Коньки с острым лезвием

Утром Антон проснулся жутко недовольным и не выспавшимся, потому что родители в два часа ночи внезапно решили бахнуть еще одну бутылку вискаря, а потом включили на полную альбом каких-то неизвестных юноше исполнителей и танцевали так еще минут сорок, пока недовольные соседи не уложили их спать. Так как сегодня была суббота, то тренировка стояла на вечер (жутко неудобное расписание), так что парень решил прогуляться утром, но пробираясь на кухню, подскользнулся на разлитом алкогольном напитке (гулянка была знатная) и жутко подвернул себе ногу, чудом не порезавшись о близлежащую разбитую бутылку. С адской болью он кое-как доковылял до ванной и, взяв швабру, принялся вытирать следы родителей. Оставив идею с завтраком, он лег на кровать и залез в телефон. На экран тут же вылезла вчерашняя переписка с новым тренером. Шастун уже думал написать, что он сегодня не придет, так как нога болела просто нереально, но решил, что такой разговор пропускать нельзя, поэтому закрыв переписку, он достал из глубины ящика эластичный бинт и перемотал ногу. Ему часто приходилось им пользоваться, так как с его неуклюжестью всегда страдали именно ноги. Заметив про себя, что боль с каждой секундой усиливается, но оставив это без внимания, он сел за стол и открыл учебник по алгебре. Хоть как-то отвлечься. За уроками Антон просидел до четырех (задания оказались на удивление интересными) и, собрав рюкзак, юноша поплелся на тренировку. Нога, к счастью, прошла уже через два часа и Шастун даже снял бинт. Анна Игоревна все равно тяжелых упражнений давать не будет, так что лучше просто попробовать позаниматься. Дойдя до остановки и без приключений (что удивительно) доехав до спорткомплекса, Шастун поднялся на второй этаж и направился в раздевалку. Быстро размявшись, спортсменов отправили на лед и сказали, чтобы они делали что угодно и просто повторяли свои номера, так как у Анны Игоревны в это время было индивидуальное занятие с какой-то маленькой девочки с хвостиками, которой на вид было года четыре. Антон катал без остановки, стараясь совершенствоваться во всем. Каждый раз, когда у него не получался тот или другой элемент, он делал его очень много раз, пока не выходило более-менее сносно. Тренировка уже медленно подходила к концу и Шастун решил еще раз от начала до конца прорепетировать полностью свой номер, который был поставлен еще пол года назад Аркадием Валентиновичем. Все шло идеально и Антон даже удивился такому неожиданному результату от себя, но одно движение изменило все. Одним из элементов был аксель, который всегда давался юноше довольно легко и очень редко вызывал трудности, но в этот раз, сделав прыжок, парень почувствовал невыносимую боль в ноге и не смог удачно приземлиться. Благо, ему удалось хотя бы не разбиться, но жуткая боль в голени практически не давала ему перемещаться. Отъехав, а точнее, проковыляв до края арены, парень встал передохнуть и только сейчас боковым зрением заметил, что все это время за их тренировкой наблюдал Арсений. Тот стоял за оградой и внимательно следил за каждым спортсменов (что он вообще тут забыл? У него разве нет своей тренировки?). Весь этот поток мыслей оборвал громкий голос Анны Игоревны, оповестивший об окончании занятия. Шастун кое-как доехал до противоположной стороны и, зайдя в раздевалку, чуть не заскулил от боли, когда снимал конек. Собравшись и уже хотев уйти, Антон вспомнил, что его звал к себе Попов. Желания идти к нему не было совсем. Хотелось лечь прямо на пол, свернуться комочком и тихонько поскулить, но парню было крайне интересно, что такого хочет сказать ему Попов. Взяв всю свою волю в кулак, Антон отправился в тренерскую. Дверь была слегка приоткрыта и через щелку Шастун увидел, что в комнате находится исключительно Арсений. Видимо, все тренера сейчас были заняты. Сжав свою руку, юноша пару