Романовы. Другая история.

Елизавета Петровна медленно шла коридором. Как много времени прошло с её детства. Как давно они с Алексеевм поженились. Как давно Екатерина превратилась в жестокую, расчётливую женщину? — Лиза, — услышала она голос супруга. Он всегда так называл её. — Алёша, ты чего не спишь? — спросила императрица туша свечку. Она поставила подсвечник на тумбочку и подошла к мужчине. — Ты всё ещё меня любишь? — тихо поинтересовалась Елизавета обнимая мужа. — Конечно, душа моя. — ответил он, всё сильнее прижимая её к себе. Мир на минуту остановился, а затем закружился вновь. Ранее утро. Рядом с церковью жених, невеста и маленькая девочка. — Алёша! — Лиза! Они крепо обнялись, а малышка без поддержки мамы упала на траву. Она хлопала в ладоши и смеялась. Её родители были самыми счастливыми людьми на земле. Они обнимались, танцевали на той траве, кружили девочку на руках и ещё умели любить... Екатерина тоже обнимала любимого мужчину. И не важно, что это не Пётр! Теперь её мир - Григорий. Её единственный, такой красивый и сильный мир... — Ты прекрасна, — тихо произнёс он. — Ты первый кто говорит мне это. — вздохнула девушка, всё больше обнимая его. — А разве твой муж не говорил? — он гладит её по голове, а у неё текут слезы. — Нет, — хрипло ответила Катя. — Он ненавидит меня. Этот дворец прекрасен! Петляя коридорами принцесса всё больше удивлялась его красоте. Но не одна она решила сегодня погулять по этим красотам. — Вы преследуете меня? — Хотела, но не нашла Вас... — нелепо улыбнулась Екатерина. Она протянула руку и коснулась руки Петра. — Хотите погуляем вдвоём? — Не хочу! Уйдите, видеть Вас не могу. — он резко отвернулся и направился к дальнему окну. Принцесса всхлипнула. — Вы так не любите меня? — Да я ненавижу Вас! — закричал Пётр и быстро убежал. Трус! Просто трус... Воронцова спала на руках у Петра. Он гладил её по голове и мечтал о будущем. О, оно прекрасно! Но увы, сейчас иная реальность. Его сестрица разрушила его жизнь, убила, растоптала в щент. А когда-то она была доброй и хорошой! Была зима, мел снег. Карета мчалась к дворцу Петербурга. Внутри сидела царевна Елизавета Петровна и царевич Пётр Петрович. Тогда она ещё не была императрицей, а он ещё не был взрослым. — А там будут пироженное? — спросил мальчик выглядывая в окно. — Будут. — ответила девушка. — А няньки? — Нет, но там буду я. — она положила его голову себе на колени. Пётр улыбнулся. — Это хорошо, потому что няньки злые, а ты добрая. Утром приказ Екатерины должен был быть исполнен. Её служанка приготовила яд и принесла его вместе с завтраком. Воронцова и Пётр нежились в постели. — Вот и еда, иди сюда, Лизка. — Никуда она не идёт, — раздался грозный голос императрицы. Фрейлина вздрогнула и чуть не уронила поднос. — Эта дрянь, — Елизавета указала на неё. — подсыпала отраву в еду. Не так ли? — Нет... — Тогда съешь, — приказала императрица. — ешь, я сказала! — закричала она и напуганная девушка тут же схватила принесённую еду и запихала в рот. Её Величество с улыбкой смотрела как фрейлина кашляет, давиться собственной кровью и умирает. — Зачем Вы с ней так? — спросил Пётр, он прижимал к себе испуганную Воронцову. — Так всегда надо поступать с крысами.