Я люблю тебя, Ган Аттхапхан\I love you, Gan Atthaphan

***PVO Ган***

      Открыв глаза первое что, я увидел умиротворенное лицо Пи’Оффа. Рассматривая его, взгляд зацепился за губы, и я тут же вспомнил о поцелуе. Всегда инициатором был я, честно не знаю, что на меня находило… Но каждый из моих поцелуев подливал масло в огонь наших, и так непростых, отношений. Я уже не раз заставлял его понервничать и выйти из себя. А вчера вечером… мы оба были пьяны… его мягкие тонкие губы коснулись моих. Я был поражен, ведь совершенно не ожидал от него этого.       Тогда я был полностью поглощен своими чувствами, захлестнувшими меня с головой. Я был просто не в состоянии отреагировать на произошедшее. В тот момент я мог лишь поддаться животному инстинкту и просто плыть по течению. Сейчас же я полностью в своем уме, так что могу во всех деталях вспоминать тот поцелуй от своего кумира.       Могу вспомнить, как раскрыл глаза в удивлении, когда мы соприкоснулись губами. Он же свои прикрыл. Не знаю, какие цели он преследовал и о чем думал, но в чем я точно был уверен так это в том, что тот поцелуй для тебя вовсе ничего не значит. Очередная глупая игра, дабы показать крутого актера. Или же ты был настолько пьян, что потерял контроль и наконец показал мне себе настоящего.       — Как бы я хотел, чтобы это все было по-настоящему… Ты снова дал мне бессмысленную надежду — грустно улыбнувшись, я протягиваю руку к столь желанному лицу, но одергиваю себя… Ведь совершенно не хочу видеть укор или ненависть в чужих глазах, если вдруг мой сосед на одну ночь неожиданно проснется. — Я слишком слаб перед тобой Пи’Офф… — Офф сморщил нос и перевернулся на спину, заставляя меня невольно улыбнуться.       Я встал с кровати и спустился вниз. Снова я сбегаю от своих проблем, но знаю точно, если бы задержался там еще хоть на минуту, то точно бы совершил очередную ошибку, о которой потом пожалею.       Не знаю за что полюбил тебя и почему все еще продолжаю держаться за эти чувства, как за спасательную соломинку. Я всегда видел от тебя лишь красный свет ненависти и презрения, но я отчаянно продолжаю идти вперед, лишь бы быть рядом с тобой. Ты словно закрываешь брешь внутри меня.       Вчерашний поцелуй — это нарушение всех границ. Знаю, что сам начал эту игру, но я был тогда не прав. Я всегда был тем, кто ведет себя более сдержанно и не идет на поводу у эмоций. Может я действовал необдуманно потому что меня разочаровал тот факт, что твой построенный образ актера — это всего лишь притворство. Когда я отпрянул, захотел на тебя накричать, однако ни сказал ни слова, они словно застряли в горле. В тот момент, кажется, мы оба решили списать все на алкоголь.       Под тяжестью данных мыслей, я спустился на кухню. Сейчас ощущаю себя полностью опустошенным. Несмотря на то, что единственные слова, которые вырываются из его рта — это крики, причитания и недовольства. Я продолжаю уважать и ценить то, что ты рядом со мной. Это заставляет меня чувствовать себя особенным в твоих глазах. Хоть может все это и бессмысленно…       Не знаю, что было бы лучше. Если бы ты рядом со мной притворялся, как и со всеми остальными, строя из себя хорошего и заботливого старшего, отыгрывая на публике притворную любовь в угоду фанатам. Или же те отношения, которые объединяют нас сейчас. Хоть ты продолжаешь быть честным выпаливая все что в твоей голове. Я же не могу по-настоящему раскрыться… Хотя, кажется вчера я не сдержался и излил душу. Я не хочу быть тем, кто своими страданиями испортит чью-то жизнь.       Как бы я не хотел изменить свою жизнь и хоть раз услышать от кого-то слова любви и почувствовать себя в безопасности, не боясь завтрашнего дня. Но я не могу. Находиться рядом со мной слишком опасно. Чен сейчас где-то там за окном. Один раз он уже отнял у меня самое драгоценное. Я не вынесу этого еще раз. Терять любимых — это больно.

