. Не так, как Кенни — противно и громко. — Господи, Каел, я сейчас со смеху лопну. Не повезло с размером, да? На тощие еврейские зады нынче ничего не шьют? Брофловски молча проходит мимо, ускоряясь, что бы успеть к началу обеда. — Давай, давай, Кайл! Спорт пойдёт тебе на пользу! — Тебе тоже, жиртрест! Он заходит в столовую, теряясь от количества людей, а потом видит незанятый стул рядом с Баттерсом. Перед ним стоит гречка и кружка чая. Лео перестаёт бездумно ковыряться в каше и грустно улыбается Кайлу. — Сяду? — Садись. — Что случилось? Блондин вздыхает, откладывая вилку и глядя теперь на рыжего. — Я поссорился с Кенни. Ну, повздорили немного, потому что, знаешь… — он снова трет костяшки пальцев друг от друга, совсем как в начальной школе, а потом сжимает в ладошках край футболки. — Мы ведь оказались в разных домиках, не смогли решить, кто к кому будет ходить. Он сказал, что ему лень! Представляешь? Лень?! Думаю, он просто не хочет… Мальчик прячет обиженное лицо за кружкой с чаем, делая глоток. Женщина с подносом на колёсиках ставит кашу перед Кайлом. Не совсем понимая, как поддержать друга, он кладёт руку на плечо. — Он не не хочет, Лео. Понимаешь, он… Он такой человек, но… Только сейчас становится понятно, из-за чего Кенни выглядел таким потерянным… — Ты бы видел, как он расстроился, когда понял, что ты не будешь в одном домике с ним. — Правда? — Да, правда. Я поговорю с Кенни, хорошо? Не расстраивайся, чувак. Он ободряюще улыбается, и Баттерс улыбается в ответ. А ещё… Кайл оглядывается. Действительно. Ему не принесли чай. Здесь все ещё очень жарко, пряди липнут к лицу, а потому не помешало бы выпить хоть немного жидкости. А потом мимо идет Стэн. Сначала Кайл даже, почему то, забывает, о чем хотел спросить, но потом разворачивается на стуле и тихо подзывает вожатого к себе. Когда тот поворачивается, то взгляд вскользь проходит по оголенным плечам, после чего отказывается отвешенным на лицо. Но парень все равно замечает. Брофловски видит все и всегда. К сожалению. — Да? Ты чего то хотел? — Марш снова улыбается, как и тогда. — Мне не принесли чай, так что я. — Ох, блин! Опять! И Стэнли убегает в сторону кухни. Только когда Кайл начинает думать, что тот ушёл разбираться, присаживаясь обратно и принимаясь за еду, как слышит шаги позади, а потом и чувствует тепло на своих плечах. Чай, конечно, не кипяток, и Брофловски вскакивает с места скорее от неожиданности и громкого звона разбитого стекла. — Блядь! — испуганно вырывается у Стэна. Из-за громкого ругательства лицо становится ещё более испуганным. — В смысле, блять. Господи, какой кошмар. Он отступает на шаг, выглядя очень виноватым и смущенным. И напуганным. И разочарованным. Разочарованным больше, чем сам Кайл. Парень хватается за голову, едва не пулей вылетая из столовой. Брофловски так и остаётся стоять на месте, чувствуя обращённые на себя взгляды. И он понимает, каково только что было Стэну. И сахар, стягивающий кожу, уже не ощущается такой же значимой проблемой, как в автобусе. И, в отличии от Картмана, Марша хочется пожалеть, а не убить.