Они будут вместе до конца или нового начала

С самого детства Чимин жил в семье низкого достатка. Хватало на еду и на одежду, однако дом, если так можно назвать место, кишащее тараканами и крысами, находился в далеко неблагоприятном районе. Отец постоянно пил и влезал в долги, мать еле как сводила концы с концами и воспитывала Чимина. В те редкие вечера, когда его родители не ругались, он залазил на крышу, покрытую плесенью и трещинами. Вид оттуда открывался печальный, но до мурашек красивый. В дождь она сильно протекала и Чимин засыпал под мерный звук падающих в подставленную тару капель. В средней школе определили вторичный пол Чимина. Надежды на времена получше рухнули. Мать, надеявшаяся на то, что Минн~и будет альфой, слетела с катушек и сбежала из дома. Отец стал пить ещё больше, теперь по вечерам избивая самого Чимина. Омега. Это слово как приговор было написано в документе, подтверждающий вторичный пол. Значит надеятся на тело, что выдержит большие нагрузки, не имело смысла. Следовательно и заработать деньги для выплаты долгов, что только росли, возможности не было. Хотя... Побыть сучкой, которая ложиться под всех, кто только вывалит достаточно бабок. Да и то необходимо ждать полного созревания организма. В мире есть извращенцы, любящие маленьких детей, но Чимин не согласиться на такое. Ни за что. Отец пытался подложить его под тучного мужчину, но Минн~и смог вырваться и убежать. В тот же вечер он лежал весь избитый, и хватал открытым ртом воздух, которого не хватало буквально минуту назад. Отец снова ушел пить тогда. Вернувшись на следующий день он собрал скудные вещички своего сына. На вопросительный взгляд Чимина отец ничего не сказал. Лишь равнодушно бросил: "ничтожество, хоть какой-то толк будет, не разочаруй меня ещё больше". Вечером к дому подъехала дорогая машина, подобные ей Чимин видел только в учебнике. Отец запер его в комнате. Изоляция в доме была отвратительная, поэтому Чимин всё слышал. Скрип половиц, дыхание вошедших людей и разговор. Основная суть его заключалась в том, что Отец предлагал продать Чимина. "У этого животного совсем крыша поехала". Но даже такие мысли не могли помочь Минн~и выйти из этого положения. Он был заперт в комнате без окон, а дверь надежно защелкнута с той стороны. Азартные игры. Отец не только много пил, но и имел пристрастие к острым ощущениям. Однажды попробовав сыграть в карточную игру на деньги, его тело пронзилось предвкушением, и в желании испытывать это чувство как можно дольше он стал часто наведываться в заведение под названием "Три выстрела". Проигрывая всё большие суммы и влезая в огромные долги отец стал часто присасываться к бутылке. В конце концов из порядочного человека он превратился в пьянчугу с зависимостью к азартным играм и огромным долгом. Мать в первые узнала об этом пристрастии мужа, когда в дом завалились дядьки с пистолетами. Это стало происходить чаще, после рождения Чимина. Маленьким ребёнком он ничего не понимал, а став постарше смиренно сидел запертый в комнате и ждал их ухода. Однажды всё же попавшись на глаза сыну главаря той группы людей, что находилась в подчинении директора заведения "Три выстрела", Чимина причислили к вариантам выплаты долга. Тогда отец был трезв, а мать ни в какую не отдавала ребёнка, и эти сумашествия продолжались. Но вот эта учесть всё же настигла его. Чем 12-ти летний ребёнок привлек внимание 15-ти летнего отпрыска богатенького дядьки, Чимин так и не понял. В 14 Минн~и продали. ×××××××××××××××××××××××× Два года назад кареглазый брюнет приметил мальчишку с такими же глазами и светлыми волосами. Худощавый парниша с жадностью ел булку, что по понятиям Юнги, сгодилась бы только собаке. Блондин, встретившись глазами с Юнги, сразу же забежал в дом. И ничего интересного, просто бедный мальчик с бедного района. Брюнет видел таких немало, с десяти лет катаясь вместе с братом по должникам отца. Его приучали к жестокости, а деньги считались высшей ценностью в жизни. Какой либо кровной любви в семье Минов не было. Каждый сам за себя. Однако этот пацан долго не выходил из головы Юнги, занимая его мысли каждую минуту. По своей натуре брюнет довольно миролюбив, но едкое желание привязать блондинчатого парнишу к себе и не отпускать, съедало все предрассудки. Единственное что пришло ему в голову - внести Чимина в вариант уплаты долга. По его понимаю только так он мог заполучить парнишу. И хоть не без труда, эту его самовольную идею отец одобрил. -Будет подарком на день рождение. Живя в богатой семье Юнги не знал материальных бед. Лишь моральные устои его отца мешали ему нормально жить. Всё должно быть отработано, из всего нужно извлекать выгоду. Деньги - единственное, что не предаст человека. В десять лет Юнги впервые избил кого-то. Втянувшись в это дело, стал