Булочка Юци

      Соён была усидчивой, сколько Юци её помнила. Усидчивой, но не медлительной. Девушка все делала чётко и быстро, будто отчеканивала связные строки, которые со временем превращались в единую композицию, творя в совокупности целое искусство.       Этого таланта у неё было не отнять, и абсолютно все в группе об этом знали.       Как и то, что трогать Соён во время нахлынувшего вдохновения необязательно, и даже запрещено.       Более того, в обряд таинства написания песен девушка посвящала далеко не всех, а если конкретнее – никого, кроме Юци. Почему-то. Наверное, и сама не до конца понимала, почему присутствие озорной подруги обязательно. И даже то внимание, которое Юци буквально требовала к себе, не страшило Соён.       - Со-ёёён, - низкий, но очень громкий голосок вновь разбивался о стены студии, долетая до адресата, - мне скучно.       Развалившись на чёрном кожаном диване, младшая закинула ногу на ногу, едва ли заметно раскачивая ступню. Темные волосы, находясь ещё в утренней укладке, изрядно растрепались к концу дня.       -Мгг, -что-то невнятно промычав, старшая облизывает нижнюю губу, все ещё не отрываясь от горы бумаг, которыми завален рабочий стол,- сделаешь мне чай?       -Онни, ты выпила уже полтонны, - театрально выдохнув и мило закатив глаза, Юци тянется в сторону кулера, - может отдохнешь немного? Хочешь, я обниму тебя?       -Извини, но я хочу чай, - взгляд, немного строгий и холодный летит в сторону пустой чашки, - угу?       - Бу-бу-бу, - недовольная гримаса Юци разрывалась между милой и угрожающей, - подумаешь тут…       Соён жила и бредила музыкой.       А Юци - её вниманием.       Младшая осторожно подсаживается за стол, где творится полнейший творческий хаос. Хаос, над которым властвует прекрасная, талантливая девушка, пахнущая клубничным гелем для душа и легким, весенним парфюмом.       Юци уже привыкла терять голову от этого, и с недавних пор перестала себе запрещать касаться Соён, к которой тянуло, словно магнитом. Обычно, попытки привлечь к себе внимания безоговорочно заканчивались успехом: перед огромными, широко открытыми карими глазами и пленительной улыбкой вряд ли мог кто-либо устоять, особенно лидер группы, которая то и дело заботилась о младшей, даря тепло и заботу, которой ей самой так не хватало. Но сегодня…       -Юци! – резко, почти нервозно девушка сгребает рукописи левой рукой, небрежно сметая их на пол, - как ты меня напугала!       - Ты в порядке? – миниатюрная ладошка мягко ложится на плечо, - я принесла твой чай.       Смущенно опустив глаза в пол, старшая расплывается в глупой улыбке.       - О чём пишешь? – Юци будто невзначай подпрыгивает на месте, и наклоняется за упавшим листом, как тут же оказывается перехвачена ладонями кореянки, -Соён?       - О любви, - девушка нещадно разрывает страницы, швыряя их в противоположный конец стола.       -Поделишься наработкой? – скорчив милую гримасу, китаянка настойчиво опирается о стол, вновь пересекаясь взглядом с явно нервничавшей Соён, - м?       -Тебе следует немного подождать, малышка, - холодный указательный палец отрывчато касается кончика носа Юци, - мне предстоит усердная работа над припевом, ты же знаешь…       -Я же знаю, как ты любишь делать из припева вишенку на тортике, и просто ненавидишь писать их на отвали?       -Умница, - легкая улыбка касается лица Соён, - и сама все прекрасно знаешь.       - «И сама все прекрасно знаешь», - передразнив старшую, Юци неторопливо становится за спиной Соён, - может, я смогу чем-то помочь?       «Только если не увидишь строки раньше времени».       -Юци…- возражение, которое младшая уже слышала сотни, а то и тысячи раз, оказывается ненужным ровно в тот самый момент, когда Юци касается оголенных ключиц сзади, - кхм.       «О. Боже. Мой».       -Порой ты просто невыносима, - китаянка раздраженно толкает стул на колесиках в противоположную от стола сторону, властно выбираясь на столешницу, - а я, может быть, скучала?       «Сон Юци, только не сейчас!».       -Предлагаешь мне прекратить работу, и заниматься тобой? – коснувшись подбородка, кореянка расплывается в двузначной улыбке, -серьёзно?       - Предлагаю подумать вдвоём, и занять хоть чем-то мой пытливый ум, -театрально оскорбившись, младшая скрещивает руки на груди, - это единственная песня, к тексту которой ты меня наотрез отказываешься подпускать.       «Догадаешься, почему?».       - Юци, -объяснения никак не лезли в голову. Надув щеки и выпустив воздух через губы, сложенные трубочкой, Соён вплотную приблизилась к столу, на котором обосновалась любимая бестия. Немного обиженная, но все ещё так яро обожаемая.       «Чтоб тебя…»       Ладони скромно касаются бедер, а учащенное дыхание никак не придает уверенности.       Девушка пахла цитрусовыми и свежестью соснового леса.       Закусив нижнюю губу и размазав яркую помаду, Юци неуверенно, и даже немного испуганно подняла глаза на Соён.       - О чём ты думаешь? – шепот только разжигал пламя, выжигающее дотла бабочек, которые так назойливо щекотали живот, - Соён?       «Какая же ты красивая».       - О песне.       «Чёрт, как вкусно ты пахнешь».       -Брр, то есть о кастинге.       «О тебе одной».       - Соён, - младшая улыбается, аккуратно подхватывая выразительные скулы девушки, - я тоже этого хочу.       Едва ли коснувшись Юци влажными губами, старшую будто прошибло током: волнительное ощущение прокатилось по всему телу, появляясь из ниоткуда, и заканчиваясь где-то под рёбрами тянущим чувством.       Юци целовалась мягко и с придыханием: девушка с особой осторожностью изучала партнершу, наслаждаясь едва слышимыми стонами, в то время как Соён млела от сладости вишневой помады и желания быть ещё ближе.       Секунда после поцелуя казалась самой неловкой.       Юци лихорадочно поправляет размазанный цвет на губах, пытаясь привести в порядок свои мысли.       Соён смотрит на неё с нескрываемым желанием.       Слишком близко. Слишком запретно. Слишком страстно.       -Онни, послушай…       Но девушка уже давно никого не слышала. Вместо этого, лишь тихо произнесла: - She took me to the sky, - проведя языком по верхней губе, будто пытаясь растянуть удовольствие от поцелуя, Соён продолжила, - Oh my god. She showed me all the stars.