воспоминания Гарри

В «Норе» все было иначе, чем на Тисовой улице. Семейство Дурслей обожало покой и порядок. Дом же Уизли являл собой сущий бедлам. В нем постоянно что-то заявляло о себе: шумело, стучало, падало. Взглянув на себя первый раз в зеркало, висевшее над камином, я чуть не упал в обморок: зеркало вдруг заявило мне: «Заправь сейчас же рубаху в штаны, неряха!» На чердаке обитало привидение — упырь, которому иногда казалось, что жизнь в доме течет слишком тихо и размеренно. И он принимался завывать, аккомпанируя себе ударами по водопроводным трубам. А в комнате близнецов постоянно что-то взрывалось. Но больше, чем говорящее зеркало и воющее привидение, меня поразило то, как ко мне относилось семейство. Миссис Уизли каждое утро выдавала мне пару свежих носков, и в каждую еду впихивала в меня несколько добавок. Мистер Уизли за ужином усаживал меня рядом с собой и засыпал вопросами о жизни простецов. Особенно его волновали электрические приборы и работа почтовой службы. — Ну и ну! — удивился он, услыхав от меня про телефон. — Сколько же всего они напридумывали! А что еще им, бедным, остается делать без магии! Спустя неделю после приезда в «Нору» я получил письмо из Хогвартса. Стояло ясное солнечное утро. Мистер Уизли с женой и дочкой уже завтракали на кухне, вскоре спустились и Рон и я. Увидев меня, Джинни нечаянно смахнула со стола миску с кашей: при моем появлении у нее все валилось из рук. В мгновение ока она шмыгнула за миской под стол и вылезла обратно красная как рак. Сделав вид, что ничего не заметил, я сел на свое место и взял из рук миссис Уизли тарелку, полную гренок. — Мальчики, вам письма из школы. — С этими словами мистер Уизли вручил мне с Роном по конверту. Конверты были одинаковые, из желтого пергамента с адресом, выведенным зелеными чернилами. — Дамблдор уже знает, что ты у нас, ничего от этого человека не скроется. Дверь отворилась, и на кухню вошли Фред с Джорджем, оба еще в пижамах. — Пришли, наконец. Это вам. — Мистер Уизли протянул и близнецам такие же конверты. Минут пять в кухне было тихо. Я и братья погрузились в чтение. В письме сообщалось, что первого сентября, как обычно, мне надо сесть на вокзале Кингс-Кросс в экспресс Лондон — Хогвартс, который и доставит меня в школу. К письму прилагался список учебников для второго курса: Учебник по волшебству, 2-й курс. Миранда Гуссокл Встречи с вампирами. Гилдерой Локхарт Духи на дорогах. Гилдерой Локхарт Каникулы с каргой. Гилдерой Локхарт Победа над привидением. Гилдерой Локхарт Тропою троллей. Гилдерой Локхарт Увеселение с упырями. Гилдерой Локхарт Йоркширские йети. Гилдерой Локхарт Фред отложил свое письмо и заглянул в список Гарри. — Смотри-ка, и тебе нужны все книги Локхарта! — воскликнул он. — Новый преподаватель защиты от темных искусств — точно поклонник Локхарта. Спорим, что будет ведьма! Но тут Фред перехватил взгляд матушки и принялся сосредоточенно намазывать на гренку апельсиновый джем. — Комплект книг Локхарта стоит немало. — Джордж искоса глянул на родителей. — Где возьмем столько денег? — На чем-нибудь сэкономим, — неуверенно проговорила миссис Уизли, но вид у нее был явно озабоченный. — Школьную форму для Джинни можно купить в уцененном магазине. — Ты, Джинни, в этом году идешь в школу? — спросил я. Джинни опять вспыхнула, отчего ее ярко-рыжие волосы стали еще ярче, и тут же заехала локтем в масленку. К счастью, никто, кроме меня, этого не заметил: на кухню в эту минуту вошел Перси. Он был уже одет, на безрукавке блестел значок старосты. — Всем привет, — коротко бросил Перси. — Хороший сегодня день. Сел на единственный свободный стул и тут же вскочил как ужаленный, держа что-то в руке. «Наверное, щетка из перьев сметать пыль», — подумал я и вдруг заметил, что перья дышат. — Стрелка! — воскликнул Рон, взял из рук Перси обмякшую птицу и извлек из-под ее крыла письмо. — Наконец-то! Это ответ Гермионы. Я ей написал, что мы едем спасать Гарри от Дурслей. Рон понес сову к двери во двор, за которой находился насест, и стал усаживать ее. Но птица падала ему на руки, и он осторожно положил ее на доску у