Порочный идеал

       «Глупый дождь» – думал Скарамучча, убегая из дома Тартальи.        Думал, какой глупый Аякс.        Думал, какой глупый и трусливый он сам.        Волосы уже неприятно лежат на лбу, из-за чего становится холодно. Ветер дует, почему-то, громко. Сильные порывы чуть ли не уносят в другие края. И всё-таки, летние дожди, не всегда тёплые...        Куникудзуши заходит домой и тут же видит матушку, которая обеими ладонями прикрыла свой рот. Взгляд был, будто бы, стеклянным. Но не таким, как у настоящих кукл. Её глаза были живыми, словно она вновь воскресла. Вновь рада ему.        –ты правда так решил?–еле выговаривает Эи, пуская слезу.        Тут то Скарамучча понял, почему его ждали. Мать Чайлда уже всё ей рассказала. Вот же эта болтушка!        Юноша стоит неподвижно. Взгляд замылился, из-за стекающих по лицу капель воды. Женщина ему так улыбается. Неужели она ему наконец-то рада? Не может быть...        Мальчишка слегка подрагивает, когда вдыхает новую порцию воздуха и слышит, что Райден сделала тоже самое. Оба затаили дыхание, ожидая ответа.        В груди куклы разлилась жгучая боль. С самого сердца прошли электрические заряды, которые заставили его кивнуть. Кудзуши точно знает, что не справится с этой задачей, но теперь отказать матушке не хватает совести. Она ведь, только этого всю жизнь и хотела.        Женщина кидается с места, обнимая такого же напуганного, своим ответом, Скарамуччу. Она его никогда так не обнимала! Так крепко ещё точно не держала!        Внутри снова что-то трескается и Куникудзуши плачет вместе с Эи. Он плачет от осознания, что его никогда, ни за что так не любили. Мать плачет, ведь думает, что сын ещё любит её. Она так боялась, что мальчик её возненавидит. Иначе бы, он не хотел закончить дело Эи.        А ей это уже и не важно. Ей ужасно жаль за то, как она отнеслась к малышу, когда он просил о помощи всем своим видом.        –Прости меня,–говорит себе под нос Райден, обнимая крепче.        Скарамучча замирает. Даже слёзы уже не текут. Кукла остановилась, словно у неё есть заводной механизм. Голова начала тяжелеть. Он ещё не готов простить Эи. Не готов к новому притворству!

И не готов к самому себе.

       Но, всё же, Куникудзуши наконец кладёт руку на плечо высокой фигуры. Обнимает в ответ, желая о многом.        Как же всё-таки странно. Эи вся холодная, но она не дрожит.

...