***

      На автомате добравшись до кухни, первым делом нашел аспирин и налил себе стакан живительной влаги. Вчерашняя ночь легкой болью отдавала в висках, а в руках был блистер где покоилась последняя таблетка. Без задней мысли я вскрыл капсулу и бросил в стакан, удаляясь в душ.       Прохладная вода освежала, помогала немного прийти в себя и прочистить голову. В этот раз мне должно понадобится не так много времени, чтобы вернуться в свой образ. Вернуть маску глупого добродушного ребенка и построить вокруг себя стену, чтобы держать дорогих людей подальше от себя. У меня все получится, ведь я уже через это проходил.       — Черт… — прорычал я, ударяя кулаком по холодному кафелю. В голове творился полноценный бардак. Мысли кружили одна за одной, однако все они возвращались к моей жизни и к Пи’Оффу.        Не знаю сколько я так простоял под отрезвляющем душем, но достаточно для того, чтобы губы приняли синюшный цвет, а кожа казалась совсем прозрачной. Выбравшись из душа и напялив на себя черные джинсы и футболку оверсайз, я задумался о завтраке, но мои планы неожиданно прервал телефонный звонок. На экране светился незнакомый номер, да и предчувствие было очень плохое, как тогда в парке.       Мне редко кто-то звонит, сейчас все используют мессенджер. Номера моей сестры у меня даже нет, так лучше для нас обоих. Номера всех моих знакомых, с кем так или иначе я контактировал сохранены в моем телефоне. После той трагедии, что отняла у меня самого дорогого человека и навсегда похоронила частичку меня, журналисты больше не могут связаться со мной напрямую. Все вопросы они могут обсудить с моим менеджером. Остаётся только один человек, который может оказаться на том конце. Он звонит с другого номера, так как тот я заблокировал, но это определенно будет самый ужасный человек на земле — мой отчим.       Признаться, когда он позвонил впервые я был не готов. Я знал, что он разгуливает на свободе, знал, что так или иначе он попробует со мной связаться. Но стоило только ответить на звонок, как я тут же потерял дар речи.       Уже столько лет прошло, а я и не думал, что один только его голос вызовет во мне всепоглощающее чувство страха. Когда его руки сковали наручники я правда думал, что все для нас закончилось, но как же я ошибался.       Он говорил со мной мерзким и язвительным голосом, словно просчитал все ходы наперед и уверен в своей победе.

«Соскучился? Готов снова увидится со своей мамочкой? Не волнуйся, сестричка твоя тоже к вам присоединится, как только я ее найду. А я найду не сомневайся.»

      Кажется, я тогда забыл, как дышать, почему только он не мог оставить нас в покое. Ему не хватило той боли, что он причинил. Ему было мало одного любимого человека, что он у меня отнял.       Я озирался по сторонам, стремясь найти в темных расплывчатых фигурах своего обидчика, но народ слонялся туда-сюда и единственный на ком я мог сфокусировать взгляд в тот момент — это Пи’Офф.

«Правильно, начинай озираться, я могу оказаться за твоей спиной. Я везде. Я в твоей голове. Я заберу все, что тебе дорого. Может мне стоит начать с парня, что стоит рядом с тобой?»

