Коньки с острым лезвием

      Осень наступила внезапно. Ветер сдувал все на своем пути. Дождь бил по окнам и, недовольные столь ранним пробуждением, люди сновали туда-сюда под громкие раскаты грома. Слякоть и лужи оставляли грязные пятна на ботинках, а серые тучи, заполняющие небо, делали утро еще ужаснее. Люди ходили мрачные и грустные, некоторые что-то бубнили себе под нос или тихо ругались ужасной погоде. 16-летний Антон был исключением из всех. Он обожал осень и сейчас, забыв о том, что стоило бы надеть хотя бы куртку, бежал в одной толстовке на автобусную остановку, боясь опоздать на тренировку. Юноша фигурист и занимается этим видом спорта уже больше семи лет. К сожалению, его любимый тренер Аркадий Валентинович, который помнил его еще ребенком, неделю назад ушел на пенсию и им должны были подсунуть какого-то нового тренера из Питера, который приехал помогать воронежским спортсменам покорять пьедесталы. Едя в битком забитом автобусе, Шастун пытался представить себе его, молодого, некрасивого и нестрогого мужчину. С каждой минутой ему все больше и больше хотелось его увидеть. Юноша был далеко не лучшим в их группе, поэтому надеяться на то, что его рано или поздно отберут в сборную, было глупо. Аркадий Валентинович любил Антошку за его старание, хоть оно и было напрастным. Остальные тренера совершенно не разделяли его любви к мальчику. Все они, как один, говорили, что он никогда ничего не добьется и мужчине стоит уделять внимания более спопсобным ученикам. Шастун превое время очень переживал, что его старания напрастны, но через некоторое время просто забил на тех людей, которые, по словам Аркадия Валентиновича, “просто недооценивали” мальчишку.       На часах было 6:10 утра, когда Шастун, запыхавшись, вбежал в спорткомплекс и кинув быстрое “здравствуйте” администратору, побежал со всей скорости на второй этаж. Ему совершенно не хотелось опаздывать на тренировку, поэтому через три минуты он уже был в спортивном зале, готовый встречать нового тренера. Друзей в команде у него не было, так что никто даже не удосужился сказать ему “привет”. Антон был не против такой позиции. Он всегда и везде был один, не считая, конечно, его закадычных школьных друзей Сережку и Димку. Через две минуты в зал вошел высокий мужчина с темными волосами и небесно-голубыми глазами. Он был одет в темно синий спортивный костюм и ярко крассные спортивные кроссовки. Мужчина выглядел сурово и даже не улыбнувшись своим новым подопечным, громко сказал:       - Всем добрый день, меня зовут Попов Арсений Сергеевич, я ваш новый тренер по фигурному катанию. Говорю сразу, заниматься со мной будут не все, - у ребятна лицах читалось удивление, ведь никто не расчитывал на такой исход событий. - Сегодня я отберу десять спортсменов, с которыми я удосужусь заниматься в ближайшее время. Остальные перейдут в более слабую группу к Анне Игоревне.       Анна Игоревна была отличным тренером, но у нее занимались восьмилетние дети, с котрыми Антон никак не хотел сталкиваться. Хотя он и понимал что скорее всего так и будет, вседь из 28 человек он явно не входит в десятку лучших.       Арсений решил устроить максимально легкую тренировку, дабы увидеть на что в принципе способны ребята. Но даже на такой тренировке Шастун умудрился четыре раза упасть при разминке. Нет, вы не подумайте, катается он неплохо, но с ловкостью и осторожностью ему явно стоило поработать. Все время Попов не делал замечаний и не давал каких либо указаний и упражнений. Ребята просто катались и репетировали свои номера, в то время, как Арсений пристально наблюдал за ними и постоянно что-то записывал в свой блокнот. Через полтора часа, окончив тренировку, он подозвал всех ребят к себе.       - Я посмотрел, на что вы способны и сделал такой вывод: в моей группе будут Козлова, Пещанина, Поповичук, Ласточкин, Суркова, Клинов, Макаров, Григорьев, Плющенко и… - сердце Антона забилось в два раза сильнее, - Ячкин.       