мойки. — Бедняжка, — вздохнул Рон, вскрыл конверт и принялся читать: — «Здравствуй, Рон! Если Гарри у вас, передай ему привет. Полагаю, у вас все хорошо, и надеюсь, вызволяя его, ты не совершил ничего запретного. Ведь и у тебя, и у него могут быть из-за этого неприятности. Я очень беспокоюсь о Гарри. Будь так добр, как сможешь, сообщи мне подробности. И пожалуйста, отправь с письмом другую сову. Боюсь, Стрелка еще одного полета не перенесет. Я, конечно, очень много занимаюсь…» Интересно, чем? — перебил себя Рон. — Ведь все-таки каникулы! — и продолжил чтение: — «В ближайшую среду мы едем за учебниками и новыми книгами для второго курса. Почему бы нам не встретиться в Косом переулке? Напиши, как у вас дела. С любовью, Гермиона». — Прекрасная мысль! — воскликнула миссис Уизли, вытирая стол. — Мы бы тоже могли завтра поехать и все купить. А на сегодня какие у вас планы? Я, Рон и Фред с Джорджем собирались играть в квиддич. На вершине холма была небольшая лужайка вроде выгона, принадлежащая семейству Уизли. Лужайку со всех сторон окружали деревья, пряча ее от деревни внизу. Там мы и тренировались, летая над лужайкой не очень высоко, чтобы маглы не заметили. Играли яблоками, не мячами. Залетит в деревню — никто ничего не заподозрит, яблоко оно яблоко и есть! Упражнялись по очереди на резвой метле Гарри «Нимбус-2000». Старенькая «Комета» Рона порхала не быстрее бабочки. Через пять минут ребята с метлами на плечах поднялись на холм. Звали с собой Перси, но тот, как всегда, был занят. Гарри видел его только за обеденным столом. Все остальное время он не выходил из своей комнаты. — Знать бы, что у него на уме, — сдвинув брови, проговорил Фред. — Последнее время он так изменился. За день до твоего приезда, Гарри, он получил результаты экзаменов. Двенадцать С.О.В.! А он даже не повел бровью. — С.О.В. значит «суперотменное волшебство», — объяснил Джордж, заметив мой недоуменный взгляд. — И Билли так же учился. Не успеешь оглянуться, в семье будет еще один головастик. Стыдно людям в глаза смотреть. Билл — самый старший брат в семье Уизли. Он уже окончил Хогвартс и сейчас работал в отделении банка «Гринготтс» в Египте. Второй брат, окончив школу, изучал в Румынии драконов. Гарри ни того, ни другого никогда не видел. — Уж не знаю, где мама с папой возьмут денег на все покупки, — немного помолчав, продолжал Джордж. — Каждому надо по пять книг Локхарта. Да еще Джинни идет в первый класс, ей нужна мантия, волшебная палочка и еще много чего. Я молчал, чувствуя себя неловко. Родители оставили мне небольшое состояние, деньги хранились на моем счету в лондонском «Гринготтсе». Правда, я эти деньги мог тратить только в волшебном мире. Сикли, галлеоны и кнаты в магазинах маглов не действуют. Об этих деньгах я ничего не говорил Дурслям, боялся, что их ненависть к волшебникам не распространяется на волшебное золото. * * * В среду миссис Уизли разбудила ребят рано утром. Заглотив каждый с полдюжины бутербродов с беконом, мальчишки натянули куртки, а миссис Уизли сняла с каминной полки цветочный горшок и заглянула в него. — Почти ничего не осталось, Артур, — вздохнула она. — Не забыть бы сегодня купить еще… Гарри, ты у нас гость, иди первый. Миссис Уизли протянула мне горшок. я растерянно взглянул на горшок, потом на хозяев, явно что-то от него ожидавших. — А… а что надо сделать? — спросил я, заикаясь. — Он никогда еще не летал при помощи «летучего пороха», — сказал Рон. — Прости, Гарри, я совсем об этом забыл. — Никогда? — изумился мистер Уизли. — А как же ты в прошлом году покупал школьные принадлежности? На чем добрался до Косого переулка? — Приехал на метро. — В самом деле? — с нескрываемым восторгом воскликнул мистер Уизли. — Я слыхал, там есть лестницы-чудесницы! Но как именно… — Не сейчас, Артур. — Миссис Уизли явно не хотелось слушать лекцию об устройстве метрополитена. — «Летучий порох» куда быстрее. Но если ты никогда им не пользовался… — Все будет в порядке, мама, не волнуйся, — сказал Джордж, — мы пойдем первыми, а ты, Гарри, смотри. Взяв из горшка щепотку пороха, Фред шагнул в камин и бросил его в