      Когда я наконец смог совладать со своим телом я тут же сбросил звонок. Мы снова вернулись на съемочную площадку, а потом поехали в храм. Я всегда находился в центре скопления людей. И даже смог немного прийти в себя. Однако каждый раз встречаясь взглядом с Пи’Оффом или как-то с ним контактируя, мне везде мерещился Чен. Медленно я начал сходить с ума и захотел немедленно вернуться домой. Каким же глупцом я был, надеясь, что я наконец смогу жить спокойно, как все нормальные люди?       Тяжело вздохнув, готовый вот-вот опустить руки, я все же ответил на звонок.       — Здравствуй Ган, — от этих слов я ощутил, как все мои внутренности вздрогнули, этот голос я никогда не смог бы забыть.       — Чен? — меня удивляло, как мой голос не дрогнул. Хотя рука крепко сжалась в кулак.       — Не смей ко мне так обращаться, сосунок! Что твоя шлюха мамаша не научила тебя манерам, а? Забыл кто растил, кормил и одевал тебя все это время? Как там кстати твоя сестрёнка? Соскучилась по своему папочке? Знаю ей сейчас как никогда не хватает отцовской ласки, — я отчетливо представлял его похотливую рожу, а старый ублюдок продолжил. — Ах, а у меня для тебя сюрприз мой мальчик. Включи-ка главный канал, — он произносил все слова очень спокойно, а мое сердце пропустило удар. Кое-как непослушными руками найдя пульт, я включил телевизор и сразу же попал на нужный канал.       — В центре Бангкока произошла авария. Также по вновь поступившим данным было установлено что пострадавшей является актриса Синтия Кармэн Бишоп. Актриса получила серьезные травмы, водитель же скончался на месте… — телеведущая продолжала докладывать новости, но их я уже не слышал. В ушах звенело, а земля словно ушла из-под ног. Я оперся на столешницу, переводя дыхания. Как такое могло случиться? Я точно такого не переживу, только не снова.       — Увидел? Прекрасная картина не правда ли? Так будет с каждым, кого ты впустил в свою жизнь. Скажу по секрету нас ждет игра еще интереснее, — я тяжело сглотнул, а тело начала бить мелкая дрожь, — Кого же ты выберешь? Горячо любимую сестрёнку или же парня что живет с тобой…. Хах… Тик-так, Ган, тик-так. Я еще дам о себе знать. — Чен сбросил звонок, и в этот же момент на мое плечо легла рука, что заставила меня подпрыгнуть от страха.

