сообщение в директе или как мир Феликса пошатнулся

      Время перевалило за отметку "одиннадцать часов". Джисон уже порядком подвыпил и сейчас сидел на руках у Минхо, прижавшись к его груди щекой и слезливо жалуясь ему на то, как с Феликсом тяжело и как он заставляет его волноваться. Сынмин о чём-то болтал с полуспящим на плече работающего Чана Чонином, а Чанбин ворчал на закончившиеся пиво и снеки.       — Гений, ты никогда не опьянеешь, если будешь столько есть, — оторвавшись от объятий с Минхо, заявляет Джисон, пока Чанбин бубнит своё «Я голодный и трезвый».       — Ну и пусть, — ворчит он, — зато в меня больше влезет и еды, и пива, и я не буду пускать слюни и сопли своему парню в плечо.       — Но у тебя нет парня.       — Так я и не про себя.       Джисон оскорблённо от него отворачивается, на ходу трогая своё лицо и осознавая, что то действительно мокрое. Минхо только смеётся с этого, и у Хана в груди расплывается нежность, которую он мгновенно демонстрирует, прижавшись к своему бойфренду ближе и шепнув ему что-то своё, из-за чего у обоих расползается по щекам трогательный румянец. Чанбин, глядя на это, фыркает и во всеуслышанье объявляет:       — Нам нужно сходить и купить ещё что-нибудь из еды и алкашки. Я не могу на трезвую голову выдерживать эти ваши лобызания.       Сынмин понятливо хмыкает, а Чан бездумно кивает головой, толком не услышав предложения, но пытаясь показать, что он слушает их, а не работает как чёрт третий час. Минхо кидает в Со предупреждающий взгляд и спешит удержать уже полезшего с кулаками Джисона на себе. Этот пацан становится дико драчливым, когда подвыпьет.       — Со Чанбин, сюда подойди, обжорливый ты кусок гов... — Минхо благоразумно зажимает ему рот ладонью, закатывая глаза, а Чанбин весело хмыкает.       — А нет, вот на такое мне смотреть очень даже нравится, — и ухмыляется, пока Джисон изо всех сил пытается вылезти из объятий Минхо и хорошенько всыпать одному своему другу.       Друзья улыбаются, глядя на всё это, и соглашаются с тем, что надо бы что-то купить. Пускай вечер проходит спокойно и в семейной атмосфере, всё равно хочется какой-то искринки, которая развеяла бы их полусонное состояние. Алкоголь бы помог. Так они решают.       Но когда они уже собираются пойти одеваться, в дверь звонят.       Парни переглядываются, потому что они никого не ждут. Джисон по-пьяни пугливо озирается по сторонам и добывает откуда-то из-под шкафа биту, притягивая Минхо к себе ближе. Чонин с этого ржёт и вместе с Сынмином делает фото на камеру, пока Чан заглядывает в глазок.       — Кто-то за дверью больно умный, раз закрывает ладонью обзор, — хмыкает парень, доставая ключи из ключницы. Со стороны гостиной слышится грохот, а после показывается макушка улыбающегося Джисона.       — Феликс всегда так делает, открывай!       На пороге их ожидает сюрприз из держащейся за руки и шмыгающей носом парочки в шапках с помпонами и феликсовых пуховиках. С мешками, полными пива и снеков, в руках.       — Пацаны, я чё-то перепил, — заторможенно заявляет Хан, пока остальные отмирают.       — Минхо, твоя ненаглядная пьянь сейчас хлопнется в обморок, — ухмыляется Феликс, проходя за порог и втягивая за собой Хёнджина. — Кстати, если кто-то ещё не знает, это Хёнджин и он типа... мой парень.       Минхо всё-таки приходится Джисона ловить.