огонь. Пламя вспыхнуло, загудело, изумрудно-зеленые языки взметнулись выше человеческого роста и увлекли с собой Фреда. — Косой переулок, — крикнул Фред и исчез. — Говорить надо четко. И смотри не перепутай каминные решетки, — напутствовала меня миссис Уизли. — Что не перепутай? — занервничал я. Тем временем руку в горшок сунул Джордж, пламя вновь загудело, и второй близнец скрылся в каминной трубе. — Над нами и под нами много волшебных каминов — выходов на улицы, — продолжала объяснять миссис Уизли. — И чтобы не заблудиться, надо говорить четко и ясно. — Успокойся, Молли, он справится. — С этими словами мистер Уизли взял немножко пороху и пошел к камину. — Дорогой, а вдруг он потеряется? Что мы тогда скажем его дяде и тете? — Они долго горевать не будут, — заверил миссис Уизли я. — Разве что Дадли лопнет со смеху, что я затерялся в дымоходе. — Ну ладно. Пойдешь вслед за Артуром, — решила миссис Уизли. — Вступишь в камин, сразу скажи, куда лететь. — И руки по швам, — сказал Рон. — И конечно, зажмурься, в трубе полно сажи. — Стой смирно и ничего не бойся. Выходи, когда увидишь братьев. Не то тебя вынесет наружу не через тот камин. Стараясь удержать в голове все эти наставления, я взял щепотку пороха и подошел к краю камина. Глубоко вздохнул и вступил в огонь. Пламя показалось мне приятным ветерком. Я открыл в изумлении рот, глотнул пепла и закашлялся. — Ко-косой переулок, — запнувшись, проговорил я. Огненный вихрь завертел меня волчком и понес вверх. Свист пламени оглушительно бил по барабанным перепонкам. Я боялся зажмурить глаза: вдруг пролечу мимо своей каминной решетки. От этого кружения зеленого вихря к горлу подступала тошнота. Ой! Что-то больно стукнуло по локтю, и я еще сильнее сжался. Вихрь продолжал вращать меня, струи, овевавшие щеки, становились все холоднее. Украдкой поглядывая сквозь очки, я видел, как один за другим проносятся мимо расплывчатые пятна горящих каминов и примыкающие к ним части гостиных. Стали давать о себе знать и съеденные бутерброды. Я зажмурился. «Господи, когда же это кончится», — подумал я и в тот же миг ничком вывалился из камина на холодный пол какой-то комнаты. От удара стекла очков жалобно звякнули. Прижимая к лицу треснувшие очки, слегка пошатываясь, я поднялся на ноги. Голова кружилась, я весь был вымазан в саже, ни Фреда, ни Джорджа в комнате не было. — Да где же это я? — прошептал я, оглядывая большой, слабо освещенный зал. Что это волшебная лавка, сомнений нет. Но в ней никаких школьных принадлежностей. В витрине под стеклом красовались сушеная рука, заляпанная кровью, колода карт и пристально смотревший хрустальный глаз. Со стен таращились зловещие маски. А на прилавке — кошмар! — разложены человеческие кости разных форм и размеров. С потолка свисают ржавые, заостренные инструменты для пыток. И самое неприятное — темная, узкая улочка, которую видно сквозь пыльное окно, — явно не Косой переулок. Надо уносить отсюда ноги, и чем раньше, тем лучше. Ушибленный нос все еще саднил, но сейчас это пустяки. Я метнулся было к входной двери и на полпути замер. К магазину приближались двое. Один из них — человек, которого я, перемазанный в саже, с треснувшими очками на носу, меньше всего хотел видеть. Это был злокозненный Драко Малфой собственной персоной. По левую руку я заметил большой черный шкаф и, не долго думая, шмыгнул туда. Потянул на себя дверцу, оставив щелку, и в ту же секунду зазвенел звонок Входная дверь отворилась, Драко вошел в лавку, за ним следом… ну, конечно, его отец. То же бледное остроносое лицо, холодные серые глаза. Вылитый Драко! — Руками ничего не трогай! — приказал мистер Малфой сыну, который уже потянулся к хрустальному глазу. — Но ты ведь хотел купить мне подарок. — Я тебе обещал скоростную метлу. — На что она мне? Я же не играю за свою команду. В прошлом году Гарри Поттер купил себе метлу «Нимбус-2000». Получил особое разрешение от Дамблдора и стал играть за свой Гриффиндор: Как же, знаменитость! И все из-за этого дурацкого шрама на лбу, — злился Драко, разглядывая шеренгу черепов на полке. — Все считают его умником. Ах, распрекрасный