You So Obsessed With Me

***

— Здравствуй, Фрэнк, — Парень до этого занятый расставлением книг, почувствовав чужое присутствие, прервав своё интересное занятие, поднимает голову, заметив Третью. — Это твоя квартира? Выглядит довольно неплохо. Я тут… Хотела с тобой поговорить, — Парень повернулся к ней и указал на диван, Эллисон не медля, присела на диван и дождавшись, когда рядом с ней присядет и брат. Третья уже хотела раскрыть рот и рассказать причину её такого неожиданного визита. — Дело связано с Пятым? Полностью вышел из-под контроля? — Эллисон с удивлением взглянула на него, а после осознав, что брат-близнец Пятого всегда был до жути проницательным и прекрасно читал эмоций людей. — Я не понимаю, почему вы обращаетесь ко мне. Ты же понимаешь, что наша последняя встреча с ним закончилась весьма неприятным образом. И вы хотите, чтобы я держал его, как маленького ребёнка? И даже, если я смогу повлиять на него, то это ненадолго. Он далеко не глупый и догадается рано или поздно. — Третья прикусила губу. Она не знала, что ответить парню, ведь Фрэнк был прав. Всегда прав. — Хорошо… — И Эллисон неверяще подняв голову, посмотрела на него, но Фрэнк не смотрел на сестру, пялясь в одну интересующую его точку, но после переводит взгляд на сестру, дав свой лёгкий кивок головы. — Спасибо, Фрэнки, — Третья хочет поблагодарить его, но зная, что парень с детства не любит объятия, просто подарила свой благодарный взгляд и этого было вполне достаточно. — Он… — Не утруждайся, сестра. Я прекрасно осведомлён, где находится Пятый. Если ты позволишь, — Указывает на незаконченное дело с книгами, и Эллисон быстро кивнув, поспешно выходит с квартиры брата. Парень аккуратно расставляет книги и взгляд вскоре падает на фотографию, где была изображена вся семья. Фрэнк взяв данную фотографию в руки, внимательно рассматривает двух близнецов, изображённых на ней. Харгривз издаёт тяжёлый вздох, возвращая фотографию обратно на место. Ему нужно помочь брату в трудную минуту, несмотря на обещание не лезть в его личную жизнь. Пробегаясь взглядом по книгам, Фрэнк берёт одну любимую книгу, и присев на диван, занимает себя поистине интересным чтением.

***

— Бля-я-я-я-ть, просто… — Раздаётся недовольный голос одного парнишки, лежащего под привлекательным и симпатичным с виду парнем. — Ты с виду, конечно, ничего такой, я правда клюнул на это. Но трахаешься ты, просто отвратительно. Ох-х, исчезни, блять, вон нахуй! — В более агрессивной манере, Харгривз нетерпеливо спихнув бедного с кровати. Сам бедняга успевает забрать свои шмотки и когда видит на проходе Фрэнка, так идентичного по внешности с Пятым, то вовсе пулей вылетает из номера. Старший близнец даже не удостоил того взглядом и направился в сторону своего младшего брата. Пятый лежал в расслабленной позе, из одежды на нём была только нараспех раскрытая белая рубашка и гольфы, обтягивающие его стройные соблазнительные ножки. Таймер хотел достать пачку сигарет, мирно лежачей на тумбочке, но внезапно чувствует родную энергетику и чрезмерный пристальный взгляд, резко повернулся, заметив своего брата-близнеца. Пять резко охает. Он совершенно не ожидал увидеть своего брата после той встречи. Фрэнк молча наблюдает за ним и лишь в его глазах читалось еле заметное, но осуждение поведением брата. Выйдя из шока, Пятый уже принял другое выражение лица, дотянувшись до пачки сигарет, вынимает одну, и затягивается, с удовольствием выпуская небольшое колечко из дыма, не сводя взгляда со своего близнеца. — Сегодня случаем не Рождество? Иначе я не припоминаю, чтобы Санта-Клаус дарил мне такие подарки, да ещё какие подарки-и-и, — Фрэнк молчит, продолжая сверлить его взглядом. — Полагаю, срок твоего обещания истёк? Если ты помнишь, сладкий, то ты давал мне обещание, что не станешь вмешиваться в мою личную жизнь, и всё, что касается моей жизни, — Старший делает шаги в его сторону, а Пятый внимательно следит за каждым его движением, и когда его близнец укрыл того одеялом. На лице появилась насмешливая ухмылка. Фрэнк остался таким же. — Ох-х, какие мы стеснительные-е-е, — Но это далеко неверные выводы и Пять прекрасно об этом осведомлён.— Фрэнки, если тебя попросила Эллисон, то можешь даже не утруждаться. Мой ответ ты прекрасно знаешь, и тебе лучше оставить меня в покое. Так будет лучше для тебя и для меня тоже. Молчишь? Молчание знак согласия, значит. Дверь там, дорогой мой братишка. У меня ещё много незаконченных дел. — Фрэнк понимает, что Пятый никуда с ним не пойдёт, если не надавить на него с помощью сверхспособности. Таймер немного хмурится, когда видит, что старший не собирается уходить, и ему так сильно хочется впустить парочку неприличных ругательств. — Блять, да сколько можно?! Мне не нужна твоя грёбаная помощь. Ни от тебя, ни от нашей долбанутой семейки. Съебись нахуй, Фрэнк, — Перестав играть в фальшивого и доброжелательного, Пятый начал злиться, как Фрэнк потеряв всякое терпение, резко хватает того за руку, словив его испуганный взгляд. — Н-нет… Не делай этого… — Ухмылка пробегается по губам старшего, и Таймер ощущает, как небольшой электрический импульс поражает всё его тело, делая очень слабым.— Чёртов… Сукин сын… — Пять после не по своей воле обмякает в руках близнеца и Фрэнк, прежде, чем исчезнуть вместе с ним, не забывает переодеть парня. И когда он закончил с этим делом, телепортируется вместе с братом в свою квартиру и там же уложив его на диван. Когда он хотел уйти в другую комнату, как младший неожиданно хватает того за руку. Видимо, тот сделал это неосознанно, и когда Фрэнк хотел уйти, то Пять продолжал крепко держать его за руку, не давая ему этого сделать. Старшему ничего не оставалось, как остаться рядом с парнем, и любоваться такими красивыми и родными чертами лица.