часто разъезжать с братом на выбивание долгов. Выплата долга семьи Пак лежала на плечах Юнги, однако ездил он к ним всё равно с братом. Незнающий, что такое родительская любовь, брюнет не понимал, почему мать Чимина просто не отдала его. Всё равно парниша оказался в его руках. Хотя времени на это ушло достаточно. И вот семнадцати летний Юнги наблюдает за тем, как ещё не пробудившейся омега в наручниках вылазит из машины. Вид немного помятый, а напуганные глаза парниши вызывали восторг в душе брюнета. То, что он хотел иметь наконец-то у него в руках. Чимин шёл сам. Поглядывая по сторонам видел только лес и высокий забор, к калитке которого его вели. Ну или просто сопровождали, двое альф по обе стороны от Минн~и. Чувство тревоги нарастало, дыхание сбивалось. Чимин боялся. Боялся неизвестности. Ведь там, за этим высоким забором с ним могли сделать все что угодно. Мысль, пульсирующая у него в голове, вызывала страх. "Бежать! ". Да убежишь тут, когда вокруг столько охраны, а неподалеку ещё и стоит альфа, что хаотично выпускал свой феромон желания. Ноги подкашивались, в глазах плыло. От нарастающей паники Чимин рванул в сторону. Охрана среагировала моментально, и уже через секунду блондин лежал на земле. На нем сидел один из сопровождающих его альф, а их главарь словно бы усмехался. Когда Чимин дернулся в сторону, холод проник во взгляд Юнги. А затем и насмешка. Чего он ждал от своей жалкой попытки скрыться? Минн~и не смог даже четыре шага сделать, а его уже повалили. За это непослушание со стороны его "зверушки" Юнги пронзило желание его наказать. С самого начала, как только брюнет заинтересовался этим парнишкой, вся подноготная его семьи лежала перед ним на столе. Чувство собственного превосходство над положением этого омеги опьяняло его, а такие дерзкие выпады с его стороны будили жестокость. Ну ничего, всему своё время. -Извините, Сонбэним, не могли бы вы... Альфа, стоящий рядом не успел договорить, как секретарь Юнги рухнул на четвереньки. Отец, заведомо зная, какой первичный пол привлекает сына, наняел ему молоденького паренька омегу. Тот, пытаясь обратить внимание Юнги-хёна на себя, не раз был вышвырнут из комнаты. Мысли брюнета занимал лишь Чимин, а назойливая муха, стремившаяся подставить под него зад, раздражала. Но это насекомое являлось поощрением за хорошо выполненное поручение, поэтому Юнги не мог так просто выбросить его. -Что опять?! Злость медленно начинала закипать в брюнете, от чего в его феромон добавились нотки подавляющего гнева. На глазах секретаря выступили слёзы, а Чимин потерял сознание. То ли от шока, то ли от страха и воздействия феромонов альфы. -Извините, ваши феромоны... -Я понял. Отведите Риа в его кровать, а Чимина ко мне в комнату. И вызовите врача. Получив желаемое Юнги совсем не обратил внимание на свои феромоны, которые плотным потоком распространялись в воздухе. Досадно, что он не сможет поговорить с Минн~и сейчас. Но тут уже ничего не поделать. Через несколько часов Чимин открыл глаза. В растерянности смотря на человека, сидящего рядом, он медленно приходил в себя, осознавая где он находиться. Страх снова захлестнул его с головой, рассудок помутился и тело само стало тянуться к свободе, не обращая внимание на то, что каждую попытку пресекали. -Чего ты так буянишь? Если не прекратишь мне придеться избить тебя и посадить на цепь как собаку. В комнату зашёл сам Юнги, а врач, что сидел рядом с Чимином, удалился в сдержанном поклоне. Минн~и, разум которого бился в страхе не слышал ничего. И не видел. Лишь тянулся к двери, за которой виднелось небо. Это продолжалось в течении десяти минут, тело омеги стало уставать, но продолжало отбиваться от настойчивых рук, пытающихся успокоить его. Юнги, смотревший за всем этим безобразием и суматохой, скривился. Ему чертовски не нравилось, что к его "собственности" прикасались другие люди. Короткий приказ вырубить блондина и покинуть комнату был исполнен моментально. Юнги медленно подошел к неподвижному Чимину и, сев рядом, стал всматриваться в его черты лица. Несмотря на худобу всего тела, щечки у парниши были мягкими, как воздушное облочко, аккурантый носик и длинные ресницы, мерно вздымающиеся при вдохе. Брюнет провел рукой по изгибу талии, чувствуя толпу мурашек, что побежали по телу омеги. Его омеги. Теперь стало понятно, что так сильно тянуло Юнги к нему. Девственный и еле пробивающийся запах ещё несозревшего Чимина вводил Юнги в предвкушение. Он его истинный. По-другому истолковать эмоции, бурлящие в душе альфа не мог. Да и больно сильно они походили на те, что, как по рассказам почившей матушки, испытываешь при виде своей пары. Позволив себе лишь слегка поцеловать губы блондина, Юнги удалился. Раз бурная натура омеги не давала им поговорить спокойно, значит просто её подавит.