Поттер! Ах, какой шрам! Какая метла! — Заладил свое! Ты мне уже сто раз это говорил, — рассердился мистер Малфой. — Напоминаю тебе: плохо относиться к Гарри Поттеру нельзя. Весь народ считает его героем. Ведь это из-за него не стало Темного Лорда. За прилавком возник сутулый человечек с сальными, зализанными назад волосами. — А-а, мистер Горбин… — Добро пожаловать, мистер Малфой! Всегда рад видеть у себя вас и вашего сына. — Голос у хозяина лавки был такой же елейный, как и волосы. — Что желаете-с? У меня есть что показать. Только что получили товар, и цены умеренные! — Сегодня я не покупаю, мистер Горбин, — важно произнес Малфой-старший, — а продаю. — Продаете? — Улыбка сползла с лица Горбина. — Вы, верно, слышали, Министерство объявило очередной рейд. А у меня дома…м-м… кое-что есть. И если ко мне придут, я могу оказаться в неловком положении. С этими словами Малфой достал из сумки свиток пергамента и поднес его к глазам лавочника. — Неужели Министерство осмелится беспокоить вас, сэр? — возмутился Горбин и водрузил на нос пенсне. Малфой скривил губы. — Министерство уже начало под нас копать. Ходят слухи, готовится новый закон в защиту маглов. Не сомневаюсь, за этим стоит вшивый любитель простецов и редкий болван мистер Уизли. — Малфой затрясся от гнева. — Боюсь, кое-какие яды могут показаться… — Конечно, конечно, сэр, — закивал головой Горбин. — Дайте подумать… — Папа, ты не купишь мне вот это? — перебил хозяина лавки Драко, указывая на витрину с подушечкой, на которой покоилась сушеная рука. — Рука Славы! — воскликнул Горбин. — Купите эту руку, вставьте в нее горящую свечу, и никто, кроме вас, не увидит ее огня. Лучший друг воров и разбойников! Сэр, у вашего сына отличный вкус! — Надеюсь, мой сын тянет на большее, чем вор или разбойник, — процедил мистер Малфой холодно. — У меня и в мыслях не было обидеть вас, это ведь только к слову пришлось, — засуетился Горбин. — Да, учится он не то чтобы очень. — Голос Малфоя стал ледяным. — Но это отнюдь не значит, что мозгов у него нет. — Я в этом не виноват, — вскинул голову Драко. — У всех учителей есть любимчики. Хотя бы Гермиона Грэйнджер. — И тебе не стыдно! — приструнил его отец. — Какая-то простачка учится лучше тебя по всем предметам! Малфой-младший потупился. «Ага! — подумал Гарри. — Спесь-то и с тебя можно сбить!» — Извечная история, — потек елейный голос Горбина. — Волшебная кровь везде ценится меньше. — К кому, к кому, а к моей семье это не относится, — сказал Малфой, раздувая ноздри. — Разумеется, сэр. — Горбин отвесил низкий поклон. — Тогда давайте вернемся к списку. Я очень спешу, у меня сегодня много важных дел. Хозяин и гость начали торг, а Драко пошел ходить по лавке. Полюбовался петлей, на которой повесили не одного преступника. Остановился у витрины с опаловым ожерельем. — «По преданию, ожерелье отняло жизнь у девятнадцати простецов. Осторожно. Не трогать. Проклято», — злобно хихикая, прочитал он. Шаги Драко приближались к шкафу, где сидел Гарри. Вот он совсем рядом, сейчас откроет дверцу. Сердце у Гарри екнуло. — По рукам! — донесся довольный голос мистера Малфоя из-за прилавка. — Драко, идем скорее! Драко поспешил прочь. Гарри вытер рукавом лоб. — До свидания, мистер Горбин. Завтра жду вас у себя в замке. Всего наилучшего. Входная дверь захлопнулась, и елейность Горбина вмиг испарилась. — И вам того же. Коль молва не лжет, в списке нет и половины того, что спрятано у вас в замке. Недовольно бормоча, Горбин скрылся в комнате за прилавком. Выждав минуту-другую (вдруг Горбин вернется), я выскользнул из шкафа и, минуя зловещие витрины, благополучно вышел из лавки. Поправив на носу сломанные очки, я огляделся: темная улица, тесно заставленная лавками, которые торгуют ужасающим товаром. «Горбин и Бэркес» — самая большая лавка, напротив нее витрина, заполненная — ну и гадость! — высушенными головами. Через две двери — большая клетка, кишащая гигантскими черными пауками. Из темного прохода между двумя лавками за мной следили два колдуна довольно жалкого вида и о чем-то подозрительно перешептывались. Опять поправив сползавшие