Будни

*** Паша нёс Еву на руках, она рассматривала окружающий мир, и ликовала. – Пап, а мозьно на лутьки? – Рыков взял дочку на руки и посадил на плечи. – Как обзор, Евушка? – Поёт нолмальный! – ответила девчушка и держала папу за голову. – А там голка, видись? И катель, дём? – Ну, пойдём! Через мгновение папа раскачивал малышку на качели, она громко смеялась и что-то напевала. – Ты поёшь, Ева? – Дя! Кыатые катели летят, летят, летят. – напевала Ева и улыбалась, на пухловатых щёчках красовались ямочки, такие же как у папы. – Держись, мы взлетаем! – Ева вцепилась в поручень и заявила: – Я готова, пап! *** Диана сидела в детской, причёсывала куклу и в комнату зашла Марина Леонидовна. – Диана, ты занята? – Уже нет, а что ты хотела? – Хотела узнать, как дела у любимой внучки. – Нормально. Баб, я тут подумала, что папа очень красивый и сильный. – И что же ты этим хочешь сказать? – Когда я вырасту, я выйду за папу замуж. – ответила Диана. – Да? Диан, папа будет старым к тому времени. – Ой, вот только не надо пламенных речей. Аверина улыбнулась, поняв, что Дианка копия Ольги до кончиков ногтей. – Хорошо, как скажете, Диана Павловна. В садик завтра пойдём? – Ок, только без Евы. Марина перевела дыхание и помогала внучке наряжать куклу. – Баб, стой. Сюда зелёный не подходит, давай красный бантик повяжем? *** Через пару часов девочки спали, Марина готовила ужин, а Павел ходил, размышляя, что делать с конфликтом дочерей. – Мам, ты знаешь, Ева поёт. Крылатые качели напевала, пока гуляли. – Ева очень на тебя похожа. Ты, когда маленький был, тоже пел, только Дима был против. Сказал, что это бабское занятие, и твой поход в музыкальную школу был оставлен в мечтах. – Я этого совершенно не помню. Так, ты считаешь, её нужно куда-то отдать? – Я не знаю, это вы с Оленькой решайте. О чём задумался? – Я не знаю, как их мирить, мам. – пожал плечами Паша. – Одно могу сказать точно, Диана и Ева дети своих родителей. *** Марина Леонидовна уехала домой, а Ольга вернулась поздно вечером. – Мама писла! – напрыгнула на Олю довольная Ева. – Мамусик, привет! А мы сегодня с бабушкой платье для куклы сшили. Сейчас покажу. – Диана убежала в комнату и прибежала с несколькими платьями для Барби. – Смотри! – Ой, красотища какая! – Оля чмокнула дочку в щёчку и обняла. – Мам, мам, а ты мозесь покатать меня на лутьках? – спросила Ева со слезами на глазах. – Евочка, я очень тебя люблю, но я не могу тебя посадить на плечи, мне будет тяжело. Девчонка насопила брови, алые губки из милого рыковского бантика превратились в в грустную тоскливую гримассу, и она с досадой сказала: – А папа каталь. Оля с дочками прошла на кухню, и Ева, и Диана перестали конфликтовать. – Привет, – ласково сказал Паша и поцеловал любимую в уголок губ, – а я скучал. Диана отчего-то расстроилась и убежала в комнату. – Оль, чё с ней? – Не знаю я. – Тихо ответила она. – Ева, пойдём к Диане? – Неть. Она пляхая. Арефьева тяжело вздохнула и зашла в детскую. – Дианочка, я тортик купила, пойдём пробовать? – Нет. И, вообще, когда я вырасту, я выйду за папу замуж. – Доченька, папа же занят мной. – И что? – деловито произнесла Диана. – Куда ты меня денешь? – Мм, не знаю. – пожала плечами Дианка, – Тогда я себе другого мужа найду. Только ты Еве скажи, что папа мой, и меня любит больше. Ольга присела на край кровати дочки, взяла её за руку и ласково произнесла: – Девочка моя, мы с папой одинаково любим вас обеих. Понимаешь. – Угу. – неуверенно ответила Диана, – Что там с тортом, небось весь сожрали? – Идём уже! – радушно сказала Арефьева.