***

      — То есть это он причина твоих срывных нервов, не умеющая руки держать при себе? — Джисон опасно сужает глаза, хлопая битой по ладони. Хёнджин неловко перебирает свои пальцы в кармане феликсовой толстовки. Джисон ревностно вспоминает, что эту толстовку младшему дарил он.       — Ты же прекрасно знаешь, что я сам прилично себя нагонял, — закатывает глаза Ликс, делая глоток пива из новой партии, которую они с Хёнджином принесли с собой в качестве извинений. — А он, — парень нежно смотрит на Хвана, — можно сказать, вытащил наши отношения, благодаря своему терпению и нетерпению одновременно.       — Мда, терпение это то, что с вами очень нужно, — цокает Минхо, за что получает тычок локтем в солнечное сплетение от Джисона, и примирительно поднимает вверх руки. — Зая, я молчу, всё.       — Так, как вы, парни, всё-таки пришли к... — Чанбин неопределенно морщится, подбирая правильное слово, — взаимопониманию? Отношениям, в общем.       Феликс смущённо потирает нос, припоминая ту дурацкую ситуацию как в фильмах, поэтому Хёнджин отвечает за него.       — Я припёрся к нему во двор и мы поговорили.       — Типа словами через рот? — Сынмин поражённо прикрывает рот рукой, за что получает ногой Феликса по лодыжке. — Ахуеть.       — Нет, вы, ребята, действительно нас поразили, — качает головой Чан, улыбаясь. Чонин просто счастливо щурится, радуясь за своих друзей и перебирая волосы на голове своего парня. – Мы уже и не надеялись, что вы сойдётесь.       — Ну вот так вот, сорян, — разводит руками Ликс, фыркая, и Хёнджин засматривается на его мимику, отмечая то, насколько чужие глаза сейчас светятся. Феликса всё ещё такое внимание к себе очень смущает, но он собирается в ближайшем будущем к такому привыкнуть. – А вообще чего мы всё о нас да о нас, я для чего пиво на свои родненькие купил?       – Это твоя дань уважения мне! – важно заявляет Джисон.       – И штраф за наши убитые нервы, – вставляет свои пять копеек Чанбин, довольно уминая обновлённые снэки.       – Да-да, конечно, – хмыкает Феликс, а после с совершенно новым каким-то хитрым взглядом объявляет, – Играем в карты на выпивку. Кто проиграет, пьëт ерша и выполняет желание! – сверкает взглядом Феликс и хитро проходится им по всем остальным.       – Я в деле, засранец! Готовься пить эту хуйню! – Джисон мгновенно подрывается с колен Минхо, чуть не проливая на них обоих газировку, за что получает смягченно-раздраженный взгляд и шлепок по попе.       – Ой бляя, – протягивает с досадой Сынмин, но всё равно покорно подползает к столу, куда Феликс уже успел выложить карты.       – Готовьтесь все жëстко сосать, пацаны, – довольно потягивается Чанбин, откладывая ради такой битвы свою драгоценную пачку сухариков.       – Посмотрим ещё, кто будет сосать, Чанбини, — опасно улыбается Ликс.       – Не пугай ежа голой жопой, Феликс.       Чонин глядя на это всё, нетерпеливо пихает Чана в бок и сообщает ему что-то такое (вероятно угрожающее), что заставляет старшего мгновенно отложить ноутбук и позабыть о нём уже до конца вечера.       Хëнджин же смотрит на всю компанию с мягкой улыбкой. Он ещё не так хорошо их знает, но в ближайшее время собирается с ними познакомиться, ведь людей, с которыми его любимый человек так светится, стоит узнать получше. Они принимаются за игру, а Хëнджин не может отделаться от переполняющего чувства счастья и спокойствия просто от того факта, что Ëнбок, нет, Феликс, сейчас сидит рядом с ним, прижимается боком к его боку и позволяет касаться, отвечая на всё это нежной, немного смущенной улыбкой. Хëнджин смеётся со всеми, даже с интересом играет, но всё это меркнет перед тем зрелищем, что доступно всего в сантиметрах от него самого.       С друзьями Феликс раскрепощается, сияет своей белозубой улыбкой так ярко, что становится не нужен свет. Его заливистый смех заставляет в груди Хенджина распускаться что-то ощутимое, но неосязаемое и несомненно прекрасное. Хëнджин впервые настолько счастлив просто быть рядом, наблюдать за счастьем другого и понимать, что ему, собственно, самому больше ничего и не надо.       От Феликса и при большом желании взгляда сейчас не оторвать, тот из солнечного лучика превращается буквально в огонëк, и Хëнджина это пламя всё больше завлекает. Давно он не видел своего мальчика счастливым, таким счастливым – тем более, поэтому этот момент хочется выжечь на сетчатке глаз и приложить все силы, чтобы таких моментов было ещё много.       Азартный Феликс это что-то с чем-то. А азартный Феликс, смело пьющий уже вторую банку пива, это вообще что-то термоядерное, из-за чего ни глаза, ни руки держать в узде не получается. Хëнджин не может скрыть хищно-нежный взгляд, которым преследует чужой пьяный румянец, даже когда Феликс с вопросом на него оборачивается. В какой-то момент игра становится Хвану уже настолько далёкой, что он не сдерживается и пригибается к чужому лицу.       – Ты всегда такой милый, когда пьяный? – вкрадчиво шепчет он Феликсу на ухо, пока последний сосредоточенно строит планы по скорейшему выходу из игры.       К слову, после этой фразы хрипловатым голосом прямо в ухо, у Феликса ни то что планы, у него вообще ни одной мысли в голове не остаётся. В животе становится до приятного жарко и вместе с тем щекотно, как от ебучих бабочек.       – Только на первой стадии, – шепчет в ответ Ликс, – Потому что дальше я начинаю творить хуйню.       – Вроде рассылки интимок? – с интересом придвигается Хван, сдвигая руку с чужой талии ближе к бедру.       В голове запускается какой-то нехороший механизм. Феликс сглатывает, подтверждая:       – Вроде рассылки интимок.       – Тогда я буду очень ждать нужной кондиции, – Хëнджин дразняще шепчет это на ухо и оставляет долгий поцелуй на щеке.       А Феликс краснеет, кажется, в три раза сильнее, и теперь думает лишь о том, чтобы бросить всё и запереться в ванной для подбора нужной фотографии.

Потому что Феликс по пьяни творит хуйню. И потому что больше ему творить еë не страшно.