раз постучал по двери, от чего она издала довольно громкий, прорезающий тишину звук. Подняв голову от компьютера и взглянув на юношу, Попов невольно улыбнулся и попросил парня пройти внутрь. Тренерская представляла из себя небольшую комнатушку, в которой был рабочий стол да пара мягких кресел. Антуража комнате предавал высокий цветок в горшке, который стоял в самом дальнем углу. Шастун, стараясь не ковылять, прошел в комнату и присел в кресло, стоящее по другую сторону стола. Попов начал разговор. - Я думаю, ты уже догадался, о чем я хочу поговорить, - Шастун отрицательно покачал головой. - Правда? Я думал, что ты понял. Ну, ладно. Я посмотрел на твои выступления, ты вполне неплохо катаешь. Что ж ты на тренировках так себя не показываешь? - Арсений сложил руки в замок. - Не могу, просто не получается… я… - в такой ситуации Шастун совершенно не мог подобрать слов. - Барьер? - парень кивнул. Тренер подобрал самое подходящее слово. - А на выступлениях он как будто просто исчезает и я катаю на отлично, - юноша опустил взгляд в пол. Почему-то ему внезапно стало очень стыдно. - Не расстраивайся, все можно исправить, - мужчина положил свою руку на плечо Антона, - у меня есть к тебе предложение позаниматься у меня. Хотя бы попробовать. Не обещаю, что будет легко, но ты и твоя ситуация меня очень заинтересовали. Ты, как я вижу, очень старательный и упертый, а таких я люблю, - губы Шастуна невольно расплылись в широкой улыбке. - Так что, согласен? - парень кивнул. Кто ж от такого откажется? - Вот и отлично. Ах да, еще хотел спросить, - он слегка отстранился и облокотился о кресло, - что у тебя с ногой? - Утром подвернул, - врать почему-то совершенно не хотелось. Уж слишком хорош был этот Арсений. - И чего ты на тренировку с больной ногой приперся? Окончательно добить? - парень пожал плечами и снова опустил взгляд в пол. Ему опять стыдно. - Ладно, ты сходи сейчас к медсестре, пусть посмотрит, и чтоб я тебе ближайшую неделю на тренировках не видел! - мужчина звучал серьезно, но на его лице красовалась улыбка, которая очень ему шла. Парень посмеялся про себя и, попрощавшись, направился в медпункт. Там не произошло ничего интересного. Ему поставили растяжение голеностопа, от чего Антон слегка приофигел, но позже медсестра сказала, что в его случае все не так серьезно и к тренировкам можно возвращаться уже через две недели, а пока стоит ограничить физические нагрузки и длительные прогулки. Конечно, новость о двухнедельном не хождении на тренировки его слегка огорчила, но тем не менее, парень пытался во всем найти позитив. В любом случае, теперь он в группе Попова и это очень круто. Шастун шел вполне хорошем настроении и, на радостях, чуть не подскользнулся на улице, но цепкие пальцы успели ухватиться за дерево и падения удалось избежать. *** Две недели тянулись как два года и Антон даже пару раз пытался позаниматься самостоятельно, но нога начинала предательски болеть и он оставлял эту затею. Родители даже не обратили внимания на то, что парень довольно сильно прихрамывает. Да и какое им вообще до него дело? Он сам по себе, как дикая кошка. Родители не лезут в его жизнь, он не лезет в их. Время без тренировок казалось до нельзя скучным и непривычным. Все время хотелось прыгнуть или покружиться, но Антон едва мог передвигаться не прихрамывая. Но вот этот день настал. Прошло ровно две недели и Шастун, как никогда радостный, отправился на тренировку. Парень запрыгнул в автобус и доехал до спорткомплекса. В придверьи тренировки с новым тренером, он пришел раньше аж на двадцать пять минут. Спешить было некуда, так что можно было спокойно переодеться и даже слегка размяться. Утро было холодное и ветреное, так что остальные ребята приходили на тренировку уже ближе к началу. Пока никого не было, хотя до тренировки оставалось меньше тринадцати минут. Шастун сидел один в