***PVO Офф***

      День не задался с самого утра. Резко раскрыв глаза, я испытал легкое чувство страха, так как не сразу понял, где нахожусь. Честно говоря, по началу вообще подумал, что умер и оказался в аду. Помер от передозировки никотина или от переизбытка спирта в организме.       Дикое чувство тошноты, головная боль, сушняк и привкус помойки во рту — вот что я встретил этим утром.       Вчера, проводя время за распитием хороших спиртных напитков в компании не самого приятного человека, казалось, что я выпил не так много, но, на деле, вдарило меня не хило. Ган-то вчера точно выпил больше меня должно быть до сих пор лежит в отрубе. И как этот правильный мальчик только думает появиться на съемках и показаться перед Пи’Иксом в таком виде? Для меня-то такой потрепанный видок вполне обычен. Чтобы в висках меньше стреляло, я повернулся всем корпусом на соседнее место, но никого там не обнаружил.       Я смутно помню вчерашнюю ночь, но точно помню, как мы засыпали вместе. Не уж-то ему вчера оказалось мало, и он вернулся в ту комнату, чтобы продолжить. А может вообще вышел и пошел покутить где-то еще. А что, если еще хуже… Что, если этот идиот совершил что-то глупое, после своих откровений.       Бросив взгляд на прикроватную тумбочку во мне умерли последние надежды на чудо. В этот раз на тумбочке отсутствовал целебный стаканчик с таблеточкой аспирина. Хотя на что я собственно рассчитывал? Кто о тебе позаботится, Офф?!       Претерпевая боль, я как можно быстрее встал с кровати и тут же спустился вниз на поиски своего партнера по съемкам. С тяжелыми вздохами преодолевая лестницу, я слышу, как внизу телеведущая рассказывает новости, кажется там было что-то про митинги в центре города.       Оказавшись внизу, я не сразу увидел Гана. Медленно, пошатываясь я прошел в сторону кухни, чтобы немного смочить горло. Там меня ждала не самая чудесная картина. Этот засранец выпил последнюю таблетку обезболивающего. Я бы злился еще больше, но у меня слишком болела голова. Жадно накинувшись на стакан с жидкостью, оставленный на столе, я тут же осушил его.       Победно улыбнувшись, я огляделся. Коротышку я заметил не сразу, хотя он все это время находился на кухне. Он стоял ко мне спиной, разговаривая по телефону и совершенно не замечая ничего вокруг. Кажется, он был напряжен. Порой я не контролирую свои действия, возможно, я хотел просто разрядить обстановку, или же из-за того, что люблю развлекаться. Но в этот момент я снова поступил глупо. Я хотел его напугать, поэтому подкрался со спины и резко опустил руку на его плечо, от чего он даже подпрыгнул и отскочил в сторону, вжавшись в кухонный шкаф. Я не слышал его диалога с собеседником по телефону, так что не мог точно сказать от него или от моего поступка, но на его лице застыл ужас, а в глазах стояли слезы.       Каждый из нас хоть раз испытывал это неконтролируемое чувство тревожности. Когда болит душа, когда трясет от беспокойства, когда невозможно сохранить самообладание и усидеть на месте. Никогда не думал, что ощущу это на себе. Он мне не семья. Мы даже не друзья. Вот только одним своим видом этот коротышка заставил меня постареть на пару лет. В голове уже представил кучу разных вариантов, как меня будет мучать Пи’Икс за то, что я снова обидел его звезду.        — Хэй, слушай… Ты это… Извини, сглупил…       К моему удивлению, Ган даже слушать меня не стал, он подорвался с места и побежал прочь, полностью игнорируя мое присутствие. Я последовал за ним, выкрикивая какие-то слова и очередные оскорбление, чтобы его остановить, но все это бессмысленно.       Я особо не смотрел куда шел, а в итоге мы оказались на подземной парковке. Я остановился, оказавшись в ступоре. Какого хрена тут происходит? Мерседес-бенз Е-класса, пару разных моделей мотоциклов, внедорожник и даже какая-то спецтехника. Мда, не знаю, что больше поражает этот дом с непредсказуемыми комнатами или то, что Ган знает этот дом лучше меня, словно бывал здесь уже не раз. Чего ждать дальше, телепорт? Шкаф в Нарнию? Прилетят инопланетяне и похитят нас ради опытов?       Забрав из небольшого навесного шкафчика ключи, Ган запрыгнул в машину. Я даже не знал, что он умеет водить, у него хоть права то есть? Наконец опомнившись от шока, я тут же перегородил дорогу, упираясь руками в бампер.       — Проваливай! — закричал он, просунув голову в окно.       — Куда собрался, идиот?! Забыл о съемках? — так как я все еще думал, что он психовал из-за меня, я пытался привлечь его работой, такой ответственный человек должен был на это купиться и остановиться. Совсем позабыв о том, как он недавно грозился бросить совместный проект.       — Мне плевать! Не мешай мне! — снова закричал он, нажимая и отпуская педаль газа, рывками поддаваясь вперед, давая понять, что он настроен решительно. Перед глазами снова предстал Пи’Икс, который смотрел на меня с осуждением за то, что не уследил и этот мелкий снова попал в беду.      — Тогда я с тобой! — он ничего на это не ответил, лишь отвел взгляд в сторону. Я тут же запрыгнул в машину и пристегнулся. Ган нажал педаль газа, и мы резко двинулись вперед. В ужасе я вжался в сиденье. На что я только что подписался?

