Они будут вместе до конца или нового начала

Кромешную темноту, что манила его к себе, зазывая остаться в ней навечно, прорезал громкий крик. Кто-то выкрикивал его имя, оглушительно и плаксиво продолжая отдаляться. —Кто ты? Почему ты кричишь? Чимин делает шаг, всë тело пронзает острая боль и тяжесть, но он продолжает двигаться на голос, что становиться всë дальше и дальше. —Куда ты уходишь? Что тебе надо? Кричит в ответ, переходя на быстрый шаг. Впереди он видит яркий свет, что режет привыкшие к темноте глаза, слышит ветер, гомон, шелест и тысячи других звуков, что вытесняют тишину из его головы. Где он? Почему тут темно? Кто его зовëт? Эти вопросы не дают ему покоя, он не уверен, правильно ли то, что он бежит за ним, но точно знает, что этот человек ответит на них. Статная фигура парня маячит на горизонте, Чимин ускоряется настолько, насколько это возможно, игнорирует боль, которая расходиться волнами, затмевая разум на доли секунд. Протянутая ему рука оказывается теплой и такой приятной, неприятные ощущения улетучиваются, тело становится лëгким, неощутимым. Они бегут, спотыкаются и встают, снова продолжая бег в неизвестность, бег в светлое будущее. Через секунду тело становиться невыносимо тяжëлым, дыхание прерывистым, глаза слепят уже не приятные солнечные лучи, а искусственный свет лампы, что надвисает над ним. В попытке пошевелить рукой парень стонет от боли, издавая нечленораздельные звуки, чувствуя, что что-то ему мешает говорить, нормально дышать, слезы катятся по щекам, оставляя мокрые, соленые дорожки. Вдруг к нему, не привыкшему к свету, с зажмуренными слезящимися глазами, прикасается рука. Нежно, стараясь не навредить, снимает маску, позволяя Минн~и вдохнуть полной грудью, что вызывает у того колющую боль в районе сердца. Затем бахает дверь, распахнутая по видимому со всей силой, резкий звук пронзает голову острой болью, впуская смесь других звуков, что всë это время окружали омегу. Поморщившись, тот пытается оглядеться, узнать где он, что произошло, но через секунду сознание потухает, оставляя Юнги и врачей в палате с безжизненным телом Чимина, чей пульс уже не восстановится. ~~~ [10 лет спустя] —Знаешь, Минн~и, ничего особо то и не поменялось... Мужчина тяжело вздохнул, лёгкие тут же заполнил запах заженной лампадки. Сделанная в синих тонах на заказ, она гармонично вписывалась, "стояла как влитая", в темно-синий пейзаж. Неощутимый ветерок прошелся по кронам деревьев, стоящим вокруг, шелест листьев заставил вздрогнуть. —Мне тебя так не хватает.. Голос дрогнул и горячие слезы побежали по бледным щекам. Мужчина стоял на коленях перед могилкой его омеги, плакал, скорбил, что не успел помочь, срывался на крики, просил прощения, истерил, собирался с силами, и снова заваливался немного набок, не в силах сидеть ровно. —Мы скоро встретимся, малыш. Произносит твердо, доставая из кармана брюк нож. ~~~ —Чьи это..? Немой вопрос повис в воздухе. Девушка легко развернулась к человеку, шедшему за ней. Немолодой мужчина с добротой смотрел на пигалицу перед ним, бросая мимолетный взгляд на могилы, вздрагивая, и останавливая свой старческий взор на них. —Ох, Мива, это длинная история. Помнишь я рассказывал, как отец отправил меня работать на Марселя, в подчинение к его сыну. Моей судьбой должна была стать беременность от него, но он нашел своего истинного. Познакомься, Мива, Чимин и Юнги, омега не дождавшийся помощи вовремя и альфа, вскрывшийся на могиле своего истинного. Скупая слеза скатилась по дряблым щëкам, с лица Мивы сошла улыбка. —Дедушка Риа, а почему здесь.. В парке.. —Этот парк раньше принадлежал заведению "Три выстрела", и по распоряжению Юнги они были похоронены здесь. Причина неизвестна. Легкий ветерок принес с собой грусть. —Дедуль, они были счастливы, да? Наверное вся их совместная жизнь была нежна и наполнена любовью. —Всë не так радужно, Мива. Хочешь услышать эту историю полностью? —Угу.. —Тогда слушай, дочка, слушай..