***

Прошло всего несколько дней, как Фрэнк приютил у себя своего младшего брата-близнеца. И каждый божий день, Пятый устраивал настоящий хаос, и вёл себя, так по-собственнически, словно эта квартира принадлежала ему. И каждый вечер Фрэнк сидевший в гостиной слышал чересчур громкие стоны Пятого, раздающиеся с комнаты парня. Такие выходки не устраивали семью, но это был единственный способ сдержать Таймера от непродуманных действий. И в один из вечеров, где Фрэнк был занят рисованием. Это было его любимое хобби, наряду с чтением книги или написанием стихов. Он медленно проводил кисточкой по мольберту, где позже начали проявляться необычные разноцветные мазки. Пятый только вышедший из душа, решается зайти в гостиную и обнаруживает брата за интересным занятием. Младший постоянно щеголял в своих уже давно коротких шортиках и в чёрных гольфах, идеально обтягивающих его стройные ножки, и по всей видимости сегодня был какой-то особенный день, ведь Пять никого не пригласил к себе. Причиной являлось то, что ему наскучили его партнёры, и ни один из них не доставлял ему должного удовольствия. — М-м, до сих пор рисуешь, — Таймер подходит ближе и наблюдает за тем, как старший аккуратно проводит кисточкой по мольберту. На слова младшего он ничего не ответил и продолжил рисовать, но Пятый не будет Пятым, если не будет доставать людей. Младший присел рядом с парнем и начал рассматривать художественные принадлежности. Его тоненькие пальчики взяли другую кисть, Пять смотрит на крайне сосредоточенное лицо брата.— Знаешь, я никогда не понимал твою сильную тягу к рисованию. Но теперь постепенно начал понимать. Это даже… Возбуждает. Я имею в виду, что ты проводишь кисточкой по мольберту, словно проводишь ею… По желанному телу… — Фрэнк только на несколько секунд перестал рисовать, а кисточка застыла в воздухе, но позже он продолжил рисовать, а Таймер был доволен эффектом от своих слов. — ..Ты же ещё пишешь… Поэзию, не так ли? М-м-м… Поэзию пишут, когда человек… В кого-то влюблён… Кого-то вожделает… Кого-то кого желает… — Пятый приблизился к парню, шепча эти слова с каким-то томным придыханием, а Фрэнк вовсе остановился рисовать. Он повернулся к парню, и видел эти яркие изумрудные глубины в которых сияла игривость, любопытность, и что-то ещё большее. Тот самый взгляд, который Пятый не даровал никому, даже партнёрам с которыми он спал. Такой взгляд он дарил только Фрэнку. — Иди спать, Пятый. Но Таймер не собирался отступать, и буквально вырвав кисточку с рук брата, приблизившись к нему настолько близко, начал шептать прямо в его губы: — А разве, я не прав, братишка? Ты думаешь обо мне. Ты одержим мной. Ты хочешь… Меня, — Пятый шепчет в губы брата. — .. Ты не можешь смотреть, когда я целуюсь с другими. Ты хочешь, чтобы я принадлежал только тебе. Так, коснись меня, — Фрэнк резко вырвав руку с захвата брата, встаёт с места и хочет уйти, но следующие слова брата остановили, заставив застыть на месте. — Ты влюблён в меня, Фрэнк. Когда другие отвернулись от меня, именно ты оставался на моей стороне. Когда другие говорили, что я ужасный человек на свете, ты видел во мне что-то прекрасное. Когда другие считали меня грязным, для тебя я был самым чистым человеком на свете. Даже сейчас… Ты принимаешь меня. Но боишься, чего? Того, что ты испытываешь ко мне грязные желания?.. — Пятый глядя прямо в его глаза, начал расстёгивать пуговицы на рубашке, а Фрэнк резко отворачивается. — ..Ты не можешь смотреть на меня, Фрэнки..? — Таймер полностью разделся, и Фрэнк повернулся к нему, на такое притягательное, стройное тело падает яркий свет от луны, и это было так необычайно красиво, словно Пятый светился, или его тело было осыпано созвездиями. Старший уже захотел пойти в свою комнату, как Пять появился прямо перед ним. Фрэнк резко опустил взгляд и начал отходить назад, а Пятый усмехаясь, взял того за руку и прижав к своей груди, где билось сердце. — Если не можешь коснуться, то сделай это другим способом. Помнишь, когда нам было по 14 лет? Ты… Сделал это… — Фрэнк не смотрел на брата. — ..Ты… Был в моей голове… Хоть ты и не касался меня… Физически… Ты ласкал меня… Ты был… Во мне… Фрэнк… Сделай так снова… Проникни в меня… — Восемь нервно заметался взглядом. — Не касайся меня… Ладно… Но я хочу этого… Пожалуйста... Фрэнк... — Пятый неожиданно опускается перед ним на колени, и Фрэнк распахивает глаза, но парень ничего не собирался делать, а лишь покорно смотрел на него. Старший смотрел в такие покорные глаза брата, сразу вспоминая, что он делал с ним, когда они были подростками…