Сердце Шастуна престало биться. Это провал. С Анной Игоревной он никогда не выйдет на пьедестал и никогда не выграет на Олимпийских играх. Вся надежда была на Арсения, но, увы, он уже скрылся за дверью тренерской и даже не порощался со своими подопечными.       Целый день в школе Антон ходил мрачный и рассержанный. Друзья пытались его поддержать, но он был неприклонен. Они прекрасно знали, что Шастун любил этот спорт всем сердцем и как хотел когда нибудь поехать на ОИ. Вариант заниматься в другом месте сразу отметался, так как только одна группа в городе готовилась к серьезным соревнованиям, которой как раз руководил Попов. За весь день Антон ни разу ни с кем не заговорил, кроме краткого пересказа произошедшего друзьям. Родители уже давно не интересовались его жизнью и часто засиживались до ночи в каком нибудь кабаке, а потом под утро с грохотом вваливались в квартиру и укладывались спать. Виделись они с сыном только изрредко по утрам, когда вставали выпить стакан воды, в то время как мальчик пытался найти хоть что-то съестное в холодильнике. Как всегда, предков дома не оказалось и Шастуну было некому выговориться о своем горе. Ему было тошно от того, что единственный его шанс попасть на соревнования был провален. Он наотрез не хотел идти в группу к Анне Игоревне и хотел забросить спорт. Ему не хотелось ни есть, ни спать. Даже плакать не хотелось. Из него как будто достали все органы и чувства и выбросили их на помойку. Он был абсолютно пуст изнутри. За всю его жизнь в трудных ситуациях его никогда не поддерживали родители, хотя, казалось бы, самые близкие и дорогие люди. Всегда и во всем они обвиняли его и кричали, что есть силы. Уже в десять лет Антон понял, что не нужно даже рассказывать что либо родителям и просто засовывал свое мнение себе в жопу и молчал в тряпочку. Переступив порог квартиры и закрыв дверь, Шастун плавно спустился вниз по стене и осел, уперевшись зглядом в противоположную стену. Он никогда не резался, так как считал это довольно глупым и максимально палевным занятием. Он не пил, так как ему не продавали, а отец строго настрого запрещал трогать его запасы. Юноша курил, но все его сигареты, предательски, закончились именно сегодня утром. Просидев на холодном полу минут двадцать, он все же решил что-то предпринять, но на душе так противно скреблись кошки, что не хотелось делать абсолютно ничего. Антон подтянул ближе к себе свой рюкзак и достал оттуда чехол с коньками. На одном внизу ручкой было выведено “Антошка”. Эту надпись он нашкрябал еще лет в одиннадцать, чтобы легко опознавать свою пару. На другом сбоку было выведено другое слово “Шастунчик”. Только в свои шестнадцать юноша понимал, что Антошка Шастунчик звучит очень по детски, но ниразу за все время не закрасил следы прошлого. Коньки были в идеальном состоянии, ведь это были самые дорогие для бноши вещи. Палец случайно задел лезвие на коньке и тут же из него тонкой струйкой полилась теплая кровь. Ругнувшись, Антон направился в ванную смыть кровь и заклеить пластырем. Вернувшись на пол, он еще некоторое время рассматривал ценность, но с каждой секундой он все больше и больше погружался в мысли и подсознание крутила перед ним воспоминания сегодняшнего дня и у Шастуна закипали мозги. Там все – злость, ненависть, горе, недопонимание, надежда, грусть и страх. Внезапно его руки наполнились неистовой силой и он что есть мочи швырнул коньком в стену. Он оставил огромную царапину на стене и с грохотом упал на пол. Антон понял, что после этого, ему стало как-то легче и он повторил это действие, потом снова и снова, он потерял счет во времени, юноша просто наслаждался процессом и успокаивал свои не до шутки разыгравшиеся нервишки. Через несколько десятков таких бросков в дверь постучали и недовольные соседи отругали Шастуна за излишний шум в позднее время (оказалось, что уже было полдевятого вечера) и пригрозив вызовом полиции, ушли по своим квартирам. Только сейчас, развернувшись и посмотрев на стену, Антон увидел, что он наделал. Вся стена была исцарапана острым лезвием. Казалось, будто сто кошек одновременно стрегли когти и дрались рядом с этой стеной. Что скажут родители? А заметят ли они вообще? Этот вопрос был риторическим, так как родители никогда ничего не замечали, а если так и случалось, то юноша всегда успевал быстро убегать в школу и оставлять родителей наедине с их проблемами.       