Сотканная из моих снов

      В комнате стояла ужасная духота. Август в этом году выдался знойным и сухим, даже ночью температура воздуха не падала ниже двадцати семи градусов. Измученный за день кондиционер, не всегда справлялся, да и Кире спать под ним было некомфортно, поэтому приходилось страдать, изнывая от жары. Хорошо хоть атласная ткань простыней немного освежала и приятно холодила тело.        В квартире сладко пахло сандалом и ванильными палочками, которые Воропаева регулярно жгла перед сном по совету сестры Кристины, спасаясь от затяжной бессонницы. Получив долгожданное обручальное кольцо от своего вечного жениха, Кира, вместо того, чтобы порхать и радоваться, стала нервничать и изводиться ещё больше, ведь теперь, помимо тотальной слежки за благоверным, к ней на плечи свалилась еще и подготовка к свадьбе мечты. Именно свалилась, по-другому и сказать было нельзя. Андрей сделал ей предложение настолько неожиданно и спонтанно, что скорее сбил с толку, чем осчастливил. Конечно, она очень долго ждала этого момента. Что уж скрывать, Кира грезила этим замужеством на протяжение четырёх лет. По уши влюблённая в Андрея Жданова, девушка была готова шагнуть с ним под венец с самых первых дней их непростых отношений. Их бурный роман развивался так быстро и стремительно, что дух захватывало, а потом Андрей резко охладел. Перемены в поведении любимого мужчины Кира тут же заметила — не могла не заметить. Женщины всегда чувствуют любые изменения, даже самый лёгкий холодок. Мужчина может уверять и клясться, что все хорошо, но женскую интуицию обмануть невозможно. Кира сразу поняла, что их отношения со Ждановым плавно забрели в тупик. С каждым днём между ними накалялись эмоции, Воропаева ревновала Андрея до помешательства, ведь, как правило, женщина всегда склонна винить в своих бедах другую женщину, но она винила всех вокруг: моделей и случайных девиц, которых Андрей цеплял в ночных клубах, своих подруг, имеющих наглость строить ему глазки, его родителей и лучшего друга Романа Малиновского. Кругом ей мерещились заговоры. Кира в последние месяцы довела себя до исступления, предчувствуя скорый неизбежный финал их истории, и тут Жданов поразил ее — сделал предложение руки и сердца, при всех, стоя на одном колене, под шумные аплодисменты толпы и яркие вспышки камер. И плевать, что он сделал это исключительно ради ее голоса на совете директоров, чтобы сесть в кресло главы семейной компании. Обручальное кольцо, что теперь сияло россыпью небесных сапфиров на ее безымянном пальце, разгоняло в голове все дурные мысли и мнимые гипотезы.       — Кать! Катя! Катюш! — вдруг Жданов беспокойно заворочался и застонал. Раньше Кира не замечала, чтобы он разговаривал во сне или жаловался на ночные кошмары. Хотя сон, снившийся Андрею, был явно не страшным. Расслабленная блаженная улыбка на его лице свидетельствовала о том, что сновидение ему явно нравилось. От чужого имени на устах мужчины Кира вскочила с постели, мгновенно справившись со сном.       — Андрей! Андрей! — она одержимо трясла его и дёргала за плечо, но он не просыпался. Тогда в ход пошла вода. Воропаева взяла в баре бутылочку с холодной минералкой и безжалостно окатила ею жениха.       Жданов вздрогнул и резко пробудился. Ничего не понимая, он уставился на Киру в ожидании объяснений.       — Какого черта? — проговорил он, с трудом сдерживая накатившую злость.       — Это я хочу тебя спросить, какого черта! Ты спишь в моей постели, после секса со мной и смеешь звать во сне какую-то Катю! — завизжала Кира, в сердцах стянув с Андрея одеяло.       — Боже! Опять двадцать пять! Я говорил тебе тысячу раз, что кроме тебя у меня никого нет! Твоя ревность не знает границ! — процедил мужчина сквозь зубы.       — Кто такая Катя? — четко и хладнокровно произнесла по слогам Воропаева.       — Да не знаю я! — заорал Жданов, чем всерьёз напугал невесту. Она уже была готова пойти на попятную и покаяться в том, что в очередной раз погорячилась, но Андрея было уже не остановить. В считанные минуты он оделся, схватил ключи от машины и, громко хлопнув дверью, покинул квартиру новоиспеченной невесты.       Первым делом он заехал в Макдональдс за горячим кофе и бургером. Ложиться спать уже не было смысла, поэтому Андрей решил поехать прямиком в Зималетто и приняться за работу.       — Спать ложусь я вместе с вами, а встаю я с петухами! Да, Жданчик? — в десятом часу утра в президентском кабинете появился Малиновский, неспешно потягивая из стакана апельсиновый фреш.       — Уснёшь тут, — недовольно проворчал Жданов. Он пил третью по счету чашку зернового кофе. Сердце уже выходило из себя, но сонное состояние никуда не рассеивалось. Да и откуда было взяться бодрости, если ему удалось поспать всего ничего?       — Опять твоя Афродита во сне являлась?       — Не смешно! Мне она каждую ночь снится. — Андрей тяжело вздохнул, но тут же заулыбался. — А сны такие приятные, Ром. Ты представить себе не можешь!       — Да куда мне! — прыснул смехом Роман, усаживаясь поудобнее напротив друга. Он, будучи верным товарищем и оруженосцем, каждый день преданно внимал россказням Жданова. Да так, что у него самого в голове уже нарисовался примерный образ этой святой Катерины.       — Малиновский, а, может, я с ума схожу? Шизофрения? Или, наоборот, предзнаменование! Может, не стоит мне на Кире жениться?       — Ловко ты придумал! — расхохотался Рома. — И, что главное, не изменяешь ей, как и обещал. А вот голос разума, так сказать, жениться не даёт! Ага!       — А глаза у неё такие золотисто-карие, медовые… — мечтательно выдал Андрей, глядя куда-то в окно.       — Так ты это, Андрюх, составь фоторобот, и в полицию! Пусть ищут твою кареглазую. Так и напиши: пропала собака по кличке Дружок, — раскатистый смех Малиновского прервал злобный ждановский рык.       — Давай, юморист, иди уже работай. Я в «Ллойд Моррис» опаздываю. Встреча через час, а ты мне тут мозги пудришь.       — Езжай, кто тебе не даёт. Но про фоторобот подумай. А то ведь Кирюшка найдёт вперёд тебя твою Катерину и глаза медовые ей того — выцарапает.       Андрей глубоко вздохнул и задумался. А было ли вообще кого искать? Существовала ли эта солнечная девушка из его тёплых грёз?