очки, я поспешил прочь. Как здесь омерзительно! Но я не терял надежды выбраться отсюда в целости и сохранности. Облупленная деревянная вывеска, косо висевшая на лавке ядовитых свеч, гласила: «Лютный переулок». Мне это не помогло. О таком переулке я никогда не слышал. Видно, в камине я закашлялся от золы и произнес название остановки не совсем внятно. «Что же делать?» — подумал я, стараясь сохранять спокойствие. — Ты не заблудился, мой мальчик? — вернул меня к действительности чей-то голос. Я вздрогнул, поднял глаза. Передо мной стояла старая ведьма с подносом в руках, на котором высилась горка скорлупок. Да ведь это человечьи ногти! Старуха алчно смотрела на меня, скаля почерневшие зубы. — Нет, спасибо! — отпрянул я. — Я… я… просто… — Гарри! Чо ты тут делаешь? Я, да и ведьма подпрыгнули от неожиданности. У старухи с подноса посыпались ногти. Конечно, это был Хагрид, его маленькие заросшие густой бородой глазки блестели, как два черных жука. — Хагрид! — радостно воскликнул я. — Я заблудился… «Летучий порох»… Хагрид выбил из рук ведьмы поднос, схватил меня за шиворот и оттащил меня прочь от старой карги. Мы шли по темной, извилистой улочке. И вслед нам еще долго неслись истошные вопли обиженной старухи. Наконец забрезжили солнечные лучи, и скоро стало совсем светло. Впереди выросло огромное здание из белоснежного мрамора. Так ведь это банк «Гринготгс»! Хагрид вывел меня прямо на Косой переулок. — Фу, какой грязнущий! — проворчал Хагрид, разглядев при ярком свете мой неказистый вид, и стал стряхивать с меня каминную сажу. Да с такой силой, что чуть не отправил меня в бочку с драконьим навозом, стоявшую у входа в аптеку. — Негоже… э-э… шататься по Лютному переулку. Гиблое место, да! Опасное! А если кто тебя здесь увидит? — Это я сразу понял, — сказал я, увернувшись от взмаха огромной ручищи. — Говорю тебе, я заблудился! А ты-то что там делал? — Искал средство от… как его… плотоядных слизняков. Эти паразиты, не ровен час, слопают у нас всю капусту. Да ты, никак, тут совсем один? — Я гощу у Уизли. Мы поехали сегодня покупать учебники, но я потерялся, — объяснил я. — Хорошо бы их скорее найти. И мы пошли дальше по улице, вернее, шел Хагрид, а я бежал рядом вприпрыжку. На каждый шаг огромных сапог друга я делал три-четыре своих. — А чой-то ты не отвечал на мои письма? — спросил Хагрид. Я все ему рассказал про Дурслей и Добби, как я улетел от них в фордике мистера Уизли. — Окаянные маглы! — прорычал Хагрид. — Знать бы… — Гарри! Гарри! — громко позвал чей-то голос. На верхних ступеньках у входа в банк стояла Гермиона Грэйнджер. Увидев старых друзей, девочка бросилась нам навстречу. Ветер трепал ее густые каштановые волосы. — Гарри! Что с твоими очками? Здравствуй, Хагрид. Как же я рада вновь вас видеть! Ты, Гарри, идешь в «Гринготтс»? — Привет, Гермиона. Ты угадала, я иду в банк. Но сначала надо найти всех Уизли. — Ну, долго-то искать не придется, — улыбнулся в бороду лесник. И как в воду глядел: к банку спешило все семейство. — Гарри! — переведя дух и приветственно махая рукой, крикнул мистер Уизли. — Мы надеялись, что ты проскочил не выше одной решетки. — Он вытер блестящую лысину. — Молли от беспокойства чуть с ума не сошла. Она сейчас подойдет. — Ты из какого камина вышел, Гарри? — спросил Рон. — Не знаю. — Он высадился в Лютном переулке, — сдвинул густые брови Хагрид. — Ни фига себе! — воскликнули близнецы. — Нам туда ходить категорически запрещено… — откровенно позавидовал Рон. — Знамо дело! Там и сгинуть недолго, — прохрипел Хагрид. — Гарри! Деточка! Нашелся! — Миссис Уизли мчалась к нам на всех парусах, одной рукой размахивая сумочкой, другой таща за собой Джинни. — Гарри! Миленький! Ведь ты мог погибнуть! Подбежав, миссис Уизли мгновенно достала из сумки платяную щетку и принялась сметать с моей мантии остатки сажи. А мистер Уизли снял с моего носа очки и прикоснулся к ним волшебной палочкой, раз-два — и очки как новые! — Мне, однако, пора, свидимся в школе, — попрощался Хагрид, вызволяя руку из ладоней миссис Уизли, которая все никак не могла успокоиться: — Лютный переулок! А если бы ты