Антон направился на кухню, чтобы приготовить хоть какой-то ужин. Есть он не любил, но уже вошло в привычку, хочешь быть спортсменом – ешь много и плотно. Пельмени плавали в большой кастрюле, а парень наблюдал за ними и думал о чем-то своем, когда на телефон внезапно пришло уведомление. Вынырнув из омута воспоминаний, Шастун глянул в телефон. Новый запрос на подписку в инстаграмме. Это уже интересно. К нему уже лет 6 никто не напрашивался. Некий аseniyspopov хотел подписаться на юношу и Антон, не задумываясь нажал принять. Ему сейчас совершенно не хотелось рассматривать профили других людей, когда у него самого день не задался. Вообще парень не очень любил вести соц сети. А для кого? Друзьям он мог просто фотки показать, а больше за ним никто и не следил. Но какое-то седьмое чувство все таки заставляло его периодически выкладывать посты с тренировок, разные мотивирующие фразы и некоторые видео с соревнований, где он получался лучше всего. На тренировках парень был как новорожденный Бемби, у которого ноги разъезжаются в разные стороны, или как бычок, который шатается из стороны в сторону, но на соревнованиях он всегда собирался и каждый раз показывал все лучшй и лучший результат. Он честно не понимал, как это работает, поэтому на тренировках он выглядел глупо и, сколько бы он не собирался, никак не мог показать себя во всей своей красе. Каждый раз ему что-то мешало. Какой-то барьер, но он никак не мог понять какой. Сейчас, стоя и обдумывая это все, уткнувшись взглядом в кострюлю, парень решил, что будет ходить на тренировки к Анна Игоревне и будет самостоятельно пытаться найти тот самый барьер, пересилить его и доказать Арсению, что он может и что он зря его не выбрал к себе в группу. Из состояния раздумывающей коровы (а по выражению лица казалось, что это имеено корова), мальчика вывел “плевок” водой из кострюли с пельменями. Они уже точно были готовы и даже слегка переварились. Положив их все на тарелку, Шастун сел за стол и разблокировал телефон. В инстаграмме было 3 уведомления, а именно три лайка на его посты с соревнованиями. Зайдя на аккаунт нового подписчика, Антон аж подавился от удивления. Это был не кто иной, как Арсений Сергеевич. Тут пришло еще одно уведомление, на этот раз в виде сообщения. Арсений Попов 21:54 Привет, Антон)       А что нужно отвечать в таких ситуациях? И? Ну? Вообще, что это такое? Антон Шастун 21:55 Здравствуйте Арсений Попов 21:55 Я тут посмотрел твои видео с соревнований и хочу сказать, что ты очень даже неплохо катаешься, как для своего уровня. Антон Шастун 21:56 Спасибо Арсений Попов 21:56 Слушай, можешь ко мне завтра после тренировки зайти, хочу с тобой поговорить? Антон Шастун 21:57 Да, конечно. О чем? Арсений Попов 21:58 Завтра узнаешь. Спойоной ночи, Антон) Антон Шастун 21:58 Хорошо. Спокойной ночи, Арсений Сергеевич       И о чем он хочет поговорить? Сказать, чтобы н выметался вон из спорткомплекса или предложить вступить к нему. Второе исключено. Он сказал, что у него только 10 мест, а значит, его он принять не может. Что же тогда будет? За этими раздумьями Шастун доел и пошел спать. Ну, как спать? Сначала подумал сделать уроки, потом забросил эту тему. Лег на кровать и два часа втыкал в телефон, а потом, услышав, как пришли родители (что-то они рано сегодня), улегся спать. Как он и думал, царапин на стене они так и не заметили. Что же будет завтра?