       Утро выдалось ярким. И не потому что солнце светило с пяти утра! Поиск одежды, по погоде, затянулся.        Люди на улице были совсем в разном: от закрытых костюмов, до лёгких кофточек. Но ведь вчера был дождь, должно быть холодновато!        «Ну чего ты так долго?»–возмущается Тарталья в личные сообщения.        Возмущается, потому что знает, почему Скарамучча застрял. И ведь говорил же, что наряд не имеет никакого значения! Лишь бы что-то светлое, чтобы солнце не спалило, и бегом в дорогу!        И наконец Кудзуши вылетает из подъезда, почти падая с ног. Послушал Чайлда и надел лёгкие вещи. И, кажется, зря.        На улице действительно было прохладно после такого ночного ливня. А Аякс улыбается, будто ему совсем не холодно! Сам ведь так же оделся, да ещё с рюкзаком.. они что, собираются далеко идти?        Тарталья берёт портфель, только когда направляется далеко! Скарамучча это помнит очень давно.. такая мелочь, да и помнить её так абсурдно.        И всё-таки, это значит, что одежду Скара выбрал вполне подходящую.        –Ну наконец куколка перебрала гардероб! Идём за мной! Пойдём сейчас – придём к часу дня,–говорит рыжий парень, притягивая к себе за локоть...        Темноволосый тащиться за Аяксом, который каким-то образом выбрался вперёд. Солнце уже сильно пекло, не щадя голову Скарамуччи, из-за цвета волос. Казалось, что если прикоснуться к любой части головы – рука сгорит. Впрочем, как и сам парень, который, вообще-то, не взял себе головного убора в спешке.        –Аякс, я устал, давай лучше вернёмся домой..–умоляет Скара, останавливаясь на месте.        Чайлд в недоумении поворачивается. Рассматривает Куникудзуши.        Парень уже раскраснелся от яркого солнца, смотрел больно печально и придерживал себя за колени. Стоял шатаясь, из-за чего складывалось впечатление, что Скарамучча болен.        –нам совсем немного осталось дойти!–подлетает к нему Аякс, строя грустное лицо.        Нет, он не собирается мучать юношу, поэтому свою шляпу перекладывает тому на голову.        Скарамуччу словно током прошибает, когда он вспоминает, что видел этот момент в прошлом. Смотрит на Тарталью, ожидая какого-то подвоха, но не успевает даже придумать чего-то, как Чайлд протягивает ему свой портфель.        –я тебя донесу,–нежно улыбается Аякс.        Эта улыбка заставляет Кудзуши таять, как масло на сковородке и тот не сразу замечает, как Тарталья присаживается возле него, приглашая к себе на спину.        Скарамучча мешкается, надевая на себя рюкзак, попутно издавая непонятные звуки. Не хочет заставить Аякса ждать, из-за своего волнения.        Чайлд лишь с этого смеётся и встаёт в полный рост, поудобнее переставляя руки на ногах темноволосого, чтобы, наконец, начать движение.        Кукла не дышит пару секунд, оказываясь верхом на высоком парне. Такая поездка ощущается полётом, из-за чего жутко страшно отпустить руки с шеи Аякса.        Но при этом румянец – уже не от солнца – не покидал его лицо. Скарамучча зарылся в затылок старшего, боясь, что тот как-то увидит его физиономию. Узнает, что ему действительно нравится такая забота.        На душе было так тепло и вязко, просто от осознания, что Чайлд так надрываться лишь из-за того, что хочет дойти до места их свидания. Само слово «свидание» – заставляет голову кружится, из-за чего Скара обнимает Тарталью крепче, чтобы не упасть.        Всё ещё страшно от того, какой сильный всё-таки Чайлд. Но при этом, это давало некие привилегии. Которые, как ни хотелось бы отрицать, очень запали Скарамучче в душу. Хотя в душу запал весь Аякс, заставляя закрыть глаза, чувствуя, что голова уже не так горит, из-за той самой чёрной шляпы на голове.        Тарталья лишь тихо усмехается, чувствуя чужое быстрое сердцебиение, а через некоторое время, сопение. Младший правда выдохся так долго идти. Оно и ясно, парни никогда так долго не гуляли без остановки.        Скарамучча просыпается от невнятных речей Аякса, а может и от неудобной позы для сна. Через время, конечно, Скара смог разобрать, что говорил его спутник. Они уже были на месте. Но заснуть снова хотелось жутко! Поэтому Кудзуши стягивает головной убор на глаза.        Дорожный песок сменился травой, из-за чего нефритовые очи нехотя поднялись. Скарамучча что-то неразборчиво ворчал себе под нос, тут же затихая, когда увидел поле с морем одуванчиков – в некоторых местах, ромашек. Чайлд хорошо постарался, раз искал такое место. Чарующий вид.        От такого улыбка сама лезла на лицо, не желая спадать, как бы Мучче не хотелось казаться спокойным. Восторг так и летал вокруг юноши, что Тарталья, наконец, заметил и спустил ленивца на землю.       Только, Куникудзуши никуда не убежал, хотя, возможно, хотел. Раньше ведь, они играли в догонялки на подобных ландшафтах.        Дух захватывали яркие лучи солнца, такие же жёлтые сорняки по всему полю и голубое небо. Прям такое же, как глаза Тартальи. Хотя, его глаза ни с чем не сравнить. Нет ничего ярче, чем его взгляд, который сейчас умиротворённо разглядывает Кудзуши.        Скарамучча чувствует движение рыжего, который достал подготовленное покрывало, да бы не замазать одежду пятнами от травы. Только сейчас темноволосый замечает, что держал Аякса за низ футболки.        В голове крутится осознание данного действия, из-за чего юноша застывает на месте, молча смотря в одну точку, не имея возможности прикрыть красное лицо...        –ну что, долго ты будешь делать этот венок?–спрашивает Тарталья, лёжа рядом с Куникудзуши, который примеряет Чайлду самодельное украшение.        –нет, осталось только скрепить,–отвечает Скарамучча, полностью погружённый в процесс. Кукла даже не замечает, что веснушчатый парень лежит на коленях, откровенно разглядывая все черты его лица.        Понимает это, только когда Чайлд встаёт. Старший копошится пару секунд, после чего зовёт по имени.        