Masks and Mirrors / Маски и Зеркала

— Мерлин, как же меня тошнит от всего этого, — проговорил Грэм, и Драко невольно сделал вывод, что тот озвучил его собственные мысли. На этот раз Орден пробрался в поместье Гойлов, и Малфой не мог понять, как им вообще удавалось проникать в такие места повышенной безопасности. И, кажется, они стали смелее. Буквально вчера от их вторжения пострадала резиденция Флинтов. А сегодня они стояли перед особняком Гойлов и пытались найти улики и хоть какие-то зацепки. Грэм Монтегю, бывший однокурсник Драко, как и он, работал в Министерстве в Отделе магического правопорядка. Разумеется, в рамках правления Волан-де-Морта это означало совсем не то, что раньше. Мракоборцев больше не существовало, и вместо них Министерство наняло так называемых «охотников», в число которых входили Драко и Грэм. Весьма завидная должность, но это не та работа, которая подходила кому-то из «Священных Двадцать Восьми». Вообще-то никто из них обычно не работал. Драко же был исключением. Ему пришлось доказывать свою верность после всего, что натворила его семья. — Мне почти кажется, что они просто пытаются разозлить нас, — продолжил Грэм. — Такими выходками? — скептическим тоном переспросил Малфой, подняв брови. — Пойти на такой большой риск, просто чтобы «позлить нас»? — С этих сумасшедших станется, — проговорил Монтегю. — Я то и дело вспоминаю, как эти близнецы затолкнули меня в Исчезающий шкаф только потому, что я хотел снять с них баллы за очередную проделку. У меня всё ещё клаустрофобия из-за этого. Им даже в голову не пришло, что я мог умереть там от голода, ты сам это знаешь. Помнишь, как долго я лежал в Больничном крыле и даже своего имени не мог назвать, после того как от безысходности трансгрессировал оттуда без какой-либо подготовки? И они думали, что это смешно, а остальные поддержали этих рыжеволосых дебилов. Драко пренебрежительно кивнул. Конечно, он это помнил. Как он мог забыть? Ведь именно поэтому Исчезающий шкаф привлёк его внимание тогда. — Близлежащую территорию мы уже проверили и исследовали, — сказал Малфой, в основном для того, чтобы сменить тему. — Что дальше? Осмотримся внутри и поговорим с Гойлами? — Звучит логично, — подтвердил Грэм. — Ты знаешь, когда Пэнси была здесь в последний раз? Вскоре должна была состояться помолвка Грега и Пэнси, и Драко знал, что они оба пребывали в таком же «восторге», как и они с Асторией. Однако им посчастливилось попасть во вторую волну брачных предписаний, так что они располагали бóльшим запасом времени. И до официальной помолвки Пэнси держалась как можно дальше от Грегори Гойла. — Нет, — ответил Малфой. — Но если ты считаешь, что нам следует спросить, видела ли она что-нибудь подозрительное во время последнего визита, я могу взять это на себя, а ты поговоришь с Грегом и остальными. — Идёт. Тогда до встречи. — До встречи, — проговорил Драко и трансгрессировал, чтобы нанести визит своей старинной школьной подруге.

