Они будут вместе до конца или нового начала

Чимин не видел Юнги в течение двух дней. Альфа, услышав ту фразу пропал, не возвращался домой и никаким образом не связывался. Минн~и скучал. Да, он поступил ужасно, да, он его избил, да, он убил Рея. Но... И это "но" делало омеге больно. Течка приближалась и тело, уже познавшее феромонов истинного, ломалось. Оно требовало присутствия рядом Юнги. Того брюнета, что всегда умилялся с действий и реакций, волновался за него и всегда лез обниматься. И именно такой Юнги вернулся в день течки. Зашёл в дом так, словно ничего не было. Чимин выжидающе смотрел на него. Обнял его, и сразу же отстранился. -Больно наверное. Принцесса, от тебя очень вкусно пахнет, это сводит меня с ума. Рука брюнета скользнула под майку и нежно провела по сгибу талии. Источая феромоны желания, Юнги завлекал омегу в поцелуй. Чимин простонал. Прохладная рука вызвала толпу мурашек, покусанные губы подкосили ноги, а запах просто сводил его с ума. Юнги пропитался нотками экстравагантного кофе и никакого лишнего отголоска чужих феромонов. Либо он спал с бетой, что очень хлопотно, либо не спал вообще ни с кем. Это радовало. -Юн.. Аах.. гии, мм~ Мысли омеги поплыли. Горячий поцелуй сводил с ума, а руки, нежно ласкающие соски, заставляли тело дрожать. Возбуждение пронизывало тело, выделяя смазку. Чимин созрел, и сам того не понимая желал почувствовать Юнги внутри себя. -Прекрати! Приятно. До чёртиков приятно и хочется ещё. Однако этот Юнги - не его парень, с которым он хотел это сделать. Этот Юнги переступил черту, он изранил тело Чимина. И омега не хочет отдаваться ему. Страх, что альфа сорвётся и грубо возьмёт его поглотил все мысли. Колени дрожали. Но страх ли это? Юнги скривился, схватив Чимина за горло, атмосфера стала гнетущей. Не добрый блеск в глазах походил на тот, который был тогда. В тот злополучный день, что сломал его счастливую жизнь. Воздуха стало не хватать. -Что, всё ещё плачешь по Рею? Это всего лишь собака. Я могу купить миллион таких. В горле запершило, на глазах выступили слёзы. -Прек.. Кха.. ти.. -Приказывать мне собрался? Отшвырнув омегу в сторону, Юнги прошел на кухню, захлопнув дверь. Корчась у стены, Чимин жадно хватал воздух ртом. Ещё пару минут назад, когда альфа так нежно целовал его в губы, был настоящий Юнги. А сейчас, уже другой. Это пугало. Когда ноги перестали дрожать, блондин поднялся к себе в комнату, заперевшись. Понимая, что сейчас от него пахло, он отправился в душ, в надежде смыть собственный запах. Ничего хорошего из этой идеи не вышло. Накинув на себя полотенце, Минн~и уже собирался открыть дверь, как в неё влетел Юнги. -Да с чего я должен тебя спрашивать?! Ты мой, слышишь? Или надеялся провести свою первую течку с кем-то другим?! Грязная шлюха! Юнги явно был зол, и скорее всего просто вынес дверь в комнату. Подозрения в измене больно кольнуло Чимина. -Это ты трахаешься по всяким шлюхатникам! Голову мотнуло в сторону, щёку пронзила острая боль. Не успев среагировать, Чимин уже был завлечён в дикиий поцелуй. Поцелуй со вкусом железа. Из губы медленно сочилась кровь, размазываемая другими губами. Грубые и покусанные, они были так знакомы омеге. -Тебе ли это говорить? Главный тут я, не забывай. Юнги резко повернул омегу, разместив его на столике, разбросав все стоящие там баночки, так, что тот лежал на нем животом. Уткнувшись носом в шею, он вдыхал запах Чимина, который шокированно охал. Нависший над Минн~и альфа упирался твёрдым стояком ему в бедро. Из-за течки и недавнего возбуждения омега был мокрым, жаждущим почувствовать Юнги внутри себя. Даже душ не помог успокоиться. Низ живота приятно потянуло, ситуация, которая казалась бы должна была пугать омегу, нравилась ему до чертиков. Дыхание Юнги щекотало шею, вызывало мурашки. Стоя так в течение минуты, Чимина атаковали разные чувства, начиная от отторжения такого метода, заканчивая мучительным