его не нашел! Лесничий двинулся в обратном направлении, возвышаясь над прохожими чуть не на голову. А вся компания отправилась в банк. — Угадайте, кого я видел в лавке «Горбин и Бэркес»? — спросил я Рона и Гермиону. И тут же сам ответил: — Малфоя и его отца! — Люциус Малфой купил там что-нибудь? — живо поинтересовался мистер Уизли. — Нет, он сам продавал. — А-а, занервничал. — Мистер Уизли был явно доволен. — Хотелось бы мне на чем-нибудь его подловить! — Будь осторожнее, Артур, — сурово проговорила миссис Уизли, следуя в банк за низко кланявшимся гоблином. — Эта семья опасная. Не зарься на кусок, который не проглотишь! — Ты считаешь, мне с Малфоем не потягаться? — возмутился мистер Уизли. Но тут увидел родителей Гермионы и сразу же про него забыл. Грэйнджеры стояли у стойки, которая тянулась вдоль стен мраморного холла. Они ожидали, когда Гермиона представит их, и заметно волновались. — Здравствуйте, друзья! — восторженно приветствовал их мистер Уизли. — Маглы! Вы — настоящие маглы! Наше знакомство нужно отметить! Пришли поменять деньги, да? Смотри, Молли, настоящие фунты. — И он показал на десятифунтовую банкноту в руке мистера Грэйнджера. — Встретимся тут, Гермиона, — сказал Рон, и все семейство Уизли вместе со мной отправилось в подвалы банка, где находились сейфы. К сейфам вели рельсы, по которым бегали вагончики. Вагончиками управляли гоблины и возили волшебников туда и обратно. Дорога соединяла все подземные банковские помещения. Мне очень понравилось путешествие. Какой головокружительный спуск! Вот и сейф Уизли. Дверца сейфа открылась, и я почувствовал себя хуже, чем в Лютном переулке. Внутри стального ящика была жалкая горстка серебряных сиклей и всего один золотой галлеон. Миссис Уизли хорошенько пошарила по углам, выгребла одним махом все монеты и высыпала к себе в сумочку. Затем пошли к моему сейфу. И тут я совсем расстроился: у меня-то в сейфе хранилось целое богатство! Чтобы не унижать друзей, я заслонил собой содержимое сейфа и быстро побросал в кожаный мешок несколько пригоршней монет. После чего все вместе подождали вагончик и поехали наверх. На мраморной лестнице компания разделилась. Перси что-то промямлил про новое перо, Фред и Джордж встретили школьного приятеля Ли Джордана. Мистер Уизли пригласил Грэйнджеров в «Дырявый котел» отметить знакомство. А миссис Уизли и Джинни спешили в лавку подержанной одежды. — Через час встречаемся в книжном магазине «Флориш и Блоттс», купим для всех учебники. И думать забудьте про Лютный переулок! — крикнула она вслед близнецам и, крепко держа Джинни за руку, засеменила в сторону одежной лавки. Я с Роном и Гермионой брели по извилистой, вымощенной булыжником улочке. «Гарри! Гарри! Потрать нас! Купи что-нибудь, пожалуйста!» — звенели у меня в кармане золотые и серебряные монеты. Я купил три больших рожка клубничного мороженого с шоколадом и арахисовым маслом. И мы с наслаждением его уплели. Ходили долго, разглядывая витрины лавок. Вдруг у Рона загорелись глаза: в окне лавки «Все для квиддича» красовался полный комплект экипировки любимой команды Рона «Пушки Педдл». Гермиона оттащила его от витрины и повела друзей в соседнюю лавку пишущих принадлежностей за чернилами и пергаментом. Там мы встретили близнецов с Ли Джорданом. Те застряли у прилавка с холодными и влажными чудо-хлопушками доктора Фойерверкуса. А в крошечной мелочной лавке, торгующей сломанными волшебными палочками, испорченными медными весами, старыми заляпанными мантиями и прочим хламом, наткнулись на Перси. Он стоял у прилавка, углубившись в скучнейшую книжонку «Старосты, достигшие власти». — «Старосты Хогвартса и их дальнейший жизненный путь», — громко прочитал Рон текст с задней обложки. — Не мешай! — выпалил Перси, не отрываясь от чтения. — Он у нас очень честолюбивый и целеустремленный. Хочет быть министром магии, — отойдя от брата, объяснил Рон друзьям вполголоса. Через час мы поспешили в магазин «Флориш и Блоттс». И, надо сказать, не мы одни туда торопились. Подойдя к магазину, мы, к своему изумлению, увидели огромную толпу у входа, рвавшуюся внутрь. Причиной этому