***

      Это было каким-то чудом что мы добрались до больницы без происшествий. Ган наплевал на все правила дорожного движения и летел по трассе все 140 до самой больницы, пропуская красный сигнал светофора. Видимо Пи’Иксу придётся оплатить пару штрафов, уверен они появятся. Стоило нам заехать на территорию больницы, Ган умело припарковался, отстегнул ремень и ринулся к главному входу в больницу.       — Стой! — единственное что успел крикнуть я, однако брюнета и след простыл. — Мелкий паршивец! — Кое как отодрав себя от сидения машины, я на дрожащих ногах вылез на улицу. — Больница? — Меня шатало и тошнило. Чтоб хоть чуть-чуть успокоиться я закурил и направился вслед за взъерошенным парнем.       Ну и на кой черт мы сюда приперлись? Зачем было сломя голову лететь сюда? У него же вроде не осталось тех, о ком он мог так заботиться…       На подходе к главному входу я заметил директора.       — Пи’Икс? А вы что здесь делаете? — на лице мужчины проскочило мелкое удивление, которое вскоре сменилось непонятной мне безысходностью. Кажется, они все знали что-то, о чем я даже не догадывался. Внутри снова закралось чувство, что мне здесь не место и я где-то знатно накосячил. Я опустил голову, словно провинившийся школьник.       — Полагаю Ган тоже тут? — проигнорировав мой вопрос спросил директор, а после моего кивка только вздохнул.       — Может вы проясните что случилось? Почему мы летели сюда как сумасшедшие? Этот псих ведет себя так, словно кто-то умер! — на эмоциях выпалил я, стараясь перевести все в шутку, но поймав строгий взгляд Пи’Икса, стер улыбку с лица и снова опустил голову, прикусив язык.       — Пойдем, — единственное что сказал мне директор, прежде чем зайти в помещение. Мы шли молча, но в глаза очень сильно бросалось безлюдность, меня это слегка насторожило. Быстро избавившись от этого наваждения, я попытался догнать директора, однако тут же врезался в его широкую спину.        У стойки регистрации со слезами на глазах стоял Ган и чуть ли не на коленях вымаливал у бедной девушки информацию.       — Прошу, просто скажите в какой она палате? — он говорил на повышенных тонах и выглядел очень взволновано, впервые вижу у него такие эмоции.       — Молодой человек, я вам еще раз повторяю, я не могу разглашать информацию о пациентах. — Она нервно продолжала раскладывать снимки пациентов по медицинским карточкам. Однако, кажется, немного сжалилась и придвинувшись ближе тише проговорила — К тому же поступило распоряжение никого не впускать.       — Вы можете его пропустить, это близкий друг госпожи Бишоп, — раздался уверенный баритон Пи’Икса, я же стоял неподвижно, наблюдая за всей ситуации со стороны, в то время как Ган устремил свой опечаленный взор в нашу сторону, — Ган, ты найдешь Мисс Синтию в палате №202, — Ган лишь кивнул и скрылся.       Я не мог поверить, что правда могло случится что-то серьезное. Я почувствовал себя полным кретином, когда понял, как себя вел и сколько глупостей наговорил. Хотелось дать себе смачного подзатыльника или отрезать себе язык.       — Утром госпожа Бишоп вместе с водителем попали в серьезную аварию. Они возвращались в агентство с интервью, когда на перекрестке в них на полной скорости влетел мини-фургон. Виновник аварии погиб на месте. Сопровождающий Мисс Синтии — Шон — не успел дождаться скорой и тоже скончался. — Я подавился слюной и почувствовал онемение в конечностях.       Никогда раньше я не был так близко знаком со смертью. А что же Ган? Я бросил взгляд в сторону куда скрылся брюнет. Он, пожалуй, сегодня вновь встретил старую костлявую подружку.       Пока я пытался все осмыслить в своей голове и хоть немного посочувствовать своему сожителю, однако Пи’Икс не дает мне возможности. Он словно пытается окончательно добить меня угрызениями совести, продолжил разговор.       — Все складывается так, словно кто-то намеренно хотел причинить ей вред. Полагаю, авария подстроена. И, возможно, организатор таким образом пытался выманить истинную цель…       — Истинную цель? — думаю последние слова были адресованы не мне, а просто мысли вслух, но я все равно задался вопросом. — Вы кого-то подозреваете директор? Виновник же погиб, полагаете, что кто-то еще причастен к данному инциденту? — но мужчина проигнорировал мой вопрос, хотя, заметив серьезность и уверенность в лице директора. Я с точностью могу сказать — он знал организатора.

(Конец 1 части)