томлением в паху и желанием покориться. Не в силах больше сдерживаться и всë ещë одержимый злостью, альфа вошёл в неподготовленного омегу. Резкая боль, которая постепенно сменялась наслаждением. -Внутри тебя пиздецки узко, Минн~и. Омега жадно хватал ртом воздух, привыкая к новому ощущению. И Юнги давал ему на это время. Оставляя мокрые поцелуи на шее и плечах Чимина, он начинал медленно двигаться. Миллиметр за миллиметром, секунда за секундой, и вот уже его принцесса стонала под ним, как последняя шлюха. Волны наслаждения пронизывали тело Чимина. Не в силах сдерживать стоны, он срывал голос, пока Юнги вдалбливал в него свой член. Ноги сводила судорога, твердая поверхность делала больно, Юнги совсем не сбавлял темп. Слëзы текли по мягким щëчкам. Чимин так и не определился, от наслаждения или от боли. Да и некогда ему было. Не дав омеге кончить, Юнги резко перевернул его и подхватил на руки. -Тебе ведь больно, малыш. Пойдем в кроватку. Хриплый, пропитанный наслаждением голос сводил Чимина с ума. Запах кофе и пончиков пропитал всю ванную, дышать было трудно. Шаг, и Юнги вошел в Минн~и глубже. Громкий стон, ласкавший уши. С каждым шагом альфа входил глубоко, омега же терзал его плечи ногтями, не в силах контролировать себя. Добравшись до кровати, Юнги положил свою принцессу, и немного сбавил темп. Вся шея мальчишки была в засосах и укусах. Наверное, тот и не заметил этого. Проведя рукой от аккуратного пупочка, до груди и почувствовав, как Минн~и дрогнул от этого, альфа принялся ласкать его соски. Мерные движения внутри Чимина, задевающие простату каждый раз, заставляли омегу стонать. Юнги, оставляя засосы вокруг аккуратного сосочка и лаская рукой второй, начал увеличивать темп, понимая, что Минн~и уже на грани. Да и он сам. -Юн.. Ааах~.. гии.. Я се!.. Мгха!! йчас... -Я знаю, малыш. Мы сделаем это вместе. Помогая рукой, он позволил омеге кончить вместе с собой. Громко дыша охрипшим голосом, Чимин потянулся к Юнги и крепко обнял. Сейчас он был готов простить ему всë. Альфа был прав, они же истинные, они судьба друг друга. Глупо будет обижаться. -Юнги... Слëзы потекли по щекам. Минн~и плакал. -Я люблю тебя, принцесса. Прошептал Юнги, целуя мокрые ресницы своего малыша. Он ошибся тогда и чертовски жалел, что сорвался. Привык поступать так с людьми, которые ему слово против говорили. А тогда он был явно не в духе, хотя и старался быть дружелюбным с принцессой. И совершил ошибку. Большую ошибку. Но Юнги верил в то, что Чимин его простит. Уже простил. -Я тоже тебя люблю, хëн... Так сильно, что ты даже не представляешь. И всегда любить буду. И всë-всë прощать. Всë таки его малыш был нежным пончиком, верящим в хорошее. И Юнги старался воплотить это в жизнь. ××××××××××××××××××××××××××××××××× -Говоришь, помирились? Это был первый раз, когда на том конце трубки ответили. Низкий голос пустил мурашки по телу. -Д.. Да. -А Риа? -Снова выгоняет. Общаются только по работе. -Плохо. Но ничего уже не поделаешь. Йорд, ты прекрасно постарался. Пока продолжай в том же духе. На том конце трубки послышались гудки. -Чего пыжиться, а? Сын истинного нашел, радоваться надо. Нет, подсовывает всяких шлюх ему в кровать, спаивая того. Пустота комнаты ничего не ответила. Да, этого никто не должен слышать. ××××××××××××××××××××××××××××××××× Марсель откинулся в кресле. Его сын нашел истинного в каком-то оборванце. В течение нескольких лет отец старательно пытался подложить ему омегу с более благородной родословной. Даже приставил секретаря омегу... Сын это явно не ценил, всегда отказывался, а не редко злился. Однако Марсель не сдавался. Недавно он решил действовать кардинально. Скоро у того оборванца будет первая течка. В надежде, что сын всë же переключится, Марсель через людей поил того афродизиаком, подкладывая под него омег. Он не мог допустить, чтобы его приемник был в браке с нищим ребенком. А именно так и вел себя Чимин.