раздевалке, уже одетый и втыкал в телефон, увлеченно переписываясь с Димоном, но тут откуда-не-возмись послышались шаги и на пороге мужской раздевалки показался Арсений. Он выглядел, как всегда, шикарно и по нему даже не было заметно сильного ливня, который сейчас во всю бушевал на улице. При виде парня, мужчина улыбнулся. - О! Привет, у тебя уже прошла нога? - Попов выглядел очень дружелюбно, не смотря на его постоянное угрюмое и строгое лицо. - Да, уже все хорошо, - тренер явно бы не был рад другому исходу. - Ну и отлично. Готов заниматься? - парень кивнул. Мужчина удалился в раздевалку для тренеров и закрыл за собой дверь. Вот знаете моменты, когда нечего сказать и не с кем поговорить и ты уходишь далеко в свои мысли, блуждая по длинным коридорам воспоминаний и раздумий, при этом выглядишь совершенно тупо и странно со стороны других людей. Просто смотришь вперед, пока у тебя в голове бушует океан мыслей, а снаружи на лице штиль, ноль эмоций и совершенно каменное выражение. Вот и сейчас. Как только тренер ушел, юноша вдруг задумался… А зачем он вообще ходит на фигурное катание? Все равно родители далеко не отпустят, да и денег на соревнования не выделят. Он занимается этим видом спорта уже около восьми лет и за все это время не выиграл всего три золотые медали. Всю жизнь его преследовали бронзовые медали да сертификаты “за участие”. Зачем Арсений за него взялся? Что он в нем увидел? Ведь Антон – это неуклюжий бычок, который на улице из восьми луж упадет в семь и в последнюю уронит рюкзак, пакет и все, что у него только есть в руках. Нет, правда. За все время пользования телефоном, он уронил его в воду около пятнадцати раз, примерно столько же разбивал его чуть ли не вдребезги, и еще раз десять забывал его во всех местах города. Это пример только с телефоном. Про остальные вещи он вообще молчит. Из состояния самокопания Шастуна вывел строгий голос Попова, оповещающий о начале тренировки. Антон ожидал чего угодно, но не этого. Ребята из группы говорили, что предыдущие тренировки были трудные, но вполне сносные. Все время на тренировках Аркадия Валентиновича Антон уставал, потел и был как мокрый медведь. Но на этой тренировке он буквально умер. Да и не он один. Под конец все были настолько уставшими, что еле шевелили ногами, не то, чтобы кататься нормально. К неуклюжести Антона добавились еще и проблемы с вестибулярным аппаратом. Из-за многочисленных поворотов и уставшего мозга, Шастун еле заставлял себя прокрутиться на месте, не то, что аксель прыгать. За время тренировки парень придумал новое прозвище Попову – “мучитель”. Оно очень ему подходило. Так вот, новоиспеченные “мучителя” старались работать на полную и показывать лучшие свои результаты, но Арсению все было мало. Он заставлял работать даже самых сильных и смелых. Даже Макар, лучший спортсмен за всю историю клуба, казался Попову “недоделанным фигуристом”, как выразился сам преподаватель, когда Макар в очередной раз сделал шикарный, по мнению Антона, винт1. Арсений вообще придирался ко всем и ко всему. К любому действию, к любому движению. Но, как заметил юноша, Шастуну он делал меньше всего замечаний. Нет, безусловно, без внимания он его не оставлял, но и слишком много не придирался. Антон все относил к его долгому отсутствию на тренировках и желание тренера помочь восстановиться, но дело было далеко не в этом… Об этом попозже. Сейчас, мокрые, вонючие, до нельзя уставшие и, чуть не падающие, подростки подъезжали к борту и пытались хотя бы отдышаться. У Антона слегка ныла нога. Видимо, такие нагрузки сразу после выхода с больничного ей давать не стоит. Все пацаны стояли, еле шевеля конечностями, и слушали ругающего их тренера. - Вы все недостаточно много и мощно тренируетесь! Это не в какие ворота не лезет! Вам нужно стараться! Больше-больше-больше! Я даже не знаю, как из таких спортсменов могут