***

— Я не знаю, что ты хочешь услышать, Драко, — сказала Пэнси, сделав глоток напитка из бокала. — Я не навещала Грегори почти полторы недели, на тот момент всё было как обычно. — Когда именно ты была там? Двадцать минут назад он прибыл к Пэнси и позволил себе принять её предложение выпить, после чего они немного поболтали о пустяках. Но теперь пришло время перейти к делу. — На прошлой неделе, в среду, — с готовностью ответила она. — И зачем ты приезжала? Паркинсон непринуждённо закинула ногу на ногу. — А ты как думаешь? Чтобы обсудить детали помолвки, — она сказала это совершенно спокойно и без эмоций. Драко знал, что брачные предписания волновали её куда меньше, чем других представителей их круга. Семья Паркинсон всегда выступала за сохранение чистокровных традиций. На их фоне взгляды родителей Драко казались почти новомодными, хотя скорее всего никто бы так не подумал, кроме представителей «Священных Двадцати Восьми». Например, его родители никогда не стали бы указывать ему, на ком жениться, и не вмешивались бы в его выбор — лишь бы девушка была чистокровной. У Паркинсонов всё обстояло иначе. Пэнси с детства знала, что будущего мужа ей выберут родители. Сейчас это сделали не они, а брачные предписания, согласно которым она вскоре выйдет замуж и сменит фамилию. Но для неё разницы не существовало. Она всегда относилась к этому удивительно спокойно. — И ты не заметила ничего необычного? Пэнси, даже самая незначительная деталь может помочь. Возможно, нам наконец удастся прикрыть Орден. — Мне придётся тебя разочаровать, Драко. Я и так почти ничего не знаю. Даже не понимаю толком, чем члены Ордена вообще занимаются во время этих странных нападений. Когда я была у Грегори, всё было как обычно. Мы обсуждали декор зала для помолвки — вот и всё. И должна сказать, что ни семья Гойлов, ни мои родители совершенно не разбираются в сочетании цветов, так что мне опять пришлось брать всё в свои руки. Драко невольно рассмеялся. Пэнси ответила лёгкой усмешкой и сделала ещё один глоток. — Ты уже успела обсудить с Грегом вашу будущую совместную жизнь? — поинтересовался он. — Да. У нас состоялся весьма занимательный разговор, — рассмеялась Паркинсон. — Я сказала, что готова подарить ему наследника, но в остальном он может делать всё, что захочет. Разумеется, если будет пользоваться контрацепцией и не допустит никаких слухов. И, конечно же, если предоставит мне те же права. После этого Малфой по-настоящему расхохотался. — Пэнси, ты серьёзно? Ты договорилась с Грегом об открытом браке?! И он согласился? Даже с тем, что ты будешь встречаться с другими? Пэнси широко улыбнулась. — Да. В таких условиях этот брак кажется мне почти приемлемым. Всё равно выбора у меня нет. Представь себе, он даже предложил выделить отдельные помещения в доме для подобных визитов. — О Мерлин… — вырвалось у Драко. — Он разрешил тебе приводить любовников домой? — Как я уже сказала, главное, чтобы об этом никто не узнал. И это касается нас обоих. Он с любопытством посмотрел на бывшую однокурсницу. — Он понимает, что ты будешь приводить домой не только мужчин? В ответ ведьма лишь безразлично пожала плечами. Когда-то именно Малфой одним из первых узнал, что Пэнси нравятся не только парни. — Только будьте крайне осторожны, нельзя, чтобы всё это выплыло наружу, иначе разразится грандиозный скандал, — произнёс он с искренним беспокойством в голосе. При власти Волдеморта традициям придавалось огромное значение. А значит, и традиционному чистокровному браку, где клятву верности «пока смерть не разлучит нас» воспринимали более чем серьёзно. Пэнси лишь отмахнулась. — Всё получится. Нужно только подождать. Всё равно никто не знает, что ещё нам принесёт будущее. Драко невольно задумался, что именно она имела в виду. Сделав ещё один глоток, Пэнси продолжила: — Кстати, как поживает твоя невеста? Вопрос прозвучал очень непринуждённо, почти вскользь, однако она внимательно наблюдала за его реакцией поверх края бокала. — Прекрасно, — коротко ответил Драко и тоже пригубил свой напиток. Паркинсон усмехнулась, хотя выражение её лица оставалось непроницаемым. — Ты сегодня невероятно многословен, — саркастическим тоном проговорила она, на что Малфой фыркнул. — Что именно ты хочешь услышать, Пэнси? — Ваши… отношения так и не изменились? — Если тебя интересует, переспали ли мы — нет. Не переспали. И я понятия не имею, как мы это вообще когда-нибудь сделаем. Она задумчиво покрутила бокал в руках. — Хм… Да. Если она в ближайшее время не забеременеет, это начнёт вызывать вопросы. А потом последуют соответствующие меры. — Спасибо, что просветила, всезнайка, — огрызнулся он резче, чем собирался. Пэнси никак не отреагировала. Она слишком хорошо помнила его характер ещё со времён Хогвартса. Несколько мгновений они молчали. Потом Драко устало откинул голову назад. Да, если Астория вскоре не забеременеет, им обоим прикажут пройти обследование у целителя. Ведь если для Тёмного Лорда что-то и имело значение, так это сохранение чистой крови. И если выяснится, что никаких физических причин для отсутствия беременности нет, это вызовет множество неудобных вопросов. Рано или поздно ситуация станет крайне опасной. Драко не знал, какими окажутся последствия. Но был уверен — они не заставят себя ждать. И хорошими эти последствия точно не будут. Уже сейчас некоторые люди из ближайшего окружения начали интересоваться их делами. Он был помолвлен с Асторией уже полгода. И прекрасно знал, что в их обществе беременность невесты до свадьбы считалась чем-то нормальным. Главной целью было как можно быстрее получить наследника — желательно мальчика. Собственность в чистокровных семьях всегда передавалась по мужской линии. Дочерям же полагалось входить в новую семью с приданым, зачастую составлявшим значительную часть семейного состояния. С финансовой точки зрения рождение девочки считалось менее выгодным. Старые традиции, уже понемногу утратившие значение, вновь начали оживать при Волдеморте. — Недавно Эйвери завёл со мной разговор об Астории, — произнёс Драко, избегая взгляда Пэнси. Та молчала, но он знал, что она внимательно слушает. — Отпустил пару шуточек по поводу того, почему она до сих пор не беременна. Он ненавидел Эйвери. Как и всех старых Пожирателей смерти, освобождённых из Азкабана. Хоть он никогда и не сказал бы этого вслух, но какая-то часть его была рада, что многие из них погибли во время битвы год назад. Вместе с его безумной тёткой. — Потом он резко стал серьёзным и заявил, что не дурак и прекрасно понимает, почему я до сих пор «не оттрахал» её. Сказал, что мне следует помнить о долге перед родом и не обращать внимания на её попытки сопротивления. А потом добавил, что пора взять то, что принадлежит мне по праву жениха. Наконец он поднял голову. Лицо ведьмы всё так же не выражало явных эмоций, но её глаза буквально пылали от гнева. — Эйвери тупой ублюдок, — выпалила она в сердцах, Малфой промолчал. — Драко, ты ведь не собираешься прислушиваться к его «советам»? Паркинсон подалась вперёд и подняла указательный палец, словно хотела предостеречь его: — Ты же не посмеешь прикоснуться к ней против её воли? — Проклятие, Пэнси, за кого ты меня принимаешь вообще?! — прошипел Драко. Кажется, его ответ успокоил её, и она расслабленно откинулась назад. — Прости. Просто… они плохо влияют на тебя. Ты изменился, Драко. Он тяжело вздохнул и закрыл глаза. — Я знаю, Пэнси. Я знаю.