It's complicated

Я добрался до дома Джеймса и уже знал, что там найду. Всякий раз, когда «большой крутой мужик» был вынужден чувствовать что-то из этих надоедливых вещей, называемых эмоциями, он пил до тех пор, пока каждая из них не умрет. Затем он выпьет еще немного, чтобы помочиться на их могилы. Я не знаю, почему я даже потрудился позвонить в дверь, Я ЗНАЛ, что он отключился и не откроет дверь. Что сказать, я очень вежлив. Благодаря бесчисленному количеству раз, когда мне приходилось таскать его пьяную задницу домой, я знал, что он держит свой запасной ключ под ковриком (очень оригинально, Джеймс). Я вошел в дом и меня встретила абсолютная тишина. Да, точно отключился. Когда Джеймс злился, он либо кричал, пока все вокруг не почувствуют себя так же дерьмово, как и он, либо напивался, чтобы уснуть, и точно не кричать. Я нашел «Прекрасного принца» Джейсона лицом вниз на кухонном столе, с бесчисленными банками пива на полу и полупустой бутылкой водки рядом с ним. Честно говоря, мне не платят за это дерьмо... Я начал собирать пустые банки, убирать кухню и гостиную, потому что некоторые вещи, очевидно, испытали гнев Джеймса на собственном опыте. Некоторые из них даже отлично перелетели через комнату. А теперь самое интересное - мне придется усадить на диван эту человеческую неразбериху, которую мы называем нашим солистом. Джеймс - крупный парень, так что это непростая задача. «Любовь действительно должна быть слепой. И глухой. И не иметь обоняния...» Пробормотал я про себя, когда наконец уронил Джеймса на диван. Эта смесь спутанных волос, храпа и сильного запаха выпивки может понравиться только матери и, видимо, сумасшедшему басисту. И это как раз моя сегодняшняя задача. Чтобы Джеймс понял, что у Джейсона есть чувства к нему, и что у него есть чувства к Джейсону. Они оба так очевидны с этими тайными взглядами и неловкими разговорами, что это уже раздражает. Единственная разница в том, что один из них боится своих чувств, а другой злится на них. Заебали уже! Также, я должен сказать Джеймсу, что то, что он сделал с Джейсоном в студии, было очень хреново. Я уверен, что он знает, но я не позволю ему уйти, не выслушав надлежащую тираду о том, какой он гребаный мудак. Но это после того, как он проснется, что займет немало времени, сейчас только около полудня, и он выпил достаточно алкоголя, чтобы убить лошадь. У Джеймса есть коллекция классических фильмов ужасов, которые я подарил ему на день рождения, и я думаю, что заслуживаю немного закуски из его холодильника за то, что я такой хороший друг. Ага, я не против немного подождать. И Джеймс не торопился. Была почти ночь, когда храп прекратился, и я услышал слабые стоны с дивана. Потом я увидел длинные ноги и руки, лениво тянущиеся во все стороны. Ему действительно нужно было проснуться во время лучшей части Дракулы (1958)? «Доброе утро, спящая красавица!» Сказал я как можно громче, потому что этот ублюдок заслуживает головной боли. «Прекрати... блять, кричать...» Простонал он. С дивана поднялось облако растрепанных светлых волос. «Который час?» «Около 23:00». «Черт, я проспал весь день...» В конце концов он бросил свои героические попытки встать и рухнул на диван. «Голова раскалывается.» «Отлично.» «Ну и дела, спасибо... Что ты вообще здесь делаешь?» «Угадай, засранец». Он снова поднял голову и на этот раз нашел в себе достаточно сил, чтобы сесть. «Ньюфаг рассказал тебе, что случилось...» «Завязывай с этим дерьмом, ты знаешь его гребанное имя!» Джеймс скривился и положил руки на голову. «Пожалуйста, не кричи...» «Я буду кричать, блять, потому что сегодня ты был полным придурком! Ты хоть представляешь, как сильно ты его задел и напугал? Он сейчас позвонил мне и Ларсу, чтобы сообщить нам, что он не в группе!» Джеймс опустил голову и, очевидно, обнаружил что-то интересное в одном из своих браслетов. «Я никогда не говорил ему, что он не в группе...» «Ну, что еще он должен думать? Знаешь, он