выйти олимпийские чемпионы! Вы никто! Вы не хотите работать, вы не сможете стараться без желания, а его я не вижу ни у кого из вас! - с этими словами мужчина удалился в тренерскую, оставив мальчиков одних. Они тихо фыркали, когда отходили от бортика и шли в раздевалку. Среди разговоров, которые Шастун почти не слышал, явно различались фразы «самого умного из себя строит», «у Аркадия Валентиновича было лучше», «я с завтрашнего дня больше не в группе». Парень еле мог нормально соображать, не то, что поддерживать разговоры. Его мышцы горели, а вены неприятно пульсировали по всему телу. Делать было нечего, раз решил утром на тренировку сходить, так надо собраться и шлепать в школу. С этой мыслью парень быстро собрался и поплелся на остановку. Вставив в уши наушники и включив любимую песню «The Real Slim Shady — Eminem». Пока репер зачитывал слова под музыку в наушниках, юноша летал в облаках и пытался найти верное решение всей данной ситуации. С одной стороны, Арсений — парень классный и у него потренироваться было бы очень круто. Он то сто процентов выведет его на олимпийское золото. С другой стороны, с его нагрузками Шастун еле держался на ногах, а о частом посещении таких занятий и речи не шло. В голове крутилась, как на повторе, фраза Попова «...вы не хотите работать, вы не сможете стараться без желания...». У Антона есть желание. Еще какое. Он от природы очень старательный чувак. Он любит добиваться своего любым путем. Только, от природы также досталась физическая слабость и очень тощее тельце, которое совершенно не готово к тяжелым нагрузкам. Тут автобус остановился на нужной остановке и парень мигом помчался в школу, в которую, кстати, опаздывал уже на пять минут. Школьный день прошел как всегда скучно. Ни Димы, ни Серого в школе не оказалось. Как на зло, они решили именно в этот день вдвоем заболеть. Антона никто из учителей не трогал и, тем более, не спрашивал. Шастун явно не был самым любимым учеником. Но весь день поменяла одна единственная переписка в группе по фигурному катанию. Она началась внезапно, на уроке биологии. Тогда как раз написал Макар. Макар 13:56 Появилась возможность накатать на Попова жалобу по поводу оскорблений. Мамка все устроила. Соберем десять жалоб и его пинком с комплекса выгонят, а нам получше найдут. Кто за? Саша Клинов 13:56 Отличная тема! Я за! Витя 13:57 + Игорь 13:57 Я за Писькагрыз Валерий 13:58 ООООООО! Кайфовая тема, я подпишу! Лысый дед 13:58 Да, похоже, все за) Никого же нету против? Или у нас в команде крысы? Антон не хотел ничего писать. Ему было жалко Попова. Он ведь хотел как лучше, а получилось как всегда. Арсений сразу показался очень хорошим человеком. Он взял Шастуна, такого мокрого, озябшего, ни на что не способного котенка под свою опеку. Разрешил ему тренироваться с ним, хотя больше спортсменов в команду не набирал. Антон будет умирать на его тренировках, но Попова в такой ситуации он не пошлет. Какая-то искра не давала ему оставить на нового тренера заявление. Не долго думая, Антон все же решился и написал. Антон Шастун 14:03 Я против. Я ничего писать не буду *Антон Шастун был удален из группы пользователем Макар» Ожидаемо… Что ж, ему терять нечего. Друзей у него и так в команде не было. Нужно было что-то придумать с тренировками. Арсений говорил, что они мало стараются и совершенно не хотят стараться и заниматься. Но ведь это не так! Шастун готов жизнь отдать, лишь бы заниматься этим видом спорта до конца лет. Он был слишком одержим. Если Попов сказал тренироваться больше, то нужно тренироваться больше! Но как? Одного без тренера его на лед не пустят. И тут ему в голову пришла гениальнейшая идея. А что если пробраться вечером в спорткомплекс, спрятаться там где нибудь и ночью, когда все уйдут, спокойно позаниматься и никто даже не заметит? Спорткомплекс закрывался в полдесятого, так что время