была, очевидно, огромная вывеска на верхнем окне: Гилдерой Локхарт подписывает автобиографию «Я — ВОЛШЕБНИК» сегодня с 12.30 до 16.30. — Мы сейчас увидим самого Локхарта, — в восторге пролепетала Гермиона. — Он же написал почти все учебники из нашего списка! Толпа главным образом состояла из женщин возраста миссис Уизли. У входа затюканный волшебник без конца повторял: — Спокойнее, леди, спокойнее! Не толкайтесь! Пожалуйста, аккуратней с книгами! Я с Роном и Гермионой протиснулись внутрь. Ну и ну! Очередь тянулась через весь магазин в самый конец, где Локхарт подписывал свои книги. Взяв по книжке «Каникулы с каргой», все трое устремились вдоль очереди, туда, где стояли Уизли и родители Гермионы. — Вот и вы! Прекрасно! — взволнованно дыша и приглаживая волосы, воскликнула миссис Уизли. — Еще минута — и мы увидим его! И вот — о, счастье! — увидели. Он восседал за столом в окружении собственных портретов. Все они подмигивали и одаривали ослепительными улыбками поклонниц и поклонников. Живой Локхарт был в мантии цвета незабудок, в тон голубым глазам. Волшебная шляпа лихо сдвинута на золотистых локонах. Коротышка нервозного вида приплясывал вокруг стола, то и дело щелкая большой фотокамерой, из которой при каждой вспышке валил густой пурпурный дым. — Не мешайся! — рявкнул он на Рона, пятясь назад и наступив ему на ногу. — Не видишь, я снимаю для «Ежедневного пророка». — Тоже мне! — Рон потер отдавленную ногу другой. Локхарт услыхал восклицание. Посмотрел в сторону Рона. И вдруг вскочил с таким видом, как будто в магазине приземлилась летающая тарелка. — Не может быть! Неужели это сам Гарри Поттер! — возликовал он. Возбужденно шепчась, толпа расступилась. Локхарт ринулся ко мне, схватил меня за руку, потащил к столу. И толпа разразилась бурными аплодисментами. Позируя перед фотографом, Локхарт с силой затряс мою руку. я вспыхнул до корней волос. Фотоаппарат щелкал как бешеный, пуская в сторону семейства Уизли густые клубы дыма. — Гарри! Улыбнись шире! — Локхарт и сам ослепительно улыбнулся. — Мы с тобой украсим первую полосу! Коротышка кончил снимать, и Локхарт выпустил мою руку. Разминая занемевшие пальцы, я хотел было присоединиться к своим друзьям, но Локхарт, схватив меня за плечо, не дал сделать и шагу. Притянув меня к себе и мановением руки потребовав тишины, он торжественно возвестил: — Леди и джентльмены! Какие незабываемые минуты! Позвольте обратиться к вам с одним маленьким заявлением. Юный Гарри пришел сегодня во «Флориш и Блоттс» купить мою книгу с автографом, но ему не придется тратить деньги. Я дарю ему все мои книги. Зрители снова зааплодировали. — Это еще не все. — Локхарт слегка тряхнул меня, отчего очки у меня сползли на кончик носа. — Знай, Гарри, ты получишь гораздо больше, нежели просто мою книгу «Я — волшебник». Отныне ты и твои друзья получат в свое распоряжение живого меня — волшебника. Да, леди и джентльмены. Я с превеликим удовольствием и гордостью сообщаю вам, что с первого сентября я приглашен занять пост профессора защиты от темных искусств в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс»! - какой кошмар. и этот напыщенный павлин вел у вас защиту? - да, лика. это был просто ужас. Зрители устроили Локхарту бурную овацию, а сам Локхарт подарил мне все свои семь книг, и я наконец обрел свободу. Заметив в конце зала Джинни, я пошел к ней, пошатываясь под тяжестью сочинений Локхарта. — Это тебе, Джинни, — сказал я, укладывая все книги в котел, стоявший рядом с ней на полу. — А я себе куплю. Учись хорошо! — Вижу, ты счастлив! — раздался за спиной голос, который я сейчас же узнал. Я выпрямился. Рядом со мной стоял Драко Малфой и улыбался своей нагловатой улыбкой. — Знаменитый Гарри Поттер! Не успел войти в книжную лавку и тут же попал на первую страницу «Пророка»! Джинни удивленно вытаращилась на Драко. — Не приставай к нему! Гарри совсем этого не хотел, — вдруг сказала она. Джинни первый раз открыла в присутствии меня рот. — Жених и невеста! Ха-ха-ха! — стал дразнить своих неприятелей Драко. Джинни залилась краской. Рон с Гермионой, увидев неладное, поспешили на