Булочка Юци

Сегодня Соён проснулась с чётким осознанием того, что просыпаться не очень то и хотелось. Ей снилась Юци. Снилось, как гладила её по подбородку, а она смеялась. Что-то интимное было в этом жесте… Что-то особенное. Наверное потому, что она и сама особенная. Соён так понравилось, что она готова была навечно провалиться в царство Морфея, и никогда больше не возвращаться. Это сродно коме, или любому другому анабиозному состоянию. Она готова была отречься и закрыть свои двери для всех остальных посетителей, которые изредка появлялись в её маленьком мире. Она просто хотела побыть наедине с Юци. Хоть где-то. Спокойно. Не прячась от остальных членов команды, стаффа и фанатов. Хотя бы во сне, при малейшей возможности, и… Может, коснуться её плечей и ключиц. Может, абсолютно невинно поцеловать в щёку, или не так уж невинно в губы. А возможно, она бы хотела лежать с ней в кровати и просто смотреть. На Юци, на её пухлые губы, огромные любопытные глаза, на аккуратный нос и обезоруживающую улыбку. Гладить её волосы и изредка убирать непослушные длинные пряди с лица. Или фотографировать, чтобы запечатлеть её красоту, хотя вряд ли снимок передал бы её сполна. Она точно не стала бы спешить и уж точно не хотела бы загадывать наперёд. События текли бы ручьем, и Соён не стала бы ему сопротивляться. Как минимум, это не в её силах, а как максимум, ей было все равно. Все равно в какой мере и где. Главное, что с ней. Больное сознание Соён ликовало: она буквально могла видеть то, чего нет. Ведь Юци никогда в жизни не накидывала на её шею руки замком и не притягивала к себе в страстном поцелуе. Стоит ли говорить, что Соён никогда в жизни не знала, какой у Юци мягкий и влажный язык, и как умело она им пользуется? Бабочки в животе и тремор в руках. М-да. Не очень-то романтично. Но выхода назад не было, как и возможности трезво оценить ситуацию. Соён не хотела выпускать девушку из своих рук. Но все же пришлось. — 8:00, — Соён подрывается, выключая будильник, — сука!