было и Антон решил продумать план проникновения. В полдевятого парень вышел из дома и направился в сторону остановки. Шестой автобус приехал вовремя и уже через двенадцать минут юноша стоял у входа в спорткомплекс. Зайдя внутрь, Антон сразу побежал вправо. Так, чтобы администратор его даже не увидела. Справа находился главный коридор, ведущий в спортивный зал и в зал для бокса. Под место для пряток парень выбрал второй вариант. Внимательно изучив расписание тренировок боксеров и выяснив, что последняя заканчивается только в семь, он решил просидеть там сорок минут, а потом с чистой душой пойти на второй этаж и как следует потренироваться. Зал для бокса был огромных размеров с рингом посередине. Антон уже не раз бывал здесь, когда в детстве играл с бывшими друзьями в прятки по спорткомплексу. Парень выбрал именно этот зал не потому что он пуст, а потому, что в дальнем углу находилась небольшая дверца, ведущая в каморку для уборщиц. Правда, ей уже пару лет никто не пользовался и там организовалась небольшая инвентарная. Комнатка была небольшая, но в ней не было света, поэтому если кто-то туда заглянет, юношу не увидит. Шастун залез внутрь и свернулся калачиком, чуть не трясясь от холода и от количества пыли вокруг. Вдруг, где-то вдалеке послышались шаги, направляющиеся к залу. Сердце ушло в пятки. Что тут забыли в такое время? Тренировки уже давно закончились! Юноша решился выглянуть в небольшую щелку в двери. В зал вошли два высоких человека. В них Шастун узнал Павла Алексеевича, заведующего спорткомплексом и Арсения Сергеевича. Антон уже думал закрыть уши, так как знает, что подслушивать не хорошо, но где-то в глубине души этого маленького ангелочка душил демоненок, который твердил о том, что нужно подслушать, ведь ничего страшного не случится. -Арс, ты понимаешь, что если еще хоть один напишет это чертово заявление, то я буду обязан тебя уволить! - голос у Добровольского был как никогда строгим и упертым, но в нем явно слышалось сочувствие. -Паш, я не тупой. Если хотят — пусть пишут. Ну не верю я, чтоб все вот так разом меня послали. Я хотел из них спортсменов сделать… - под конец голос Попова слегка ломался, слышалась безнадежность. Парню вдруг стало так жалко тренера, ведь он хотел как лучше. -Арс, у тебя в группе 10 человек и… - Павел Алексеевич не успел закончить фразу, так как его оборвал Арсений. -Одиннадцать. -Что, прости? -У меня в группе одиннадцать спортсменов. Я взял еще одного, - голос Попова звучал уверенно и серьезно. -Но мы же договорились, что ты берешь на себя десятку лучших. Там в старой группе даже пяти нормальных не было, они все среднячки. Ты отобрал десять! Десять, Арс! Кого ты там еще нашел? Стоящего хоть? - директор чуть не плакал. -Я взял в свою команду Шастуна, - Арсений взглянул главному прямо в глаза. -Чего?! Арс, ты вообще одурел?! Что ты творишь? Ну ладно Макаров, ладно Григорьев, Плющенко, на худой конец, но Шастун!!! Да он же как бычок! Ходит, качается, ничего не может… -Заткнись! - Попов закричал так, что в зале чуть стены не затряслись. - Какое право ты смеешь говрить так о человеке? Я у него у единственного вижу желание стараться, у единственного, Паш! Даже Макаров! Да, он прыгает и работает неплохо, но у него нет вот той искорки, того, что я хочу видеть в глазах будущих олимпийских чемпионов! Они все работают как работы! Как простые, запрограммированные роботы! Ты им скажешь сделать — они сделают и, возможно, сделают идеально, но они не чувствуют того, что они делают! - тренер бы продолжал так много словить, но его бесконечный поток слов прервала только то вошедшая в зал секретарша Добровольского. -Извините, тут поступило десятое заявление из группы Арсения Сергеевича, - девушка протянула листок. -Отлично, а еще одного нет? - секретарша отрицательно покачала головой. - Странно, кто это у нас решил выбиться из стаи