выручку. В руках у обоих были стопки учебников Локхарта. — А-а, этб ты! — Рон взглянул на Драко, как на дохлого таракана. — Держу пари, ты удивлен, что встретил здесь Гарри. — Еще больше удивлен, увидев тебя в этом магазине. Ух ты, сколько покупок! Небось твои родители теперь месяц будут ходить голодные. Рон покраснел сильнее Джинни. Бросив книги в ее котел, он ринулся на Малфоя, но я и Гермиона успели схватить его за полы мантии. — Рон! Сейчас же перестань! — крикнул мистер Уизли, продираясь сквозь толпу с близнецами. — Идите на улицу. Это не магазин, а сумасшедший дом. — Ба-а! Кого я вижу! Артур Уизли! Это был мистер Малфой. Подойдя к сыну, он опустил руку ему на плечо и ухмыльнулся — точь-в-точь, как Драко. — Здравствуйте, Люциус, — холодно приветствовал его мистер Уизли. — Слыхал, что у Министерства прибавилось работы. Все эти рейды, знаете ли! Хоть сверхурочные-то вам платят? С этими словами он сунул в котел Джинни руку и среди глянцевых книг Локхарта откопал старый, потрепанный учебник «Руководство по перевоплощению для начинающих». — По-видимому, нет, — вздохнул он. — Стоит ли позорить имя волшебника, если за это даже не платят? Мистер Уизли покраснел еще гуще детей. — У нас с вами разные представления о том, что позорит имя волшебника, мистер Малфой, — отрезал он. — Это очевидно. — Малфой перевел белесые глазки на родителей Гермионы, которые со страхом взирали на разгорающуюся ссору. — С кем вы якшаетесь! Ниже падать некуда. Тут уж и старший Уизли не выдержал. Пнув ногой жалобно звякнувший котел, он ринулся на мистера Малфоя, схватил его за грудки и швырнул на книжную полку. — Я тебе покажу, как обижать моих друзей, — крикнул он, ловя падающие на него тяжеленные книги. — Так его, отец! Врежь ему хорошенько! — кричали близнецы. — Артур! Не надо, прошу тебя, — умоляла миссис Уизли. — Толпа ринулась к выходу, сметая на своем пути книжные полки. — Джентльмены! Пожалуйста, прекратите! — надрывался продавец, стараясь навести порядок. — Чисто сумасшедший дом! А ну валите все отсюдова! — громыхнул чей-то голос. Ну конечно, это спешил на подмогу Хагрид. Он с легкостью преодолел завалы книг и в мгновение ока растащил в стороны сцепившихся драчунов. У мистера Уизли была рассечена губа, а у мистера Малфоя красовался под глазом здоровенный фингал — след от удара толстенной «Энциклопедией поганок». В руках у старшего Малфоя все еще был учебник Джинни. Он сунул его обратно в котел, глаза у него при этом недобро блеснули. — Вот твоя книжка, девочка. Получше твой отец не в состоянии купить. С этими словами он высвободился из рук Хагрида, выразительно посмотрел на сына, и оба поспешили убраться восвояси. — И чой-то, Артур, ты обращаешь внимание на окаянного, — пробурчал Хагрид и принялся одергивать на мистере Уизли мантию, едва не уронив того на пол. — Эта семейка, вестимо, протухла до мозга костей! Не след так из-за них убиваться. Дурная кровь! Пошли-ка скорей на улицу. - прямо, как парочка выпивших Нордов. те тоже если что на кулаках дерутся или за оружие хватаются. гари удивился. - даже маги? - даже они, хоть их и мало в скайриме. Магазин покинули всей компанией. Продавец хотел было остановить их, но он был Хагриду ровно по пояс, и благоразумно передумал. Мистер и миссис Грэйнджеры дрожали от страха, а миссис Уизли кипела от ярости. — Хороший пример ты подаешь детям… Подраться прилюдно… Боже! Что подумает Гилдерой Локхарт. — Гилдерой Локхарт был наверху блаженства! — успокоил Фред мать. — Не слыхала, как он просил того типа из газеты вставить в репортаж сцену сражения. А я слыхал. Совсем на популярности помешался! В «Дырявый котел» вся компания вошла, понурив головы. Грэйнджеры покинули трактир через противоположный выход, ведущий на улицу маглов. Мистер Уизли начал было расспрашивать их, как действуют автобусные остановки, но, поймав взгляд жены, покорно замолк. Пора было возвращаться в «Нору», и семейство Уизли вместе с Гарри поспешили к камину. Перед тем как взять щепотку «летучего пороха», Гарри Поттер снял на всякий случай очки и спрятал в карман. Да, этот вид транспорта явно не для него!