действительно верит во всю эту чушь, которую ты ему говоришь! Что он бесполезный и заменимый! Ты ведешь себя как пятилетний мальчик на детской площадке, который влюблен в девочку, поэтому он дергает ее за волосы и зовет ее по имени, повзрослей блять!» Он посмотрел прямо на меня. «Он мне не нравится!» «Тогда почему ты так нервничаешь из-за этого? И что был за поцелуй? Что, не мог смотреть, как он плачет? Определённо, похоже на влюблённость» Джеймс встал и начал уходить из комнаты. «Я не должен выслушивать это дерьмо...» «Знаешь, у него тоже есть к тебе чувства.» Это заставило его остановиться. «Я не гей.» «Ради всего святого, Хэт, чувства к другому мужчине не делают тебя менее мужчиной. Черт, это даже не делает тебя геем, может ты би? Я не знаю, черт возьми, но очевидно, что ты чувствуешь что-то к Джейсону, перестань это отрицать. Верни свою задницу сюда, сядь и поговори со мной. Пожалуйста?» К моему удивлению, Джеймс действительно послушал. Он развернулся, сел на самый край дивана, как будто был готов подорваться в любую секунду, и снова опустил голову, отказываясь смотреть в глаза. Для меня это не имело значения, мне просто нужно, чтобы он выслушал. «Джейсон испытывает к тебе чувства. Он сказал мне, когда я нашёл его плачущим в нашей комнате отдыха после одной из ваших ссор с ним. Вот почему то, что ты сделал сегодня, так сильно его ранило. Он сейчас думает, что ты его ненавидишь. Это так?» Джеймс все еще не смотрел на меня, но я заметил, как он заметно вздрогнул, когда я рассказал, как я узнал о чувствах Джейсона. «Нет.» «Тогда что за херня там произошла сегодня? Почему ты его оттолкнул?» На какое-то время была тишина, а затем он сорвался. «Потому что я не знал, что блять случилось! Я не знал, зачем я это сделал! Я растерялся, потому что мне понравилось! Доволен?!» Теперь он злобно смотрел на меня. Что ж, это что-то новое, Джеймс редко злится на меня по-настоящему. Но это не имело значения, я добился определенного успеха. «Тебе... понравилось? Так ты признаешь, что тебе нравится Джейсон?» Теперь мне нужно быть осторожным, потому что он мог уйти в любую секунду. «Я не знаю! Я просто видел, как он смотрел на меня грустными глазами, и они наполнялись слезами и... И я хотел их остановить. Видя его обиженным, мне стало не по себе, я никогда раньше не видел, чтобы он плакал, и, зная, что это из-за меня, стало еще хуже... Какого хера ты хочешь от меня?! Признаться ему в любви?!» Теперь он встал на ноги. «То, что я хочу, не имеет значения. Речь идет о том, чего хотите вы с Джейсоном. И я знаю, что Джейсон хочет быть с тобой. По крайней мере, до сегодняшнего утра. И тебе не нравилось быть с ним рядом, хоть ненадолго? Не лги мне и себе, он тебе нравится, Хэт. Как насчет того, чтобы ты спустился с небес, и мы как-нибудь исправим всё это дерьмо, чтобы у вас, ребята, был шанс». «Что, если бы я сказал тебе, что мне не нужен шанс?» «Я бы сказал, чушь собачья.» Затем наступила долгая пауза. Пожалуйста, не уходи... Пожалуйста, не уходи... Пожалуйста, не уходи... «Как?» Его вопрос сбил меня с толку. «Что как?» «Ты сказал, что мы как-нибудь все это исправим. Как?» Эээ… блять, я не знаю, если честно, я не ожидал, что этот разговор зайдет так далеко. Я думал, что выскажу свою гневную тираду, он проигнорирует меня, и на этом все. «Хм... Как насчет того, чтобы поговорить об этом завтра? Ты блять с похмелья мужик.» Джеймс ухмыльнулся. «Да. Я пойду в душ и...» Он посмотрел через окно в полную темноту. «Идти спать? Видимо... Ты будешь спать на диване?» «Ага.» «Отлично. Просто выключи это дерьмо, которое ты смотришь...» Сказал он, выходя из комнаты. «Эй, это классика!» «Хуясика...» Той ночью я закончил смотреть Дракулу и пошёл спать. Я ничего не мог поделать, но улыбался, как придурок, лежа на том же диване, где только что заставил чертова Джеймса Хэтфилда признаться, что у него есть чувства к другому мужчине. Зови меня гребаный Купидон.