и сжалиться на тобой? - он повернулся к Попову и стал перечитывать заявления. - Так, ну, нету Шастуна, получается. Можешь сказать ему спасибо, но только спасибо. Ты можешь тренировать еще ровно неделю, в следующую пятницу твой последний день. Правда, скорее всего на твои тренировки эту неделю ходить не будут, - Павел Алексеевич пожал плечами и довольно захихикал. - Хорошего дня, Арс. Можешь уже начинать собирать вещи, - они втроем вышли из зала. У Антона что-то тяжелое сдавило легкие и стало тяжело дышать. Арсений в спорткомплексе от силы недели три, а его так сразу взяли и уволили. Не правильно, как-то. Желание заниматься ночью совершенно пропало, но, как только Шастун еще раз все обдумал, он все же решился. В конце концов, если он хочет поддержать Попова, его задача тренироваться без конца. Итак, ночью он проник на лед, оставшись незамеченным. Все давно уже ушли и Антон даже толком не волновался. В голове крутилась карусель мыслей и парень даже не заметил, как вышел на лед и буквально полетел. Сейчас его не видел никто. Сейчас у него пропал тот самый барьер. Сейчас он свободен. Он импровизирует на ходу, вкладывая всю силу и мощь в каждое движение. Слишком много эмоций накопилось за день. Нужно было их куда нибудь выпустить, а спорт — самая подходящее для этого дело. Сейчас он, как никогда, свободен в своем номере. Тело само начинало двигаться под музыку, которая крутилась в голове. Пару раз Антон даже закрыл глаза, он хотел чувствовать этот момент. Так, раз за разом повторяя одно и тоже и ловя с этого невыносимый кайф, юноша прокатал почти сорок минут. Он остановился, посмотрел на время и решил, что уже пора бы идти домой, как заметил одного зрителя. Попов стоял у бортика и внимательно наблюдал за движениями парня. Увидев тренера, Шастун чуть не свалился. - Да тише ты, что такой запуганный то? - Арсений мягко улыбнулся и слегка отпрянул от борта. - Не спится? - Есть такое. Решил прокатиться… - Антон явно не ожидал такого спонтанного наблюдателя, поэтому не мог связать и трех слов. - Красиво катаешь. Сам придумал? - парень подъехал ближе и теперь стоял буквально в метре от бортика, за которым стоял тренер. - Не знаю. Как-то само получилось, - он вышел за пределы катка и надел чехлы на лезвия. - Вы как здесь? - Да так, задержался чутка, а тут слышу, на льду кто-то ездит, думал пойти поругать, но ты так красиво это делал, что я не стал тебя отвлекать, - Попов улыбнулся. - Спасибо, - улыбка Попова была слишком заразительной и юноша ее перенял. - Слышал новости? - Шастун решил, что Арсению не обязательно знать, где он прятался, поэтому отрицательно покачал головой. -Увольняют меня со следующей недели, - Антон постарался сделать максимально удивленное лицо, на сколько это было возможно. - Да… Слушай, ты единственный, кто заявления не написал, почему? - врать, что не знал ничего такого или сказать правду? Правильней, безусловно, сказать второе, но будет ли рад Арсений такому объяснению? Антон опустил голову в пол. - Если не хочешь говорить, не надо, - Попов аккуратно положил руку на плечо юноше. - Не знаю, просто мне кажется, что вы все делает правильно. Ребята просто не хотят работать. Да и вы ко мне отнеслись по-другому. Вы же не должны были мне брать, но взяли, - голос слегка подрагивал и больше походил на шепот. - Ты единственный, в ком я вижу будущего спортсмена, - Арсений убрал руку и посмотрел парню в глаза, - будешь ходить на тренировки? - юноша закивал так энергично, что у него чуть не отвалилась голова. Арсений улыбался до ушей. В его голове промелькнула одна мысль «да он чертовски забавный». Антона удивило, что Попов не спросил, как он сюда пробрался, но не стал больше ничего говорить. И так много сказано. Мужчины попрощались, пообещав увидеться на следующей тренировке. Оба были максимально рады этой встрече и не один из них не понимал, почему.