Скара поворачивает голову, тут же останавливаясь, видя, как чужая рука к нему тянется. Щёки тут же стали алыми, когда Аякс заправил тёмные волосы за ухо, оставляя там же «обычную ромашку». Её точно хватает, чтобы в груди что-то ёкнуло.        Нефритовые глаза моргают пару раз, перед тем, как испуганно засмотреться на спокойного Чайлда совсем рядом.        Скарамучча слегка дрожит, поднимая законченный венок из одуванчиков. Укладывает его Аяксу на голову аккуратно, даже боязно, будто бы старший исчезнет, если темноволосый ошибиться в своих действиях.        Тарталья сияет своей улыбкой, закрывая глаза. Ему так идёт этот образ, что дыхание становится чаще, стоит лишь заметить, как рыжий на него смотрит. Тёплые оттенки всегда дополняли парня. Скарамучча не уверен, что именно он должен сейчас быть рядом с Чайлдом. Может их встреча лишь глупая ошибка? Не может же, всегда светлый Аякс, быть с такой холодной куклой!        Взгляд стал мыльным, но Скарамучча видит, как Тарталья близко. Старший неловко стоит совсем рядом и не может проронить ни слова. Его взгляд сообщает об неподдельном обожании.        –я тебя поцелую?–спрашивает наконец рыжий, всматриваясь в чужое пылающее лицо.        Скарамучча хаотично двигает руками, словно они его не слушают и, наконец, закрывает уста ладонями.        –Ни за что! Я не умею,–стыдливо отводит взор Куникудзуши, когда Аякс лишь смеётся над этой новостью. Почему ему смешно..        –никто не умеет,–всё же, успокоившись, отвечает Тарталья, разводя чужие руки в стороны. Наваливается всем телом, заставляя младшего упасть, издав недовольное «ой», а после касается аккуратных, но холодных фарфоровых губ.        Скарамучча неразборчиво мычит, из-за недовольства, после чего ему вернули контроль над руками.        В голове, кажется, остался лишь дым, от костра где-то в груди. Всё тело затекло, от ощущения, что этот случай длится вечность, заставляя небрежно схватиться за покрывало рядом. Вроде и страшно, что Скарамучча сделал что-то неправильно, но давнее желание живых прикосновений давало о себе знать.        Куникудзуши замечает, что Чайлд улыбается прямо ему в уста, из-за чего глаза широко раскрываются. Он сделал что-то смешное?        Тарталья падает рядом, оставляя ещё три поцелуя уже под глазом младшего. Своеобразная дорожка, от переизбытка чувств. Аякс тихо смеётся. Так тихо, что Скарамучча это услышал, только когда неожиданно для себя, решил обнять виновника его ушибленного бока.        Схватился руками за чужую футболку, прижимаясь всем телом. От страха, что делать этого не стоило, зажмурил глаза, на что получил лишь объятия в ответ. После чего Скарамучча слышит подозрительный щелчок от телефона в руках голубоглазого.       –что ты сделал?–не осмеливаясь открыть очей, спрашивает Кудзуши.       –ничего,–игривым тоном отвечает Чайлд, поднимая мобильник выше.       –эй, удали это!–испуганно кричит Скарамучча, сам не ожидая своего приказного тона.        –да ладно тебе, ничего не будет, если я выложу фотографию с тобой!        Скара сглатывает слюну, которая от страха стала быстро скапливаться под языком.        Из-за его собственной популярности, многие знают и Тарталью. Их аккаунты связаны даже своим видом. Эту фотографию же увидят все, кому не лень заходить в интернет!        И Аякс, видя такую растерянность, смягчается. Видимо, Скарамучче всё ещё важно чужое мнение.        –ладно, я не стану выкладывать, но..–не успевает договорить Чайлд, ведь ещё не придумал условия. Нефритовые очи следили за ним, внимательнее, чем отец в подростковый период,–но мы пойдём обратно за руки!       –А?–испуганно выдаёт Куникудзуши, замечая, что голова снова нагрелась. Шляпа давным-давно укатилась.        –да ладно тебе! Это ведь не преступление! Никому до этого даже дела нет!       Скарамучча паникует. Что это за странное условие...        –стой, ты меня шантажируешь?!–недовольно кричит Мучча. Это, наверно, скорее привычка от их старого общения, когда он отвечал колко, почти всегда. Кем бы ты себя не представлял – твой выдуманный характер тебе привился, хотя бы частично.        –ну, может от части,–честно говорит Аякс, неловко поправляя затылок. Чайлд не позволяет Скарамучче отвернуться от него,–если мы дойдём, ты сам удалишь фотографию.        –ладно,–немного подумав, отвечает Скарамучча. От таких размышлений, голова стала ватной, из-за чего юноша снова опустил голову на чужое плечо.        Тарталья только сейчас понял, что ранее Скар обнимал его всем телом. Заметил, что темноволосый убрал ногу. Аякс стал переживать, что Куникудзуши совсем не ест, раз его вес настолько незначителен, что его даже почувствовать сложно.        Идти обратно стало слишком стыдно.        Скарамучча, как параноик постоянно оглядывался, чтобы проверить, есть ли кто-то рядом. Жался ближе, словно хотел спрятаться. Да и выглядел.. устало.        Тарталья сколько не смотрел на Куникудзуши, столько и думал, что младший готовится к расстрелу. По другому этот кричащий взгляд нельзя было назвать, но темноволосый не отпустит, из-за поставленных ему обещаний.        –Скара, ты в порядке?–тихо спрашивает Аякс, замечая, что спутник поник.        Старший смотрит через дорогу, замечая всего пару человек. Он не видит в этом трагедии, но понимает, что для Скарамуччи это конец. Мальчик дрожит.        Тарталья глубоко вздыхает, вставая с другой стороны от куклы, которая подняла голову, чтобы увидеть, что происходит. Аякс ничего не отвечает на вопросы Скары и просто уводит его побыстрее.        Скарамучча непонимающе на него смотрит. Тоесть, это условие не было пари? Куникудзуши не обязательно мучаться в одиночку? Чайлд его не оставил один на один со странными взглядами в его сторону? Ему не обязательно бояться быть униженным, просто от осуждающего взгляда, неизвестного человека?        Скарамучча молча идёт дальше, но уже смелее держа старшего за руку. Чайлд и сам рад взять крепче, чувствуя отдачу за свой поступок.